Глава 2
Академия тонула в зелени, как, бывало, только летом, а Сара замерла у моста с чувством, какое можно сравнить лишь с тем, что испытывает убийца в ожидании собственной казни.
Она сгорала от нетерпения.
Мысленно проклинала себя за вольность. За то что решилась прийти. Сара смотрела на величественное здание, огражденное от нее гладью воды и сцепив дрожащие руки у себя за спиной шагнула вперед. Стоило ей пересечь магический барьер как ветер тут же растрепал ее волосы. Подол серого платья заструился у ее ног подобно волнам на озерной глади. Тучи сгустились над головой. Небо окрасилось в цвет греха, мук и бесконечно печали. Даже пение птиц за барьером исчезло. Гладь озера почернела.
Скоро все прояснится.
Люди в стенах Академии вынесут ей приговор. Она чувствовала, как они следили за ней из окон, хоть и не видела их. Воздух гудел от их магии. От их страха. По стенам Академии поблёскивали защитные руны, на камнях красовались запретные узоры, которыми они пытались защититься от нее. Глядя на них, девушка скривила губы. Подумать только, те кто называл себя ее друзьями отгораживаются от нее слоем магии, как от злейшего врага.
Хотя за это Сара винить их не могла.
Множество тайн, словно незримая нить тянулись за ней всю жизнь и сейчас они как черви с могил полезли наружу. Это было не остановить. Оставалось лишь надеяться, что людям хватит ума не судить, не зная всего.
Сара сделала глубокий вдох.
- Зачем ты пришла?
Сара заставила себя улыбнуться. У самого входа в Академию ее ждал Барри. Тот самый Барри Платт, которого она называла своим другом, теперь смотрел на нее как на худший кошмар в своей жизни. На его лице не было той привычной добродушной улыбки. Его черты исказило презрение, тревога и неприязнь. В душе Сара надеялась, что все обойдется, но смотря в глаза бывшего друга она ощутила себя в точности как на балу забвения, когда чистая и неприкрытая боль от осознания своего положения заставляла превращаться в сталь.
- Так зачем ты пришла? – повторил свой вопрос Барри.
Его рука дернулась, стоило Саре поправить волосы. Он был так напряжен и в любой момент готовился защититься.
- И ты даже не поприветствуешь меня как старого друга? – спросила Сара, улыбаясь от абсурдность этой ситуации. Она наблюдала за хмурящимся парнем и не видя никакой реакции, кроме того, что он стал еще мрачнее, продолжила. – Я хочу увидеть Эдгара.
- Весьма самонадеянно думать, что после всего, что ты сделала это все еще возможно, - Барри почти выплюнул эти слова.
Сару передернуло от понимания, что он говорил с ней как с чудовищем. Нет, он искренне считал ее монстром.
- Эдгар взрослый мальчик и если он не в настроении разговаривать со мной, то может лично мне об этом сказать, - ответила Сара.
Она впилась взглядом в Барри сдерживая дрожь. Заглянула в его глаза. Скользнула взглядом по его нелепой одежде. По кофте с растянутым воротником. Коричневым брюкам. Разношенным туфлям. И вновь ее взгляд устремился к его лицу, но замер на руках. На шрамах. На жутких отметинах прошлого. Смесь гнева ее отца и глупости его родителей. На мгновение ей показалось, что она стоит у обрыва и пропасть за ним пожирает ее своей неизбежной глубиной. Воздух будто сгустился, солнце едва пробивалось сквозь тучи, а воды озера замерли, готовясь к ее провалу. Стены Академии вибрировали в немом осуждении. Подбородок Барри дернулся, и Сара уже решила, что он наконец осмелится и оскорбит ее. Произнесет все те ужасные слова, что вертелись у него на языке и отражались в глазах. От одной мысли об этом кожу стало покалывать.
Но парень лишь поджал губы.
- Так я могу поговорить с ним? – спросила Сара, едва удерживая светскую улыбку на лице.
Барри окинул ее пристальным взглядом.
- Ты просто отвратительна, - сказал он.
Сара сглотнула.
Улыбка сошла с ее лица. Взгляд стал бесстрастным. Барри передернуло от этих изменений, и он отступил на шаг назад.
- Эдгар в комнате, – наконец сухо ответил он и отошел в сторону, уступив ей дорогу.
Сара прошла мимо него, больше не взглянув на бывшего друга. Каждый шаг стоил ей неимоверных усилий. Казалось, что она тратит не секунды, а целые годы. Глаза болели от слез, которые Сара сдерживала в себе. Они все ненавидят ее. Но был еще Эдгар. Это предавало ей сил. Помогало миновать холл и ступени. Помогало идти вперед. Не мог же Эдгар так просто отречься от всех своих слов? Не мог же возненавидеть ее за то, чьей дочерью она была, когда сам был в таком же положении? ОН должен был ее понять. Должен. Он был единственным кто мог. У кого бы хватило духу.
В его комнату Сара вошла без колебаний. Постучала всего лишь раз и быстро, даже спешно отворила дверь и преступила порог. Воздух здесь трещал от магии и от его взгляда.
Эдга стоял у стола. Вальяжно, совсем не по-светски облокотился о его темную поверхность.
Сара остановилась у кровати.
На Эдгаре был черный костюм, с расшитым золотыми завитушками жилетом. На воротнике блестела брошь в форме волчьей головы. Животное скалило зубы. Сегодня парень был в облике аристократа. В прочной маске из льда и совершенства. Даже нарочито небрежная прядь, упавшая на лоб, была идеально выверенным ходом.
От его вида у Сары все внутри сжалось.
Они вернулись к началу.
