1.21
Прошел месяц.
За всё это время я ни разу не почувствовал себя живым, как это было раньше. Возможно, ранее я не придавал этому значения, но сейчас меня стало пугать такое состояние, ведь оно значило лишь одно - я превращаюсь в монстра.
Пребывая в таком состояние, я ничего не делал, потому что считал это пустой тратой времени. Я пропускал занятия с Грэссой, хотя, я думаю, она и сама была рада этому, я напрочь забросил тайную жизнь, а моё состояние не позволяло мне вновь вспомнить о танцах, моё тело отказывалось танцевать, потому что начинало противиться этому, но самое ужасное, так это то, что я напрочь забыл про Арэна. И виню себя за то, что позволял себе выбирать веселье, вместо того, чтобы приехать к нему, я виню себя за то, что поступаю с ним точно также, как отец.
Доказательств против меня достаточно.
Я буду таким же, как и Он.
Мой отец.
Впервые за 2 месяца я узнал, что меня потеряли, во мне нуждаются. Новость о пропаже Чёрного Всадника распространилась не только в стенах заброшенного здания, но и умудрилась расползтись по всему Лос-Анджелесу, что принесло мне дополнительную славу, ведь многие люди узнали, что в городе появилась новая загадка с особым талантом, подобно Catgirlvoice, но теперь на этом самом пьедестале славы меня ставили не одного, меня объединяли с таинственной незнакомкой, которую считали моей союзницей. Я должен был развеять эти стереотипы и показать людям, что я борюсь за славу один, а эта девушка является моим соперником.
Кто она? И почему я больше не интересуюсь этим вопросом?
Грэсса окончательно испортила меня, поэтому она должна была получить своё. Одна маленькая мышка смогла толкнуть мой привычный темп жизни и заставить его сойти с дороги, потерпев страшную аварию.
- Мистер Уайт, мы всё сделали, - неожиданно произносит женский голос за моей спиной.
Слегка нахмурив брови, я оборачиваюсь назад и вижу Эшли, которая стоит в помещении с сумкой в руках.
- Отлично, - отворачиваясь обратно к окну, произношу я. - Скажи, чтобы ждали в коридоре, я приду через пару минут.
Слышу позади хлопок двери, она покинула комнату.
Вот и пришел тот день моей самостоятельной жизни, когда моё состояние больше не позволяло мне держать у себя прислугу. Я должен был отпустить их. Последний раз смотрю в окно, в котором так долго рассматривал высотки центрального района, а затем отправляюсь в коридор. Спускаясь по лестнице, я замечаю на себе несколько пар глаз, в которых нет ни единой нотки счастья. Я теряю людей, к которым так привык, но меня вынуждают сделать это, я больше не могу платить им за их работу, а ведь у них есть свои семьи, которые нужно обеспечивать.
- Чтож, - немного подождав, произношу я, - этот момент должен был когда-нибудь наступить, и мы все это прекрасно понимаем. Ваши деньги появятся на ваших картах в течении двух дней. Спасибо, что работали у меня и терпели вашего хозяина со сложным характером.
На лицах людей появляются теплые улыбки, я начинаю подходить к каждому из них и прощаться. Уже навсегда.
- Мистер Уайт, - шепчет мне на ухо миссис Эрджем, пока мы обнимаемся на прощание, - звоните мне в любое время. Я всегда готова приехать и помочь вам: приготовить ужин, убрать или постирать. Это будет совершенно бесплатно.
Я лишь улыбаюсь и слегка киваю женщине. Когда расходится весь персонал, остаётся лишь Эшли, девушка, которая всё это время терпела с моей стороны больше, чем простое унижение. С некой грустной эмоцией на лице, я смотрю на девушку, которая не перестаёт улыбаться мне своей нежно улыбкой. Она всегда так делала, но видимо я никогда не замечал этого. Отгоняю на мгновение свою гордость и делаю шаг к ней, заключая её в свои тёплые объятия. Стоим молча уже 2 минуты и крепко обнимаем друг друга. Я должен извиниться, ведь она выдержала это испытание до конца. Она не идеальный человек, но она намного лучше меня, я не испортил её, своим поведением, за это я ценю её.
- Прости, Эшли, - гладя её по спине от лопаток к пояснице, произношу я, - ты заслуживаешь намного больше, чем у тебя есть. Я был неправ, потому что вынуждал тебя.
- Всё нормально, Дэвер, - мягко улыбаясь, произносит она. - Я не обижаюсь на тебя.
Даже не представляю, как буду существовать без них всех, но даже не сомневаюсь, что это только начало.
- У тебя есть мой номер, - произносит она. - Если нужна будет помощь, можешь позвонить мне. Я помогу тебе, ничего не беря в замен, но имей ввиду, спать я с тобой точно не буду. Так что не звони мне по этому поводу.
