Ничего святого

- Мира, прости, что привела его. Но я не могла одна, - Наташа пыталась держаться, но не смогла, заплакала, закрывая одной рукой рот, а другой держась за живот. Вова с хмурым видом утешал кудрявую. Что-то в её поведении цепляло мой взгляд, и я не сразу поняла, что именно.

- Всё хорошо, милая, - я погладила блондинку по плечу и мягко улыбнулась, - зачем ты пришла?

Руна чувствительная девушка, и сейчас я без слов поняла, что она узнала о потере. Из-за слез говорить у неё совсем не получалось. Суворов обнял её за плечи и стал тихо что-то говорить, успокаивая. Все остальные стояли в растерянности, не зная, чем можно помочь, пока всхлипы блондинки наполняли комнату, заставляя сочувственно хмуриться каждого. Здесь всем было больно из-за смерти Рады, но конкретно в этот момент мы ощутили своё бессилие. Старшейший враг человека и едва ли не худшая из эмоций.

Когда Наташе стало немного легче, я позвала Мишу. Он осторожно высвободил кудрявую из объятий Вовы и под его строим взглядом усадил за стол. Арчи приготовил для подруги чай, а я позвала Вову в другую комнату, чтобы поговорить. День быть слишком длинным и тяжёлым, но и следующие лёгкими не будут. Чтобы расслабиться, я достала из шкафчика Арчи бутылку дорогого алкоголя и разлила в два бокала янтарную жидкость.

- Давно ты узнал? - я первой нарушила тишину, когда мы уселись друг напротив друга, - о том, кто она.

- Когда мы помирились. Наташа сразу рассказала, не хотела начинать новую жизнь с того, чтобы снова врать, - Адидас говорил уверенно и твёрдо, но глаза выдавали волнение. Зрачки подрагивали от напряжения.

- Хорошо.... - я сделала глоток из стакана, заполняя паузу в разговоре, но на самом деле эти минуты я использоыала, чтобы взвесить решение, которое приняла, прежде чем озвучить, - Вов, увези её. На время, пока здесь не уляжется.

- Не понял, - старший нахмурился, - разве это не Дракон сделал? До меня дошли слухи, что он мертв и разобралась с ним Медуза. Жилкой заправляет Хайдер, это разве опасно?

- Хайдер и Рада были парой. Никто не знает, поедет ли крыша у парня от горя. Это во-первых, - я поджала губы, снова обдумывая свои догадки, - во-вторых есть некий Паук, который хочет мою голову, он и отдавал приказы Дракону. А в-третьих... Адидас, она беременна?

Вова посмотрел мне прямо в глаза так, будто видел впервые. Долгий молчаливый взгляд изучал меня, будто искал подтекст, которого не было. В конце концов он просто кивнул.

- Тогда тем более. Она не рассказывала, но инстинкты у женщин спрятать не получается, вот я и заметила. Я помогу, Вова, увези подальше отсюда и от Москвы. Универсам в руках Кощея, за Маратом присмотрят супера. А вот о Наташе позаботиться больше некому.

- Честно, я и сам думал об этом... Только за Марата волнуюсь и пацанов оставлять в такой беспредел страшно, - признался Суворов и устало потер лицо, - кстати, о пацанах... Турбо где пропадает? Их с Зимой теперь не поймать. И за дисциплину не предъявить, потому что с Кощеем ходят... Не ты отправила куда-то?

- Нет... Не я. Но меня это тоже тревожит. Вечером, надеюсь, узнать у Валеры. Но ты не переживай. Эти трое тоже под присмотром, никуда от нас не денутся, - я ободряюще улыбнулась, а Суворов потрепал меня по волосам, как много лет назад.

В этот момент, казалось бы, мелкий и незначительный, обычное касание волос заставило меня снова почувствовать себя той девчонкой, которую старшие берегли и не позволяли узнать вкус проблем и крови. От этого я ощутила себя уязвленной, чего конечно не хотела показывать в Гнезде при подопечных, о которых должна заботиться. Пришлось снова натянуть маску холодной уверенности.

После недолгих обсуждений наших планов на ближайшие дни, я снова оставила главным Арчи. Ему предстоит присмотреть за Змеями и за порядком в городе, пока я поеду в Москву с Филом. Я собиралась улететь утром послезавтра, но, это слышал Хайдер, и я говорила это по телефону, а значит, информация может просочиться. Лучше полететь завтра после похорон. Мысли о прощании с одной из моих "детей" разбивали меня окончательно, поэтому я поспешила домой.

