Часть 47
Т/и и Влад шли вместе к палатке, где уже ждали редакторы, но между ними не было ни одного слова, ни одного взгляда, который бы мог выдать их отношения. Влад двигался рядом с Т/и, сдержанно, но с едва заметной заботой, которая скрывалась за его уверенным шагом.
Она несла Сережу в руках, с каждым шагом ощущая лёгкую тяжесть материнства, но и некую внутрішнюю силу, которая просыпалась с каждым моментом, проведённым с этим ребёнком.
Редакторы, заметив их подход, сразу же подскочили.
— Всё в порядке? — спросил один из них, стараясь не выглядеть слишком любопытным.
Т/и только кивнула, аккуратно покачивая сына в руках. У неё не было сил говорить о том, что произошло, но внутренний страх и тревога за ребёнка не оставляли её.
— Он спал почти всю дорогу, — сказала она, с лёгким вздохом убаюкивая Серёжу. — Пока не будил, да?
— Нет, всё нормально, — ответил редактор, сдерживая улыбку. — Мы не трогали, просто наблюдали.
Т/и слегка кивнула, её взгляд на мгновение встретился с взглядом Влада, который молча стоял рядом, наблюдая за ней и сыном. В тот момент между ними не было слов, но было что-то... неизречённое. Он не говорил, кто отец, не раскрывал этой тайны, и Т/и тоже не хотела об этом говорить.
Виктория подошла, чуть покачивая головой, явно впечатлённая тем, что случилось. Но она не задавала лишних вопросов, понимая, что Т/и переживает.
— Ты действительно сильная, Т/и, — сказала Виктория, стараясь не касаться темы ребёнка, но с уважением в голосе.
Т/и чуть улыбнулась в ответ, но оставалась сдержанной.
— Каждый по-своему. — ответила она.
Олег, стоящий рядом, подмигнул Т/и, но не стал ничего говорить. Он заметил, что происходящее оставалось за границами того, что они привыкли обсуждать на съёмках.
Серёжа в этот момент начал немного ворчать, и Т/и, почувствовав его беспокойство, крепче прижала его к себе, поглаживая по спинке. В этот момент Влад, который немного отстал, подошёл ближе, но не сделал никаких признаков того, что мог бы выдать их отношения. Всё было настолько естественно, что даже те, кто был рядом, не замечали ничего странного.
Один из операторов, всё время держа камеру наготове, вдруг бросил взгляд на Серёжу и тихо заметил:
— Он точно будет особенным. Вижу в нём что-то.
Влад, не поднимая глаз, только тихо сказал:
— Мы все особенные.
Т/и посмотрела на него и кивнула, понимая, что они оба скрывают больше, чем готовы показать. И это было их тайной, их частью.
Серёжа уснул на руках у Т/и, а между ними и всеми остальными была только тишина и та непередаваемая связь, которую они с Владом хранили внутри.