Глава 19
Сара торопливо шла по коридору и надеялась, что Александр дождётся ее. Она совершенно забыла о его просьбе, а когда вспомнила, обнаружила, что прошло уже больше двух часов. В главном зале было пусто. Сара уже была готова разочарованно развернуться, как позади, услышала голос Александра.
- Теперь мы можем поговорить? – Его вопрос прозвучал мягко, но напряжено и в сочетании с поклоном казался наигранным.
- Конечно, – ответила она и улыбнулась. – Только давай не здесь. – Он кивнул. – Может у тебя есть предложения?
Тот несколько секунд подумал и нерешительно протянул ей руку.
- Я соглашаюсь на подобное только потому, что заставила тебя ждать, – сказала она, беря его руку. – Решишь предать меня и умрешь. – Последние ее слова прозвучали скорее смешливо, чем с угрозой.
Когда Сара открыла глаза, то обнаружила себя среди деревьев. У неё закружилась голова, и девушка опёрлась о ближайшую сосну стремясь обрести равновесие. Слишком много перемещений для одного дня.
- Вы в порядке? – обеспокоено спросил Александр.
Видимо она слишком побледнела.
- Да. А где мы? – оглядываясь, спросила она.
- А это важно?
Секунду, подумав, Сара отрицательно замотала головой. Все что их окружало это высокие многолетние сосны, мох, мелкий кустарник и иглица. На улице уже была глубокая осень, и Сара переставала чувствовать свои пальцы от холода.
- Так ради чего я согласилась пойти в лес? - спросила она, делая несколько шагов навстречу.
- Вы знаете, каким был один из последних приказов вашего отца? – Сара кивнула. – И вы знаете почему он его отдал? – Она снова кивнула. – Мне нужен от вас ответ.
- На что? – Сара не представляла, что может такого знать.
- Если я уйду сейчас, что будет с Барри?
Она несколько раз тупо моргнула, пытаясь вникнуть в его слова.
- Что значит уйдёшь? – уточнила она напряженно.
- Вы как-то сказали, что от службы Магистру можно уйти лишь одним способом.
- Смерть, – тихо продолжила она и Александр кивнул. – Ты хочешь знать, что случится с Платтом если ты решишь убить себя?
Она негодующе на него посмотрела.
- Именно.
Девушка всплеснула руками.
- Ну, для начала он обезумит от горя, и будет винить себя до конца жизни.
Александр хмыкнул и печально улыбнулся.
- Мне приятна ваша вера госпожа, и я всегда буду глубоко ценить все, что вы сделали для меня. Если честно я думаю, что Магистр куда сильнее истязал бы мою душу не стой вы рядом с ним. Вы же не знали о приказе? – Он усмехнулся. – Я видел ваше лицо, когда докладывал о отлично выполненной работе. И знаю, что вы бы помешали этому, по причинам для меня до сих пор неизвестным, будь вам известно о планах отца, но этого не случилось и теперь Барри никогда не простит меня. Он ненавидит меня. Всем сердцем.
- Я не поверю в это. – Сара сделала ещё шаг навстречу. – Я видела, как ты привязан к нему и видела, как он относится к тебе. Видела вас вместе и отказываюсь верить, что он не понимает, что откажись ты убить Дарена, то мой отец приказал бы это другому, и тот бы был совсем не мягок, а что ещё хуже, он бы приказал убить тебя, но до этого заставил бы смотреть как истязают Платта. Единственная причина, по которой он не сделал этого это то, что Платт сейчас рядом с тобой и Магистру всегда известно, что с ним. Хочешь знать, что будет с Барри, когда ты уйдёшь? – Сара хмыкнула и пристально посмотрела ему в глаза. – Он прикажет схватить Платта, посадит под замок и будет добывать из него столько крови, сколько возможно, при этом пытая его. Он жаждет узнать, как устроены руны, а в голове Барри нет на это ответа, а вот в его теле... - Она замолчала и потёрла виски. – Если ты любишь его, то не подвергнешь таким страданиям.
Александр смотрел на нее, а когда отвёл взгляд, девушка могла поклясться, что видела его слёзы.
- Поговори с ним Александр. Убеди его. Он послушает тебя. – Она мягко коснулась его плеча, и парень вздрогнул. – Должен послушать, ведь не просто так согласился принять это. – Она указала на кольцо и с удивлением отметила, что Александр больше не носил перчатки. – Мне посчастливилось общаться с Барри какое-то время, и он совсем не из тех, кто принял бы подобное предложение не думая. Для него это кольцо значит многое, как и для тебя.
Сара не знала, убедила ли Александра поговорить с Барри, но искренне надеялась, что он послушает ее. Ведь поступи он иначе их конец будет совсем не как в сказке.
Александр вздохнул и, когда девушка убрала руку с его плеча, благодарно посмотрел на неё.
- Вы так отличаетесь, – сказал он после недолгой паузы. – От вашего отца. В вас нет его жестокости. – Девушка улыбнулась. – Ваша просьба, вы просили узнать об Роалане Райсе.
Сара напряглась и кинула.
- Конечно, я помню, о чем просила. И полагаю, ты не просто так вспомнил о нем?
- Вы правы, но боюсь, у меня нет того, что вы хотели бы услышать. – Сара нахмурилась. – Он словно тень. Те крупицы правды, которые мне удалось выявить из слухов ничто. Словно вся его жизнь покрыта туманом. Никто достоверно не знает о его детстве и юности. Картинка яснеет только к настоящему времени, но не сильно.
- Но даже я слышала, будто его хотели убрать с должности и о странных обстоятельствах ухода предыдущего директора.
Сара сделала несколько суетливых шагов.
- И я нашёл и информацию и про это.
- Тогда хватит тянуть Александр и скажи уже, наконец, что узнал.
- Разве вы не хотите сами увидеть?
- Я не хочу лезть тебе в голову. Не тяни время. – Она поёжилась от холода и потёрла руки в надежде хоть немного согреться. – А то я превращусь здесь в ледышку.
- Могу предложить пиджак. – Сара жестом остановила его, и теперь в ее взгляде пропало всякое тепло. Парень понял, что не стоит затягивать с отчетом и продолжил. – Ролан Райс старший ребенок в семье ещё есть сестра, Фиона Райс. Она погибла от рук Магистра как раз перед самым концом первых восстаний. Ваш отец приказал ее убить.
- Для чего? – Сара нервно сглотнула.
- Чтобы проверить преданность одного из приближённых.
- Но любой из вас бы убил по его приказу, – непонимающе возразила она.
- Но не того, кого он любит.
Сара широко распахнула глаза. По ее телу прошла горячая волна. Она вздрогнула, а внутри образовалась пустота.
Сара внезапно все поняла.
Убийцей был ее настоящий отец.
- Так значит, он приказал убить ее мужчине которой ее любил? – Она старалась звучать твёрдо.
- Да и он это сделал, тем самым доказав свою преданность.
- А что стало с тем мужчиной потом?
Сара понимала, что получи она ответ на этот вопрос, то навсегда все изменится. Если мужчина из дневника и приближённый, которому приказали убить ее мать один и то-то же человек, то ее настоящий отец, был готов убить женщину, которую любит ради Магистра.
Она сглотнула.
Ее сердце начало бешено колотиться.
В висках стучало.
- Он оказался самым большим лжецом за всю историю эпохи Магистра, – ответил Александр. Сара непонимающе мотнула головой. – Вы знакомы с ним. Он преподавал у вас. Тот мужчина – Эрнест Саверьен.
Сара, не моргая, смотрела на Александра и практически не дышала. Она не знала, как отреагировать на это. Не знала, что ещё сказать. Возможно, она ошиблась, и у ее матери было больше тайн, но что-то в глубине ее сознания подскакивало ей, что это правда.
Эрнест Саверьен — мужчина из дневника.
Она не могла поверить, что, придя в Академию, ища ответы о матери, она упустила тот факт, что мужчина, что был ее отцом, всегда находился рядом. Это так многое объясняло. Почему в тот день, когда она позволила ему заглянуть к себе в голову и увидеть надгробие матери его поведение резко переменилось. Становилось понятно, почему он метался от воспоминания к воспоминанию, словно ища что-то, и если тогда Сара не могла понять, что именно он искал, то теперь все стало предельно ясно. Какая ирония, что именно ему она позволила залезть себе в голову. Она месяцами сидела на его занятиях, отвечала на вопросы и наблюдала за человеком, который был ее отцом. И сейчас она была готова возненавидеть его за то, что он сделал, за то, на что обрёк Фиону. Даже если все это время он шпионил за Магистром ради информации, но кто мог убить ради этого женщину, которую любит? Ответ пришёл сам собой.
Только монстр.
Сара умирала изнутри от опустошения и отчаянья. Ее родной отец едва ли был лучше Магистра.
Она видимо сильно побледнела и молчаливая пауза затянулась, заметя, как на лице Александра отразилось беспокойство, девушка призвала все свои силы, чтобы холодно улыбнуться и попросить его продолжить рассказ, а потом она приложила ещё столько же усилий, чтобы вникнуть в его слова. От шока Сара уже не ощущала холода, и теперь стоять было легче, хоть ноги и подкашивались от слабости.
- После смерти сестры Ролан организовал несколько нападений на Магистра, но все безуспешно, а совсем скоро пришло время Платтов. Когда Магистр ушёл в затишье Ролан погрузился в обязанности директора, но так думали лишь единицы и были правы. На самом деле он был яро уверен, что Магистр ещё вернется, поэтому и продолжил собирать клуб сопротивления. Его членами стали лишь самые близкие. Как известно сейчас этот клуб весьма влиятельная организация. Они причинили немало вреда вашему отцу, а директор принял сторону скорее наблюдателя и с некоторого времени говорят в главе клуба стоит Эрнест Саверьен. Хотя после его последнего заключения под стражу неизвестно, что там происходит. Все очень туманно. Ведь именно Ролан поспособствовал тому, чтобы Саверьен попал под стражу, а они давние друзья. – Сара искренне удивилась этому. – Слухи, о которых вы говорили лишь слухи и знаете, что самое забавное? Сколько бы я не искал всегда один ответ – их пускает сам Ролан Райс.
- Но зачем кому-то пускать про себя компрометирующие, двоякие слухи? – Девушка задумчиво потёрла подбородок.