Я дошла сама, отказавшись от сопровождения и от того, чтобы меня подвезли. Надеялась, что прохладный вечерних воздух развеет тяжесть в груди хотя бы немного, но вместо этого я раз за разом вспоминала бледное лицо Сестрёнки, перемазанное кровью. Этой же кровью сейчас обливалось моё сердце, сжимаясь всё сильнее.

Зайдя в квартиру, я оперлась на дверь и скатилась по ней на пол. Ключи упали из моих рук, но мне было не до них. Не включая свет, я стала стягивать с себя обувь, а истерика захватывала меня невероятно быстро. Громкие рыдания со всхлипами и хрипами заполняли прихожую, отскакивая от стен. Я так глубоко была внутри себя, в болоте из своей боли, страха и бессилия, что не видела ничего кроме этой алой пелены в зажмуренных глазах. Руки дрожали, а грудь буквально распирало изнутри жгучим отчаянием. Настолько сильно меня выжигала эта потеря, что образ сильной и жестокой Медузы распадался пеплом, и я закричала, закрывая ладонью рот.

Как оказалось, почти сразу, как я заплакала, из комнаты вышел Валера. Слабый свет из приоткрытой двери слегка освещал прихожую, потому он смог рассмотреть лишь то, что я сидела без обуви одна и плакала. А заметила я его только тогда, когда горячие руки подняли меня с пола. Валера прижал меня к себе со всей нежностью, хотя в первую очередь был очень обеспокоен моим состоянием. Я даже не слышала его вопросов, отчего кудрявый начинал злиться, не зная, навредил мне кто-нибудь или нет. Но уже в комнате, когда Валера уселся на кровать, опираясь на стену спиной, и усадил меня к себе на колени, как маленькую, я стала приходить в себя. Туркин целовал меня нежно и осторожно, мягкие касания сухих губ наполняли теплом, вытесняли одиночество, забирали тоску. Он осыпал невинными поцелуями мои щеки, лоб, плечи, и поглаживал по спине и волосам, успокаивая.

- Скажи мне, Мими, кто тебя обидел? - осторожно спрашивал зеленоглазый, сдерживая огонь внутри себя, - что с тобой случилось?

- Дракон убил Раду... - я сделала глубокий вдох, всё ещё вздрагивая после истерики, - перерезал горло посреди улицы рано утром. Хайдер принёс её в Гнездо. Он убил моего близкого человека, понимаешь?

- Понимаю, - хрипло отозвался Туркин, - вот почему его голова сегодня появилась на собрании старших, - я этого не знала, поэтому удивлённо взглянула на Валеру, - Кощей сказал было собрание, но без тебя оно было быстрым. Познакомились с новыми верхушками, после того замеса у Хади, Киноплёнки и Тяп-ляп не осталось главных. Вот они и выбрали, сегодня объявили.

- Я не знала. Не до того было, - я прижалась к нему ещё ближе, цепляясь за шею, как за спасательный круг, - а причём тут Дракон?

- Жилки не было на собрании. Но в самом конце пришёл Хайдер, кинул на стол коробку и сказал, что по указанию Медузы теперь он Старший, - Валера усмехнулся, упоминая меня, и оставил поцелуй на макушке, прижимая меня к груди, - Хайдер сразу ушёл, а Жёлтый коробку открыл. Там голова отрезанная. Даже пацанам поплохело от такого вида. Радует, что это сделала не ты, моя маленькая Медуза.

Я тихо посмеялась и потерлась кончиком своего носа об его. Говорить больше не хотелось. Хотелось только оставаться в этих объятиях вечность, вдали от опасности и проблем. Сегодня я чувствовала себя ребёнком, потому что Валера отнёс меня в душ, а сам постелил постель, принёс мне чистую одежду и приготовил ужин, пока я растворялась под струями горячей воды. Аппетита совсем не было, но Туркин вдруг стал таким милым и заботливым, что расстраивать его совершенно не хотелось, и я впихнула в себя хотя бы немного еды. Уже после ужина, лёжа в постели, я задала вопрос, который мучил меня с самого утра.

- Кот... - нежно протянула я, - где ты был весь день? Рано ушёл, вернулся недавно, и в последние дни пропадал подолгу, а на базе тебя не было.

- Следишь за мной? - Валера напрягся, кажется, злится, - Ты же не думаешь, что я имею отношение к тому, что случилось с Радой?

- Нет, не слежу, - спокойно ответила я и оторвала голову от его груди, перевернулась на живот, чтобы смотреть в глаза, - и нет, кот, я так не думаю. Я думаю, что вы куда-то влипли, и очень волнуюсь. Скажи мне, что вы делали втроем? Где пропадали?

- Мы никуда не влипли. Не забивай селе голову и не волнуйся, мы больше не будем пропадать.

