Часть 8
***
Треск от камина успокаивал пространство, даже состояние Ноа немного улучшилось, стоило лишь пройти в гостиную. Он направлялся в свою комнату, сжимая в ладони остатки разорванного блокнота, как его шаги прервал стук в поместье.
Юноша ещё немного постоял, думая о том, имеет ли он право встречать гостей. Но, всё же, живет он здесь уже больше месяца, вряд ли Ламия будет против его вольности. Она, кажется, вообще всеми руками за то, чтобы Ноа задержался здесь как можно дольше.
- Ян?
- Доброй ночи, - парень улыбнулся здоровым уголком губ. – Я за сестрой.
- Не знал, что она здесь, - Ноа делает шаг назад, пропуская гостя внутрь. – Хотя, вряд ли я вообще замечу всё то, что здесь происходит.
Ян кивнул в знак благодарности, проходя внутрь. Ландау удивился тому факту, что парень постучал прежде, чем зайти, обычно Делани заходят сюда без предупреждения. Заметив то, что Ян исследует глазами гостиную и коридору, Ноа сложил два плюс два в голове, поняв, что он явно рассчитывал на то, что его встретит Ник.
Юрист поправил очки, искоса поглядывая на гостя. Что-то в его поведении казалось странным, хотя, может, это лишняя мнительность из-за того, что Ноа оказался невольным зрителем ситуации в комнате Ника. Стоило лишь подумать о нём, как на лестнице послышались шаги, а за ним и показались пару людей – сам Ник и шедшая за ним Ламия. Стоило ей только заметить стоящих в гостиной парней, она улыбнулась уже привычной ядовитой улыбкой, склонив голову.
- Это место уже мало походит на дом. Скорее, на место для встреч, - засмеялась девушка, покачивая бедрами проходя к небольшому столику. – Ты за сестрой? Не знала, что она сегодня приходила.
- Она вместе с Каином, - отозвался Ник, поднимая со стола серебряный чайник. – Я встретил её недавно.
- Мои глаза и уши, - Ламия ласково погладила парня по подбородку, поднимаясь к волосам. – Тогда позови их сюда, ужинать вместе гораздо веселее.
- Конечно, - Ник мягко улыбнулся, кивнув. Он не поднимал глаза на Яна, который не сводил с него свой взгляд. – Позову их.
Ноа нахмурился – он никак не участвовал в диалоге, лишь молча наблюдал, сидя в кресле. Он перевёл взгляд на встревоженного Яна, который старался сдерживать нервозность, но его выдавала постукивающая по полу стопа и то, как он теребил край рукава.
Ламия выглядела, как обычно, если так можно выразиться. Бросала на Ландау хищные взгляды, загадочно улыбалась и в каждом своём движении было что-то завлекающее. Когда остальные спустились вниз, Ламия проводила всех в столовую, а Ян отправился помогать Нику на кухню, Ноа успел заметить еле слышимый смех хозяйки поместья, когда она наблюдала за ними. Вела ли она так себя раньше?
- Чем занимались? – невинно спрашивает Ламия, облокотившись на широкую спинку стула. – Лэйн, как дела дома?
Тон её голоса показался странным уже и самой девушке, но та не показывала своих реакций. Она оперлась локтями о скатерть, поглядывала то на Каина, то на Ноа, делая вид, что задумывается.
- Ничего необычного, - отозвалась Лэйн. – Только из-за погоды совсем плохо с урожаем, а ведь только начало лета.
- Ох, печальная новость, - Ламия не поменялась в лице, несмотря на мнимое сопереживание. – От вашей кормушки зависит и наше питание, надеюсь, солнце вернётся в эти края.
- Дождей стало в разы больше, - продолжила Лэйн. – Урожай заливает.
- Сколько это продолжается? – Ноа подал голос, тем самым привлекая к себе внимание. – Раньше было подобное?
- С начала весны. Не припомню такого долгого сезона дождей, многие боятся, что такими темпами почва прогниёт.
- Последняя надежды для этого городишки, это сельское хозяйство, - вмешался Каин, поглядывая в окно. – Поселение спокойно выживало без сторонней помощи своими силами, а теперь это будет гораздо сложнее. Ваша ферма спасала многих долгое время.
- Кто высоко летает, тот низко падает. – Ламия задумчиво осматривала узоры на поднятой ею вилке.
Позже присоединились Ян и Ник, вместе вынося еду на серебряных подносах. Ноа внимательно наблюдал за каждым человеком, отмечая про себя каждые детали. Записывать он больше не мог и не хотел, осталось надеется лишь на свою память.
- Всегда похожая еда, - тихо произнес Ноа, поворачивая голову к Ламии. – Это что-то из твоего детства? Может, в школьной столовой так кормили?
