Глава 18
Лиам Касано
Её шаги эхом отзывались в моём доме. В моём мире. В стенах, где никто не смеет возражать мне, где каждый вдох подчиняется моим правилам, вдруг оказалась она, хрупкая, сломанная, но до безумия упрямая. Эмма Уилс.
Она шла по коридору, озираясь, словно попала в чужую вселенную. Я видел её настороженность, как пальцы скользили по стенам, будто она проверяла реальность этого места. В её взгляде было всё, недоверие, страх, гордость. Но ещё, тень любопытства. И именно эта тень сводила меня с ума.
Я шёл чуть позади, позволяя ей самой выбирать темп. Хоть я и знал, если захочу, она не сделает и шага без меня. Но спешить было глупо. Слишком долго я ждал момента, когда смогу забрать её от тех, кто называл себя её семьёй.
- Ты в безопасности, - произнёс я тихо, чтобы слова не прозвучали приказом.
Она чуть заметно вздрогнула, будто этот голос мог стать оковами. Не ответила. Только сжала руки в замок, словно защищалась ими от всего мира.
Я хотел подойти ближе. Схватить за плечи, прижать к стене, заставить поверить. Хотел коснуться её так, чтобы она ощутила что теперь она принадлежит только мне. Мои ладони сжались в кулаки. У меня слишком много желания но слишком мало терпения.
Мы вошли в гостиную. Огромные окна, мягкий свет, дорогая мебель всё это не имело значения. Её глаза цеплялись за детали, будто она искала слабое место в моей крепости.
- Тебе здесь не нравится? - спросил я, заметив, как она скептически оглядела пространство.
- Здесь... слишком тихо, - ответила она после паузы.
Я усмехнулся. Конечно. Она привыкла к дому, где тишина всегда была перед бурей. Здесь же тишина знак покоя. Но она пока этого не понимает.
Эмма подошла к окну. Лёгкий свет падал на её волосы, превращая их в золотую дымку. Я стоял позади и наблюдал. И внутри всё рвалось наружу, желание подойти, провести рукой по её волосам, наклониться и вдохнуть её запах.
Я сделал шаг. Потом ещё один. Остановился так близко, что мог ощутить её тепло. Она повернула голову, наши глаза встретились. И мир вокруг перестал существовать.
В этом взгляде было всё, что я ненавидел и жаждал... недоверие, упрямство, боль. Но глубже - искра, которую я собирался разжечь.
Моя рука сама поднялась, остановившись в сантиметре от её лица. Я хотел коснуться её щеки, провести пальцем по губам, а потом наклониться и...
Чёрт. Я остановился.
Она заметила это движение, её дыхание сбилось. Губы приоткрылись, словно в безмолвном протесте. На миг я увидел, что она не уверена, оттолкнуть меня или... позволить.
Я сжал пальцы в кулак и отдёрнул руку.
- Черт, не сейчас, - произнёс я хрипло.
Она нахмурилась.
- Что не сейчас?
Я чуть усмехнулся, стараясь спрятать, сколько борьбы внутри меня.
- Не важно.
Но для меня это было важно. Потому что я мог... Прямо сейчас мог завладеть её губами, её телом, её дыханием. И она бы, возможно, не успела сопротивляться. Но тогда я стал бы таким же, как они. А я не позволю себе опуститься до уровня её семьи.
Я подошёл к бару, налил себе виски и сделал глоток. Нужно было чем-то занять руки, чтобы не вернуться к ней.
- Тебе не обязательно играть роль пленницы, - сказал я, повернувшись к ней.
- Здесь никто не посмеет прикоснуться к тебе без моего разрешения.
Она вскинула брови.
- А если это будешь ты?
Удар точный, прямой. Я замер.
Подошёл ближе, шаг за шагом. Смотрел прямо в её глаза. Она не отводила взгляда, черт, упрямая, дерзкая, не понимающая, как это заводит меня ещё сильнее.
- Тогда, Эмма, это будет твоё решение, - прошептал я, почти касаясь её губ своим дыханием.
- И я заставлю тебя захотеть этого больше всего.
Её дыхание сбилось. Она шагнула назад, но спиной упёрлась в стену. Я сделал последний шаг и наклонился. Между нами остался всего сантиметр. Я мог бы поцеловать её. Хотел этого больше, чем воздуха.
Но остановился. Смотрел на неё, на её дрожащие губы, на глаза, где боролись страх и интерес.
- Ещё не время, - сказал я тихо и отступил.
Её плечи опустились, она поспешно отвернулась, будто хотела скрыть смятение.
Я знал, она не готова. Но я также знал теперь она думает об этом. Думает обо мне. И это играло мне на руку.
Я позволил ей уйти наверх, к гостевой комнате. Она пыталась скрыть, что руки дрожат. А я остался внизу, снова налил себе виски и сжал стакан так сильно, что хрустнул лёд.
Желание жгло меня изнутри, но вместе с ним я ощущал странное удовлетворение. Потому что я не сорвался. Потому что в этой игре я буду диктовать темп.
И когда придёт время - она сама потянется ко мне.