Под светом одной звезды.
Юра возвращался в корпус, но каждый его шаг был тяжёлым, словно он оставлял что-то важное за спиной. На лице ещё горела улыбка, но вместе с ней росло лёгкое беспокойство: а что, если всё это исчезнет? Всё-таки лето не вечно, и, как бы Володя ни уверял, что их связь переживёт любое расстояние, Юра сомневался, что мир позволит сохранить это чувство таким чистым и ярким.
Но когда он открыл дверь своего корпуса, лег на койку и взглянул в маленькое окно, откуда было видно только кусочек ночного неба, он понял: на самом деле он уже не одинок. Всё, что происходило, стало частью его, осталось с ним глубже, чем он мог себе представить.
Весь следующий день Юра старался вести себя, как обычно. Но ему казалось, что всё в нём — от жестов до взгляда — выдавало те перемены, которые произошли накануне. Иногда он ловил на себе любопытные взгляды ребят из отряда или случайные насмешки Володи, которые тот отпускал в толпе, будто проверяя его реакцию.
А потом, ближе к вечеру, Володя снова нашёл его у озера.
— Ты чего тут спрятался? — спросил он, присев рядом.
— Просто хотел побыть один, — тихо ответил Юра, но тут же осёкся. — То есть... не совсем один.
Володя усмехнулся, но в его глазах читалось понимание.
— Слишком много думаешь, как всегда, — сказал он, наклоняясь вперёд и облокачиваясь на ладони. — Юрка, ты должен научиться просто быть.
Юра взглянул на него с лёгким раздражением.
— Легко тебе говорить. А я... я всё ещё не знаю, как это — быть собой.
Володя повернулся, внимательно посмотрел на него и, наклонившись ближе, мягко сказал:
— Но ты уже есть. Ты — это ты, и другого мне не нужно.
Эти слова обрушились на Юру, как волна. Он вдруг понял, что для Володи он и так достаточно хороший, даже с его страхами и сомнениями.
— Знаешь, — тихо сказал он, глядя на воду, — я боялся, что это всё... неправда. Что я просто придумал что-то в своей голове, а ты уйдёшь.
Володя долго молчал, а потом положил руку ему на плечо.
— Юрка, если я и уйду, то только потому, что придётся. Но ты останешься со мной. Здесь. — Он слегка стукнул себя в грудь кулаком.
Юра почувствовал, как у него сжалось горло.
— Ты ведь правда так думаешь?
— Я не думаю. Я знаю.
Они снова замолчали, но в этот раз тишина была другой — наполненной теплом, как будто слова больше не были нужны.
— Слушай, — вдруг заговорил Володя, поднимаясь, — я кое-что хочу тебе показать.
— Опять? — засмеялся Юра, вспоминая их ночной поход.
— Да. Но на этот раз не придётся далеко идти.
Он протянул руку, и Юра, не раздумывая, схватил её.
Они пошли вдоль берега, пока не добрались до небольшой поляны, спрятанной в чаще. Здесь стоял старый деревянный сарай, который Юра видел издали, но никогда не приближался.
— Это место я нашёл только вчера, — сказал Володя, слегка приоткрывая дверь. — И сразу понял, что оно идеально для нас.
Юра вошёл внутрь и замер. На полу лежали старые одеяла, вокруг были расставлены фонарики, освещавшие маленькое пространство мягким, тёплым светом. В углу стоял термос и коробка с печеньем.
— Это... ты всё сделал? — ошеломлённо спросил он.
— Ну, да. Хотел устроить что-то особенное. Лето ведь заканчивается, а я хочу, чтобы ты запомнил это место.
Юра почувствовал, как глаза начинают щипать. Он отвернулся, чтобы Володя не заметил, но тот всё равно подошёл ближе.
— Юр, — тихо сказал он, — если ты будешь прятаться каждый раз, когда тебя переполняют чувства, я так и не узнаю, что у тебя на душе.
Юра вдохнул глубже и обернулся.
— Просто... это слишком, — сказал он, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Я не привык к тому, чтобы кто-то... так обо мне заботился.
Володя улыбнулся, взял его за руку и мягко потянул к центру комнаты, усаживая на одеяло.
— Значит, привыкай, — сказал он, садясь рядом.
Некоторое время они просто сидели, глядя на свет фонариков, и ели печенье, запивая его чаем из термоса. Это было так просто, но одновременно так правильно, что Юра почувствовал, как постепенно его тревога исчезает.
— Ты же понимаешь, — вдруг сказал Володя, заглянув ему в глаза, — что я не позволю этому закончиться, да?
Юра хотел что-то ответить, но Володя наклонился ближе и поцеловал его. Это был медленный, тёплый поцелуй, который на миг заставил Юру забыть обо всём.
Когда они отстранились, Володя тихо сказал:
— Ты для меня слишком важен. И даже если я уйду, я всегда буду возвращаться.
Юра кивнул, чувствуя, что больше не хочет никуда прятаться.
Они провели в этом укрытии весь вечер, рассказывая друг другу истории, смеясь и просто наслаждаясь тишиной. Юра понимал, что это был не конец, а начало чего-то нового.
Когда они, наконец, вернулись в лагерь, солнце уже садилось, окрашивая всё вокруг в золотистые оттенки. Юра обернулся, посмотрел на Володю и понял, что теперь всё будет хорошо. Даже если впереди их ждёт разлука, он знал, что их чувства останутся такими же яркими, как звезда, которую Володя называл их общей.