- Хорошо, - подавляю в себе смех я, последний раз обнимая Эшли. - Будь счастлива.
Отпускаю девушку и внимательно смотрю на неё. Она берёт в руки сумку и, улыбнувшись мне, покидает мой дом. Останавливаюсь в проходе и смотрю в след темноволосой служанке. С лица не сползает улыбка, потому что я понимаю, что ничего не сделав хорошего людям, они настолько привязались ко мне, что готовы вернуться в мой дом и помочь мне, не взяв с меня денег. Я отпускаю их, будто отдаю часть чего-то важного, того, что было так дорого мне всю жизнь. Я отпускаю преданность. Навсегда. Эта ситуация впервые задевает мои мысли и заставляет понять то, что невозможное - возможно.
Люди меняются.
************************************
Дом кажется таким пустым, безлюдным, а пустота начинает давить на меня, заставляя понять всю серьезность ситуации. Всё проходит значительно быстрее, чем я думал. Спустя 2 месяца я уже потерял рабочих в своём доме, что же будет дальше, когда я буду вынужден продать дом?
Вхожу в комнату, в которой нет ничего из мебели, кроме картин на стенах и маленького холодильника с напитками в углу большого зала.
Я студент, который может работать, но теперь, когда я так высоко установил планку своей личности в этом городе, я не мог пойти работать в простую забегаловку или что-то подобное ей.
Единственное, что оставалось, так это вернуться к танцам. Теперь я буду бороться за денежный выигрыш, но чтобы за него бороться, я должен был вернуть всё то, что упустил за эти 2 месяца.
Я должен был начать танцевать при условии, что тело отвергает любые движения. Чтобы танцор вновь начал танцевать, нужна была музыка, которая затронет его душу и заставит каждую клеточку умелого тела, вновь поддаться мелодии, работая как один единый организм.
Распластавшись на полу, около окна, и подложив под голову подушку, я достаю из кармана спортивных штанов свой телефон и включаю первую попавшуюся музыку в своём Facebook. Смотря в потолок, я пытаюсь прислушаться, пытаюсь понять, что чувствует моё тело, но по-прежнему ощущаю пустоту. Непрерывно мотая треки с одного на другой, я продолжаю смотреть в одну точку, всё больше понимая, что моё тело остаётся безжизненным.
Человек, танцуя, выражает те эмоции и чувства, которые таятся в его душе. Но как заставить себя танцевать, если в душе ничего не осталось? Что выражать, какую эмоцию передавать людям, когда ты опустошён, как стакан воды, долгое время находящийся под палящими лучами солнца?
С отчаянным стоном, я поднимаюсь с пола и вставляю в уши наушники, продолжая искать музыку, которая оживит меня и заставит подчиниться ей. Следую по пустому дому, в котором больше нет никого живого кроме самого меня, и то, даже в этом я последнее время сомневаюсь. На первом этаже я обхожу зал, а затем направляюсь по белому коридору, в конце которого находится стеклянная дверь. Никогда не задавался вопросом, почему в моем доме так много окон и стеклянных дверей, если я люблю темноту? Почему я позволяю солнцу так часто разгуливать по моим мрачным комнатам?
Наверно, потому что когда-то я любил солнце больше, чем тень, но это было так давно, ещё до постройки этого дома. Так почему же?
Может это надежда?
Добираюсь до прозрачной двери и открываю её, выходя на задний двор с идеально-выстриженной лужайкой. Теперь она полностью зарастёт травой, ведь некому будет за ней ухаживать, но меня это волнует в последнюю очередь. Брожу по зелёной траве от одного края участка до другого, повторяя это раз за разом и безостановочно мотая треки в моём телефоне.
Ну же!
Разбудите желание! Вселите надежду!
Останавливаюсь у края бассейна и смотрю в воду на своё отражение, которое искажается движение маленьких волн под напором легкого ветра. Выглядит нелепо, я бы даже сказал уродливо. Но разве это я? Разве я настолько уродлив, насколько вижу себя в этом отражении ребристой поверхности воды?
Присаживаюсь на корточки и обреченно склоняю голову, напрягая каждую мышцы на спине. Выдаю противный вздох.
Дело вовсе не во внешней красоте, а во внутренней. От меня ничего не осталось, мой эгоизм и жесткость сделали своё дело, погубили всю красоту, которая расцветает в душе человека в его детстве под воздействием неземной любви и теплоты родительских чувств.
А что получал я? Ремень до посинения.
