Глава 20
Альбус Дамблдор всегда знал, как окончатся выстроенные им планы. Понимал последствия, потому тщательно все взвешивал и действовал. Иногда грубо и нахрапом, но результаты были потрясающими.
Раньше, много-много лет назад, он был наивным юнцом, мечтающим о мире во всем мире, о спокойной жизни магов рядом с магглами, без пряток и войны. О понимании. Дружбе и любви. Мужчина не желал вспоминать те дни. Мерлин, каким идиотом он тогда был! Идеалист чертов. Жизнь напомнила о себе. Вернула его из радужных мечтаний на землю. Громко. Со скрипом, криками боли, ненавистью и войной.
Разве можно было ожидать, что твой друг, талантливый и харизматичный, окажется по другую сторону баррикад. Альбус тогда был свято уверен, что Геллерт его понимает. Хочет того же, но гибель сестры впервые заставила Дамблдора задуматься: а так ли это? Он действительно понимает Гриндевальда? Его друг хочет править миром и жить спокойно рядом с магглами? Вывод был отрицательным.
Однако на один вопрос Альбус так и не пожелал узнавать ответ. Кто из них убил Ариану?
Аберфорт старшего брата не простил. Столько лет прошло...
Чувствовал ли тогда еще просто талантливый маг горечь? Да. Пусть их сестра и была сумасшедшей, но он-то своим умом владел в полной мере, как и магической силой. Конечно, Альбус мог сдержать обещание. Присмотреть за девочкой, пока Аберфорт заканчивает учебу, а потом сбагрить сестру назад брату и заняться своими делами. Но тогда шанс был так близко, старший Дамблдор встретил человека, который его понимал. И пьянящее желание добиться поставленной цели захватило его полностью. Ничего удивительного в той цепочке событий, что привела к катастрофе, не было.
И они оказались по разные стороны. Конечно, в Англии Геллерт не имел той власти, которая была на материке. Сторонников тоже оказалось мало. А Дамблдор имел немалое влияние. Умный, старательный, добрый. И все откладывающий решение покончить с главной проблемой. Решить все одним ударом.
Альбус был уверен в себе. Даже когда решился встретиться с Гриндевальдом лицом к лицу.
Он никогда не забудет той дуэли. Впервые в жизни ему довелось встретиться с человеком, который владел тьмой. Геллерт был силен, но стихия делала его могущественней в разы. Однако победителем из их схватки вышел Дамблдор. Маг, который так и не пробудил свою стихию.
Тогда, смотря в безумные глаза бывшего друга, Альбус понял, насколько опасны волшебники, опьянённые могуществом стихийной магии. И вспомнив о сестре, невольно подумал, что девушка тоже была такой. Слишком рано получила свою силу и не умела ее контролировать.
Он не отложил честолюбивые планы, только выбрал более длинный путь к цели. Да, его уважали. Поздравляли с победой над пугающим темным магом, но воспоминания о страхе и въевшимся в кожу запахом крови скоро бы поутихли, а затем и стерлись с памяти людей. Дамблдор не желал этого допускать. Он стал учителем школы Хогвартс с далеко идущими планами.
Дети, при всем воспитании и любви, мало что понимали в жизни. Им нужно было набить свои шишки, набраться опыта. Они уязвимы, в маленькие головки, при должном мастерстве, легко вложить нужные мысли. Главное действовать аккуратно. Понемногу. Альбус так и делал. Он ведь Герой. Дети слушали его восторженно. Обожали. И внушение, без магии, только слова, быстро приживалось.
Ему часто доводилось посещать родителей магглорожденных волшебников, однако в приюте победитель Гриндевальда был только один раз, когда встретился с Томом Риддлом.
Мальчик был... необычным. Внимательным, неласковым и уже смышленым. Его не любили, друзей не было, но во взгляде, еще до того, как Альбус сказал ребенку, что тот маг, читалось: знаю. Я не ненормальный, я – особенный. Тома он запомнил, но много внимания не обращал.
Навалились другие дела. Дамблдор стал директором и сделал все, чтобы ученики любили его еще больше. Отменил физические наказания, подобрал хороших преподавателей, которые перед ним трепетали и были готовы на все. Он создавал свое царство, которое постепенно запускало щупальца во все сферы существования магического мира.
На шестом курсе Риддла, Альбус его увидел и ужаснулся. Подросток показался ему Геллертом. Талантливым, умным, харизматичным и уже с проблесками тьмы. Том имел единомышленников, но доказать, что парень вместе с ними был причиной многих проблем в Хогвартсе оказалось не просто трудно, а почти невыполнимо.