Словно и не было тех месяцев, проведенных в покое и самозабвенности. Словно не он так заботился о ней и не он был готов принимать и понимать ее. Теперь осталась лишь оболочка. Однажды их уже разделяла пропасть из недосказанности и тайн, но пропасть, возникшая сейчас была в тысячи раз больше и глубже. Однако Сара понимала, что даже если у этой пропасти нету конца, она готова прыгнуть в бездну, чтобы все исправить. Эдгару нужно сделать хотя бы один шаг, а все остальное, Сара была готова сделать сама. Ей было плевать на цену. Отец уже отнял у нее детство, мать, друзей и возможность выбирать, поэтому за Эдгара Сара была готова сражаться. Впервые она нашла человека, которого не хотела терять.
- Привет, – собственный голос показался ей незнакомым. Сара сглотнула. – Думаю нам нужно поговорить.
Эдгар оттолкнулся от стола, на котором нефритовый волк кружился вокруг оленя, так и норовясь столкнуться с его острыми рогами.
Сара заставила себя стоять смирно. Холод и отчужденность взгляда Эдгара заставляли работать все механизмы самозащиты, которые в ней были. Все ее тело молило о побеге. А Эдгар лишь пожал плечами и равнодушно спросил:
- О чем?
Сара проглотила комок отчаянья и страха.
- Ты сам знаешь, о чем, - ответила она.
Набрала побольше воздуха чтобы продолжить. Облизнула пересохшие губы. Но парень заговорил первым. И видят святые с каждым его соловом Саре казалось, что ломаются ее кости.
- Что ты хочешь услышать? – резко спросил он. – Ты лгала мне все это время, а теперь хочешь поговорить? – Эдгар хмыкнул и окунул ее одним из своих надменных взглядов. - Твой отец устраивает геноцид, а ты стоишь подле него. – Он помедлили секунду. Сара заметила как участился его пульс, но к ее удивлению Эдгар не опустился до оскорблений, а просто спросил: – И что ты собираешься делать?
- О чем ты? – выдавила из себя Сара.
Эдгар впился взглядом в ее глаза будто ища в них ответ.
- Я о том, зачем ты пришла. Чего ты хочешь Сара? Убить нас всех?
- Что? О чем ты говоришь! – возмутилась она. Как он мог думать, что она стоит здесь вся в его проклятой власти и думает о том, как прикончить их всех? – Если бы я этого хотела, то еще вчера на балу рассказала бы все отцу. Не нужно быть особо умной, чтобы понять, вы все в сговоре, а Луиза шпион в рядах приближенных! – Сара едва не подавилась собственным возмущением. - Безумцы, думающие, что у вас хватит силы свергнуть Магистра.
- Конечно, - улыбнулся Эдгар. – Для тебя мы безумцы, но для Альканты единственное спасение. Похоже у остальных не хватает духу даже на мысли о свержении Магистра, о его муках, о пытках, таких как же каким он подвергает других.
Сара прогладила очередной комок ужаса. Эдгар же говорил о ее отце, а она смотрела как его улыбка становится холодной, жестокой усмешкой.
- Он же... - Сара не могла найти слов.
- Он монстр, - подсказал ей Эдгар.
Ее передернуло.
- Он мой отец! – выпалила она, шагнув вперед. Эдгар не отшатнулся. – Слышишь? Ты говоришь о моем отце. – Сара прикрыла рот рукой подбирая слова. Ее губы дрожали. - Я хочу, чтобы ты понял... Слышишь? Я не хочу мешать вам или как-то участвовать в ваших играх.
Эдгар какое-то время мерил ее взглядом.
– Каждое твое слово это чистая ложь, - наконец ответил он и Сара поджала губы опалённая ненавистью в его голосе. - Зачем ты пришла сюда? А? – Эдгар хмыкнул. – Какой я идиот. Стоило сразу понять, что за твоим нежеланием говорить о прошлом, о семье, да и о себе в принципе не стоит ничего хорошего.
- Но ты знал и не отрицай это, – прошептала она, глядя в ледники его глаз. – Ты знал, когда впервые поцеловал меня, знал, когда просил оставаться с тобой и знал когда знакомил со своей семьей.
Вот они и подошли вплотную к страшной правде.
- Нет. – Эдгар отрицательно замотал головой, словно пытаясь отогнать дурные мысли. – Это все безумие. Я верил тебе и к чему это привело? Ты стоишь здесь, говоришь мне, что твой отец Магистр и уверяешь, что не несешь опасности ни мне, ни моим друзьям? Это полнейший бред. Ты с самого начала знала, что так будет. – Эдгар отошел обратно к столу. Его рука скользнула по угольным волосам. – Единственное, что не пойму... так это зачем ты так отговаривала меня от вступления в ряды приближенных?
Сара удивленно моргнула.
Он правда не понимал?
- Именно потому, что я знаю, кто мой отец и знаю, что это такое, - честно ответила она. Эдгар недоверчиво хмыкнул. - Я не хочу терять тебя и это не было моим безумным планом Эдгар. Я пришла сюда, чтобы доказать - я не враг. Ты же должен понимать какого это, нести бремя семьи...
- Ты не можешь так говорить. Ты не знаешь, каково это, дорожить кем-то. Иначе бы никогда не поступила так.
- Поверь мне. – Девушка почти шептала. – Я могла поступить куда хуже, но ваша смерть не доставила бы мне удовольствия. Ни ты, ни Луиза, ни Барри никто не из вас не понимает, но я не угроза.
- Тогда объясни мне. Зачем была вся эта ложь?
- А почему ты лгал мне? Почему лжет Луиза? – Сара рассеяно взмахнула руками, и устало прикрыла глаза. – У вас нет выбора. И у меня его нет.
- Ты удивительно двулична. – Парень с отвращением осмотрел ее снизу вверх. - Ты стоишь здесь и говоришь мне про отсутствие выбора, а сама готова на все лишь бы угождать.
- Нет. – Сара предостерегающе покачала головой. – Не говори мне, что в этом моя вина. Я не выбирала эту жизнь, не выбирала отца. – Она сделала глубокий вдох. – Эдгар я не хочу, чтобы все, что было раньше, исчезло.
- Твои синяки? – спросил он.
Сара вздрогнула.
- Что?
