Хроники падших.

Восемнадцать лет спустя. Россия. Москва. 2060 год от Рождества Христова.

Улицы города, залитые теплыми лучами осеннего солнца, погружались в атмосферу радости. Насыщенная золотая листва деревьев раскрашивала город в яркие и сочные оттенки. Калейдоскоп осенних красок играл в глазах, словно страстный танец, напоминающий пластичные движения двух влюбленных, которые двигаются в едином такте. Танец цветов был похож на движения танцоров, которые исполняют танго.

Свет яркого солнца наполнял пустынный кабинет, панорамные окна которого выходили на большую и открытую площадь. Из окна можно было увидеть величественный храм Василия Блаженного и массивное сооружение мавзолея. По площади прогуливались нескончаемые толпы людей, чьи беззаботные лица излучали счастье и спокойствие.

Перед окном стоял высокий и статный мужчина. Его широкие плечи и массивная фигура были подчеркнуты строгим брючным костюмом. Борода аккуратно обрамляла крупные черты лица, скрывая некогда глубокие шрамы, а густые темные волосы были зачесаны набок. Больше зеленые глаза внимательно следили за толпой прохожих, которые прогуливались по брусчатке. Мимические морщины на лице стали более глубокими, когда он едва заметно улыбнулся. В чертах сурового лица появилось что-то, что олицетворяло мягкость и собранность его носителя.

Тишину кабинета нарушил тихий стук, и массивная дверь открылась, впуская молодого человека. Черты его лица были суровы, как и у мужчины, стоявшего у окна. Черный строгий костюм идеально сидел на его фигуре, а смуглая кожа выгодно подчеркивала его худобу. На худом лице виднелся шрам, который тянулся вдоль всего лица. Глубоко посаженные глаза осмотрели кабинет и обратились к мужчине.

— Антон Петрович, могу ли я побеспокоить вас? — хриплый голос, в котором звучали мелодичные и звонкие ноты, нарушил тишину.

— Давай обойдемся без официоза, — голос мужчины отражал спокойствие и дружелюбие. — Мы здесь одни, и можем вернуться к нашим дружеским отношениям, отбросив рабочие моменты в сторону.

Молодой человек поспешил закрыть дверь в кабинет и направился к панорамному окну. Он встал на одну линию с мужчиной, чей глубокий взгляд был по-прежнему обращен на жизнь за окном.

— Я удивлён видеть тебя на работе сегодня, — губы мужчины дрогнули в слабой улыбке. — Гера, к чему этот маскарад?

— Я не могла прийти к тебе в своём гражданском виде, — в одно мгновение вместо грубого мужского образа рядом с мужчиной возникла изящная женская фигура в мужском костюме. — У твоих работников могли бы возникнуть вопросы о появлении моей «сестры» в твоём кабинете.

— Я давно говорил тебе прекратить этот спектакль и открыть твою истинную личность, — глубокий зелёный взгляд обратился к девушке в брючном костюме. — По-твоему, женщина на посту главы охраны и первого охранника президента может вызвать диссонанс в обществе?

— Мне не нужны слухи о моей связи с боссом, — глаза девушки потемнели. — А Гена является моей гарантией спокойствия и защиты от лишнего внимания высших кругов этой страны.

— За восемнадцать лет ты так и не отучилась играть роль безжалостного и грубого Гены, — мужчина рассмеялся. — Надеюсь, вечером ты будешь в своём нормальном виде?

— Буду, — в глазах девушки появились яркие отблески. — На счёт сегодняшнего вечера я и пришла к тебе.

— Есть какие-то проблемы? — мягкие черты мужского лица тут же ожесточились. — Только не говори, что...

— Она вновь сбежала и обманула всю службу безопасности, — девушка недовольно фыркнула. — Судя по твоим рассказам, она точная копия своего отца.

— Поверь, в ней больше от её матери, чем от меня, — мужчина нажал на браслет, который находился на его запястье, открывая голографический интерфейс устройства. — Но ты не переживай, я знаю, где её искать.

— Мне распорядиться о поисках и вызвать ребят для её перехвата?

— Не стоит, — мужчина отошёл от окна и, сняв пиджак, бросил его на кресло. — Я найду дочь собственными силами.

— Антон, как бы там ни было, но появление президента России и человека, который спас весь мир от гибели, вернув человечеству былой порядок, на улицах города не самая лучшая идея. Граждане тебе не дадут прохода, и это вызовет огромные волнения в обществе. Как начальник твоей охраны и твоя близкая подруга я не могу допустить твоего выхода в город без сопровождения.

— Гера, кем бы я сейчас ни был, но часть своей жизни я провёл в качестве универсального шпиона и проникал в самые защищённые уголки мира. Я умею быть скрытным и незаметным. Подобный опыт не пропьешь при всём желании.