- И никто в здравом уме и не будет делать это, только если не хочет отвлечь внимание от чего-то действительно ужасного. Ролан годами в тайне сотрудничает с представителями короны, креста и министерства. Со всеми столпами правительства. И как бы я не хотел вам помочь боюсь это все, что можно сказать об этом человек, но, если вам интересно мое мнение... - Сара кивнула. – Он манипулятор и лжец. Такие мутные истории есть лишь у тех, у кого за спиной страшные тайны. Ролан Райс подставляет людей, не боится убивать ради собственного спасения, хоть даже и приближённых. Обычным людям убийства даются нелегко и многие даже ради спасения собственной жизни не пойдут на такое, но не Ролан. Он первоклассный лжец и достаточно умён, чтобы спрятать своё прошлое под слоем пыли и грязных слухов. Вся эта мишура лишь отвлекающий манёвр, и я бы сказал вам о нем что-то дельное, но все, кого он знал в юности, сейчас мертвы. Все, кроме Эрнеста Саверьена, да и то они познакомились достаточно поздно. Может Ролан Райс и на стороне добра в этой войне, но он точно не будет действовать по правилам.
Парень умолк.
Тишину нарушал лишь шум деревьев.
- Спасибо Александр. – Сара благодарно улыбнулась. – А теперь если это все, то будь джентльменом и верни меня в тёплый особняк.
Александр кивнул и поклонившись, протянул ей руку.
- Поговори с Барри, – попросила она, беря его за руку. – Иначе завтра может не настать.
****
Пустынные коридоры Академии все ещё были окутаны хаосом. Словно никто и не собирался убирать последствия вторжения приближённых. Мертвые солдаты, разбросанные вещи, кровь и все это, замерло в тишине. Только торопливые шаги Эдгара нарушали ее. Ему приходилось переступать через изуродованные тела, и он не мог не вспоминать, что здесь произошло. Учеников отправили домой, как только приближённые ушли, а военные взяли под контроль здание. Перепуганные, задыхающиеся от страха и боли дети, получили всю необходимую помощь, но они никогда не смогут забыть, что здесь произошло. Эдгар был уверен, что сейчас он здесь в последний раз. Больше ему нет места в этих стенах. Магистр заставил их снять маски и наверняка его лицо теперь украшает почетное место в министерстве, также как лицо Луизы и Сары. Зайдя в гостиную, он и не подумал останавливаться, лишь хотел узнать вернулась ли Сара сюда, как и обещала или навсегда, как и он, предпочла исчезнуть что совсем не свойственно ее сентиментальности. Но не обнаружил ее, ни в библиотеке, ни в комнате. Тогда решил забрать единственное, что было для него дорого. Хрустальный олень и волк занимали почетное место на его столе, и даже когда в отношениях не ладилось, они были вместе. Эти животные стали для него символом вечности. Символом веры. Символом того, что его любовь настоящая, а не просто притяжении тени.
Эдгар уже выходил из комнаты как увидел в коридоре директора. Мужчина стоял у стены и, положив руки в карманы брюк и наблюдал за ним из-подо лба.
- Похоже теперь здесь будет пусто, – сухо заметил Эдгар и мужчина улыбнулся.
- Война закончится Эдгар, ученики вернутся. Такие места как эта Академия не пустуют долго. – Он хмыкнул, выпрямился и указал на статуэтку в его руках. – Пришёл за вещами?
- Забираю лишь то, что принадлежит мне. – Он подошёл к Ролану. – Надеюсь, за дверью меня не ждёт конвой?
Ролан похлопал его по плечу.
- Знаю, твоя подруга считает, что я что-то скрываю от вас и вставляю палки в колеса, но это совсем не так. Все что я делаю, делается ради победы.
Эдгара его слова не убедили, и он с недоверием сказал:
-Я не знаю ваших мотивов директор, но лучше не пытайтесь навредить близким мне людям.
Усмешка на лице Ролана напомнила оскал.
- О, я знаю, на что ты способен. Мне посчастливилось увидеть твоё шоу на крови и стали. Бедный Эдгар слишком сильный чтобы стоять в стороне, но слишком слабый, чтобы принять себя. – Он осмотрел Эдгара и улыбнулся. – Теперь двери этой Академии закрыты и для вас мистер Морэнтэ. Появитесь здесь ещё раз и военные узнают об этом. До встречи на собрании.
- Не думаю.
Эдгар осмотрел Ролана.
Уставший и потрёпанный мужчина, но это лишь иллюзия. Ролан Райс был хорош в них. Он один из немногих кто освоил это ремесло в совершенстве. Если такие как Сара меняли свою внешность магией, то Ролан создавал иллюзию вокруг себя, неотличимую от реальности.
Эдгар развернулся и пошёл прочь и, проходя мимо нескольких солдат, задался вопросом, настоящие ли они. Или все это лишь магия? Он аккуратно дотронулся до одного из них, и тонкими нитями фигура растворилась, а за ней и все остальные. Конечно, Ролан просто захотелось поиграть на его чувстве вины. Эдгар осмотрел коридор ставший, как и прежде идеально чистым и обернулся в сторону, где раньше стоял мужчина, но его там уже не было. Наверняка Академию очистили ото всех следов магии и убийств ещё до отъезда учеников. Эдгар вздохнул. Ему необходимо было найти Сару, и он намеривался узнать у Луизы, не видела ли она ее.
Начало войны давало своеобразные преимущества. Например, теперь он мог перемещаться куда угодно и это почти не контролировалось. Хоть на здание Академии и были наложены руны, но никто ему не мог запретить перенестись в столицу прямиком с моста. Раньше это было проблемой. Ученики не имели право на подобное без особой выписки, теперь же ограничений нет. Эдгар был осторожен, выбирая место, где окажется. Выбрав укромный переулок, вместо шумной улицы он начал свои поиски. Насколько ему было известно, Луиза после обвинения Эрнеста в добровольном сотрудничестве с Магистром, переехала к нему. Они обосновывались на одной из тех уютных улочек, где все дома однотипные из красного кирпича и открытыми верандами. Эдгар был у Эрнеста и раньше. Давно ещё в детстве мать приводила его сюда до того, как Льюис полностью погряз в пороках, а Эрнест в горе. Но чтобы не происходило и как бы их общение не строилось, всех подробностей Эдгар не знал. Изабелла всегда с особой теплотой и доверием отзывалась об Эрнесте. Их связывало общее прошлое, в которое она так и не решилась посвятить сына. Наверное, во многом, поэтому Эдгар знал, что может доверить Эрнесту Луизу, знал, что может довериться сам.
Выйдя на усыпанную желтой листвой улицу, Эдгар осмотрелся. Идентичные дома, садовые деревья и кое-где машины, но нужно признать, что ты совершенно не знаешь Эрнеста Саверьена, если думаешь, что он будет жить вот так на виду. Его дом был спрятан не просто под семью замками как комнаты, где он жил в Академии. Здесь магия была куда серьезней. Опасней. Это место по праву можно было назвать крепостью. Ты его не найдёшь даже зная, что ищешь, если хозяину это неугодно. Никто бы не смог попасть туда без его ведома и уйти тоже.
Парень брел по улице в надежде заметить перекошенную вывеску галантереи, прежде чем его увидит Луиза слоняющимся в растерянности. И вот прямо за третьим поворотном, где дома заканчивались, и начинался парк висела небольшая вывеска, где извилистым подчерком выведено: «Галантерея» время работы с 8:00-12:11». Странная вывеска, странное время и ещё более странный рисунок в углу. Перевёрнутая пирамида, а внутри эллипс, переходящий в стебель папоротника. Руна предупреждение для знающих и загадка для обычных прохожих.
Эдгар поёжился и сунул руки в карманы серого пальто. Ему не хотелось вламываться в дом Эрнеста. Мужчина всегда с особым трепетом оберегал это место, и Эдгар слабо помнил, что видел там в детстве. Кроме нескольких цветных склянок и книг в его памяти ничего не сохранилось. Все же он решил вывести руну, что была изображена на вывеске и переступить бордюр. Как только он это сделал, перед ним возник двухэтажный дом из красного кирпича, веранда с окнами в пол, а на крыльце желтый ковёр, выбивающийся из всей этой композиции. Это было не совсем то, что ожидал увидеть Эдгар, особенно его удивили, аккуратно высаженные в ряд незабудки у входа. Все это совсем не сходилось с личностью профессора. Пока парень стоял у порога, и в замешательстве разглядывала цветы, дверь отворилась с легким звоном бубенчиков, и он поднял голову. Луиза в черном спортивном костюме, с нелепо закрученным пучком и оранжевых тапках улыбалась ему с крыльца.
- Ты собираешься входить? – спросила она, отходя от двери и предоставляя Эдгару проход. – Или Эрнест был прав, и ты бы простоял здесь в нерешительности пока я не выйду?
Эдгар, уже совсем отошедший от увиденного, улыбнулся подруге и зашёл во внутрь.
- Я только спросить...
Он не смог закончить. Луиза взяла его под руку и потащила через холл к задней двери. Его не покидало ощущение уюта, как только он переступил порог, и это было самое странное. Дом словно источал жизнь. Бежевые стены, цветы, кресла, даже этажерки были так грациозно составлены, что Эдгару пришлось бороться с желанием остановиться и осмотреться. За большой лестницей, ведущей на второй этаж, он заметил дверь и сделал вывод, что за ней подвал, но даже на ее изогнутой ручке была повязана белая лента. Сразу у входа он увидел столовую и кухню с выходом на закрытую террасу, большой обеденный стол из массива, а с другой стороны, гостиная и огромные книжные шкафы.
- Нам нужно поговорить, – сказала Луиза. – Эрнест на заднем дворе, пошли.
Эдгар решил, молча последовать за ней, ведь начни он спорить, то вышел бы отсюда совсем не таким лощеным. Выйдя за дверь, они оказались на открытой террасе. Здесь был большой стол и стулья с мягкими белыми подушками, дальше на газоне было сооружение, напоминающее подиум для поединков, какой был в зале, где тренировались члены клуба, а точнее это была его уменьшенная копия. Эрнест сидел на самом краю и, заметив, что Луиза вернулась, пошёл на встречу.
Эдгару бросился в глаза высокий клен у самого забора, а под ним небольшой стеклянный купол, видимо служивший оранжереей. Если бы не его светские манеры и самоконтроль, то лицо бы уже давно искажалось от удивления.
- Ты был прав, – улыбаясь, сказала Луиза Эрнесту, как только тот поднялся на террасу. – Он бы не сдвинулся с места не приди я.
Эрнест победно улыбнулся.
- Тогда ты должна мне желание. - Он приподняла девушку, и та лукаво на него посмотрела.
- Я что попал на плохо отыгранный спектакль? – не выдержал Эдгар, и Луиза удивленно подняла брови, а Эрнест лишь усмехнулся и сел на один из стульев, увлекая девушку к себе на колени. – Что это за мир такой, где Луиза Райт встречает меня с расслабленной улыбкой, а Эрнест Саверьен спорит на желания и это что оранжерея? – Указал он на купол, и Эрнест кивнул. – И вы выглядите просто до неприличия счастливыми.
Эдгар взмахнул руками и наконец, сел напротив. Луиза, чуть щурясь, внимательно следила за ним.
- Вижу, тебя удивляет, это. - Эрнест многозначительности мотнул головой.