- Твои синяки, их оставил твой отец?
Сара опустила голову, закрыв лицо руками, помассировала виски. Потом взглянула Эдгару в глаза и произнесла:
- Я никогда не говорила ничего подобного.
Она почти услышала, как закипела его кровь от гнева.
- Это ложь! – возмутился Эдгар. Маска спокойствия слетела с его лица. – Ты сказала, что это он. В вечер, когда вернулась из дома, ты сказала, что это сделал он!
- Это не так. Это были твои слова. Помнишь? Я лишь не стала говорить обратного. Ты сам так решил. Пожалуйста, поверь мне. Я не враг тебе. Я пришла, потому что не хочу все потерять.
- Как я могу верить тебе? – спросил он и Сара впервые за сегодня ощутила, что-то помимо его злости. Эдгару было больно. – Как? Ведь это то же самое, что подписать всем нам смертный приговор. Я уже однажды совершил эту ошибку и не хочу повторять ее вновь. Я согласился разделить с тобой тайну. Я хотел защитить тебя от всего, а оказалось ты была тем, от чего нужно защищаться.
Сара не знала, что ответить. Она разочаровала его. Обидела. Ранила. Причинила боль. Она не хотели ничего из этого. Эдгар был дорог ей. Она любила его.
А Эдгар продолжал смотреть ей в глаза. Искать ответы на тысячи вопросов. Она видела, как там, за голубой пеленой строились и разрушались догадки.
- Прошу, - прошептала Сара, подойдя ближе и встав напротив холодного юноши. – Эдгар, прошу, поверь мне. Я тебе не враг.
И она смело встретилась с ним взглядом. Старалась выглядеть сильной и бесстрашной, но внутри нее все сжималось от ужаса.
«Эдгар любит меня» - мысленно говорила она.
«Эдгар любит меня».
Сара была в шаге от слез отчаянья.
«Эдгар любит меня».
Его холод убивал ее изнутри.
«Эдгар любит меня».
Она не могла так ошибиться.
«Эдгар любит меня».
«Любит».
«Непременно любит».
Сара закрыла глаза, готовясь принять неизбежное.
«Эдгар не...».
Сара мысленно осеклась. Ощутила тепло пальцев у себя на щеке. Распахнула глаза и встретилась с ледниками. Вся злость из глаз Эдгара улетучилась и на ее место пришло смирение. Он провел от ее виска и остановился у ключиц, плавно отнимая руку.
- Я верю тебе, – наконец сказал он.
Саре показалось, что земля под ее ногами разверзлась и она летит вниз.
Он поверил ей.
Поверил!
Сара облегченно выдохнула и улыбнулась.
- Спасибо, - прошептала она.
- Но ты должна подтвердить свои слова, - сказал Эдгар, гладя ее по щеке. Саре показалось, что он едва выдавил эти слова из себя. - Покажи мне что правда. Покажи во что верить, - попросил он. – Я же знаю, что ты наверняка можешь.
Без сомнений он говорил про ее навык проникать в головы людей как делал это Магистр или тот профессор. Сара поняла это сразу. Конечно, он догадался и об этом ее таланте.
- Хорошо, - кивнула она.
Что ж, Эдгар сделал шаг навстречу, и она согласилась прыгнуть в пропасть.
Сара не стала медлить и поцеловала его.
****
Эдгара захватил вихрь из ее воспоминаний и чувств. Он зажмурился.
Ему казалось, что он рывком проснулся. Волосы на лбу взмокли от пота. Сердце выпрыгивало из груди, глаза расширились, дыхание сбилось. Он открыл глаза и в панике осмотрелся. Вокруг все было белым и пахло розами. Он стоял в комнате, точнее в спальне, здесь была белая кровать, вазы с цветами и не было окон. Напротив туалетного столика стояла девушка в костюме похожем на те в которых тренируются на обороне. В этой девушке Эдгар не сразу узнал Сару. Она была младше. Наверно ей едва ли исполнилось пятнадцать. Сложно было понять. Он видел лишь часть лица. Серая форма для спарринга вся забрызгана кровью. Особенно много ее было на руках. Волосы, собранные в хвост, также взмокли от крови и пота.
Сара стояла в пол оборота и что-то шептала себе под нос.
Дверь щелкнула. В комнату вошла брауни. Девушка дернулась и обернулась на звук, а Эдгар ощутил на языке привкус страха. Как ему сразу и показалось Саре едва было пятнадцать. По ее лицу текли слезы размывая кровь на щеках. Они оставляли влажные дорожки и спускались все ниже. Но эти слезы не несли в себе эмоций. Так плакали не от горя, печали или боли. Эти слезы были просто водой. Они текли и текли по ее щекам оставляя соленые следы. Текли из холодных глаз цвета изумруда. Эдгар никогда не видел, чтобы эти глаза смотрели так. Впервые вместо зелени полей и лесов в них он увидел такую стойкость и силу, которую было не сокрушить. Это и заставило его содрогнуться.
- Ваш отец недоволен госпожа, - голос брауни заставил его оторвать взгляд от изумрудов, и Эдгар заметил, насколько было взволнованно это существо.
- Отец всегда недоволен, - прорычала Сара в ответ. Она вытерла слезы ладонями мешая их с кровью. – Уходи, - скомандовала она и Эдгар дернулся. В ее голосе словно ожила ночная тьма, в которой они совсем недавно искали звезды. – Уходи, - повторила девушка, видя, что брауни стоит на месте. – Прошу. Если отец не отдал тебе другого приказа, то уходи. Ради меня. Пусть у меня будет хотя бы шанс выстоять.
Брауни долго мерила ее взглядом, и Эдгар было уже решил, что она так никуда и не уйдет. Но потом существо кивнуло.
- Как скажете госпожа, - сказала брауни и удалилась.
Стоило хлопнуть двери, и Сара бросилась к туалетному столику. Она принялась выдвигать ящики и что-то искать, но вот дверь хлопнула снова, и девушка замерла возле зеркал.