По телу пробегают мурашки от одного страшного воспоминания, въевшегося в моё подсознание, от которого я никогда не смогу избавиться. Шевелю пальцами, разрывая невидимые нити ветра в воздухе, и прикасаюсь к ребрам, прямо под сердцем. Тело чувствует холодную руку, но мгновенно привыкает. Веду ладонью к боку и добираюсь до лопатки. Отчётливо помню, как рассматривал рассечённую кожу на этой стороне спины и огромный чёрный синяк в зеркале, в маминой комнате. Резко убираю руку и поднимаюсь на ноги, выдергиваю наушники из ушей и кидая их вместе с телефоном на лужайку. Делаю шаг вперед и на мгновение оказываюсь в невесомости. Всего один шаг в неизвестность позволяет ощутить трепет в своей душе. Признаки жизни. Наступаю на ребристую поверхность, которая выглядит так убедительно, что сможет выдержать целую тонну, но мгновенно погружаюсь в этот видимый и осознаваемый обман. Мои детские чувства выглядели не иначе, как гладь воды, чистая и прозрачная, но стоило только кинуть в неё гору грязи, и больше ничего не осталось.
Задерживаю дыхание, а вода окутывает приятным холодом, который расслабляет разгорячённое от злобы тело. Прижимаю сильные мускулистые ноги к груди и обхватываю их руками, прижимая к коленям голову.
Вы когда-нибудь играли с друзьями в игру "Float"? "Поплавок".Суть игры понятна даже младенцу, а правила до ужаса просты "Кто дольше продержится под водой, тот и выиграл". Сжавшись в подобие эмбриона в утробе матери, я всплываю спиной к поверхности, от чего чувствую легкое покалывание ветра на своей коже, вынырнувшей на поверхность.
Играя с друзьями в "Поплавок", часто решаешь подшутить над ними, прикинуться утонувшим, ведь эта ситуация поиграет с их нервами. Ты ждешь, когда они начнут стучать по твоей спине, пытаться вытащить из воды, и тогда ты выпрыгнешь и начнешь кричать им, что ты пошутил, а они за это попытаются забрызгать тебя водой. Веселые детские развлечения. Но часто бывает так, что друзья не верят тебя, а ты до последнего ждешь. Лёгкие начинают сжиматься, в них разливается огромный жар, будто красный обжигающий огонь, ты зажмуриваешь глаза сильнее, думая, что это поможет тебе продержаться чуть дольше, а голова начинает ужасно кружиться, её настигает кислородное голодание. Это рождает в человеке панику, и он выныривает на поверхность, разочаровываясь в своих намерениях.
А сколько смогу продержаться я? И какое чувство настигнет меня, если я претерплю это кислородное голодание в своей голове?
Какова та грань между нехваткой кислорода и смертью?
Под давлением воды на ушные перепонки, я слышу, как во мне течет кровь, как мой организм бранит меня за то, что я ещё не завтракал сегодняшним утром, но отчетливее всего слышны удары сердца.
В школе, на уроках биологии, нам говорят, что человеческий организм живет, пока наше сердце отбивает ритм. Эта работа слишком сложна для такого маленького органа, но каждый день он работает для того, чтобы человек жил. И эта фраза однажды убедила меня в том, что каждый из нас создан для того, чтобы наш мир существовал и процветал, ведь все мы часть единого огромного организма. Я твёрдо решил в тот день, что буду жить, пока моё сердце не остановиться, несмотря на все внешние факторы.
И мои плохие воспоминания не должны заставлять меня думать о той грани между потерей сознания в холодной воде и смертью.
Резко разжимаю руки и ноги и переворачиваюсь на спину, выныривая из воды. По-прежнему слышу лишь то, что происходит внутри меня, ведь мои уши находятся в воде. Жадно вдыхая свежий воздух, заполняя им всё пространство в своих легких и открываю глаза, вглядываясь в голубое небо.
Медленно размахиваю руками в воде, поддерживая себя на плаву, и понимаю, что тишина была моей музыкой. Мой внутренний организм был музыкой, вселивший в меня маленький росток надежды, который должен был пустить корни и разрастись до размеров самого большого дерева. Моё внутреннее спокойствие уравновешивает собственные мысли.
Почуяв желание и непреодолимую жажду танцев, я выбираюсь из бассейна и на бегу подхватываю телефон в руку, спешу в свой опустошённый дом и забегаю внутрь. Чувствую, как на лице появляется улыбка, настоящая, искренняя, живая. Тяга к любимому делу становится всё сильнее и сильнее, а в душе чувствую непривычный для меня трепет. Вставляю наушники в уши и бегу в зал, который недавно покинул в самом ужасном расположении духа.
Возможно, в моей душе нет места для любви, но всё же там есть жажда, которая заставляет меня чувствовать, что душа во мне всего-лишь находится в крепком сне...