- Если я скажу, что не так представлял твой дом, ты сильно расстроишься? – спросил парень, откидываясь на спинку стула. – Я даже не знаю. Просто это непривычно.
- Не думала, что тебя это так удивит. – Луиза пожала плечами.
- И ты. – Он указал на девушку. – Ты стала такой домашней, никогда не видел тебя такой хоть ты и жила у Эрнеста... - Он замялся. – Сколько? Год?
- Примерно, – ответил за неё Эрнест.
Все замолчали, вспоминая о том времени. Все действительно изменилось. Они изменились.
-Ты не говорила с Барри? – спросил парень у Луизы, и та сразу погрустнела.
- После того, что случилось в Академии, он вернулся домой. – Она увидела удивление Эдгара и печально кивнула. – Да, знаю, я отговаривала его от этого. Предлагала остаться у нас. Эрнест даже радушно согласился выделить ему комнату.
- Как будто у меня был выбор.
Мужчина улыбнулся суровому взгляду Луизы, которым она его одарила.
- Так значит теперь вы официально вместе? – спросил Эдгар, отгоняя тоскливые мысли.
- Ну, для мира она та, кто использовала меня ради места возле Магистра, а так да. Теперь все официально. – Эрнест вздохнул. – Мы всегда рады видеть тебя Эдгар, но зачем ты здесь, не просто же в гости пришел?
- Сразу к делу? И даже не предложите чай? – съязвил он.
- Ты все равно откажешься. – Луиза улыбнулась. – Я надеюсь не случилось ничего ужасного за те несколько часов, что я ушла с собрания?
-Нет. – Эдгар вздохнул. – Я был в Академии, искал Сару.
- Разве она не с тобой? – удивился Эрнест.
- Она ушла с Коулом, а потом... - Эдгар на замолчал на секунду. – Ролан был не рад меня видеть хоть и устроил шоу с иллюзиями.
Луиза повела бровью.
- Он это любит, – хмыкнул Эрнест.
- Так значит, ты ищешь Сару? – Луиза внимательно смотрела на парня.
- Да. Думал, может ты знаешь, куда она пошла.
- Но она может быть дома. В Академию ей не вернуться. Разве нет? – спросил Эрнест.
Он задумчиво осматривал Эдгара.
- Нет. Домой она тоже сейчас не пойдёт. Я был уверен, что она будет в Академии.
- Может она решила сбежать? Устала от твоего контроля?
За такое высказывание Эрнест получил легкий толчок и осуждающий взгляд от Луизы.
- Ладно. – Луиза поерзала, садясь поудобней. – Мы, конечно, не подружки, но я слышала, что она должна увидеться с Александром. Может она все ещё с ним?
- Исключено, – сказал Эрнест. – Час назад он был в одном из ресторанов видимо по поручению Магистра. Приближённые празднуют свою первую маленькую победу.
- А Коул? – спросила Луиза и Эдгар напрягся от упоминания брата. – Уверен, что она не с ним?
- Коул с отцом, – сухо ответил тот.
- Тогда остаётся только один человек, который знает где Сара и это Магистр. – Эрнест, обнимавший до этого девушку за талию, поднялся, усаживая ее на своё место. – Зачем ты ищешь ее именно сейчас? Разве у Сары не может быть своя жизнь?
- Конечно может. – Эдгар покачал головой. – Но разошлись мы на плохой ноте и должны были увидеться в Академии.
- Так значит, она не пришла... - Луиза обернулась на звук закрывающейся двери и увидела, как Эрнест зашёл в дом, потом она посмотрела на Эдгара. – Даже я знаю, что Сара бы не решила просто не прийти.
- Наверное.
- Не звучит уверенно.
- Как я и сказал, мы расстались на плохой ноте.
- Эдгар. – Девушка устало закатила глаза. – Я скажу тебе это сейчас не как та, что днями придумывает план, как избавиться от Магистра и всей его свиты, а как твой друг. – Она посмотрела ему в глаза. – Ваши отношения просто ужасны. Ты меняешься и знаешь, как меня это беспокоит, но я также вижу, что без нее ты лишиться важной части своей жизни. Поэтому я уступила и это одна из причин, почему все не закончилось катастрофой. Да для плана выгодно чтобы ты склонил Сару к нам, но Эдгар... Если забыть про план, то я прошу тебя начни уже думать головой. Не поверю, что ее могли задеть ваши разборки с братом, а значит было что-то ещё, и сейчас я прошу тебя рассказать мне об этом.
Эдгар с секунду молча, смотрел на подругу, а потом тяжело вздохнул.
- Когда ты увела Барри, Сара сказала, что я как и все считаю будто она виновата в смерти Дарена и, что ей никогда не простят того кто она.
- И что ты на это ответил? – напряжённо спросила Луиза.
- Ничего.
- Ничего!? – Она практически подскочила на месте.
- Но это отчасти, правда.
- Эдгар! – Девушка раздосадовано взмахнула руками. – Ты буквально подтвердил, что считаешь ее убийцей и что никогда не сможешь принять!
- Но это не так! – возмутился он. – Ты же знаешь это. Знаешь, что я доверяю ей больше, чем себе самому, знаешь, что я решил примкнуть к Магистру, потому что это единственный способ спасти ее. Знаешь как сильно я ее люблю!
- Конечно, я знаю. Также как знаю, чего тебе стоило убивать тех людей, чего стоило быть там с отцом и братом, какой опасности ты подвергаешь себя и мать, просто находясь там. Я-то знаю про те ультиматумы, что поставил тебе отец и помню, как мы с Эрнестом пытались не дать тебе умереть или сойти с ума в первую ночь после посвящения. Знаю обо всех тех стычка с приближёнными из-за твоей фамилии и помню, как ты яро защищаешь Сару каждый раз, когда у нас заходит разговор о ней. А знаешь, что я ещё помню? – Она наклонилась вперед. – Помню, как ты уходил, чтобы убить ту женщину и твой пустой взгляд после этого, а ещё помню ради кого ты это сделал. Я знаю, что ты убиваешь, подставляешь себя и яро переубеждаешь всех нас ради неё, но Эдгар. – Луиза печально усмехнулась. – Ты хоть раз говорил ей об этом? Говорил о том, что видишь в своих кошмарах каждую ночь? Потому что я знаю, что как только ты закрываешь глаза все, что ты можешь видеть, это как она умирает у тебя на руках по твоей же вине. Видишь, как ты снова и снова придаешь ее. Знаю, что они появились еще давно и лишь участились, когда ты узнал кто она. И знаю, каково это ведь и сама вижу тоже каждую ночь, а Эрнест спит рядом со мной и точно также видит мою смерть, и я знаю это, потому что он мне сказал, и сказал, что я справлюсь. За все годы, что я училась с тобой, я видела тебя с десятками девушек, и никто из них для тебя не был так дорог как Сара Лэдэр. И ты, хоть я и против таких отношений как уже говорила, нашёл ту, которая смотрит на тебя так словно ты весь ее мир. – Луиза хмыкнула и потёрла висок. – Я, правда, не представляю, что творится у тебя в голове сейчас. Не знаю, почему твой брат решил провоцировать тебя, не знаю, почему ты ведёшь себя так. – Она пожала плечами. – Но догадываюсь, как все это видит Сара. Ты оставил ее одну с мыслью, что считаешь убийцей. С мыслью что ты не доверяешь ей.
- Но я не говорил ей такого, – возмутился он.
- Все ещё хуже, ты не сказал вообще ничего. Молчание это просто катастрофа. – Луиза улыбнулась ему. – Скажи уже ей, наконец, хоть о чём-то, что ты сделал для неё. Да хоть о том, где ты достал лекарства.
- Нет, – последовал резкий ответ, и Луиза нахмурилась. – Она только начнёт винить себя.
- Это пока у неё нет времени на вопросы, откуда у тебя зелья, которые не смогла достать она и если Сара сама начнёт искать ответы, будет лишь хуже.
- Я же сказал, нет.
Он твёрдо посмотрел ей в глаза, и девушка кивнула соглашаясь.
- Ладно, тогда просто скажи ей хоть что-то. Выйди из своего идеального образа.
- И как я могу быть уверенным, что ты это говоришь мне как друг? Может тебе просто нужно, чтобы мы наладили отношения, и Сара не начала вести против тебя игру.
Луиза засмеялась.
- Ты не можешь знать, но думаю, я бы сказала что-то такое. – Она задумалась. – Ты должен любыми способами вернуть ее расположение иначе весь план пойдёт под откос, не сделаешь это, и мне придётся убедить твоего отца, что Коул лучше партия, чем ты. Или я бы просто пригрозила тебе смертью.
- Думал после того, как ты стала принадлежать Саре мой отец больше не под твоими чарами.
Луиза покосилась на свои браслеты.
- Твой отец всегда под влиянием женщин и неважно я это или твоя мать. Он все также привязан ко мне хоть теперь обходится малой кровью.
Эрнест вернулся на террасу, и девушка заулыбалась.
- Надеюсь, ты убедила мистера Морэнтэ, что он должен, наконец, начать думать? – поинтересовался мужчина, занимая прежнее место и усаживая Луизу на колено.
- Думаешь его можно убедить? – Улыбаясь, она указал на Эдгара. – Он все равно поступит по-своему.
- Тогда я лишь надеюсь, когда ты решишь уйти от Сары из доброты душевной, ты нас предупредишь, а то не хочется разгребать последствия катаклизмов.
- Сомневаюсь, что она расстроится, – заметил Эдгар.
- Эдгар. – Луиза легонько стукнула по столу. – Начни уже думать!
- Ладно. – Парень напряжённо вздохнул и улыбнулся. – Так что вы хотели мне рассказать?
- Да. – Луиза посмотрел на Эрнеста, словно спрашивая дозволения говорить дальше. – Кто-то убил одного из членов военного совета.
- По приказу Магистра? – удивился Эдгар.
- В этом и дело, я не знаю. Никто не знает.
- Странно.
Эдгар потёр подбородок.
- Но это пока не стало проблемой. Просто будь осторожен.
Луиза ободряюще улыбнулась.
- Видимо все же придётся поговорить с Магистром, – вздохнул Эдгар поднимаясь. – И спасибо.
- Заходи ещё, – сказала Луиза, наблюдая, как он подходит к двери. – Я не пойду провожать, думаю, дорогу ты запомнил и не потеряешься среди комнат.
Когда Эдгар вернулся в зал собрания, то надеялся застать Магистра за решением, какого-нибудь плана, но зал был абсолютно пустым. Так он выглядел совсем угнетающе. Роскошь и объемы, незаполненные людьми, совсем не создавали ощущение легкости, а наоборот давили и делали тебя крошечным, словно ты был незваным гостем в дому у гиганта.
