Бал
Зал переливался золотом свечей и блеском драгоценностей. Оркестр уверенно вёл мелодию, кружили пары, а в воздухе витал сладкий аромат цветов. Все вокруг сияли, будто каждая улыбка и каждый жест были отрепетированы заранее.
Ты стояла у колонны, стараясь держать вид равнодушия. Бокал в руке помогал скрыть лёгкое волнение: все взгляды будто скользили мимо тебя, и в то же время — слишком часто задерживались.
— Любопытно, — раздался за спиной спокойный голос. — Как вам удаётся оставаться в тени, когда весь зал горит светом?
Ты обернулась и встретилась взглядом с Бенедиктом Бриджертоном. Его глаза, мягкие и внимательные, выделялись на фоне десятков других, холодных и расчетливых. В его улыбке не было ни капли скучной светской учтивости — только искренний интерес.
Он слегка поклонился, протянув руку:
— Позвольте мне быть вашим спутником хотя бы на этот танец.
Ты замерла, но всё же вложила руку в его ладонь. Тёплую, уверенную, но не властную.
Оркестр заиграл новую мелодию, и он повёл тебя в центр зала. Все взгляды вокруг перестали существовать — остались только шаги, скользящие по паркету, и ритм музыки, в котором ваши движения совпадали удивительно легко.
— Признаюсь, — сказал Бенедикт, ведя тебя в повороте, — я редко нахожу интерес в балах. Но, похоже, сегодняшний вечер сделал исключение.
Ты подняла бровь.
— Вы говорите это каждой?
Он усмехнулся.
— Только тем, кто отвечает взглядом так, будто не верит ни единому моему слову.
Ты не удержалась от лёгкой улыбки. А он, заметив её, словно на секунду потерял шаг и тут же вернул равновесие. Но в его глазах появился новый блеск — словно эта улыбка для него значила больше, чем весь бал.