- Дорогая?
От этого голоса у Эдгара подогнулись колени, а девушку у зеркала передернуло всем телом, и она медленно выпрямилась и повернулась. К своему удивлению Эдгар не заметил на ее лице ни единой эмоции из тех, что испытывал сам. Ее взгляд остался все таким же холодным.
- Отец? – только и спросила она.
Позади себя парень ощутил движение.
Магистр.
Эдгар похолодел от ужаса.
Мужчина в сером костюме встал напротив дочери и нахмурился. Его взгляд блуждал по ее окровавленной форме, лицу, рукам.
- Зачем ты убегала? – спросил он.
Эдгар задрожал от звука его голоса и продолжил смотреть на Сару. Тогда Магистр сделал еще шаг и уже приподняв ее голову, заставил посмотреть на себя.
- Я предупреждал тебя, - в голосе безликого мужчины вибрировала ярость. – Говорил, что в мире есть законы по котором ты должна жить. Ты стала причиной моей неудачной встречи. Решила вмешаться? – Он усмехнулся. – Дорогая, у тебя нет такого права. Твоя задача — это учиться контролю и силе, а не рыться в моих вещах.
Эдгар видел, как Сара вздрогнула и вырвалась из цепких рук отца. Ощутил привкус страха на ее языке.
- Я не рылась, – сказала она, отступая. – Тот мужчина... – Сара помедлила. – Ты убил его?
- Он разочаровал меня. – Магистр улыбнулся, от чего у Эдгара побежали мурашки. – А ты сбежала. Дорогая, побег худшее, что может сделать человек.
- Нет, – Сара отрицательно закачала головой и начала отступать.
- Мы не раз это обсуждали, ты не стоишь всего этого, если будешь вести себя подобным образом. – Он схватил девушку за руку, та пыталась вырваться, но безуспешно. – Покажи мне, что я ошибся.
- Я не хочу этого делать. – Девушка опять замотала головой и еще раз попыталась освободить руку. – Не заставляй меня.
Эдгару стлало сложно дышать. Внезапно он понял, насколько личные подобные воспоминания. Он ощутил себя вором, злодеем, подлецом подглядывающим за чужой болью.
- Твоя кровь не перевоспитает тебя, - сказал Магистр и Сара замерла в его руках. – Дорина подлатала твои раны и сделает это снова, но ты должна избавиться от проблемы, которую создала. Тебе решать какое наказание понесет Сергий за то, что не удержал тебя от твоей бунтовской выходки. Подумать только! – Мужчина усмехнулся. – Ты вмешалась в процесс, которого не понимаешь.
- Но ты пытал невиновного у нас в доме! – возмутилась она.
- Невинности не существует. Люди уже рождаются с грехами предков. У этого был шанс искупить их, а теперь он мертв из-за тебя.
- Это ты его убил, - прошипела она.
- Но ты вырыла ему могилу.
- Я не стану издеваться над тем мужчиной... я даже не знала его имени.
- Вот именно. Ты даже имени не знала, а вмешалась, - сухо сказал он. – И поверь мне, тебе лучше сделать это самой ведь от моей руки он попросту не выживет.
- В этом нет необходимости! – протестовала она. – Я больше не стану мешать. Папа. Пожалуйста, – взмолилась Сара и на ее глазах проступили слезы, которые она тут же смахнула.
- Или ты или я, – сказал мужчина, не сводя глаз с дочери.
Эдгару хотелось остановить все это. Он ощущал ее беспомощность, страх, одиночество и боль. Безуспешно убеждал себя, что дело в их связи. Поэтому он так ярко все чувствует. Но святые свидетели... Смотреть на это было неимоверно сложно, не говоря уже о том, что чувствовать. Он видел, что у нее не была выбора. Чувствовал досаду от того, что она расстроила отца. Видел ее слезы и чувствовал стыд, смешанный с нежеланием причинять боль. Парень, было, сделал шаг, но картинка поплыла перед его глазами. Он зажмурился и потер ладонями лицо. И он увидел поле. Увидел трупы, завернутые в белую ткань. Увидел Сару, которой не позволили склонить головы и откуда-то далеко звучали слова: «я говорил тебе, что от моей руки он не выживет».
Эдгар моргнул, прогоняя ужас.
Теперь он стоял за сетчатой нишей и сквозь прорези мог видеть обширный зал, увешанный портретами чьи лица, были смазаны в точности, как и лицо Магистра. Почувствовав движение у своих ног, Эдгар посмотрел вниз. Возле него сидела девочка в синем платье из ситца. Она, присев на корточки наклонилась к прорезям и, замерев, наблюдала за чем-то, пожевывая белый воротник платья. Послышались шаги и громкие голоса и в зал зашли трое.
Первый видимо был Магистр, правда он отличался от того мужчины, что Эдгар видел ранее. Все тот же серый костюм, но теперь мужчина выглядел усталым и его левая нога, словно тащилась следом. Еще был невысокий. Крайне несимпатичный светловолосый мужчина что-то активно рассказывающий, а рядом с ними стоял брауни с подносом в руках.
- Нужно еще немного времени господин, – сказал мужчина, обходя брауни. – Ваше состояние нормализируется. Мы сделаем все возможное, но урон слишком велик.
- Ты обещаешь мне уже это несколько лет, – взревел Магистр, и Эдгар ощутил, как в его ногах вздрогнула девочка. Да что там девочка, даже стены дома задрожали. – Я все еще слаб, и никто из вас не в состоянии понять, что было в этих рунах такого, что продолжает истощать меня! Вы все кучка идиотов, считающих, что знаете все на свете, а с простейшей задачей не можете справиться!
- Если бы вы не убили Платтов, все было бы куда проще, - осторожно заметил мужчина.
Глаза Магистра опасно сверкнули. Эдгару показалось, что свет померк, а тьма сгустилась вокруг прихрамывающей фигуры.
