Глава 8
Лиам Касано
Мой кабинет утопал в полумраке. Единственный свет исходил от настольной лампы, отбрасывая мягкое сияние на кипу бумаг и бокал виски. Я никогда не любил яркий свет, в темноте мысли приходили яснее.
Дверь тихо скрипнула, и вошёл Матео. Его шаги я узнавал из тысячи: уверенные, неторопливые. Он закрыл за собой дверь и, не дожидаясь приглашения, опустился в кресло напротив.
- Cavolo, ha notato la macchina. ( Бля́, она заметила машину ), - сказал он, глядя прямо на меня.
Я поднял глаза от бокала.
- Per quanto ne so? ( Насколько заметила )
- Достаточно, чтобы насторожиться. Но не настолько, чтобы понять, кто и зачем следит. Она испугалась, но списала на совпадение.
Матео заговорил на английском, это означало, что он очень зол на то что провалился. Я молча сделал глоток виски. Холодная жидкость обожгла горло, но мысли оставались такими же трезвыми.
Эмма Уилс. Имя, которое слишком быстро поселилось в моём сознании. Я знал о ней всё: где учится, где работает, кто её друзья. Но при этом не знал самого главного, почему с того вечера в клубе я не могу выбросить её из головы. Я моментально стал одержим ею.
Она слишком молода для моего мира. Слишком чиста. В её взгляде не было того, к чему я привык: страха, лжи, выгоды. Она смотрела на меня иначе. Будто видела человека, а не монстра.
- Убрать машину? - спросил Матео, ломая паузу.
Я посмотрел на него холодно.
- NO ( Нет ). Пусть привыкает.
Он кивнул, хотя по глазам я понял, он бы предпочёл осторожность. Матео всегда был практичным. Но он не спорил со мной. Никогда.
- Есть ещё новости, - продолжил он.
- Семья Уилс... у них всё хуже, чем мы думали. Долги растут. Отец пьёт. Брат... - он замолчал, подбирая слова.
- Скажем так, он не подарок.
Я сжал бокал сильнее, чем хотел. Стекло тихо зазвенело в моей руке.
- Chiaro (ясно), - произнёс я тихо.
Внутри поднималась злость. Мне не нравилось, когда к женщине прикасались грязные руки. А уж к ней, тем более.
Я встал и подошёл к окну. С улицы доносились звуки ночного Рима, далёкие сигналы, смех, музыка. Всё это казалось чужим, далеким.
- Она ещё не понимает, но уже в моей игре, - сказал я, не оборачиваясь.
- И выхода у неё нет.
Матео промолчал. В этом молчании было больше, чем в словах. Он знал если я сказал - так и будет.
Я сделал глоток виски до дна и поставил бокал на стол.
- Следи за ней, но аккуратно. Она не должна бояться слишком сильно.
Матео кивнул и вышел.
А я остался один в полумраке, с единственной мыслью, которая жгла сильнее любого виски: Эмма Уилс - моя и только моя.