- Не припомню. Может, и было что-то похожее.
- Терпеть не могу горчицу, - скривился юрист, отнимая вилку от тарелки. – После неё горит весь рот.
- Ник, - подала голос Ламия, обращая на себя внимание. – Мистер Ландау не в восторге от горчицы, больше не добавляй её.
- Но он...
- Спасибо, - громко поблагодарил Ноа, прерывая Ника. – Очень учтиво с вашей стороны.
Он мягко улыбнулся Ламии, а та в свою очередь хитро подмигнула, аккуратно зацепив кончиков вилки острую смесь, отправляя себе в рот. Ноа выдавил насмешку, но ничего не ответил, продолжая трапезу.
Уже на выходе из поместья Ян осторожно приобнял Ника, пока Лэйн переговаривалась с Каином, крепко сжимая в руке найденный мешочек. Проводив гостей, Ламия растянулась на кресле, замычав от усталости.
- Тяжёлый день? – Ноа подсел рядом.
- Нет, не тяжёлый. Просто устала следить за всеми.
- Ты хорошая хозяйка, - парень мягко коснулся лба девушки. – Как себя чувствуешь?
- Сегодня вы ведете себя иначе, мистер Ландау.
- Просто позволил себе делать, что хочу.
- Продолжайте.
***
- Ты серьёзно?
- Абсолютно, - Лэйн вытянула мешок из-под тонкого свитера. – Оттуда же я забрала его в прошлый раз. Смотри, этот другой и сделан был недавно.
- И правда. Черт...
- Ник, - девушка закусила губу. – Ты думаешь, он как-то связан с этим?
- Я не... - Ян осекся, отводя взгляд. – Я с ним, ну, ох, черт.
- Это я поняла, - выдохнула сестра. – Я о том...
- Нет, ты не поняла. Он сам согласился на ритуал.
- Ты что, всё ему рассказал?
- Не всё, - покачал головой Ян, ступая по узкой тропе. – Ник не идиот, он многое знает, в том числе и про этот чертов культ. Я лишь сказал, что возможно угроза для Каина и Ламии, на что он сам предложил помочь.
- Ты ему соврал.
- Это не выглядела как ложь, - Ян закусил губу. – Точнее... Он знает больше, чем говорит и слышит, я уверен.
Несколько дней они оба не появлялись в поместье, занимаясь своими делам на ферме и в пабе. Давид все реже появлялся и быстрее работал, словно не хотел задерживаться на месте. Он искоса бросал странные взгляды на окружающих, чему удивилась даже Лэйн, ведь сейчас мужчина мало походил на того, с кем она познакомилась изначально.
- Имур хочет, чтобы мы зашли к ней, - шепнул сестре Ян, скрываясь в подсобке.
Лэйн устало выдохнула, но не сопротивлялась. Они редко пересекались, не считая ежесезонных сборов, но иного выхода не было, это означало лишь одно – что-то не так.
Её дом выглядел лучше, чем многие, пусть и тоже стоял в отдалении. Забор не покосился и был из металла, а не дерева, с острыми шпиками на верхушках. Ставни закрыты, с крыши капал уже вечный для этого места дождь. Из небольшой дверной щели виднелся свет.
Им открыла Тата, сразу же покидая помещение, скрываясь в темноте. Больше дома никого не было, лишь Имур, которая держалась за висок одной рукой, явно сдерживая боль.
- Что ты наделал? – процедила она сквозь зубы, приоткрывая глаза, чтобы посмотреть на Яна. – Что ты, черт возьми, наделал?
- То, что вы просили, - парень скинул влажный капюшон, делая шаг вперед, прикрывая сестру. – Оставил нашу метку.
- На ком?!
- На ком смог.
- Посмотри на меня, - болезненно выдохнула Имур, показывая своё лицо. – Посмотри внимательно.
От подбородка и до виска на лице женщины вены проступили так сильно, что были заметны даже в полутьме. Один глаз был залит кровью, словно капилляры лопались каждую секунду. Волосы с одной стороны головы посидели и порядели, прежде никто из них не знал, что это бывает так быстро.
- Я, - парень не мог подобрать слова. – Я всё сделал так, как мы умеем!
- Она снова здесь, это без сомнений, - выдохнула женщина, грудь тяжело вздымалась. – Я просто не хотела в это верить, чёрт.
Ян и Лэйн переглянулись, не понимая смысл слов Имур. Даже если это и последствие болезни, они не могли прогрессировать так быстро, вариант был один – ей кто-то помогал. Добавляя в довесок проблемы с погодой, скот, сгнивший урожай, нельзя было не верить в то, что что-то происходит.