- Мне начинает казаться, что от тебя никакого толка, - прорычал Магистр.
- Я могу помочь вам, - уверил его мужчина.
- Сомневаюсь, – сухо сказал Магистр, подходя ближе.
- О чем вы?
- Я найду другого, кто сможет. Приведите мне Вилку, - бросил он брауни.
И в следующую секунду светловолосый мужчина упал на пол, содрогаясь в смертельных конвульсиях. Алая кровь окружила его, а в его шеи поблескивал нож. Эдгар даже не заметил, когда Магистр успел убить его. Он сделал это без магии, но парень мог поклясться, что ощутил, как она за пульсировала в воздухе.
Девочка вскрикнула и отпрянула к стене, зажимая рот руками. Магистр резко развернулся и посмотрел в сторону ниши и устремился прямо на Эдгара с девочкой в его ногах. Чем ближе он подходил, тем сильнее Эдгар ощущал, как его охватывает паника. Когда мужчина потянулся к сетке, картинка снова замелькала и Эдгару пришлось зажмуриться, чтобы справиться с подступившей тошнотой.
Он видел еще много воспоминаний и обо всех предпочел бы забыть. Он видел, как Сара изнуряла себя тренировками под пристальным взглядом отца. Видел, как истекала кровью под рунами брауни, что ее лечили. Видел, как ее терзали кошмары. Слышал оглушительный стук ее сердца в ночи. Ощущал беспомощность и страх. Одиночество и нескончаемый поток боли. Когда смотреть на все это было уже невыносимо потоки воспоминаний вытолкнули его в хорошо знакомое место. Здесь было светло. Спокойно. Пахло выпечкой. Кабинет директора освещался мягким магическим пламенем свечей. Эдгар осмотрелся. Сара сидела напротив директора и, улыбаясь, кивала головой. На ней было черное платье из плотного трикотажа. Эдгар задержал взгляд на ней. Как же оно ей шло. Еще тогда он это отметил.
В их первый день.
Да.
Она показывала ему тот самый день.
Недалеко от нее стояла профессор Лэйс. Женщина сложила руки на груди и одобрительно смотрела то на директора, то на девушку. Вот в дверь постучали, и парень увидел профессора Саверьена и себя заходящего следом. Он отчетливо ощутил любопытство и, обернувшись на девушку, увидел, как это же чувство отразилось в ее взгляде.
Картинка снова поплыла и вот он стоит в гостиной и видит, как впервые предлагает ей проводить вечера в его комнате. Ощущает ее волнение и страх. Видит шахматы и свою улыбку. Ощущает восторг. Недоверие. Отправляется в Мондэл. Протягивает руку человеку, которого все считают предателем. Видит хрустального оленя и нефритового волка. Учувствует в поединке. Использует святой механизм. Ужасается смерти Кая. Соглашается лгать ради чужаков. Влюбляется. Бежит от любви. И в конце концов принимает ее во всем неотвратимом и жутком обличии.
Их первый настоящий поцелуй. Последнее, что видит Эдгар, это Сару в своих объятиях.
****
Сара едва могла сдерживать волнение стоило ей выпустить Эдгара из своей головы. Подумать только, он увидел те стороны ее жизни, о которых она предпочитала молчать, боясь, что их обернут против нее. К тому же и поводов для гордости там не было. Была только боль. И сейчас все что ей оставалось это стоять у кровати и ждать пока Эдгар Морэнтэ, парень, в которого она осмелилась влюбиться вынесет свой приговор.
А Эдгар все думала. Она видела нелепую и неустанную борьбу в его подсознание. Невероятное сражение понятное только ему. И она уже смирилась с тем, что все сломано. С тем, что она все испортила. Хотела отступить, но он, взяв ее за талию, притянул к себе. Сара вскинула голову и непонимающе посмотрела в его голубые глаза. Она ощущала его дыхание и тепло тела. Его отчаянье и боль, отражение ее собственной. Однако вместо того, чтобы оттолкнуть он прижал ее к себе с такой силой, что ей пришлось упереться руками ему в плечи, чтобы не удариться.
Хватку Эдгар не ослабил. Лишь продолжил смотреть будто ища очередной ответ. Он не отстранился. Не ушел. Просто смотрел. И вот не дождавшись, что он сам начнет разговор, Сара решается спросить, но ей не дает этого сделать его поцелуй. Настоящий поцелуй вечности.
Сара прикрыла глаза, вдыхая его вкус. Но Эдгар целовал ее, ни так как прежде. Поцелуй обычно нежный и требовательный, теперь всеобъемлющий, более жесткий и не позволяющий сомневаться, словно он проверяет ее, словно пытается понять, насколько далеко она готова зайти. А потом он отпрянул. Замер, как зверь навис над своей жертвой. Она не могла ни оторвать взгляда, ни моргнуть, ни вздохнуть. Но могла сосчитать собственный пульс, так громко стучало ее сердце. И тогда Эдгар целует ее снова, а она не в силах сопротивляться притяжению, запускает руки в его темные волосы, готовая сдаться. Эдгар дотрагивается до ее щеки и уже мягко отстраняется от нее, а после заглядывает ей в глаза. Проводит рукой по изгибу плеча, чуть опуская ткань платья. Сара улыбается. Теперь все будет хорошо. Непременно будет. Ей хотелось танцевать от счастья. Эдгар Морэнтэ не стал для ее приговора. Не стал врагом. Он смог понять ее.
Сара склонила голову набок в безмолвном приглашении. Эдгар же скользнул губами по ее шее и прикусил нежную кожу, отчего она ахнула и улыбнулась еще сильнее. Ее пальцы перебирали его волосы, когда он расстегивал молнию на ее платье. Девушка легко отстранилась и провела рукой вниз по выступающим ребрам. Она не подняла на Эдгара взгляд, просто не смогла, он бы сразу заметил ее секундное замешательство. Сара скинула легкое платье на пол и опустилась на колени как кающаяся прихожанка. Парень же провел рукой по ее подбородку и, поглаживая щеку, заставил ее приподнять голову и посмотреть ему в глаза. Девушка увидела напряжение в его глазах, и у нее перехватило дыхание. Его взгляд пронзал ее насквозь. Он снова погладил ее по щеке, после чего спустился ниже, обвивая пальцами шею.