Сначала Дамблдор хотел помочь Риддлу, перетащить его на свою сторону, но выбрал другой вариант. Геллерт Гриндевальд и ужас войны забылись, Альбус еще пользовался популярностью, но она блекла со временем. Решение созрело внезапно – и директор Хогвартса подтолкнул парня к краю. Конечно, тот еще цеплялся, хотел жить нормально, однако Дамблдор устроил ему ад. И тьма с радостью приняла молодого волшебника в свои объятия. Тот исчез на несколько лет, а потом вернулся.
Вот герой, а вот злодей. Все фигурки на местах – и ни одного движения. Альбус видел отблески стихии тьмы в глазах Риддла, но ни следа безумия. Как долго и кропотливо ему пришлось работать, чтобы Волдеморта возненавидели и боялись. Только тогда бой закипел. Они схлестнулись. Могущественный маг, победитель Гриндевальда, и волшебник, познавший слишком много для столь юного возраста. Только теперь победа не досталась Дамблдору. Тьма Тома была гуще и опаснее.
Директору пришлось действовать уже более жестко. С помощью зелий и магии, он укреплял свое место. Вселял в головы юных учеников уважение к себе и раболепие. Конечно, без последствий не обходилось, но кровожадность его марионеток мужчину не смущала. Джеймс Поттер с друзьями подвернулись удачно. Жаль, эксперимент с оборотнем не прошел удачно и тот связался с Регулусом Блэком, а вот трое остальных оказались очень полезными.
Поначалу влюбленность Поттера в Лили Эванс казалась директору глупостью, он уже подумывал устроить девушке несчастный случай, когда открылась удивительная правда о магглорожденной, которая на самом деле принадлежала к сильному и проклятому роду Эванкс. Одно маленькое изменение в фамилии, а все поменялось. Род Эванс. Маги, которые создали кучу зелий, заклинаний и артефактов. И прямо перед носом Дамблдора ходила их наследница. Вот он ключ к золотой жиле, дарующей власть не только над Британией, но и остальным миром! Да только все уловки не помогли магу добраться до сейфа Эвансов и запустить туда руки. Ведьма оказалась упрямой и даже под угрозой смерти (зря что ли старик подкинул Волдеморту идею найти Поттеров) не подпустила его. Как результат Альбус потерял двух хороших бойцов и был очень удивлен, что их сын – Гарри – выжил. Значит, использовала что-то. Мальчика маг оставил у сестры Лили, с которой пытался рассорить зеленоглазую. И забыл о нем на время.
Главного врага нет. Герой спрятан от глаз волшебников. А он снова на коне, получая все больше влияния.
Когда же его планы пошли псу под хвост? Что изменилось?
Его идеальная пешка, новый ключик к сейфу, рос и должен быть безумно благодарен за подаренную сказку. Друзья, в головы которых вложили определенные мысли, стремления и желания, всегда находились рядом. Как помощники, как доносчики. Об этом ребятишки, конечно, даже не догадывались. Дамблдор давно наловчился стелить мягко, хотя возраст брал свое, память его подводила. Все было хорошо.
Когда же идеальный план рассыпался как карточный домик?
Нельзя было допускать участие мальчишки в Турнире. Нельзя было позволять гриффиндорцам отдаляться от Поттера. Нельзя было отпускать его на летние каникулы домой.
Пожар. И только один труп. В какой-то мере это было утешительно. Пока внимание Скитер не переключилось на директора. Нет, журналистка и раньше не любила Дамблдора, только теперь женщина подключила всю свою фантазию, чтобы портить жизнь Альбусу, а не поливать грязью Мальчика-который-выжил. Удивительно, как Поттер нагло игнорировал все внимание к себе. Оставался абсолютно спокойным, одним только видом показывая, что кто-то врет. Впрочем, последнюю гадость Гарри она сделала. Обвинив его в поджоге и самоубийстве, сделав вывод, что парень был двинутым на всю голову. Как ни странно, в смерть мальчика поверили. Министерство даже с какой-то дикой радостью поддержало идею о гибели подростка в огне, хотя у авроров на руках находились доказательства, что сгорел на самом деле другой человек. Не маг.
Была еще одна проблема, несмотря на все свои старания, Гарри Поттера Дамблдор не нашел. Не помогли ни зелья, ни заклинания, ни артефакты. Все говорило о том, что такого человека не существует.
Альбус готов был выть от отчаянья, когда появился еще один Эванс. Этого он не упустил. Правда, теперь мальчишка лежит в больничном крыле. И демон его знает проснется ли.