— Это точно, — глаза девушки подкатились в недовольной гримасе. — Ты не забыл, что завтра у тебя важные переговоры с представителями мирового сообщества и встреча с президентом Штатов? Их делегация скоро прибудет в Москву и ожидает от нас помощи в ликвидации остатков «Генезиса» на планете.

— Мы окажем миру помощь, но на наших условиях, — с усмешкой произнёс мужчина. — Я дал слово восстановить мир из руин, и я намерен следовать ему до конца своих дней.

— С момента нахождения вакцины и твоего прихода к власти наша страна явно поднялась и заняла лидирующее положение в мире. Теперь все приезжают к нам за помощью, а не мы к ним. Но мне до сих пор интересно, как тебе удалось так быстро найти лекарство и занять этот пост?

— Лекарство нашёл не я, — голос мужчины стал тише. — Это был Катин дар человечеству. Ради него она отдала свою жизнь и пожертвовала собой, и мир никогда не должен забывать об этом.

— Ты оставил не меньший след в мировой истории, чем она, — рука девушки нежно коснулась широкого мужского плеча. — И все мы будем вечно благодарны тебе за мир и покой, которые ты подарил человечеству. В частности, я благодарна тебе за всё, что ты сделал, и за ту жизнь, которую ты обеспечил мне и всем некогда преследуемым «террористам».

— Это мой гражданский долг, как гражданина России и составителя новой Конституции Российской Федерации. Я до мозга и костей русский, и моя душа навечно будет принадлежать этой стране.

— Цитируешь выдержки из своей недавней речи? — девушка рассмеялась. — Оставь пафосные речи для своих избирателей и мирового сообщества. Для меня ты по-прежнему неотесанный и дикий грубиян, который за малым не задушил меня в убежище.

— А ты всегда будешь безумным главарем беспризорников из пустошей, что нагло захватила нас с Катей и пыталась обокрасть. Но только тебе я мог доверить свою жизнь и жизнь моей дочери. Ты мой единственный и самый близкий друг, которым я буду дорожить до конца своих дней.

— Эй, президент, утри сопли и заканчивай сентиментальничать, — девушка тряхнула головой и хлопнула ладонью по плечу мужчины. — У тебя есть несколько часов, прежде чем я начну действовать и найду беглянку своими силами. Сегодня я позволю тебе вольность и отпущу на волю. Но с завтрашнего дня даже не думай обманывать меня или пытаться скрыться. Я достану тебя из самой глубокой ямы и притащу в Кремль за шкирку, как провинившегося школьника. Усёк?

— Предельно, — мужчина улыбнулся. — Гера, спасибо за понимание и твою заботу. Надеюсь, ты почтишь нас своим присутствием вечером.

— По-твоему, я позволю пропустить день рождения своей крестницы? Даже не надейся на это, — девушка бросила мужчине небольшую дорожную сумку. — Я прикрою тебя, босс. Ты можешь положиться на меня.

— Как и всегда.

Спустя час по оживлённым улицам мегаполиса катил ретро-автомобиль, привлекающий внимание своим необычным дизайном. Этот автомобиль, словно перенесённый из давно минувших времён, выделялся среди других транспортных средств, проезжающих по дороге.

За рулём сидел мужчина, чьи грубые мозолистые пальцы уверенно держали кожаный руль. Крупные черты его лица были скрыты за тёмными очками. Его массивное тело было облачено в белоснежную футболку, а кожаная куртка насыщенного чёрного цвета подчёркивала широкие и мускулистые плечи. Длинные ноги были облачены в простые джинсы, а стопы удобно расположились в белых кроссовках.

Во внешности этого мужчины сложно было узнать строгого политика и лидера мирового сообщества. Сейчас это был самый обычный человек, чья внешность была яркой и привлекательной.

Яркие фары автомобиля освещали дорогу белыми бликами. Мужчина нажал на приборную панель, и салон наполнился звуками лирической мелодии. Его суровый взгляд смягчился, а в уголках больших глаз мелькнули капли солёной влаги, и по щеке скатилась одинокая мужская слеза.

Сонный рассвет на перекрестке нашей истории
Ты дарила мне свет, озаряя мой путь теплом своим
И все ветра, что когда то окружали меня до тебя
Ты смогла обуздать, свою веру храня, в меня
Под облаками летать
Вниз с высоты не смотреть
Посмотри, мама, кем же я стал
Пусть эти ночи не сменят нам день
Мне небеса даровали те сны
Где летали меж орбитами
За руки держались мы
И весь этот мир нам завидовал
Ещё один рассвет тут без тебя, переживу
Мои взгляды давно выучила наизусть
Мне одиноко, но ты знаешь что я промолчу
Ещё один рассвет тут без тебя, кому я вру?
(Akmal — мир нам завидовал)

Автомобиль остановился у величественного мраморного монумента, расположенного в центре празднично украшенной площади. На площади стояла статуя молодой девушки, держащей в руках огненный шар, который освещал всё вокруг своим мягким сиянием. На монументе золотистыми буквами была выгравирована надпись: «Consumo aliis in serviendo» — «Светя другим, сгораю сам».