Эдгар улыбнулся. Сара в ответ тоже улыбается ему. И он решает. Наклоняется ниже и целует ее, подавливая глухой стон.
****
Эдгар провел пальцами по позвоночнику, прежде чем застегнуть молнию ее платья. От его прикосновения она прогнулась, а после повернулась к нему лицом. Они стояли в хаосе простыней и одежды. Сара ощутила, как кольнуло ее сердце от осознания, что все когда-то закончится.
- Ты должна показать им, - вздыхает Эдгар, отходя от нее. – Должна показать им все.
- О чем ты?
Сара едва смогла произнести этот вопрос. Ей показалось, что земля под ее ногами исчезла. Она встретила ледяной взгляд голубых глаз и мысленно умерла.
- Ты должна показать им, то, что показала мне, - сказал Эдгар, пряча руки в карманы.
Нет.
Саре захотелось закричать. Проклясть весь этот мир и его святых. Но все уже было сделано. Осознание пробило ее грудь подобно стреле. Сломало ребра и ранило в самое сердце.
Должна.
Сара рассмеялась от злости и понимая всего кошмара, в который сама себя загнала.
Должна.
Видят святые, ни одному из Морэнтэ она ничего не должна и никогда не будет.
- Если ты не покажешь им сама, то они увидят все в моей голове, - продолжил Эдгар словно и не замечая ее отчаянья и боли. – Конечно они захотят увидеть больше...
- Больше? - Сара вновь рассмеялась. – Куда же больше? Морэнтэ, прикажешь станцевать перед ними голой? – Глаза парня странно сверкнули, но ей было все равно. – Откуда столько уверенности, что говоришь мне о моем долге?
- Ты мой враг Сара Лэдэр, - ответил Эдгар. – Не ждала же ты что я закрою глаза на твою суть?
Сара усмехнулась и окинула его взглядом.
Ей казалось, что он сломал в ее теле каждую кость. Что подпалил ее плоть и теперь равнодушно смотрит как она горит. Ведь так оно и было. Она страдала, а Эдгар просто смотрел. Он смотрел. Даже не удосужился отвести взгляд или изобразить сочувствие.
Ни сожаления, ни колебаний, ни сомнений. Ничего, что говорило бы о сложности выбора. Он лишь прямо смотрел на нее. Как в их первую встречу, как и на всех остальных. От этого взгляда все сжималось внутри и хотелось забыться. Но это был не дурной сон, от которого по пробуждению ты можешь отмахнуться. Это была реальность. Реальность полная отрешенности, боли и страха. А сердце так предательски стучало в груди и каждый его удар, эхом раздавался в голове.
Сара слегка дернула головой, сжимая челюсти.
- Я пришла к тебе как друг, а ты шантажируешь меня, - вздохнула она. – Ты знаешь, что я не смогу отказать. Точно не теперь.
В ее словах не было гнева и ярости. Только боль. Она ведь даже не могла злиться понастоящему. Сама виновата. Пришла сюда с улыбкой, когда стоило идти с мечом.
- Ты знаешь кто я Сара, - ответил Эдгар, пожав плечами. – Я не могу позволить себе такую роскошь как просто поверить тебе.
- Ты никогда не был на моей стороне, - поняла она. – Даже не пытался быть, а твоя обещанная защита лишь слова.
- Магистр – твой отец, – бесстрастно напомнил Эдгар. – Я отношусь с недоверием ко всему, что связано с ним. Ты не станешь исключением просто потому, что мы спали вместе. Уверен ты понимаешь, о чем я говорю. Я Морэнтэ. Я должен защищать тех, кто со мной одной крови.
Сара замотала головой в попытке сдержать подступающие слезы.
- Как ты можешь определять, что зло, а что добро? – спросила она. – Я была рядом все это время и неужели я сделала хоть что-то, из-за чего ты поставил меня в один ряд со злом?
- Ты дочь Магистра, - только и ответил он. – Этого достаточно.
- Эдгар ты поступаешь неправильно.
- Мне следовало избавиться от тебя, как только ты изъявила желание хранить секреты, - усмехнулся он и эта улыбка пробила остатки ее гордости. – Покажи им. – Эта фраза, сказанная уже трижды, звучала как приговор и девушка отступила.
Сара понимала, что у нее нет выбора. Что ж. Если он решил, что она монстр, то пусть посмотрит, как выглядят настоящие чудовища.
Сложив руки на груди Сара вздохнула. Расправила плечи. Встретилась взглядом с холодом ледников.
- Сомневаюсь, что этот спектакль был твоим планом Морэнтэ, - холодно сказала она. – Зрители ждут в гостиной? Ведь так? – Парень недовольно поджал губы и кивнул. – У тебя хотя бы были сомнения в моей вине?
- Никаких, – без раздумий ответил он. – Директор, Луиза и профессор уже в гостиной. Как ты и сказала. Только Сара, не вздумай выкинуть чего-то такого за что нам всем придется расплачиваться.
От возмущения ее брови скользнули в верх, и она ответила с нескрываемым раздражением и напускной злостью:
- Ты думаешь будто можешь мне указывать или контролировать?! -фыркнула она. – Морэнтэ. - Сара шагнула к нему навстречу. – Если ты забыл в чем обвинял меня несколько минут назад, так я напомню. Я, дочь Магистра. Моя сила, магия, да вся я непревзойдённая. Тягаться со мной вы не сможете. Я заберу то, что захочу с кровью. Поступлю так как сочту нужным. Будь на то моя воля, я сожгла бы все этом место без тени сожаления или сомнений! Так что, когда в следующий раз решишь, будто у тебя есть надомной власть, а твое слово имеет хоть какой-то вес, вспомни кто я и кто ты. И знай, что больше я не стану защищать тебя или кого-то из твоих друзей. Если они решат пролить свою кровь, я просто посмотрю на это. А если вы снова перейдете мне дорогу, я стану причиной их пролитой крови.