Для Эдгара это был тупик. Он ещё не знал, что скажет Магистру о том, почему он сам не может найти Сару, но уже пытался придумать как при любом раскладе не умереть. Когда позади раздались шаги, парень обернулся и к своему удивлению обнаружил Ребекку. Блондинка улыбнулась ему чуть склонив голову.
- Я не тот, кому следует кланяться, – сказал он.
- Ну, среди приближённых ходят другие разговоры, – учтиво возразила девушка. – Вы Морэнтэ сейчас на самой верхушке. Смотри, чтобы не упасть. – Она улыбнулась, и Эдгар недовольно хмыкнул. - Ты кого-то ищешь? – Мягкий вопрос, несколько шагов и вот девушка уже совсем близко. – Может я смогу помочь?
- Мне нужно Магистр, – равнодушно ответил Эдгар. – Знаешь где он?
- С этим я могу помочь, – заулыбалась она. – Пошли.
Ребекка хотела дотронуться до его руки, но взгляд Эдгара ее остановил и она, снова улыбнувшись, указала на выход. Когда они прошли, третий коридор Эдгар засомневался в правильности довериться кому-то из приближенных. Он шёл позади девушки, которая регулярно оборачивалась и улыбалась, видимо проверяя, не исчез ли он. Коридор закончился, и перед ними была одна единственная дверь с резной ручкой из золота. Ребекка указала на неё.
- Он там и думаю, уже знает, что мы здесь. – Она улыбнулась и отошла к стене.
Эдгар ещё раз с недоверием посмотрел на неё и, стукнув два раза, по красной поверхности дерева отворил дверь.
Он оказался в просторном кабинете. В интерьере, выполненном на средневековый манер, отсутствовали любые украшения, и мебели здесь было немного. Помимо стола, за которым сидел Магистр, в комнате было лишь несколько кресел и два стеллажа до самого потолка. Они-то и занимали всю стену напротив стола и полевую сторону от него.
Магистр внимательно наблюдал за нежданным гостем, что опустился в поклоне, а когда тот встал и сделал несколько шагов к столу, улыбнулся каким-то своим мыслям.
- Эдгар Морэнтэ. Не думал, что ты добровольно решишь прийти. – Мужчина поднялся из-за стола и, обойдя, облокотился о него. – Мне казалось мы все уже обсудили раньше.
В комнате пахло пылью и кардамоном.
Было душно.
Эдгар неожиданно обнаружил, что его голова абсолютно пуста, даже волнения не было.
- Да, – кивнул он стараясь не встречаться с мужчиной взглядом. – И я благодарен вам, что вы позволили мне сегодня повести тех людей в Академию.
Магистр сощурился. По его безликому лицу пошли волны.
- И ты не обманул моего доверия. Не каждый, кого ты встречал в тех залах, способен на такое. – Он усмехнулся. – На самом деле таких единицы и такие как твой отец, брат и даже Александр, несмотря на его скандальное прошлое стали приятным исключением для меня. – Он задумчиво посмотрел куда-то парню за спину. – На самом деле я удивлен, что именно члены таких знаменитых семей как ваши столь хороши.
- Мне это льстит.
- Не обмани моих ожиданий. – Магистр постукивал по столу пальцами, и Эдгар старался смотреть на них. – Так зачем ты здесь? Ради похвалы?
Последовала пауза, которую Магистр перенёс на удивление стойко, а под его поглощающим взглядом Эдгар пытался оставаться при своих мыслях.
- Я хотел узнать, не видели ли вы свою дочь сегодня, – наконец сказал он, поднимая взгляд, желая убедиться, что реакция Магистра не станет для него приговором, но на лице мужчины отразилось только легкое удивление. – Я лишь хочу знать, где она и все.
Магистр молчал, и эта тишина для Эдгара продлилась вечность.
- После того как она ушла отсюда я больше не видел ее. – Магистр задумчиво потёр подбородок. – На самом деле я думал она с тобой.
- Так и должно было быть. – Эдгар все же решил сказать правду. – Мы должны были встретиться в Академии, но ее там не было.
- И почему бы она решила не прийти к тебе? – В вопросе прозвучала угроза, и Эдгар на секунду пожалел о своей откровенности. – Конечно, я могу сам все выяснить, но она заявила на тебя свои права...
Он пристально осмотрел парня.
Эдгар повел плечами, словно пытаясь скинуть его пронзительный взгляд.
- Возможно, я мог задеть ее некорректным высказыванием, - признался парень.
Брови Магистра поползли вверх.
- Вот как? – Он вздохнул и, оттолкнувшись от стола, сделал несколько шагов навстречу к Эдгару. – Ты должен знать, что больше всего я берегу ее чувства Эдгар, но мне хочется думать, что не волнуйся ты за неё всерьез, то не решился бы мне в лицо сказать о том, что обидел ее. И плюс к этому если ты здесь, а она нет, то мне тоже неизвестно, где моя дочь.
- Может она вернулась домой? – предположил Эдгар, мысленно радуясь, что Магистр не в настроении пытать.
- Ее там нет, - уверенно ответил он. - Ее нет ни в Академии, ни в одном из особняков, что мы используем для собраний, а если бы она собралась в город, то я бы знал об этом. – Он задумался. – Это совсем нехорошо.
Магистр развернулся к столу и, взяв бумагу, быстро что-то написала, а в следующую секунду листок исчез из его рук.
- Так вы узнаете, где она? – спросил Эдгар, и мужчина утвердительно кивнул.
- Нет того, что я не смогу выяснить. Нужно только подождать.
Но ждать не пришлось. Раздался стук в дверь и на пороге появился Александр в одной рубашке и в крайне растрепанном виде. Он поклонился.
- Моя дочь вернулась сюда с тобой? – спросил Магистр и Александр напрягся.
- Да.
- Она говорила, куда направится потом?
Александр пожал плечами.
- Она что-то говорила про Академию и все, – ответил он. – Думаю туда.
Эдгар и Магистр переглянулись.
Магистр нахмурился.
Эдгар пытался подумать, что они упускают, когда в дверь снова постучали, и на пороге появилась Луиза. Конечно, у неё не было ничего общего с той, с кем говорил Эдгар час назад, ни нелепого вида, ни улыбки, а тапки и спортивный костюм заменили шпильки и облегающее платье. Но он незаметно для себя привык и к этому ее воплощению.
Сглотнул. Почувствовал, как тревожно стало с ее приходом. Ведь если она здесь, то это не значило совершенно ничего хорошего.
Девушка поклонилась и, не поднимая головы, сказала:
- Я знаю где госпажа.
Магистр поманил ее к себе рукой, и та без вопросов подошла ближе.
- Я вижу ты обеспокоена. – Луиза кивнула. – Тогда расскажи нам, что тебе известно.
Луиза выглядела перепуганной и взволнованной. Она набрала немного воздуху в легкие, прежде чем начать говорить.
- Эдгар приходил ко мне, думал может я знаю где госпожа и... и я решила узнать, что смогу. – Она снова вдохнула. – Думаю она у правительства. Теперь, когда вы массово напали на Академии они решили ответить тем же и... И забрать ее.
Магистр хмыкнул.
- У них бы никогда не получилось схватить ее. Сил бы не хватило, а о реках крови бы лаяла каждая собака.
Эдгар чувствовал, что ему стало тяжело дышать. Он в ужасе смотрел на Магистра и понимал, что тот не знает о состоянии Сары, не знает, насколько все плохо.
Его сердце бешено стучало, когда он наконец сказал:
- Она бы не смогла им помешать. –
На его высказываете все обернулись.
Магистр нахмурился.
- Сомневаешься, что у неё не хватило бы силы?
Эдгар видел, как во взгляде Луизы пронеслось предостережение и как опасно горели глаза Магистра. В них читался чистый гнев.
- Я не сомневаюсь в ней, - поспешил объясниться Эдгар. - Но напади кто-то на Сару сейчас она не смогла бы им помешать. Сара с трудом могла перенестись в последний раз, когда я ее видел.
Магистр стал мрачнее тучи. Он сверлил Эдгара взглядом и его молчание резало воздух лучше всяких слов.
- Но если военные напали на нее и забрали, тогда почему об этом никто не знает? – нарушил тишину Александр. – Разве они не должны вопить о том, как хороши?
- Тогда они не смогут сделать, то, ради чего ее забрали, – прорычал Магистр, переведя взгляд на Александра, и Эдгар почувствовал, что снова может дышать. – Правительству, военным, всем кто по ту сторону нужно только одно – информация. Они будут пытать ее и это только в лучшем случае. Будь на ее месте кто-то из вас я бы приказал убить его, прежде чем он скажет хоть слово. – Он снова повернулся к Эдгару. – А ты расскажешь мне, почему моя дочь вдруг стала не способна к магии или больше не встретишься с ней.
Эдгар, было открыл рот, но передумал. Магистр удивленно на него посмотрел. И его гнев сменился холодной улыбкой.
- Твоя преданность ей впечатляет Эдгар, – сказал он. – Но если я не буду знать, что с ней происходит, то попросту случайно убью. – Эдгар старался не подавать виду как его пугает этот разговор, как паника охватывает от мысли, что Сара неизвестно где. – Объясню понятнее. Если ее неспособность к магии вызвана магией это одно, а если дело в болезни или ещё в чем совсем другое. Не зная причины, я и или вы можете использовать руны, которые навредят ей вплоть до смерти. – Эдгар молчал. – Что ж тогда мне придётся нарушить обещание и самому найти то, что мне нужно.
Луиза и Александр наблюдали за ними затаив дыхание.
Магистр двинулся к Эдгару и тот, отступив, резко сказал:
- Хорошо. Она не хотела, чтобы вы узнали об этом, и я говорю только потому, что из-за моего молчания она может погибнуть. – Он посмотрел Магистру в глаза. Там мерцали яростные огни. - Иблиависос.
- Иблиависос, - повторил мужчина.
Больше Магистр ничего не сказал. Повернулся к столу и через минуту начал излагать план дальнейших действий. Когда появился Льюис, Эдгар почувствовал раздражение от необходимости работать с ним, но это было неважно.
Сара. Ее забрали и это единственное до чего ему было дело.
- Значит у нас меньше суток, – заключил Льюис, когда Магистр кратко описал ситуацию. – И времени на поиск информации у нас нет. Мы не сможем продумать план и тщательно подготовиться.
- Поэтому просто найдём того, кто точно знает куда везут политзаключённых для пыток, – сказал Александр. – В нашем случае это Андер Прайс, но он никогда не выдаст информацию.
- Любой выдаст информацию Александр, – сказал Магистр, направляясь к двери и жестом прося остальных следовать за ним. – Нужно только знать, на что давить. Ты знаешь, где он сейчас?
- В доме на реке, – незамедлительно последовал ответ.