***
«Мартин» шел в пасть льву, но у него не было права на сомнения. Дамблдор знает Эванса со слов других, в частности Нимфадоры Тонкс. От аврора надо избавиться. Она была слишком близко и, пусть знала парня недолго, подмену может заметить, а это будет очень неприятно. Ему надо выиграть время, Люциус сообщил сведенья Тому, а тот скоро придет на помощь.
«Лишь бы Ноэля не притащили. Хотя о чем я? Он сам явится!»
Перед Большим залом «Мартин» замер. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, он толкнул дверь и вошел внутрь.
Его не ждали.
Взгляды вонзались в него, как ножи. Злые, недовольные, жадные и один испуганный. Волшебник посмотрел в глаза Нимфадоры и улыбнулся. Мартин любит риск и обожает играть на нервах, потому сейчас было нетрудно.
– Прошу прощения, Дамблдор, что пришел так рано. Вы хотели встретиться во время ужина.
– Ничего, мой мальчик.
– Что-то я не припоминаю нашего родства, мистер, так что ваши нескромные желания можете опустить. Разрешаю звать меня Эванс и никак иначе.
– Как тебе угодно, – недовольно произнес Альбус.
– Всегда так грубо в гости приглашаете? Или это только для меня так старались? – «Мартин» прошел между длинных столов и остановился перед директором школы и его доверенными лицами.
– Для особого гостя особые условия.
– Пытки в них тоже входят?
– Мои люди иногда торопятся с выводами. – Мрачно буркнул Дамблдор.
– И зачем я вам нужен?
– Ваш отец опасен, Эванс. – Произнесла рыжеволосая женщина.
– Мой отец отвечает на агрессию, – небрежно отмахнулся от нее «Мартин», подумав, что надо было передать Рабастану пару слов. Лорду Лестрейндж морду бить не стал, а вот Дамблдору за дурацкие сплетни бороду бы выдрал точно. – И мое присутствие здесь его точно не успокоит и хорошего настроения не добавит.
«Не говоря уж о матери парня, Петуния обладает огненной стихией и ее характер скоро в полной мере будет этому соответствовать». – Мрачно подумал Снейп. О том, что может произойти, если двух дам разозлить, мужчина предпочитал даже не представлять. Одна огненная уже опасна. А две... две звучит как приговор.
***
Мужчина неторопливо шагал по коридору. В некоторой степени Главный аврор пытался отстрочить решение, принятое Министром магии. Хорошо, что ученики разъехались по домам и им не придется штурмовать школу полную детей.
Маг замер и покачал головой. Разве можно поверить, что победитель Гриндевальда мог делать что-либо подобное. Чего только стоят запрещенные зелья и заклинания. Не считая того, что воздействию подвергались и несовершеннолетние.
Человек провел по лицу руками, словно желая стереть все лишние мысли. Отринуть все, что мешает. Его рука должна быть твердой, а голос не имеет права дрожать. Сегодня Хогвартс станет полем битвы, а преступник будет наказан.
***
Том догадывался, что оборотни страстные существа, а вампиры (ну, частично к упырям Блэк принадлежит) – интересные, но точно не хотел получить доказательства таким образом.
Ремус и Регулус целовались. Жадно скользя руками по телу друг друга и двигаясь в ритме, который был ведом только им. Марволо оценил степень оголенности мужчин – и быстро захлопнул дверь в свою спальню.
– Места им не нашлось, – недовольно пробурчал маг, понимая, что в этой комнате он больше спать не будет. Никогда. Давно пора купить новый дом.
– Что-то случилось, мой повелитель?
Риддл не вздрогнул. Нет, Лорд только подозрительно посмотрел на подошедшего Долохова. Не мог же он такого сделать, верно? Антонин вроде бы не обладает талантом зельевара, чтобы дать двум магическим существам какое-нибудь возбуждающее средство. Так что вся вина на них.
– Да так, – хмыкнул старший маг. – Ты просто гуляешь или по делу?
– Люциусу донесли, что нападение на Хогвартс будет сегодня ближе к вечеру.
Том промолчал, перебирая варианты действий. Министерство не хочет давать Дамблдору даже минимального шанса окопаться. Они умудрились проворонить его, когда директор покинул школу, впрочем, отсутствием Альбуса работники Министерства умело воспользовались. Защита Хогвартса уменьшилась, дети жертвами побоища не станут. Да только вытащить упрямого старика из удобного местечка будет трудно.
– Собери всех стихийников и напомни парочке, – движение в сторону двери, откуда раздался громкий стон, – что они в гостях, а я к родственникам.
Хлопок. Долохов мрачно посмотрел на спальню Лорда и достал палочку: кому-то не помешает холодная вода. Много холодной воды.