В тёмной части площади на одной из лавок сидела одинокая женская фигура. Молодая девушка с мокрыми глазами смотрела на монумент, её губы дрожали, а из уст вырывались тихие и неразборчивые слова.

— Так и знал, что найду тебя здесь, — за спиной девушки раздался мужской голос, полный глубокой печали.

— Папа? — тело девушки вздрогнуло, и она быстро вытерла слёзы, стараясь скрыть свои эмоции. — Что ты здесь делаешь?

— То же, что и ты, — мужчина обошёл девушку стороной и занял свободное место на лавке. — Отдаю дань уважения той, кто спасла человечество от неминуемой гибели и подарила мне смысл жизни.

— Я серьёзно, — зелёные глаза девушки внимательно смотрели на его лицо. — Разве ты не должен сейчас встречать мировых лидеров и произносить пафосные речи на весь мир?

— Я перенёс все дела на завтра, — мужчина усмехнулся. — Мир может подождать. Сегодня у меня есть более важное дело, чем общение с мировым сообществом.

— И что же это за дело?

— День рождения моей любимой и единственной дочери, — массивная рука легла на хрупкое женское плечо, притягивая девушку к мужскому телу. — Ты же не думала, что я променяю этот день на очередные политические дебаты?

— И ты отменил переговоры с мировыми лидерами ради... — девушка запнулась. — Ради меня?

— Надя, ради тебя я готов послать весь этот мир и всё его сообщество, — мужчина ещё крепче прижал её к себе. — Но мне интересно, как ты смогла сбежать от охраны и почему вместо шумной вечеринки ты проводишь свой восемнадцатый день рождения в одиночестве?

— Я провожу его рядом с мамой... — голос девушки задрожал, а глаза вновь наполнились влагой. — Я хотела, чтобы в этот день она была рядом со мной.

— Я бы тоже этого хотел, — голос мужчины перешёл в слабый шепот. — Но твоя мама всегда рядом с нами, и она отдала свою жизнь, чтобы ты жила полноценной и счастливой жизнью. Она отдала эту жертву во имя всего человечества, подарив Надежду всем нам.

— Ты знал, что я была ключом к излечению от «Генезиса» и к созданию действенного антидота против него? Ты поэтому позволил маме умереть и дал мне шанс родиться?

— Я не знал этого. Но твоя мама чувствовала твою значимость и знала о твоей роли в судьбе этого мира. Она заставила меня сделать этот выбор и просила поднять этот мир из руин, заплатив долг её родителей перед всем человечеством.

— Ты рассказывал мне много историй о своей жизни и о вашей с мамой любви. Но вот чего я никогда не могла понять, так это то, почему ты сделал выбор в пользу меня, а не любви.

— Я сделал этот выбор как раз в пользу любви. Ведь ты и есть итог нашей любви и её прямое воплощение, — пальцы мужчины взялись за лицо девушки, направляя её глаза в его сторону. — Надежда Антоновна Вознесенская, ты — спасение этого мира и его Надежда на продолжение. Твое появление на свет позволило спасти остатки цивилизации и дать миру шанс на восстановление. Ты — самое ценное, что было, есть и будет в этом мире, и ты — моя настоящая и единственная любовь. Детка, я люблю тебя, и моя душа всегда будет принадлежать тебе.

— Пап, я тоже люблю тебя, — девушка прижалась мокрой щекой к широкой мужской груди. — И я каждый день своей жизни благодарю судьбу за такого любящего и заботливого отца, как ты. Ты смог стать мне отцом и матерью в одном лице и смог обеспечить счастливую и полную любви жизнь. Спасибо тебе за это.

— Поверь, в твоей маме было не меньше любви, чем во мне, — мужчина опустил пальцы в один из карманов, достал сложенный клочок бурой и грязной бумаги и протянул его девушке. — И в доказательство своих слов я хочу передать тебе поздравление мамы с твоим совершеннолетием.

— Что? — глаза девушки широко раскрылись. — Что значит «поздравление от мамы»? Как это возможно?

— Я много лет не мог решиться показать тебе это письмо, да и сам не мог решиться прочитать его содержимое. Но этот клочок бумаги содержит в себе последние слова твоей матери и её чувства к тебе. Я думаю, пришло время отдать письмо законному адресату и показать, каким человеком была твоя мама и как сильно она любила тебя.