— Значит нам нужно в штаб-квартиру разведывательной службы Альканты. – Магистр подозвал Льюиса жестом. – Мне нужны те, кто не будет колебаться, убивая и при этом достаточно сильные. В доме на реке нас встретят во все оружие. Возьми ее с собой, но не подпускай к бою. – Он указал на Луизу. – Пусть займется всем остальным.
Льюис кивнул, и Эдгар увидел, как тот вывел руну и исчез вместе с девушкой.
- Александр есть что-то, что нам следует знать? - спросил Магистр.
- Сейчас дом охраняет чуть больше сотни человек. Они все подготовлены и скорее всего наемники. Врятли их выделила церковь. Скорее всего это люди короны.
- Значит, их нужно убить.
- Остальные в большинстве хорошо подготовленные служащие, но в обороне и нападении бесполезны.
- Хорошо.
- Так вы хотите всех их убить? – поинтересовался Эдгар.
- Нет, я просто лишу их разведку главного офиса и всех служащих. У них не останется выбора, кроме как сказать нам, где моя дочь или они умрут.
- Я знаю этих людей, – вмешался Александр. – И они действительно скорее умрут, чем расскажут.
Эдгар взглянул на него. Мулат выглядел обеспокоенным.
- Тогда вы будете пытать их до бессознательности, чтобы они не понимали, где и что происходит, - ответил Магистр. - В таком состоянии они скажут все.
И они сделали, так как решил Магистр. Заявились в дом на реке и все там разгромили. Настоящая бойня была не просто кровавым хаосом. Они шли не убивать или выпустить пар как это часто делали приближённые, они шли с целью. Поэтому их удары были точны, и никто не сомневается в действиях.
Наверное, Эдгар впервые узнал, что такое настоящий страх. Нет. Ужас. Его бросили в бой, не спрашивая способен ли он выжить. Вокруг была только кровь. Нужно было убивать. Эдгар окунулся в этот кошмар и понял – тут выживут либо они, либо он.
В горле пересохло.
Люди были напуганы. Одни метались, как звери другие оборонялись, но никто из них не мог дать Магистру, то, что он хотел. Когда он настиг Андера Прайса, то тот пытался сбежать в окружении солдат. Они не помогли ему, не помогли и руны. Мужчина был практически загнан в угол, но все равно яро нападал.
- Ты, наверное, слышал, что там моя дочь, Прайс? – Магистр смотрел в глаза задыхающегося Андера и Эдгар знал, что тот в них видел – пустоту и ярость. – Если я не узнаю, куда ваши псы утащили ее, то это место сравняется с землей. Я не поскуплюсь на человеческие жизни, и, если для ее поисков мне придётся вырезать каждую семью в этом городе, мои люди сделают это. И поверь, я начну с тебя, ведь определено знаю, что тебе известно, где она.
Магистр говорил так, словно на него не сыпались со всех сторон руны, и он только и успела что отражать их. Он был в ярости, и каждый, кто находился здесь приходил в ужас, видя его таким.
Эдгар про себя думал, что бы сказала Сара на то, что отец так яро пытается ее найти. Скорее всего она бы назвала это нежелание терять политический статус в войне, ведь раз они забрали ее живой, то вся информация о Магистре находилась в опасности. Эдгар же был другого мнения. Когда он побежал за Прайсом, а тот, задыхаясь и плюясь собственной кровью, был прижат им к стене, он видел в его глазах, что он не готов говорить.
Магистр отошёл в сторону предоставляя возможность им найти ответы в глубинах сознания этого мужчины. Он не залез к нему в голову, не попытался добраться до правды, а просто ушёл. Отдал приказ найти его дочь и ушел. И этот уход пугал ещё больше, чем его присутствие ведь так им было хотя бы известно, что он делает, а сейчас может он всерьёз пошёл вырезать семьи. Но что не могло удивлять так это, то, что он пришёл сюда сам, убедился, что Прайс здесь и оставил остальным лишь разгребать последствия. Сара, безусловно, была важна для него как дочь, иначе бы приказ, отданный Эдгару, не звучал как «Верни ее». Но не только поэтому Эдгар подвешивает мужчину за ноги желая вытошнить из него любую информацию. Ведь он знал, что не скажи Магистр свои угрозы, он бы произнёс тоже самое.
Эдгар был так напуган вероятностью потерять Сару, что и сам бы убил здесь каждого, если потребуется. Уничтожил каждого захудалого правительственного червя и военного, который причастен к тому, что Сара сейчас неизвестно где.
Когда Андре Прайс оказался, подвешен к потолку и уже едва мог дышать, а вокруг поутихли звуки бойни, Эдгар преступил к делу.
****
Эдгар вбежал в зал с забитыми окнами. Ноги шаркают по бетонному полу. Его голос отражается от серых стен, когда он выкрикивает проклятия и на секунду парень замирает в дверях от непривычно яркого света рун в сумраке комнаты. Когда следом заходят другие, а четверо мужчин, что были здесь, уже мертвы, Эдгар останавливается. Его глаза полностью привыкли к сумраку комнаты, и он замечает Сару...
Становится сложно дышать.
Холодный пот на лбу кажется льдинками.
Сара свободно сидит на стуле. Ее тело расслаблено, а глаза закрыты. Она выглядит слишком замученной и неживой для той, кто ещё утром отдавала приказы и докладывала отцу о происшествии в Академии.
Эдгару показалось, что девушка даже слишком недвижима. Он подбежал ближе. Сглотнул комок ужаса. Опустился на колени перед той, кто стала госпожой его жизни.
Позади раздаются шаги Александра.
- Что с ней?
Эдгар не ответил. Не смог. Смотрел на девушку и с каждой секундой чувствовал, как проваливается в бесконечную бездну конца. Туда откуда явились святые. Туда, где живет ночной сумрак и матушка смерть.
Магистр был прав. У них не было времени. Сара выглядела так, словно прошёл месяц, а не часы. Эдгар даже боялся касаться ее. Из новых ран сочилась кровь. Порезы, не сильно глубокие, но длинные и извилистые покрывали большую часть ее тела. Кровь пробивалась сквозь голубоватую корку. Старые шрамы воспалились и напоминали язвы.
Кто-то наслаждался страданиями.
Взгляд Эдгара задерживается на ее лице. Такой спокойной и умиротворённой он не видел ее давно.
В нем закипала злость.
Он хотел, чтобы Сара никогда не чувствовала себя так и был готов сделать, что угодно чтобы это не повторилось. Сара, его Сара не заслуживала всего этого. В его глазах она была святой, что положила свою жизнь на разделочную доску судьбы ради будущего страны.
- Ее нужно перенести. – Слова прозвучали непривычно громко в пустом зале, и Эдгар вздрогнул от звучания собственного голоса. – Магистр уже заждался нас. Собери остальных, и возвращайтесь, только сначала уберите здесь все. Чтобы если я вернулся, то не узнал это место.
Он повернулся к Александру и тот кивнул. По его взгляду он понял, что тот разделяет его чувства.
Сара не заслужила этого.
Эдгар поднялся с колен и на секунду засомневавшись, вывел руну над девушкой. Она еле заметно вздрогнула и открыла глаза. Дернулась, испуганно озираясь, и Эдгар приблизился к ней, закрывая тела убитых ими людей. Увидев знакомое лицо, она чуть расслабилась.
- Их руны ещё остались на тебе?
От его вопросов Сара побледнела и от выражения страха на ее лице, у Эдгара сжалось сердце. Девушка молчала. Поморщившись от боли, когда попыталась пошевелиться. Подняла руку.
Эдгар облегченно выдохнул.
- Нам нужно вернуться к твоему отцу, – сказал он, и Сара непонимающе замотала головой. – Он ждёт тебя.
Глубоко внутри Эдгар радовался, что она была слишком слаба, чтобы протестовать. Радовался, что она молчала. Будь в Саре чуть больше сил, то ее хмурое выражение подкрепилось бы проклятиями в его сторону. Она и без того злилась на него.
Аккуратно подняв ее, Эдгар вывел руну. Вопреки своим ожиданиям он оказался не в коридоре, ведущем в зал, где обычно сидел Магистр. Парень даже на секунду усомнился в своих способностях, но ошибка была исключена. Перемещался он не в определенное место ведь ему, как и всем было неизвестно, где находиться зал, а привязка к его энергии была неоспоримой. Ошибки быть не могло. Если он здесь, значит так решил Магистр.
Эдгар стоял в просторной комнате напоминавшую спальню. Она ничем не отличалась от спален, в которых он бывал раньше. Посреди стояла кровать и, Эдгар опустил Сару на ее бардовое покрывало. Девушка поморщилась от соприкосновения с кроватью и зажмурилась. Раздался звук бьющегося стекла, и Эдгар резко обернулся. В дверях стояло трое брауни. Та, что была впереди, выглядела потрясённой и именно она была виновницей грохота. Поднос, что до этого был в ее руках, теперь валялся на полу, а все склянки разлетелись по плитке. Спохватившись, она несколько раз взмахнула руками и все содержимое подноса снова оказалась на нем. Она протянула его одному из брауни позади и спешно направилась к кровати. Увидев ее, Сара слабо улыбнулась, и Эдгар расслабился. Она ее знает.
- Поверить не могу, что вы позволили этому произойти, – запричитала брауни стоя у изголовья. – Вы должны были сказать мне. Ваш отец в ярости и нам несдобровать если вы и дальше будете в таком состоянии. – Ее взгляд остановился на боку, где платье порвалось и насквозь пропиталось кровью. – Ох. – Брауни испепеляюще посмотрела на Эдгара. – Как вы могли такое допустить!?
Парень чудом увернулся от удара полотенца, которое та держала в руке.
- О чем вы...
- Ты прекрасно знаешь, о чем я! – Брауни была в ярости, и Эдгар всерьез начал беспокоиться за свою судьбу. – Я бы показала вам что бывает если плохо беречь молодую госпожу, но мне нужно узнать то случилось. – Она гневно на него посмотрела.
- Успокойся Дорина, – услышал Эдгар голос Магистра и обернулся. Никто из них не заметил, как мужчина оказался здесь. – В этот раз все серьезней. – Он указал на раны дочери. - Это .... Ты не сможешь излечить ее. – Глаза Дорины расширились, а лицо исказилось в отчаянье. – Исправь то, что тебе под силу.
Брауни кивнула и принялась отдавать поручения.
- Вам следует уйти, – сказала она Эдгару и тот отрицательно замотал головой.
- Я не уйду, - твердо заявил он, и брауни приготовилась отчитать его.
- Вы будете только мешать...
- Оставь его Дорина.
От резкого голоса Магистра брауни дернулась, но подчиняясь, кивнула.
