Глава 30
Лиам Касано
Я всегда думал, что умею держать себя в руках. Контроль моя стихия. Я привык подчинять себе людей, ситуации, даже собственные чувства. Но именно рядом с ней я себя .
Она стояла внизу, в холле, и собиралась уйти. Казалось бы, всего лишь поход к подруге. Ничего опасного, ничего из ряда вон. Но внутри меня всё клокотало. Я знал, что её просьба не просто желание увидеть Софию. Нет. Она хотела вырваться. Хоть ненадолго, но вырваться из той клетки, которую я сам для неё создал.
Я наблюдал за ней с верхней площадки лестницы, так, чтобы она не заметила. Смотрел, как её пальцы нервно сжимали ремешок сумки, как она кусала губу, стараясь скрыть дрожь. А потом я услышал её голос. Тонкий, пронзительный, срывающийся. Она умоляла меня отпустить её, и в этих словах было столько боли, что сердце сжалось.
Но я остался каменным.
- Ты не доверяешь мне, Эмма, - произнёс я тогда, и сам себе показался чудовищем.
Её глаза наполнились слезами. Она отвернулась, чтобы я не видел, но я видел всё. Каждую крупинку её боли. Каждое дыхание. Она дрожала, но стояла прямо, упрямо, не давая себе рухнуть передо мной.
Я сказал, что отпущу её с людьми. Мои слова прозвучали холодно, почти равнодушно. Но внутри... внутри меня рвало на части.
Теперь, когда она стояла у дверей и собиралась уйти, я должен был что-то сделать. Остановить её. Сказать, что был неправ, что мне плевать на доверие, на гордость, на власть лишь бы она не плакала. Лишь бы не смотрела на меня с такой тоской.
Но я не сделал этого.
Я застыл в тени, как наблюдатель, словно трус. Мне казалось, если я вмешаюсь, если позволю себе слабость, то разрушу то, что ещё оставалось от моего контроля. А он был нужен. Обоим.
Внизу дверь открылась. Сквозняк коснулся её волос, и они рассыпались по плечам мягкой волной. Я вцепился в перила так, что костяшки пальцев побелели. Каждое её движение отзывалось во мне, будто она вырывала из груди куски.
Почему я позволил довести её до слёз?
Почему допустил, что единственный человек, которого я хочу удержать, смотрит на меня, как на чудовище?
Я злился. На неё. На себя. На весь этот мир. Но больше всего - на себя.
В голове звучал её голос.
- Я хочу выговориться. Я не могу держать это в себе.
И ведь я понимал, что должен был стать тем человеком, которому она сможет всё рассказать. Но вместо этого я снова поставил стену. Снова сделал так, чтобы между нами зияла пропасть.
Она вышла за порог. Я услышал щелчок двери.
В груди стало пусто. Как будто вместе с ней из этого дома ушёл воздух.
Я хотел броситься следом. Схватить за руку. Прижать к себе. Сказать, что сожалею. Что мне невыносимо видеть её слёзы. Что пусть ненавидит, пусть кричит, но только не уходит.
Но я остался стоять.
- Это к лучшему, - прошептал я сам себе.
Я пытался убедить себя в этом. Что её страх это правильно. Что именно так я смогу удержать её рядом. Не лаской. Не доверием. А страхом.
Ведь если она будет бояться, она не уйдёт.
Но эти слова отдавались в голове фальшивым эхом. Я прекрасно знал это ложь. Она уйдёт. Рано или поздно, несмотря ни на что. И если не физически, то душой. Уже уходит. Каждый день, по кусочку.
Я прошёл в кабинет и захлопнул дверь. Тяжёлый воздух давил на грудь. Я налил себе виски, но даже крепкий алкоголь не помогал. Горло жгло, а внутри только росла пустота.
Я сел в кресло и закрыл глаза. Вспоминал её смех. Те редкие минуты, когда она позволяла себе быть настоящей рядом со мной. Тёплой, живой. Эти мгновения были, словно свет среди тьмы, и я жадно ловил их, будто умирающий от жажды человек ловит капли воды.
А потом вспоминал её слёзы. Её дрожащие руки. И то, как она смотрела на меня сегодня. Моё чудовище победило. Но вместе с тем погибло что-то во мне.
Я хотел верить, что её страх это гарантия того, что она останется. Но в глубине души понимал что страх никогда не удержит. Страх только разрушает. И однажды он разрушит всё, что между нами есть.
Я сжал виски в руках и тихо усмехнулся. Горько, безрадостно.
Я тот, кого называют монстром. Тот, кто держит всех в страхе. Но именно этот страх делает меня самым слабым рядом с ней.
Я снова увидел перед глазами, как она выходила за дверь. Как дрожали её плечи. Как блестели слёзы на ресницах.
И я ничего не сделал. Ничего.
Злость клокотала в груди, сжимала сердце. Хотелось разбить всё вокруг. Хотелось орать. Но я просто сидел в тишине, и эта тишина была страшнее любого крика.
Я потерял момент. Возможно, самый важный... Я позволил ей уйти.
И если честно, я боялся, что однажды она не вернётся.
Но всё равно говорил себе, что так лучше. Что пусть она боится. Пусть ненавидит. Лишь бы оставалась рядом.
Я сам выбрал быть её клеткой. Но если клетка разрушит саму птицу что тогда останется от меня?
Я закрыл глаза, прислонился к спинке кресла и глубоко вдохнул.
Внутри всё металось... зверь, жаждущий её, и человек, уставший от собственной жестокости. Но я знал одно, сейчас уже слишком поздно отступать.
Теперь игра зашла слишком далеко.
И даже если я буду ненавидеть себя за каждый её слёзы я не позволю ей уйти.
Никогда.
Я поднялся, подошёл к окну. Снаружи ночь была такой же чёрной, как и мои мысли. Машина, увозившая её, уже скрылась за поворотом, но я всё равно смотрел туда, словно мог удержать её взглядом.
- Игра продолжается, Эмма, - прошептал я в темноту.
Мои пальцы коснулись стекла, холодного, как её глаза сегодня. Я видел её испуг, её ненависть. Но именно в этом я уловил то, чего она сама пока не понимала.
- Ты думаешь, что хочешь свободы? - продолжил я тихо
- Но скоро сама будешь хотеть остаться. Не убегать. Не прятаться. Просто быть рядом.
Я усмехнулся уголком губ.
- Ты захочешь чувствовать мой запах, видеть мои глаза, слышать мой голос. Ты сама выберешь клетку, потому что она станет твоим домом.
Я отстранился от окна и налил себе ещё виски. На губах играла холодная улыбка.
- А пока... пусть игра продолжается.