***
Солнце медленно исчезало за горизонтом. Небо в самой высокой точке заполнялось темно-синим цветом, что станет черным, как только последний яркий луч угаснет. Вокруг царила неестественная тишина. Даже ветер притих, не касаясь веток деревьев, не качая траву и не играя с водой. Не слышались голоса птиц, шаги зверей, жужжание мошкары. Все замерло в ожидании.
Хлопки аппарации в тишине были подобны грому. Казалось, что небо раскалывалось и люди, которые появлялись из ниоткуда, его осколки, упавшие на землю. Ветер двинулся первым, затрепетал полами темных мантий, откидывая капюшоны. Авроры недовольно заворчали, осматриваясь, после чего двинулись к школе.
Одна из фигур, спрятавшихся во мраке Запретного Леса, резко двинула локтем в бок другой: ветер утих. Остальные продолжали спокойно ожидать, что будет дальше.
– Твою мать, – хрипло выдохнул кто-то, – чары не работают!
И правда, авроры прошли без труда, словно никакой защиты нет.
– Вперед, – тихо прошелестел голос Лорда.
Фигуры разделились на три группы и направились к древнему замку, обходя прихвостней Министерства. Пока что они им не интересны. У них иная цель.
***
«Мартин» на миг нахмурился, пытаясь понять, что за чертовщина происходит.
Орден паниковал, даже Дамблдор, который казалось не вздрогнет, если на него обрушат каменную стену, был встревожен. Старик хмурился, бормотал заклинания под нос и недоуменно смотрел в сторону окон.
«Эванс» ничего не чувствовал. Совсем. Преподаватели и директор ощущали защитные заклинания Хогвартса. Каждый по-своему, Снейп больше не чувствовал едва заметный запах дождя. Все исчезло. Словно магия пропала в этом месте, а замок просто древнее строение.
– ...осмотритесь!
Северус вырвался из своих мыслей и проследил за тем, как несколько магов покинули большой зал и направились на разведку. Он мельком посмотрел на директора, который напряженно о чем-то думал и поднял взгляд к потолку. Даже этих чар не было.
«Интересно. Как у них получилось подобное?»
Где-то далеко послышался крик, эхо отразило его, исказив. Находящиеся внутри огромной столовой напряглись. Дамблдор встал со своего места и направился к выходу, за ним потянулись остальные. На «Мартина», что насмешливо следил за их перемещением, никто не обратил внимания. Впрочем, виной тому была его магия, которая немного сместила их внимание. Маг подождал, пока все покинут большой зал и поторопился в больничное крыло.
***
Фигуры подобно теням скользили по коридорам старого замка. Нарисованные люди застыли на картинах, магия ушла из них, словно вода из посудины без дна. Сколько ни лей, а не наполнишь никогда. Хогвартс стал блеклой тенью самого себя, выцветшей картинкой в старой книге.
Замок мертв.
Ноэль не слышал больше его шепота, не ощущал тепла от камней. Казалось, что могильный холод проник в каждый уголок. Какое колдовство могло сотворить подобное? Подросток не знал. Его отец шел на шаг впереди, облаченный в черную мантию без маски на лице, но парень чувствовал его напряженность. Мужчине не нравилось происходящее. Его взгляд скользил по стенам, потолку и полу, выискивая малейшую подсказку. Ничего. Тишина и покой, как в склепе.
Байрона передернуло только от мысли.
Лорд замер, Ноэль коснулся маски, покосился на Ремуса и Регулуса, что сопровождали их, после чего подошел ближе и выглянул. Там, впереди, на перекрестье коридоров, встретились авроры и маги ордена.
– Кингсли Шеклболт, – холодно произнес директор, рассматривая темнокожего мужчину, рядом с которым выстроились авроры. Один из преданных людей Ордена перешел на сторону Министерства! – Что привело вас, господа?
– Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, вы обвиняетесь в использовании запрещенных зелий и заклинаний, а также применении магического воздействия на детях. – Равнодушно произнес аврор, словно не он говорил обвинение, а читал абсолютно неинтересный текст.
Директор недоуменно приподнял бровь, хотя внутри все скрутило: как узнали? Откуда? Кто?
– У вас есть доказательства?
– Да. Прошу пройти с нами.
Орденцы напряглись, а Дамблдор мрачно усмехнулся.
Том нахмурился, отдавать свою жертву другим охотникам он не собирался, потому придется вмешаться.
– Альбус, как неожиданно, – голос Риддла прозвучал мягко, слегка укоризненно, – твои грехи теперь известны. Может поделишься с гостями еще парочкой секретов? Нет? Жаль.
– Волдеморт, – процедил старик.