Валера коротко и властно поцеловал меня в губы и уложил обратно в свои объятия, давая понять, что разговор окончен. Я чувствовала, как он напряжён, потому росла и моя тревожность. Туркину я готова доверять свою жизнь каждый день, бесконечно, без единого сомнения. Я готова стоять за его спиной и с восхищением наблюдать, как он защищает меня от целого мира. Но к чему я не готова - к тому, чтобы чувствовать себя вне игры. Чуствовать себя отодвинутой, не нужной, не важной. Молча обижаться было не в моём стиле, поэтому я снова вернула кудрявыму прямой и честный взгляд.

- Не оставляй меня, - сказала я строго, Валера даже не сразу понял, о чем я, - не заставляй хоть на секунду почувствовать себя не важной, как сейчас, когда ты требуешь доверия, а сам не отвечаешь на простой вопрос.

- Я не отвечаю не потому что не доверяю, Мими, - Туркин нежно улыбнулся, - твоя охота закончена. Лу очень переживала, но выдала Вахиту имена остальных в твоём списке. Больше не ищи их.

Я разозлилась сразу, как до меня дошёл смысл его слов. Я злилась на парней за то, что убили тех, кого я сама должна была покарать. Я была зла на подругу за то, что выдала мой секрет. Мне хотелось довести месть до конца, хоть это и изматывало меня. Но стало бы мне легче, когда я закончила бы свою вендетту?

flashback

- Лу, я очень устала, - призналась я подруге, когда мы засиделись на кухне до поздней ночи в очередной раз, - я хочу закончить круг. Хочу, чтобы они заплатили за всё, что сделали со мной, но я так устала. После каждого убийства, я будто снова на время возвращаюсь в те недели, когда очнулась в больнице в Москве и не могла говорить.

- Я тебя понимаю, - эмоциональная Лу сразу подсела ближе и обняла меня, потому что от этих мыслей её глаза намокли, - давай прекратим? Им всё равно в аду гореть, Мира, они ответят за всё. Не терзайся этим.

- Нет. Я не могу отступить. Я всегда довожу дело до конца, - я была решительна в намерении закончить начатое, но в глубине души знала, что это меня не спасёт.

Ни одно убийство не снимало камень с моей души. Даже то, что я наказала убийцу отца не дало мне вздохнуть чуть свободнее, не принесло облегчения. Я умолчала об этом, не стала и дальше жаловаться Лукреции на этот груз, что тяготит меня, но ей и не нужны были слова. Рыжая всегда видела меня на сквозь. Нет, она не спорила и не собиралась действовать наперекор, но она всё понимала.

***

Сейчас я сидела на кухне одна в темноте и думала обо всём, поглощая прохладный дым ментоловой сигареты. Я думала о брате, который всегда так ревностно относится к моей безопасности, а теперь наконец узнал, кто принёс мне только боли. Никита почему-то всегда говорил о том, что "должен защищать сестру", но причины оставались загадкой. Нет, это нормально, старшие братья всегда мило заботятся о младшей сестре, даже если могут сами над ней издеваться, как это делал Ник. Но у него буквально до скрипа зубов стоит цель: чтобы меня и пальцем не тронул никто в плохом смысле.

Я думала о Лу, которая наверняка боится, что я отвернусь от неё из-за того, что она выдала имена следующих жертв. Конечно я была безумно зла вначале, но сейчас эмоции снова под контролем. А головой я понимаю всё. Понимаю, что она спасала меня от самой себя. Понимаю, что Вахита это вообще не касалось, но он всё равно вмешался. Обычно Зима не лезет в чужие дела, он спокойный и рассудительный, но в этой ситуации мимо не прошёл. Выпытал у Лу имена и, по всей видимости, носился с Ником и Валерой, вылавливая этих подонков.

Я думала о Валере. Сейчас он не пошёл за мной, дал мне время остыть. Но я представляю, как он злится, волнуется, не находит себе места за стеной. Ждёт меня. Он так долго меня ждал. Хотел убить, когда узнал о моём возвращении, но увидел мои слезы и позабыл о своих чувствах. Он всегда думал обо мне. И сейчас тоже. Да, возможно первым порывом было выдрать их глотки из эгоизма, потому что тронули "его малышку", но в конечном итоге он снова был на моей стороне. Мне было больно, когда он отвернулся от меня, узнав, что я Медуза. Тогда я надеялась, что Валера вернётся, выслушает, одумается. Так и произошло, а теперь он дал время подумать и мне. Но я не хочу причинять ему такую же боль. Сейчас всё намного проще, потому что я знаю причину его поступка, совсем не осуждаю и не боюсь запаха крови, в которой он буквально искупался. И я больше не злюсь за то, что отнял мою месть. В конце концов, этот груз когда-нибудь должен был упасть с моих плеч. И сейчас, когда я уже подчинила себе ярость и глупую гордость, я понимаю, что благодарна. Он тоже должен это знать.