- Сара... - казалось ее слова ужаснули Эдгара, но она не дала ему закончить.
- Морэнтэ, давай без очередных гнусных обвинений. Я соглашаюсь показать свои воспоминания только потому, что твой мозг исказит их. А я не хочу, чтобы кто-то видел ту отвратительную и слабую версию меня, какой меня воспринял ты.
- Тогда стоит поторопиться, - буркнул Эдгар.
- Как очаровательно, – сказала она и направилась к выходу, но у самой двери остановилась и взглянула на хрустального оленя, что бегал на столе.
Сара вывела руну.
Олень рассыпался на сотни осколков.
Эдгар не солгал. В гостиной их уже ждали. Когда она зашла, то сразу увидела профессора Саверьена, стоящего возле кресла, на котором сидела Луиза. Кресло, на котором раньше всегда сидел Эдгар. Девушка недоверчиво осмотрела Сару и многозначительно перевела взгляд на мужчину. Эрнест же спокойно встретился взглядом с ней, на его лице не отразилось ничего, но он был напряжен и, остервенело, сжимал спинку кресла. Директор тоже был здесь. Сара не могла не отметь его настороженный и заинтересованный взгляд. Из-за ее же глупости люди в этой комнате знали кто она и он, директор был одним из них. Мужчина понимал, какое это дает им превосходство и он, а не кто-то иной обладал им, хоть и осознавал, сколько опасности несет ему эта информация. Девушка, которую воспитал и вырастил один из самых опасных, целеустремленных и жестоких волшебников в истории. Нужно быть глупцом, чтобы думать, что ее нахождение здесь не несет угрозы. К тому же наверняка они уже успели составить ошибочное мнение о ее естестве.
Сара мысленно рассмеялась.
Здесь было столько рун. Они так ее боялись, что напичкали такое количество защиты. Думают, что готовы ко всему. Идиоты.
Эрнест посмотрел на Эдгара, стоящего позади Сары, тот легонько кивнул.
- Я так понимаю, вы достигли согласия, – сказал Эрнест.
- Я согласилась заключить сделку, - ответила Сара. – Но у меня есть свои условия.
- И какие же? – Эрнест пристально смотрел на нее, ожидая, что она скажет.
- Я хочу, чтобы именно вы были в моей голове. – Мужчина удивленно поднял брови, а Луиза недовольно посмотрела сперва на Эдгара, а после на Сару. – Присутствующие в этой комнате доверяют вашему слову?
- Конечно, – без колебаний ответил он.
- Вам нужно видеть правду, чтобы понять, от меня не исходит прямая угроза и раз вам недостаточно, что Луиза еще жива я дам вам больше доказательств. – Она внимательно посмотрела на мужчину. - Но вы должны пообещать мне, что никто кроме вас не увидит это. Что никто и никогда не использует эту информацию против меня.
- К чему такая осторожность? – спросил Ролан, внимательно следя за ситуацией.
Начались переговоры, и он был не намерен заключать невыгодную сделку.
- Просто я сомневаюсь, что вас устроят обрывки воспоминаний, – холодно сказала Сара, не поворачиваясь в сторону директора. Все это время она рассматривала Луизу, пытаясь угадать ход ее мыслей.
- Вы правы, – сухо сказал Эрнест.
- А когда я выйду за дверь, вы продолжите играть в свои игры, а я не скажу своему отцу, о том, кем на самом деле является его любимый инвент. Я не буду вмешиваться, но я не гарантирую сохранения ее жизни или чей-то из вас. Если ее прикажут убить, я не буду препятствовать, но и инициатором я тоже не буду. Наша сделка гарантия того, что моя личность для мира останется в тайне, а вам в свою очередь я гарантирую, что ваш обман не станет достоянием общественности.
- Но как вы можете требовать от профессора Саверьена неразглашения? – начал Ролан. Его не устраивало такое положение дел. – Информация весьма важная.
- Одно мое нахождение здесь мне доставляет массу дискомфорта, – резко сказала Сара, и ее глаза опасно сверкнули. – Я выдвинула свои условия, которые выгодны для обеих сторон, и вы либо принимаете их, либо... – Она обвела всех присутствующих взглядом. – Либо вы остаетесь ни с чем и умрете, куда быстрее и мучительней чем хотелось бы. Не забывайте, кто я и я здесь лишь потому, что сама захотела прийти.
- Мы согласны, – сказал Эрнест, обходя кресло. – Нас устаревают ваши условия. – Директор хотел было протестовать, но решительный тон мужчины остановил его, и он понял, девушка действительно куда опасней, чем кажется, и Эрнест четко понимает это.
- Я пущу вас в свою голову и предоставлю полную свободу, – сказала Сара, смотря в глаза мужчине. – Но если вы будете грубы или неаккуратны, то пожалеете об этом.
- Конечно, – кивнул он, вставая напротив нее.
- Закрепим сделку кровавыми рунами, – сказала она.
Это было не предложение, а еще одно условие. Лица людей исказились сомнением и страхом. Сара уже была готова к протесту, но Эрнест кивнул. Вытащил из-за пазухи клинок и сделал надрез на тыльной стороне ладони. Предложил клинок Саре. Она приняла его и тоже надрезала кожу ладони. Потом очистила клинок от остатков крови и протянула его обратно мужчине. Тот без церемоний спрятал его обратно.
- Нарушавшего условия сделки ждет смерть, - сказал мужчина.
Сара кивнула.
Подавила дрожь и ужас перед происходящим.
