Глава 26. Затишье перед бурей
Изгнание Инириса оставило глубокий след в сердцах Лиры, Рафаэля и Ксантиппы. Аэлион, хоть и избавился от предателя, словно потерял часть своей души. Атмосфера подозрительности постепенно рассеивалась, уступая место горечи и неопределенности.
Благодаря показаниям Инириса, Совет раскрыл сеть шпионов Азраила и усилил защитные барьеры академии. Аэлион готовился к неизбежному столкновению с темным магом, зная, что это будет битва не на жизнь, а на смерть.
В эти тревожные дни Лира нашла утешение в Рафаэле. Их связывала не только общая цель – защитить Аэлион, но и глубокое, зарождающееся чувство. Они проводили много времени вместе, тренируясь, обсуждая планы Совета и просто молча наблюдая за закатом с балкона академии.
Однажды вечером, после особенно изнурительной тренировки, Рафаэль пригласил Лиру к себе в комнату. Они разговаривали о многом, о своих страхах, о надеждах, о будущем, которое казалось таким неопределенным. В какой-то момент Рафаэль взял Лиру за руку, его прикосновение было нежным и в то же время полным невысказанных чувств. Лира посмотрела в его глаза и увидела в них ту же нежность, ту же тревогу, то же желание быть рядом.
Они слились в поцелуе, робком сначала, затем все более страстном. Рафаэль прижал Лиру к себе, его руки скользили по ее спине, обнимая, лаская. Лира отвечала на его ласки, ее пальцы запутались в его волосах.
В воздухе витала магия – не та, которой они учились в Аэлионе, а другая, более древняя, более мощная – магия любви. Они отдавались ей без остатка, забывая обо всем на свете, кроме друг друга.
В ту ночь Лира впервые почувствовала себя по-настоящему защищенной. В объятиях Рафаэля она забыла о тяжести печати, о грозящей Аэлиону опасности, о предательстве Инириса. Остались только они двое, их любовь, их нежность, их надежда.
Утром, проснувшись в объятиях Рафаэля, Лира почувствовала себя обновленной, полной сил. Она знала, что впереди их ждут новые испытания, но теперь она была готова встретить их лицом к лицу. Рядом с Рафаэлем она чувствовала себя непобедимой. Это было затишье перед бурей, но затишье, полное любви и надежды. А это значило, что они справятся со всем, что бы ни случилось.