Сидя здесь на кровати и смотря как Сара морщишься от каждого прикосновения брауни, Эдгар все думал о том, по какому краю они ходили. Ему не верилось, что состояние Сары действительно настолько плохо до сегодняшнего дня. Было сложно видеть ее такой. Всю в крови, почти без сил. Если бы она не сжимала его руку каждый раз, когда брауни пыталась залечить ей раны, то Эдгар бы не смог сказать наверняка в сознании ли она. Когда Дорина дошла до особо крупных ран девушка заскулила от боли. По ее щекам градом посыпались слезы, но глаз она не открыла.
- Можно как-то уменьшить боль? – спросил Эдгар.
Брауни отрицательно замотала головой.
- Если она не будет чувствовать, то я не смогу понять правильно ли строю лечение.
Эдгар больше ничего не спрашивал. Сидел рядом с Сарой, почти не двигаясь и не отводя взгляд, все время пока Дорина шаг за шагом исцеляла каждый порез и когда она ушла, он продолжил сидеть. Вдыхать аромат лекарств, страха и крови.
За окном начинало светать, когда Сара пришла в себя, и от этого слабого шевеления под своей рукой Эдгар вздрогнул. Посмотрел на неё.
- Привет, – прошептал он и девушка улыбнулась.
- Привет, – прошептала она и попыталась сесть.
С помощью Эдгара Сара все же села на кровати. Несколько секунд ее взгляд блуждал по комнате и замер на лице парня. Она вздохнула.
- Где мы? – Ее голос немного дрожал.
- Наверное одна из комнат особняка, – пожал он плечами.
- Хорошо.
Сара заглянула ему в глаза, и парень видел, как несколько раз ее бледные губы дернулись, но видимо передумав говорить, она плотно их сжала.
- Мне жаль, что так получилось, – сказал Эдгар, нарушая тишину.
- Это я пришла позже, за что ты извиняешься?
- Если бы я подождал тебя в Академии, то этого бы не случилось.
- Этого бы не случилось, если бы ты верил мне. Но спасибо что вернулся.
Эдгар хмыкнул.
- Твой отец все это организовал. Так что ты ошиблась.
- Ошиблась?
- Когда говорила, что он сам убивает тех, кто попадает в плен к противоположной стороне.
Сара с серьезным лицом размышляла и хмурилась.
- Я не была пленницей, – сказала она спустя минуту. – Клеймив их детей он показа свою силу. Они были злы и все чего хотели это ответить ему тем же. Они бы убили меня из-за того, что он сделал. В том, что со мной случилось виноват он и его желание сохранить то, что сделало это со мной это. – Она указала на свои руки, все покрытые голубоватой пелёнкой.
- Он хотел спасти тебя, – возразил Эдгар.
И Сара посмотрела на него так, словно он сказал самую большую глупость.
- Ты что же поддерживаешь его?
- Когда мы нашли Прайса, то, что сделал твой отец, я понял, что все что он делает, это пытается спасти мир.
Сара хмыкнула и поднялась с кровати. Зашипела от боли. Эдгар последовал ее примеру придерживая ее за талию, не позволяя упасть.
- Скажи еще, что понимаешь его, – возмутилась она.
- Нет, но необходимость магии я прекрасно понял. Ты бы умерла там не будь магии.
- Магия. Магия. Магия! И что в этом хорошего? Абсолютно ничего. – Сара хмыкнула. – Тебе нравится идея сохранения магии Эдгар. Может не методы, но сама цель. Ты тоже считаешь, что в ней спасение.
- Это не так. То, что делает твой отец - его приказы, безусловно, ужасны, но он прав, без магии мы все станем уязвимы. Убивать ради этого инвентов, конечно, я не считаю нужным.
- Как ты не понимаешь? – Девушка закашлялась и облокотилась о его грудь. – Магия — это не спасение, - сказала она. - Это проклятие. Она не решает проблем! Магия это вечный снежный ком. Ты создаёшь одно заклинание, оно влечёт за собой последствия, ты пытаешься все исправить и становиться только хуже! И пути назад нет! – Сара вздохнула. – Это превращается в бесконечные попытки все исправить, но у тебя не получится. Ты уничтожишь все, что дорого тебе, а снежный ком из твоих поступков раздавит тебя. Это не спасение. – Она покачала головой, заглянула Эдгару в глаза. – Проклятье. – Сара отошла и шёпотом повторила, уже более уверенно. – Это проклятье.
- Это неважно, – после секундного молчания сказал Эдгар. – То, что произошло сегодня не повторится.
Сара облокотилась о стену и посмотрела на Эдгара.
- О чем ты? – напряженно спросила она.
- Они совершили ошибку решив, что могут забрать тебя.
- Ты говоришь это так словно я объект стратегии, а не... - Она замолчала.
- Ты думаешь, что я считаю тебя звеном плана? – Сара опустила глаза. - Чём-то необходимым ради победы? –Эдгар дотронулся до ее щеки призывая посмотреть на него. – Ты очень давно перестала быть для меня планом Сара.
- Но ты все равно не доверяешь мне.
- Я доверяю тебе больше, чем ты думаешь, - прошептал он. - Доверяю даже больше, чем себе. Я не думаю, что ты знала о приказе отца, не считаю, что виновата в смерти Дарена или в чей-то ещё. Я выбрал тебя и всегда буду выбирать тебя. Не вопреки чему-то Сара. Я выбрал тебя, потому что люблю. Просто, потому что ты это ты.
Сара несколько секунд молча мерила его взглядом. Потом чуть улыбнулась и сказала:
- Ты лжёшь сам себе. – Она отдёрнула лицо от его руки и поморщившись от приступа боли отошла в сторону. – Даже сегодня. Ты пришёл за мной из-за того, как доверяешь мне? Может, потому что любишь? Эдгар ты был там, потому что вам так выгодно. Моя смерть порадовала бы всех вас не будь риска, что мой отец зальёт страну кровью. – Она понизила голос, вспомнив, где находится и продолжила почти шепотом. – Ты здесь ради семьи и все. Я понимаю тебя. Правда. Только не нужно мне говорить, что ты искренне хочешь пройти через это со мной.
Эдгар едва не захлебнулся в собственном возмущении.
- Ты моя семья Сара! – не выдержал он и так резко шагнул к ней оказавшись в плотную что не поддержи он Сару, она бы попятившись полетела на пол. - Если мне придется убить их всех чтобы спасти тебя, я это сделаю. Если мне придётся умереть за тебя, я это сделаю. Понимаешь? Ты и твоя жизнь не выбор для меня. И не предмет обсуждений. Ты – приоритет. От начала и до конца.
- Они хотели исполосовать меня всю, и они бы сделали это! – не унималась Сара, высвобождаясь из его рук. - Содрали бы кожу по клочку и под конец, если я бы ещё дышала, все равно никакая магия не смогла бы убрать шрамы. Тогда ты пришёл за мной? Пришёл если бы я больше не смогла быть той, кого ты «любишь»? Не смогла бы так гордо входить в зал и мило улыбаться? Быть красивой картинкой, которая так тебе нравится? Ты бы пришёл Эдгар? А?
- Я бы пришёл, – ответил он, не колеблясь и твердо глядя ей в глаза. - Сделал бы все, чтобы прийти. Даже если у меня не осталось бы сил. Даже если бы мне пришлось совершить худший грех. Я бы пришел за тобой Сара Лэдэр. Я бы пришел за своей госпожой. За своей любимой. За своей... - Эдгар умолк, едва не назвав ее тенью. – Сара. – Эдгар коснулся ее лица. - Какими бы мы сломаны не были мы стремимся к свободе. Прогрызаем свой путь и вырезаем его на чужих телах. Вместе. Понимаешь? Таким стал мой мир, когда я решил принять твой. И мы идём по нему с запретными рунами и клинками. Это я выбрал. Выбрал так поступать. Выбрал никогда не переставать бороться. Сара. – Эдгар заглянул в ее изумрудные полные боли глаза. - Я никогда не перестану бороться, и не важно за тебя, во имя или рядом с тобой.
****
Все казалось каким-то кошмарным сном, какой видишь только во время болезни.
Сара, не моргая, смотрела на Эдгара. В его глаза ледники, в которых горели огни страданий. Она не могла поверить, что Эдгар и правда сказал это. Эдгар Морэнтэ клялся ей в вечной борьбе рука об руку.
Проклятый Эдгар Морэнтэ.
Породистый волк, который ради развлечения рвет зубами чужие судьбы.
Сара облизнула губы. Пыталась дышать. Успокоить бешено бьющееся сердце. Она больше не вынесет это. Просто задохнется от эмоций, которые даже не может разобрать.
Из этого состояния ее вывел Магистр, внезапно зашедший в комнату, и Сара сразу уловила перемену в своём отце. Внутри похолодело.
Магистр выглядел также, когда она ему сообщила, что не убьёт директора и также он выглядел, когда она отказалась заниматься магией дома. Только в этот раз его гнев был направлен не на неё, и от этого становилось только страшнее. Мужчина медленно подходил ближе и не сводил взгляда с Эдгара, стоящего у неё за спиной. За мужчиной шли ещё двое. Сара сделала шаг навстречу к отцу, но тот прервал ее резкий движением руки.
- Он ещё жив только потому, что спас тебя, – сквозь зубы процедил Магистр, и Сара поняла, он был в бешенстве. – Ты устроила здесь анархию. Заставила его поверить, что он может не подчиняться мне! Ладно, но, то, что ты тем самым подвергла себя опасности, это... непростительно. Я думал, ты понимаешь, во что ввязываешься, – обратился он уже к Эдгару. – Она почти умерла из-за тебя. – Магистр снова посмотрел на Сару. – Я уступил тебе, когда ты просила, чтобы он не стал всецело моим, уступил, когда ты захотела убрать угрозу для его жизни с моей стороны. Не хочешь пыток? Хорошо! Не хочешь посвящения и подземелий? Ладно! Но то, что вы решили, будто сможете скрывать от меня что-то. – Он усмехнулся. – Я не знаю, почему ты не сказала мне. Почему решила умирать, вместо того чтобы рассказать мне правду, но то, что я это не предвидел, моя вина.
Сара чувствовала, что ещё чуть-чуть и начнёт задыхаться от его напора.
- Мне жаль, правда. – Она сделала шаг навстречу. Коленки дрожали. – Ты так заботишься о своей империи, а я бы только все испортила. Я не хотела, чтобы ты думал обо мне так.
- Я никогда не сомневаюсь в тебе.
Магистр нежно дотронулся до ее щеки, и Сара вздрогнула от этого прикосновения.
- Тогда прости меня, – попросила она и мужчина улыбнулся отступая.
– Я не могу злиться на тебя дорогая, – ответил Магистр и, подняв руку, махнул людям позади.
Двое мужчин сразу повиновались и в следующую секунду оказались возле Эдгара, а на его руках появились золотые браслеты, сдерживающие магию.
- Что ты делаешь? – оборачиваясь к отцу, с ужасом спросила Сара. – Ты же сказал, что не злишься.