- Может, они не причём, сама подумай, - Ян встряхнул головой, скрывая отвращение от внешности женщины. – Это всего лишь потомки старой семьи.
- Всего лишь, - Имур сдавленно ухмыльнулась, прищуривая больной глаз. – Это нужно проверить.
- Мы больше не станем ничего делать, хватит.
- Да к черту вас, - женщина выплюнула эти слова. – Семья Делани всегда делала всё, что от неё просят, спустя рукава. Вон!
Ян и Лэйн вяло поклонились, хлопая дверью. Девушка все так же сжимала найденный мешок, с силой бросая её в сторону подвала.
- С ума сошла!? – Ян оттянул сестру подальше. – Это надо сжечь!
Девушка покачала головой, толкая брата в сторону. Внутри неё кипело разрастающееся напряжение, стоило лишь оказаться рядом с их главной жрицей. Лэйн и без того не хотела находиться в этом месте, а уж слышать упрёки и оскорбления сильнее её разозлили. Ян приобнял сестру, понимая её эмоции, скрываясь в темноте.
- Завтра зайдём к ним, хорошо? Я поговорю с Ником.
- Я хочу рассказать всё Каину, - твёрдо ответила Лэйн. – Пусть лучше считают, что мы все сумасшедшие.
- Не надо, ты его ещё больше напугаешь, да и к тому же... - Ян нахмурился, оглядывая вдалеке знакомый особняк. – Мне кажется, что Имур права.
***
Я продолжаю делать вид, что с усердием штудирую всю информацию, связанную с Мэллори. Выбираюсь в город, отправляя и получая письма, и вообще при любой возможности покидаю поместье – там меня не преследует Ламия.
Она хотела, чтобы я узнал как можно больше данных связанные с её семьей, а если быть точнее – есть ли у них с Каином ещё кто-то. И дело не в том, что я этим не занимался, совсем нет. Дело в том, что как только я копаю в их прошлое как можно дальше, тем активнее Ламия оказывается рядом, отрывая меня от работы.
Испорченные страницы, отвлечения внимания, ложная информация, что она дала мне изначально – любой другой бы на это повелся, но я не стал. Мне приходится много думать и молчать, иного мне не остается, но вместе с этим появилась и другая проблема – Ламия. Вновь.
Всё на ней ломается, обрывается. В её словах один абсурд, смешанный с правдой или ложью, я не знаю. У меня слишком мало данных для того, чтобы окончательно подтвердить свои догадки и источники информации изначально липовые – мне ничего не остается, как пробовать другие методы.
Но есть тот, на ком всё ломается ещё сильнее – Ник. Обычный дворецкий, работник, домохозяин, да кто угодно, но не простой человек. Сознание путалось, стоит только попробовать поискать о нём какую-то информацию или спросить у окружающих – такое чувство, что этот Ник одновременно всегда был здесь, и одновременно не существовал никогда.
Ламия ведёт себя с ним больше, чем с простым рабочим, переданным ей по наследству. Это отношение схоже с её отношением к собственному брату – что странно, ведь Ник точно никаким образом не связан с этой семьей родственными узами, это то малое, в чём я могу быть уверен.
Вернёмся к датам, которые путали меня изначально. Везде разные данные, разная информация. Я могу судить только по своим предположением и ориентироваться на свою интуицию и догадки – Поместье долгое время было необитаемым. Совершенно. И пропавших людей здесь не было, только смерти. Смерть целой семьи, вырезанной в один день. Даже их могилы на кладбище были липовые, стоит лишь только посмотреть на надгробные плиты – в то время такие не создавали. Мне опять лгут.
Иными словами – эта семья не должна существовать вообще. Я сделал запрос касательно материи Ламии и Каина, и ответ меня нисколько не удивил – эта женщина скрывалась и бежала от чего-то. Или, от кого-то.
Но удивило меня совсем другое.
У неё был всего один ребёнок.
Ноа прервал крик, отчего тот машинально вздрогнул, бросая лист в камин. Он спешно спустился на первый этаж, затем на задний двор, распахивая дверь.
Прежде ему казалось, что Ламия вообще не из тех, кто способна показать иные эмоции кроме привычных ему, или выйти из равновесия. Оказывается, Ноа был не прав.
Вслед за ним во двор выбежали и Ник с Каином, застыв на месте. Кассиэль сдерживал в руках кричащую девушку, что совсем потеряла самообладание, ударяя кулаками в грудь мужчины, с ненавистью кидая взгляды на то самое сухое дерево.
Длинная ветка прогнулась под тушей свиньи, что была перевязана в районе горла. Ноа впервые видел что-то подобное, а тем более, что в роли висельника была свинья. Ветвь не иначе, чем каким-то чудом держалась под мёртвой тушей.