Она протянула руку, и холодные пальцы профессора коснулись ее ладони. Кровь смешалась. Руны обвили окровавленные руки. Мужчина закрыл глаза и в следующую секунду он оказался в лабиринте из белых роз. Он осмотрелся. Перед ним стояла Сара. Правда она была не совсем похожа на ту девушку, что он видел в гостиной. Она стояла босиком, ее волосы спадали на плечи, а серое платье на бретелях струилось к босым ногам.
- Не волнуйтесь, я не заставлю вас бродить по лабиринтам моей памяти, – сказала она, немного улыбаясь.
Ее взгляд был отстраненным и блуждал где-то за спиной мужчины.
- Помните, что обещали мне, – сказала она. – Если вы не сдержите слово, думаю, вам не стоит говорить о последствиях.
- Думаю, вы знаете, что я не отказываюсь от своих слов, иначе бы вы не выбрали меня.
- Напрасно вы так думаете. Я выбрала вас совсем не поэтому, – сказала Сара, и ее фигура мягко растворилась, также как и лабиринт, окружающий Эрнеста.
Теперь он стоял на открытом пространстве и вокруг него, мерцая и переливаясь, проплывали ее воспоминания. Начиная самыми ранними, где она прячет самодельные игрушки, такими светлыми и детскими. После картинка становилась все более мрачной и перед ним возникали силуэты людей в костюмах. Он чувствовал ее страх, безысходность, иногда радость. Она была здесь как на ладони.
Эрнест бродил среди всех этих ведений пытаясь найти то, что подтвердило бы ее слова. Он действовал аккуратно и неспеша. Не прорываясь в поисках нужных воспоминаний. Он скорее сортировал их, пытаясь подобраться к сути. Отчего-то он был уверен, что она сказала правду и не стала прятать что-либо. Хоть все его недоверчивое нутро кричало об обратном.
Сара чувствовала это.
Он видел множество пугающих и отвращающих воспоминаний. Одни были связаны с ее отцом, другие с чувством обреченности и необходимости причинять вред. Насилие и жестокость окружали его. Но было здесь также много тепла и счастья. Он видел Эдгара и ощутил ее теплую привязанность к нему, желание оберегать и защищать. Даже сейчас она все еще чувствовало это. Про себя он подумал, что только это и спасло их, только это тепло, заставило появиться здесь, и как он и предполагал, только поэтому она согласилась на эту сделку. В момент доверия и спокойствия, она не смогла отступить. Поддалась связи. Все это перемешивалось в нелепый букет чувств и сводило с ума. Одно из воспоминаний заинтересовало его. Оно было непохоже на остальные. От него исходило тепло иного рода, ощущалось, что оно дорого его обладательнице.
Сара достает из-под матраса блокнот и беспокойно оглядываясь по сторонам, начинает читать. Ничего необычного, но что-то насторожило его и заставило задержаться. Эта тетрадка в голубом кожаном переплете была знакома ему. Он заглянул девушке через плечо и у него не осталось сомнений. Он бы узнал этот подчерк из множества других без труда. Аккуратный, округлый и лишь «к» так неестественно заострена к верху. Это дневник Фионы. Но откуда он тут?
Девушка перелистывает страницы, пока не раздаются звуки шагов. Он ощущает ее волнение и панику, и видит, как она прячет дневник под матрас.
А он идет дальше. Вот он стоит среди множества полевых цветов, высокой травы, а в воздухе приятный сладковатый аромат мелисы. Серая могильная плита выглядит неестественной среди ярких красок цветов. На нем лежал букет желтых тюльпанов, а девушка, сидя на коленях, положила голову на холодный камень и задумчиво смотрела куда-то вдаль. Он подходит ближе и видит выцветшую надпись «Фиона Райс».
Эрнест отшатнулся.
Сара почувствовала это, а он ощутил ее беззвучную просьбу остановиться. Спустя мгновение он тяжело вздохнул и открыл глаза. Эрнест быстро взял себя в руки и сделал шаг в сторону от Сары.
Сара смотрела на него, видела, как он в секунду взял себя в руки и принял привычный отрешенный вид. Почему он так отреагировал на воспоминания о матери, она не знала, но ей и не было, собственно, до этого никакого дела. Он не имел права так нагло перебирать ее воспоминания, пытаясь найти неизвестно что.
- Думаю я сделала достаточно, – наконец сказала она.
- Да, – ответил Эрнест.
- Надеюсь, вы выполните свое обещание.
- Конечно, – ответила Луиза, до сих пор не сказавшая ни слова. – Ты можешь не сомневаться. – Все это время она пристально следила за Сарой, отмечая про себя ее поведение.
Сара еще раз осмотрела присутствующих и снисходительно улыбнувшись, направилась к двери.
- Встретимся на собрании Луиза, – сказала она, оборачиваясь у выхода.
Дверь с шумом распахнулось, и возле Сары оказался Барри. От его появления все в комнате встрепенулись, даже Эдгар вышел из мрачной задумчивости. Барри встревожено оглядел людей и торопливо направился к Эрнесту.
- Отец Эдгара здесь, – наконец сказал он. – И он явно не в хорошем расположении духа.
От его слов Луиза напряглась.
- Что ему нужно? – спросила она.
- Он хочет видеть Эдгара и да, он знает, что Сара тоже тут, – ответил Барри, оборачиваясь к девушке.
- У меня нет времени на это, - фыркнула Сара и потянулась к дверной ручке.
- Думаю, вам придется остаться, – сказал Эрнест, его голос звучал настойчиво.
- Неужели? – Девушка язвительно ухмыльнулась. – И почему же?
- Не думаю, что ты хочешь, чтобы твой отец, решил, будто Эдгар обидел тебя, – сказала Луиза, поднимаясь с кресла. – Он же принесет тебе его голову в качестве подарка.
Сара недовольно хмыкнула. Святые. Они ведь правы. Ей придется доложить Магистру, также как и Льюису, а если отец залезет к ней в голову после их слов, то яркие эмоции она не сможет скрыть, или исправить, он слишком хорошо знает ее. Он почувствует ее боль и наверняка будет в ярости.