- На тебя нет, а его ждёт, что и любого, кто вздумает лгать мне.
Сара хотела что-то возразить, но вокруг неё на полу возникла руна – барьер, поняла она.
- Не нужно, - взмолилась она. - Он нарушил твой приказ из-за меня. Неужели он должен ставить твои слова выше моих?
- А ты отдала приказ?
Проклятье.
Сара молчала, сделала несколько шагов к отцу и наткнулась на невидимую стену.
– Пожалуйста, - просила она отца.
- Будь ты способна к магии сейчас, думаю, нам всем пришлось бы туго, но... - Он посмотрел на Эдгара, что стоял уже в дверях и выглядел на удивление спокойным. – Посмотри на него. Разве он выглядит как тот, кто чувствует себя невиновным?
- Эдгар...
Сара посмотрела на парня, но не увидела ничего кроме маски, только и она изменилась, стала прочнее.
- Я сделаю все чего потребует Магистр, – сухо ответил Эдгар.
Магистр улыбнулся дочери.
- Вот видишь. Все что я потребую. В подземелья, – отдал он приказ солдатам и, когда Эдгар скрылся в дверях, повернулся к дочери. – Тебе нужна помощь и отдых. – Он хотел снова дотронуться до неё, но та отпрянула. – Не переживай. Если он и правда так хорош как говорят, то вернётся к тебе ещё сильнее.
Сара негодующе смотрела на отца. Ей хотелось обругать его, прекратить все это, но она не могла. Словно снова вернулась в детство.
Он отставил ее одну.
Опять.
Отобрал то, чем она дорожила. Как всегда, не колеблясь.
Когда Магистр ушел, появилась Дорина.
Разрываемая эмоциями и страхами Сара села на кровать, игнорируя причитания Дорины, перепуганной и запыхавшейся до такой степени, что Саре все же пришлось обратить на неё внимание. Она одарила брауни ледяным взглядом, и та нелепо улыбнулась.
- Вам следует быть аккуратней... Ваши кости... - попыталась предостеречь ее брауни, когда она резко откинулась на кровать.
- Я прекрасно знаю, что со мной Дорина! – гневно выпалила Сара, и сразу пожалев об этом, приподнялась на локтях и посмотрела на брауни. – Извини и спасибо, – сказала она уже более мягко. – Без твоей помощи я не знаю, что бы было...
Брауни пожала плечами.
- Я буду лечить вас столько сколько будет нужно, – ответила она и села рядом.
Девушка попыталась ей улыбнуться.
- Мистер Морэнтэ просидел с вами всю ночь, – тихо заметила брауни и когда Сара раздраженно на неё взглянула, нахмурилась.
- Он нарушил обещание.
- Кто? Ваш отец? – Брауни удивленно посмотрела на девушку.
- Нет Дорина. Эдгар. – Сара печально вздохнула. – Он обещал, что не скажет моему отцу, что со мной, а вместо этого.
Она развела рукой.
- Но вы же знаете как противоречива магия мисс. Не расскажи мистер Мрэнтэ обо всем Магистру вы бы были мертвы.
Сара вздрогнула.
- Он не имел права, – сказала она, сев на кровати. – Мой отец обязательно сделает что-нибудь ужасное теперь.
- С мистером Морэнтэ?
- И с ним тоже. Поверить не могу, что он забрал его. – Она закрыла лицо руками. – Он же может убить его, а я ничего не могу сделать. Дорина, почему такие как я всегда обречены на провалы?
Она убрала руки с лица и посмотрела на брауни, и та обеспокоено вздохнула, видя слёзы.
- Это не так. Вы вовсе не обречены. Ваш отец отходчивый.
- Но пока он будет отходить, Эдгар будет в этих жутких темницах наедине со своими кошмарами. – Сара почувствовала, как слёзы скатываются по щекам и была в шаге от того, чтобы заплакать навзрыд. –Я не хотела, чтобы так получилось. Он всегда будет ненавидеть меня за все это.
- Это все лекарства, что я вам дала. – Брауни утешающе сжала ее руку. – Поэтому вы такая чувствительная и напридумывали себе всякого. Я видела, как мистер Морэнтэ сидел с вами все время, что я лечила вас и потом, когда ушла. У него был такой печальный взгляд. Кто так любит, не сможет возненавидеть.
Сара взглянула на брауни обдумывая ее слова.
- Вам нужен отдых, – настоятельно сказала брауни. – Нужно поспать.
- Я не смогу спать, – вздохнула Сара, вытирая слезы. - Нужно узнать, что будет делать мой отец. – Девушка было подорвалась с кровати, но ее голова так закружилась, что она была вынуждена вернуться. – Наверное, ты все же права, - признала она.
Сара под настойчивые уговоры Дорины все же легла, и ей даже удалось заснуть. Хотя это скорее было тревожное небытие, чем сон. Давящий и угнетающий. Густой как туман поутру.
Следующие несколько суток девушка провела в метаниях между отцом и Эдгаром. Первый был холоден с ней, а второго она так и не смогла увидеть. Отец не позволил ей приблизиться к Эдгару, она даже не знала, что именно с ним происходит. Благодаря стараниям Дорины Сара стала выглядеть лучше, но это не отменяло того факта что болезнь прогрессировала. Когда на следующий день Сара неудачно поднялась с кровати, из-за чего ее голова закружилась, и чтобы не удариться она выставила руку ища опору. Последовал характерный хруст ломающихся костей. Когда в глазах просветлело от боли, Сара обнаружила себя на полу. Рядом была Дорина, а на руке виднелся свежий шрам, покрытый голубой пленкой. Сара попыталась пошевелить пальцами, но никакого движения не последовало, и она обеспокоено посмотрела на брауни.
- Я не чувствую руку, - в ужасе прошептала девушка.
- Это пройдёт, – уверила ее Дорина. – Пришлось изменить лечение – это, побочный эффект.
- И как долго это продлится?
На ее вопрос брауни лишь неуверенно пожала плечами и Сара, тяжело вздохнув, закинула голову назад, прикрывая глаза. Теперь весь ее мир состоял из боли. Вокруг все полыхало алым. Ее страданиями.
****
Что-то капало.
От влажности было тяжело дышать.
Эдгар оказался заперт в темном пространстве, где возможно было только стоять. Со всех сторон его окружали холодные шероховатые стены, но не их, не руны, влияние которых парень ощущал, когда меньше всего этого ожидал, он не мог видеть. Полнейшая темнота. Каждую минуту он задавался вопросом, не ослеп ли, ведь случись это ему бы не сообщили. Тратил остатки сил на то, чтобы дышать. Пытался сосредоточиться на собственных мыслях, но очень скоро они превратились в нечто невнятное, запутанное и необратимо ужасное. Когда боль становилась невыносимой и сознание отключалось парня неизменно приводили в себя. От замкнутого пространства, постоянной боли и слепоты Эдгар переставал ощущать реальность. Когда он был ещё в состоянии думать, ему казалось, что совсем скоро он сойдёт с ума или потеряет контроль над собой. Удушье, холод в конечностях, учащенное дыхание, боль в груди и оголенный, чистый страх. Все это взаимо-замещалось и иногда слишком быстро.
Агония.
Вечная. Тягучая. Липкая.
Это место стоило называть бездной страданий, а не подземельями.
Когда Эдгару в очередной раз показалось, что приступ боли никогда не закончится, а в голове помутнело, все внезапно прекратилось и яркий свет ослепил его. Это оказалось хуже кромешной темноты.
Голову мгновенно сдавило. Размытые силуэты плыли перед глазами накладываясь друг на друга. Эдгара заставили подняться и потащили по коридору. Он пытался встать, но его старания закончились тем, что в глазах окончательно потемнело. Парень закашлялся. Почувствовал на губах что-то влажное. Ощутил вкус крови.
Очнулся он уже в комнате. Жмурил глаза привыкая к свету и, не обращая внимание на боль в голове, попытался подняться.
Эдгар помассировал виски желая унять боль. Осмотревшись, он понял, что находиться в комнате прохожей на ту, откуда его забрали. Но в отличие от комнаты, где он в последний раз видел Сару здесь было куда мнение уютно и дело было не в холодном оттенке обоев, а в мрачных людях, что стояли по углам и неотрывно следили за ним. Его личный конвой, представленный Магистром неизвестно зачем, но он надеялся, что не ради пыток. Попытавшись подняться с кровати, Эдгар обнаружил, что помимо головной боли его больше ничего не беспокоит. Подойдя к зеркалу, стоящему у стены, он быстро оглядел себя. Рубашка пропитана кровью и местами оборвана, но на нем не было и следа от ран. Только бледное измученное лицо с кругами под глазами показалось ему искажённым. На губах и подбородке засохшая кровь.
Он не мог узнать себя. Словно у него отняли все то, что составляла его личность. В этот момент Эдгар понял, что имела ввиду Сара, когда говорила, что ее отец желает обладать и это случилось. Он смотрел в зеркало, а видел только отметины Магистра. Его пугали эти изменения. Они отвращали.
Эдгар расстегнул рубашку желая убедиться, что действительно нет никаких ран. Как только он отнял ткань от тела, то понял - его исцелили. Даже шрамов не осталось кроме одного. Тот, что нанёс Магистр в первый день, виднелся на плече. Эдгар поморщился и подавил отвращение. Шрам был как клеймо. И в его голове всплыло воспоминание о Саре. Магистр позволил клеймить свою дочь, только потому что она отказалась выступать палачом в придуманной им казни.
Эдгар ещё не до конца признавал этого, но события последних дней изменили его. Изменения не только внешние и физические, а куда глубже. Даже собственные мысли казались ему чужими и незнакомыми. Проведя много часов взаперти, у него было предостаточно времени подумать. Эдгар старался сосредоточиться на воспоминаниях о близких, но под конец в его голове осталась только одна мысль. Он пришёл сюда полный веры в то, что справится и не сломается и теперь эти мысли показались ему по-детски наивными. Он никогда до конца не сможет осознать всех планов и идей Магистра, также, как и его отец, он останется для него непонятым. Теперь он, наконец, смог понять Луизу. Понял, почему она была против, чтобы он оказался здесь. Луиза хотела спасти его, а служба Магистру была настоящим самоубийством. Она навсегда лишилась части себя, когда переступила порог того дома в своём красивом платье и это случилось на его глаз, а после он обрёк себя на туже участь придя сюда и она, как и он тогда была вынуждена наблюдать. Если раньше Эдгар гадал, как ей удалось выжить здесь, испытать все те муки, что Магистр преподносил как дар, то теперь он понимал, она не пережила их. Эрнест не пережил. Даже солдаты, что сейчас следят за ним вжавшись по углам не пережили. Даже его отец и брат не сумели пережить это. Кто-то упивался властью, которую подарил им Магистр, кто-то лишился жизни, кто-то рассудка, а кто-то как Эдгар все ещё здесь, потому что если уйдёт, то обречет близких на смерть. Потеряет остатки себя. Потеряет тех, кого любит. Он не станет этого делать. Лучше быть убийцей в лице общества, чем трусом. Возможно, если ему удастся стать для Магистра незаменимым, если он станет лучшим и докажет, что его верность не просто непоколебима, то он доверится ему и это станет его концом.