Я тихо подошла к двери в спальню, где сидел Валера, и прислушалась. Оттуда не было слышно ни звука, я даже подумала, что кудрявый уснул. Осторожно приоткрыв дверь, я увидела его, сидящим на кровати. Валера не спал, но глаза его были прикрыты, скулы заострились от того, как сильно он сжимал челюсти, одна нога была согнута в колене, а на ней лежала рука, которой Валера нервно дёргал. Он открыл глаза и застал меня растерянной на пороге комнаты, зелёные глаза блеснули неестественно ярко, но лишь на миг. Мне показалось. Показалось, что это тот самый страшный светящийся взгляд из моего кошмара, но это лишь игра воображения. Спустя секунду я сумела рассмотреть усталый и виноватый взгляд Туркина, отчего моё сердце растаяло вновь. Он ведь не был виноват, но на самом деле переживал о моих чувствах даже сейчас. Даже когда был неоспоримо прав, берег меня. А за это я готова была отдать ему свою душу до последней крупицы. Потому что только с ним, несмотря ни на что, она оживала.

Не найдя, что сказать, я просто осторожно подошла, сопровождаемая внимательным взглядом. Опустилась на кровать рядом и улеглась на колени Валеры головой. Его плечи сразу расслабились. Видимо, он ожидал новой ссоры или выяснения отношений, вопросов, но их не было. Я только запустила руку ему под футболку на пояснице, касаясь тёплой кожи, чтобы почувствовать его тепло и близость ещё лучше.

- Спасибо, - тихо сказала я хрипловатым от долго молчания голосом, - я правда благодарна.

Благодарить за тройное убийство было очень странно, но такова была наша жизнь. К сожалению, кровь преследовала нас всех, куда бы мы не пошли. Мой голос будто пробудил кудрявого ото сна. В следующую секунду он подхватил меня под спину и переложил на подушку, будто я сама не могла перелечь, а сам навис надо мной, смотря прямо в глаза таким взглядом, от которого мурашки пробирали насквозь.

- Черт возьми, малышка, я убью столько людей, сколько ты скажешь, - это звучало слегка безумно, но голос был более чем серьёзным, Туркин оставил едва заметный поцелуй в уголке моих губ и продолжил говорить, - только не разбивай себя этим больше, поняла? Никакой крови на тебе, Мими. Я сделаю всё сам, только скажи, но себя ты этим больше ранить не будешь.

- Боюсь, ближайшие пару дней мне придётся, - Валера нахмурился и отодвинул лицо чуть дальше, чтобы продолжить смотреть мне в глаза, а я объяснила, - завтра, после похорон, я улетаю в Москву. Моего отца убили по приказу Сильвестра, он подставляет моего почти родного человека - Джако, а ещё он связан с Пауком.

- И ты собралась лететь одна? - бровь кудрявого взметнулась вверх, отчего он стал выглядеть забавно, и я не сдержала лёгкой улыбки.

- Нет, с Филом. За Змеями присмотрит Арчи, а Матвей полетит со мной. Курганские для него семья, а Джако вообще родной брат. Так что мы летим вместе. Не волнуйся обо мне, - бороться с желанием коснуться его я не стала, поэтому накрыла ладонью щетинистую щеку, наслаждаясь теплом.

- Не буду, - невозмутимо сказал Валера, - потому что я лечу с тобой. И не пытайся спорить.

- Из-за Фила? - я дразняще провела ноготком по его груди, наблюдая, как на шее вздувается вена, - это верность, Валера? Или недоверие?

- Да, Мирослава. Я ревную. Это хотела услышать? - самодовольная ухмылка растянула его губы, будто он не признался в глупой ревности, а сообщил что-то важное, - Я лечу с тобой, потому что ты не будешь марать руки. А ещё потому что я тебя никому не доверю. Не спорю, Фил профи, но я буду защищать тебя, а не он.

Я только послушно закивала головой, понимая, что совсем не хочу спорить. На самом деле, где-то в глубине души я была даже рада, что Валера будет со мной. Конечно в компании Фила мне ничего не грозит. А в Москве быть под защитой Фила, Джако и всего Кургана для меня самое безопасное решение. Но держать за руку любимого человека и чувствовать себя в безопасности, гораздо лучше, чем просто знать, что под защитой.