Глава 6
Елисей
В шесть часов вечера мы с Аникой отправляемся на вечернюю службу. Когда мы входим в зал и занимаем свои места, все монахини уже в сборе. Сегодня мы впервые увидим главу монашеской банды. По-другому не знаю, как назвать этих шарлатанок.
Служба начинается, и монахини произносят молитву. Пока все склоняют головы, мы незаметно оглядываем собравшихся, стараясь отыскать глазами старшую.
— Ты нашла? — тихо спрашиваю я Анику.
— Нет. Может быть, её и сегодня не будет?
— Это уже странно. Не встретить гостей из России неприемлемо. Да ещё и таких, как мы, — хмыкаю себе под нос.
Замечаю почти невидимую улыбку на лице Аники. Я назвал её идиоткой, и мне стыдно, потому что это не мужской поступок. Но я думаю, она несильно на меня обиделась. Аника — наёмный убийца, и какое-то оскорбление — пустышка для неё. Конечно, если бы я не был её напарником, она могла бы пристрелить меня или отрезать яйца. Сегодня она так за них ухватилась, что я подумал, она их раздавит. До сих пор чувствую её хватку на них.
Когда служба заканчивается, все расходятся по своим комнатам, так как в семь часов у монахинь отбой. Мы с Аникой неторопливо идём по коридору и случайно натыкаемся на трёх монахинь. Одна из них, более крупная и высокая, чем остальные, обращает на себя внимание.
— О отец Елисей, я приношу свои извинения за то, что не смогла встретить вас вчера и вашу послушницу, — говорит женщина, которая, по всей видимости, является старшей.
— Ничего страшного, я всё понимаю. Я рад, что мы наконец-то смогли познакомиться, — мы пожимаем друг другу руки, и я отмечаю, какое у неё крепкое рукопожатие.
— Прошу прощения, я не представилась. Меня зовут Роберта. Всё ли вас устраивает в этом месте?
— Да, конечно, спасибо. Здесь прекрасная атмосфера, всё чисто и аккуратно.
— Благодарю вас. Монахини делают всё возможное, чтобы поддерживать порядок в этом святом месте.
Я киваю, стараясь как можно скорее уйти, но при этом внимательно наблюдаю за старшей. Аника, стоящая рядом, не издает ни звука, но я знаю, что она тоже внимательно следит за старшей, пытаясь уловить что-то подозрительное.
— Не буду вас задерживать, святой отец, отдыхайте.
Расходимся, и мы с Аникой ускоряем шаг до моей комнаты, чтобы обсудить этот момент.
— Мне нужно кое-что взять у себя, — говорит Аника и исчезает в комнате.
Я захожу в свою комнату, снимаю ботинки и пальто и заваливаюсь на кровать. Через пару минут в комнату заходит Аника, и я, приподнявшись на локтях, замечаю рядом с ней её чемодан. Я смотрю на неё, приподняв бровь. Она упирает руку в бок и пристально смотрит на меня своими васильковыми глазами. Они действительно прекрасны. Это самые красивые глаза, которые мне доводилось видеть.
— Что? Я не собираюсь спать в том холоде до конца задания, поэтому подумала, что нет смысла оставлять там мой чемодан.
— Я не против. Вместе спать теплее, — подмигиваю ей, и она театрально закатывает глаза. Хотел бы я сейчас пошутить, но не стану, а то снова она назовёт меня извращенцем.
Аника достаёт из чемодана полотенце и ночную рубашку и уходит в ванную. Я же снимаю всякие безделушки вроде крестов и чёток, одеяние вместе с оружием. Жду своей очереди в душ в брюках.
— Кажется, там горячая вода закончилась, — говорит Аника, выходя из ванной. Её зубы стучат друг об друга, и она немного дрожит.
Я замечаю её выступающие твёрдые соски и фыркаю.
— Ага, заметно, — поднимаюсь с кровати и приближаюсь к девушке. — Нагрей постель и приготовься согревать меня.
Ухожу в ванную и снимаю оставшуюся на мне одежду. Я захожу в душевую кабинку и включаю воду.
— Блять.
Она действительно холодная, поэтому я быстро намыливаюсь гелем и ещё быстрее смываю его с тела. Обтираюсь полотенцем и надеваю чистые трусы.
— Ух! — выбегаю из ванной и сразу ныряю под одеяло.
Аника смеётся, глядя, как я укрываюсь с головой.
— Перестань, а то могут услышать, — говорю я. — Лучше обними меня, чтобы я согрелся.
— Не буду я тебя обнимать, — возмущается Аника.
— Использовала мою горячую воду, а теперь ещё отказываешься согревать меня?
— Ну хватит, — хнычет и прижимается к моему боку своими пышными малышками, кладёт руку на мою грудь. — Так сойдёт?
— Угу, — давлю лыбу и кладу её бедро на своё. — Хочешь сделаю массаж?
— Массаж чего? — сощурив глазки, спрашивает.
— Ног. Ты, наверное, устаёшь на этих высоких шпильках.
— Я уже привыкла.
— Соглашайся, Аника. Девушки, которым я массировал ножки, кончали.
— Может, ты им не ножки, а губки массажировал?
— Для этого у меня есть член. Ну так что, согласна на массаж?
— Ха, ладно, ты все равно не отцепишься.
— Верно.
Я беру её левую ступню в свои руки и массирую напряжённые мышцы большими пальцами..
— О-ох, — произносит Аника, и я резко смотрю на неё. Она смотрит на меня в ответ. — Я не хотела, оно само вырвалось.
— Можешь стонать, но только мне на ухо.
— Елисей, — хочет возразить, но снова стонет, когда я нажимаю на нужную точку на её ноге. — Давай закончим.
— Ещё одна нога осталась, — хитро улыбаюсь, глядя, как Аника мучается оттого, что не хочет признать, как приятно ей и что я хороший массажист.
От её сладких стонов мой член тердеет под трусами и я понимаю что пора заканчивать с вечерним массажем.
— Давай спать.
— Ты ещё не закончил, — дуется Аника, ей так понравились мои руки на её теле.
— Если я сейчас не остановлюсь, то не смогу сдержать член в трусах.
Аника осекается прикусив губу. Я с серьёзным лицом смотрю на неё и она сдаётся.
— Ладно.
Она убирает ногу с моего бедра, но не перестаёт обнимать.
— Ты же знаешь, что это странно?
— Что странно?
— Мы в одной постели, ещё и обнимаемся. Так делают только парочки.
— Ты хочешь, чтобы мы были парочкой?
— Пф, ни за что. Я не вытерплю твоих пошлых шуток.
— Тогда считай, что мы друзья и ты моя подруга ночуешь у меня.
— Не называй меня подругой.
— А как? Милая, дорогая или женушка?
— Аника, — заглядывает в мои глаза и этот момент становится интимным.
— Спокойной ночи, Аника.