Теперь Эдгар понимал и то, как ошибался на счёт Сары. Она совсем не похожа на своего отца ни в целях, ни в поступках. Больше всего он хотел дать ей то, что она заслужила, хотел спасти ее, даже если для этого он выжжет себя, свою личность и станет подобием тени. Станет тем, кому бы смог довериться ее отец. И тем, кого бы он сам захотел уничтожить.
Эдгар отошёл от зеркала и от этого резкого движения люди, стоящие по углам, напряглись. Он с удивлением осознал, что те бояться его. Они вовсе не были его надзирателями, их поставили здесь в назидание. Они были заперты с ним, а не он с ними.
В комнату вошла девушка, и он узнал в ней Ребекку, хоть ее лицо и было замотано сеткой. Она держала в руках серый костюм, и на секунду замерев в дверях, с любопытством посмотрела на Эдгара. Подошла к кровати и положила на серое покрывало свою ношу.
- Вас хочет видеть Магистр, – сказала она, отходя к двери. – Переоденьтесь. Он ждёт вас в кабинете.
Удивленный манерностью обращения парень задумчиво посмотрел на нее.
- Сколько прошло времени? – спросил Эдгар, и девушка уже готовая уходить повернулась к нему и на секунду задержала взгляд на его не до конца застегнутой рубашке.
- Прошла неделя, – ответила она, опустив глаза, и вышла.
Эдгар подошёл к кровати и провёл рукой по плотной ткани брюк. Серебреные пуговицы пиджака украшала гравировка с его инициалами. Он посмотрел на солдат.
- Почему вы все ещё здесь? – спросил он и те сразу перестали рассматривать его и опустили глаза. – Вы не услышала вопрос? –раздраженно спросил он когда тишина затянулась.
Солдаты словно очнувшись от ступора, вышли из комнаты. Эдгар проводил их взглядом, удивляясь, что те решили повиноваться.
Когда он надел костюм, вытер остатки крови мокрым полотенцем, что нашел в тарелке с водой на тумбочке и исправил хаос волос, встал возле зеркала и осмотрел себя. Теперь его отражение меньше отличалось от того, что он привык видеть. Как не пытался Эдгар ему не удалось заставить себя посмотреть в глаза своему второму я. Почему-то это оказалось абсолютно невозможным.
Его передернуло.
Он вышел из комнаты и оказался в коридоре, непроизвольно задумываясь, откуда у Магистра этот дом и тот в котором проходят торжества.
Эдгар шел неспеша.
Был уверен, что сейчас Магистр не станет его убивать. Иначе бы расправился бы с ним, когда только вернули Сару. Ему было нужно что-то ещё и Эдгар надеялся, что это что-то спасёт девушку, которая наверняка все ещё была пленницей одной из комнат этого дома. Постучав, парень зашёл в кабинет, куда ранее обратился за помощью. Магистр сидел за столом и что-то читал, но к тому времени как Эдгар встал с колен и поднял голову мужчина уже стоял, опираясь о стол, и внимательно смотрел на него. Его безликое лицо пошло рябью.
- Я скажу один раз и больше не повторюсь, – ледяной голос Магистра разрезал пространство, и Эдгар ощутил, как кровь начала стыть. – Наша иерархия предельно проста, но видимо тебе сложно понять ее в виду того, что ты не начинал с низов. Это не страшно. Ты действительно талантлив, как и твой отец и твой брат, но, к сожалению, этого мало чтобы я не убил тебя за то, что ты сделал. Нельзя предать меня и после заслужить прощение. Смерть – это единственное что может тебя ожидать. Ты, как и все они отписал своё тело и душу мне. Я распоряжаюсь твоей жизнью. – Магистр вздохнул. - Ты же понимаешь, почему оказался в подземелье?
Эдгар кивнул.
- Потому что солгал вам, - ответил он.
- Верно. Решить, будто можно мне лгать это ошибка. – Глаза Магистра замерцали. – Но ты вернул мою дочь, и убить тебя сейчас не совсем вежливо. Думаю, нужно попытаться спасти ее.
- Вы знаете магию, которая спасёт ее? - моментально встрепенулся парень.
Он даже подался вперед, желая побыстрее услышать ответ.
Магистр заговорил спокойно, словно тема их беседы не касалась его напрямую.
- Никакая магия не спасёт ее Эдгар. Ты можешь перевести сюда хоть сотни лучших целителей, но все они будут бессильны, даже наоборот сделают лишь хуже. Ее недуг не вылечить магией, он появился именно из-за неё. Знаешь, почему не существует рун, которые могут подарить надежду? – Эдгар отрицательно покачал головой. – Потому что любая руна, направленная на неё, станет ударом. Специфика этой болезни в том, что она появляется лишь в одном случае... - Он на секунду замолчал. – Переизбыток магии. Уверен, ты сталкивался с таким явлением как серебряная вязкая субстанция в местах сражений или использования особо сильных рун? – Тот кивнул. – Так вот от неё можно избавиться. Это физическая форма магии, которая накапливается в нашем мире, но она не пригодна для чар. Она как переработанный продукт от неё нет толка, и она неопасна, если вовремя прибраться. А вот когда подобное случается с человеком ситуация обратная. Так и с моей дочерью. Ее убивает магия изнутри. Она не может использовать ее, не может убрать из тела, а каждая руна, неважно применённая на ней или созданная ею, лишь увеличивает эти сгустки магии. Они истощают ее, раны затягиваются, словно коркой льда, не заживают, кости становятся хрупкими, а в самом конце она задохнёшься от того, что ее легкие наполняться серебряной жижей. – Мужчина вздохнул, единственный признак, что его хоть как-то волновала их тема разговора, а может он просто устал. - Иронично, правда? Даже исцелённые раны от магии способны убить.
Эдгар с таким напряжением сжимал челюсть, что ему показалось, что зубы не выдержат и раскрошатся. Магистр буквально у него на глазах озвучивал Саре смертный приговор. Он не хотел верить в это.
- Даже такая магия как Диахопис не поможет, – напряженно сказал он.
- Да. – Магистр утвердительно кивнул. – Любая магия лишь приблизит ее смерть.
- Она же ваша дочь, а вы так спокойны. Почему? – не выдержал Эдгар. – Неужели вам и, правда, нет дела до ее судьбы?
Магистр хмыкнул и посмотрел на парня удивленный его резким выпадом.
- Мне кажется о ней и так беспокоятся слишком многие. – Он подошёл ближе, смотря Эдгару прямо в глаза. – Ты, Коул, вы только и твердите, что она на грани смерти. Даже среди приближённых находятся те, кто искренне обеспокоен ее судьбой. Она сумела сразить и их. Подчинить. Завладеть умами и сердцами. Истинная госпожа.
- И вы все равно позволите ей умереть? – спросил Эдгар, делая шаг на встречу.
Теперь их разделяла узкая полоска пространства.
- Ты всегда сомневался в моих идеалах, - усмехнулся Мужчина. - Я увидел это с самого начала. – Магистр отошёл, беря со стола одну из книг и разглядывая ее, поставил на полку. – Это мне в тебе и нравится. Ты, как и моя дочь ставишь под сомнения мои слова, а не слепо следуешь приказам. Ты думаешь, а потом бьешь. Так как ты думаешь, Эдгар Морэнтэ, стоял бы я здесь так спокойно, если бы моя дочь умирала, а я не мог спасти ее?
Эдгар секунду колебался.
- Нет, – наконец твёрдо ответил он. – Если не из-за любви к ней, то хотя бы из-за стратегии, вы бы не хотели ее смерти.
- Это верно. – Он кривил губы. – Ее смерть плохо отразится на моем имидже. Но это неглавное. За ее любовью к тебе интересно наблюдать. Ты заметил, как она все разрушает? – Он хмыкнул. – Я бы никогда не позволил ей умереть подобным образом, но вот ты жив во многом благодаря ей. Раз уж ты хочешь спасти ее... - Мужчина окинул Эдгара оценивающим взглядом. - Скажи, как далеко ты готов зайти ради этого?
- Настолько насколько потребуется, – без колебаний ответил Эдгар.
- Даже если тебе придётся измарать руки во тьме так сильно, что ты не отмоешься никогда?
- Да.
И снова он не колебался.
Магистр улыбнулся.
- Однажды моя дочь сказала, что ты удивишь меня. Теперь я понимаю, о чем она говорила. Эдгар Морэнтэ ты и правда смог удивить меня. – Для Эдгара эти слова были не похвалой, а доказательством того, как глубоко он погряз в этом. – Раз хочешь знать, что делать с этой проблемой я расскажу тебе, как ты можешь ей помочь. Ее убивает магия что внутри, и извлечь ее можно только добровольно забрав себе.
- Я могу это сделать.
Эдгар снова подался вперед, и мужчина остановил его жестом, призывая дослушать.
- Конечно можешь, но ты нужен мне живым. Да и тебя одного не хватит.
- И сколько нужно? – с опаской поинтересовался он.
- Сотня может больше. – Магистр ждал его реакции, но Эдгар молчал. – Ты должен будешь убить каждого из них, как только они заберут магию.
Эдгар нахмурился.
Увидев сомнение на лице парня Магистр решил пояснить:
- Магия всегда оставляет след и найдёт путь домой, если не запереть ее окончательно. Если все эти люди не умрут, то пройдёт месяц, а может год и моя дочь снова окажется в абсолютно такой же ситуации. Она снова будет умирать только уже быстрее и ей будет не помочь.
Эдгар закусил губу.
- А почему вы не сделаете этого? – спросил он. – Почему сами не убьете их и не спасёте ее?
Магистр одобрительно кивнул на его вопрос.
- Магия очень изворотлива и хочет жертву. Она жаждет искренности, страдания. Дело в том, что я не смогу дать ей это. Если я убью всех тех людей, то ничего не почувствую, более того... - Он внимательно посмотрел на Эдгара. – То, что ты чувствуешь к моей дочери сильнее твоего страха и праведности. Ты убьёшь ради неё. Я вижу этот твоих глазах. Убьешь невинных превозмогая ненависть к себе, все человеческое и боль. И эта твоя жертва и спасёт ее.
- А если бы я отказал? – спросил Эдгар. - Сказал «нет» в самом начале или если в итоге не смогу? Тогда вы позволите ей умереть?
Магистр засмеялся, и у Эдгара поползли мурашки от его ледяного смеха.
- Я? – Он отрицательно покачал головой. - Нет. Ты позволишь ей умереть.