Несколько минут девушка не решалась взять протянутый ей обрывок бумаги. Но вскоре её тонкие бледные пальцы, сильно дрожа, всё же ухватились за бурый клочок. Когда она раскрыла его, её взгляд сразу же остановился на словах, написанных неровным почерком на бурых следах давно засохшей крови.

«Малыш, я не знаю, как начать разговор с тобой и что бы я хотела сказать. Возможно, всех слов этого мира не хватит, чтобы выразить мои эмоции и любовь к тебе. Как бы я хотела сказать тебе лично, как сильно я тебя люблю и что ты — самое дорогое, что было в моей обречённой на страдания жизни.

С первого дня своего рождения я была вынуждена скрываться и играть чужую роль. Меня ждал разрушенный мир, полный жестокости, ненависти и борьбы за жизнь. В моём мире не было справедливости и правды. Я жила во лжи и в нескончаемой войне с самой судьбой.

И для того, чтобы подарить тебе шанс на лучший и иной уклад жизни, я отдаю эту жертву. В моей душе горит искра надежды, что ты увидишь другую реальность и будешь жить в лучшем мире.

Кем бы ты ни был и какой бы путь ни выбрал, я хочу верить, что твой папа сможет подарить тебе то семейное тепло и ту родительскую любовь, что он и я не смогли познать в своих жизнях. Не знаю, как обстоят дела в нынешней реальности, но твой папа всегда будет для меня олицетворением мужества, силы и любви. Он смог подарить мне короткий, но яркий миг счастья. Он показал мне настоящую и полную красок жизнь. Твой папа всегда будет для меня источником силы и маяком надежды в непроглядной тьме.

Малыш, я хочу искренне попросить у тебя прощения. Прости меня за то, что меня не было рядом и ты рос без материнской любви и заботы. Из нас двоих ты имеешь больше прав на жизнь и должен пройти большой и долгий жизненный путь. Будь лучше своих родителей и спаси этот мир. Ты и только ты сможешь стать Надеждой человечества и его шансом на спасение. Будь сильным и никогда ни перед чем не сдавайся. Даже перед лицом смертельной опасности никогда не забывай о том, чей ты потомок. Ты синтез двух потерянных душ: дочери генерала в отставке Петра Ивановича Вознесенского Екатерины Петровны Вознесенской и сына сорок седьмого президента Соединенных Штатов и лучшего шпиона в мире Энтони Эдварда Прайса. Ты наша Надежда и наша любовь. Ты лучшее, что могло случиться с этим миром и с нами.

Сегодня тебе исполнится восемнадцать, и твоя жизнь полностью будет принадлежать тебе. Найди свой путь и сделай всё возможное, чтоб не допустить ошибок прошлого. Учись сочувствию, состраданию, пониманию и прощению. Будь лучше, чем мы, и наполни свою душу теплом и радостью. Смотри на мир вокруг себя другим, отличным от нас взглядом и всегда помни, что даже на руинах всегда можно построить новый, лучший мир.

Человечество всегда будет иметь пороки и слабости. Мир по-прежнему будет подвержен войнам, борьбе за власть, амбициям и жестокости. Люди всегда будут совершать одни и те же ошибки, обрекая себя на уничтожение. Но несмотря на это, человечество заслуживает второго шанса. Мир должен увидеть свет и должен встретить очередной рассвет нового дня.

Пусть мне не суждено увидеть восстающее из тьмы солнце и я никогда не почувствую прикосновение его теплых лучей. Но ты сможешь прожить этот момент за нас обоих. Ты встретишь этот рассвет и будешь стремиться сделать этот мир немного лучше, чем он есть на самом деле.

Помни, я люблю тебя и всегда буду рядом с тобой в твоем сердце. Моя душа навечно будет жить в нашем наследии и она останется в этом мире в тех людях, что буду жить после нас.

Твоя любящая мама Екатерина».

Бурые капли слёз окрасили лист бумаги. В солёной влаге, стекавшей по щекам девушки, отражались блики пламени зажжённого пламени. Она обратила полный слёз взгляд к мраморной статуе. Её губы дрожали, а голос срывался:

— Мам, я обещаю, что сохраню твою душу и твоё наследие. Этот мир будет спасен, и день за днём, год за годом я буду делать всё возможное, чтоб не допустить его уничтожения. Я навечно сохраню память о тех временах, когда человечество стояло на грани вымирания, и всегда буду стремиться к лучшему и светлому будущему. Ведь история дана нам для того, чтоб учесть ошибки прошлого и не допустить их возникновения в будущем.

Конец.