- Не смотрите, - Кассиэль пытался прикрыть собой эту картину, - Я же предлагал его срубить...
- Уроды, чёртовы твари! – голос Ламии не был похож на её собственный, она сжимала ладони в кулаки с такой силой, что по ним струилась кровь от царапин. – Каин, быстро к себе!
- Ч-что? Что это...
- Я сказала отправляйся к себе! – Ламия развернулась её лицо скривилось от гнева. – Запрись и не выходи пока я тебе не скажу! Ник!
- Да, да, - юноша кивнул, нервно сглатывая, стараясь не смотреть на печальную картину. – Я его отведу.
- Сам сиди в поместье, - девушка немного успокоилась, но голос не переставал дрожать, прерываясь на частые вздохи. – Не смейте выходить, ясно? Только попробуйте.
- Ламия, давайте я вам помогу, - Кассиэль попытался приподнять девушку, но та вновь его оттолкнула. – Ламия?
- Прочь, - она вытерла подступающие слезы запястьем, качая головой. – Оставьте меня одну.
Мужчина кивнул, возвращаясь в поместье вместе с Каином и Ником. Ноа остался на месте, медленно подходя ближе - он с прищуром разглядывал и саму девушку, и повешенную скотину.
Ламия уже видела мёртвых животных – стоит вспомнить день, когда им подкинули под окна оленя. Сейчас же её реакция была иной, значит, это задело её особенные переживания.
- Что это значит? – Ноа детально разглядывал прогнувшуюся ветвь. – Вам опять угрожают?
- Уходи.
- Как необычно. Повешенная свинья.
- Я сказала тебе уходить. – Ламия сжала траву, упав на колени.
- Напоминает о чём-то дурном?
Девушка резко встала, разжимая руки, ударяя ими о грудь юноши. На идеально белой рубашке остались бледные пятна от сока травы и свежей крови. Ландау никак не реагировал на это, продолжая рассматривать злосчастное дерево.
- Почему ты отказалась от того, чтобы его срубили?
Ламия со злостью во взгляде подняла голову, встречаясь с парнем глазами. Сейчас она действительно выглядела пугающе, лица пропала привычная хитрость и завлекающие детали. Может, Ноа и мог бы ей сопереживать, если бы девушка сама бы не начала с ним эту игру.
- Иногда нужно положить чему-то конец, ведь так? – юноша приподнял Ламию за подбородок, склонив голову на бок.
- Я наняла тебя, значит ты должен быть на моей стороне.
- Если бы ты сразу сказала, в чём моя цель, то я бы не был против. Зачем ты всё это устроила?
- А как иначе было заинтересовать тебя? – Ламия болезненно ухмыльнулась, стирая слёзы пальцами. – У людей вроде тебя слишком рациональное мышление.
- Я пытался уехать, - процедил Ноа, сжимая чужой подбородок. – Несколько раз. Когда этот дождь прекратится?
Ламия вырвалась, вскидывая головой. Она сглотнула, в последний раз оглядываясь на повешенную скотину, глубоко выдыхая. Взяв Ноа за ладонь, она отправилась внутрь поместья, крепко сжимая его руку. Ландау в ответ сжал чужую, ощущая подступающее раздражение, но вместе с тем и лёгкое торжество – кажется, он понял всё, что так долго собирал по крупицам.
- Каин ведь не твой брат.
Ламия замерла на пороге, дернув щекой. Она попыталась вырваться из хватки, но этого не получилось, Ноа был сильнее.
- Кто наследник этого поместья?
- Я, - уже привычным тоном ответила девушка. – И Каин. Мы оба.
Ландау резко развернул Ламию лицом к себе, вжимая в стену, стоя на лестнице. Он подмечал каждую деталь на её лице, как оно двигалось, даже следил за дыханием. Его ладонь легла на чужое горло, сильно сжимая. Через пару секунд за углом показался Ник, который сразу же бросился вперёд, но Ламия жестом остановила его.
- Не нужно, Ник. Мистер Ландау просто хочет поиграть.
- Мистер Ландау, кажется, уже наигрался, госпожа. – Ник слабо поклонился, скрываясь в темноте.
- Как он вовремя всегда появляется, так ведь? – голос Ноа перешёл на шёпот. – Либо я появляюсь около него.
Ламия мягко улыбнулась, опуская с себя чужую руку. Она притянула парня ближе, и Ландау ощутил уже знакомое ему чувство помутнённого сознания. Он и к этому был готов, растворяясь в нём, лицом зарываясь в шею девушки, закусывая кожу. Тело обожгло огнем, стоило Ламии лишь царапнуть острым ногтём по его руке, а когда его губы накрыли чужие, он окончательно потерял связь с реальностью.