– Приятно знать, что ты меня еще помнишь, – насмешливо произнес Темный Лорд, неспешно приближаясь к людям, напряженно застывшим, когда поняли, кто к ним присоединился. – Уважаемые, не могли бы вы оставить нас с директором наедине?
– Тот-кого-нельзя-называть...
– Серьезно? – под низко надвинутым капюшоном не было видно, что отец закатил глаза, но Ноэль был уверен в этом. – Тот-кого-нельзя-называть? Вы мое имя боитесь сказать, однако хотите мне помешать. Не советую этого делать, у Альбуса много долгов, которые он обязан отдать. Сегодня. Ты же не против?
Дамблдор достал палочку и посмотрел на Темного Лорда с едва заметным превосходством.
– Не боишься, что твой сын пострадает?
– А ты до него доберешься?
– Мартин у меня...
– Не надо приписывать мне чужих детей, его отец такого юмора не оценит. – С мрачным смешком сказал Риддл и пафосным жестом пригласил Дамблдора выйти к нему. Тот не пошевелился. – От страха ноги отнялись?
Альбус гневно посмотрел на Тома. Авроры молчали. Кингсли не решался вмешиваться. Дамблдор силен, а его противник не простой маг. Люди Ордена не шевелились, вышел бы кто-нибудь другой и бросил бы вызов их предводителю, от него мокрого места не осталось. Но Альбуса на бой пригласил Темный Лорд. Никто не рискнул стать его противником. Директор Хогварста сделал шаг вперед.
Движение Дамблдора стало сигналом для всех остальных, орденцы и авроры подались назад, освобождая место для поединка. Нет смысла врать, они не хотели драться и понадеялись, что эта дуэль решит все. Зря, не только Волдеморт пришел забирать долг.
Макгонагалл вздрогнула, когда на ее плечо опустилась рука, и кто-то громко произнес:
– А вот и блудливая кошка!
Узнавшие голос ведьмы кинулись от нее подальше, но дороги к отступлению им перекрыли остальные Пожиратели Смерти.
Беллатриса лица не прятала ни под маской, ни под капюшоном, она часто пренебрегала маскировкой и ее многие знали. Ничего странного не было в том, что авроры подобрались, когда взгляд женщины остановился на них.
– О, мальчики! – пропела Лестрейндж, крепко сжав плечо преподавателя трансфигурации и подавшись вперед. – Мой милый младший братик, кто из них?
Темнота коридора, из которого вышел Волдеморт, дрогнула, выпуская Регулуса. Мужчина внимательным взглядом прошелся по аврорам.
– Их здесь нет, – ответил Блэк и вернулся назад.
Маги, которые уже рассматривали вариант рвануться в коридор за спиной Лорда, насторожено замерли. Авроры перекрывали один выход из ловушки, в которую себя загнали орденцы. Первая группа Пожирателей зашла слугам Дамблдора за спину, вторая преградила коридор слева от них. Остался только один путь. За спиной Волдеморта. Но там сгустившийся мрак подобен матовой пленке и вызывал опасения. Как оказалось не зря маги не спешили туда бежать. Возможно, кроме Регулуса Блэка, там стоит еще кто-то.
– Нет так нет, – мягко проворковала Белла, прижав к себе изумленную и испуганную Минерву. – Видишь, поганка, я успела первая!
– Увы, Бель, здесь мало места для нашего веселья. – Печально посетовал Малфой.
И словно в ответ на эти слова Хогвартс дрогнул. Стены задрожали, словно мираж в пустыне, и растворились. Перекресток двух коридоров исчез. Вместо него образовалась большая квадратная комната, в которую вело четыре коридора. Вот только вход в каждый заволокло матовой чернотой.
– Ты предупреждай в следующий раз, – протянула Лестрейндж, оценив размеры: локтями они больше толкаться не будут. – Ладно, ребятки, вы как хотите, а у меня важный разговор. Идем, блудливая кошка. – И совсем не ласково толкнула свою жертву в сторону свободного пространства.
***
Две фигуры насторожено прислушивались к звукам. Кто-то шел к ним. Рабастан потянулся за палочкой, когда прямо из-за угла появился «Мартин». Снейп замер, рассматривая темные мантии и низко нависшие капюшоны, прислушиваясь к своим ощущениям. Его стихия сильно исказила восприятие, потому он с трудом опознал человека со знакомой стихией.
– Леди Эванс и Рабастан Лестрейндж, как я понимаю? – вежливо уточнил зельевар, не прекращая воздействия тьмы на разум присутствующих. Обратился мужчина так специально.
– Оборотное зелье? – подозрительно уточнил Рабастан, стаскивая капюшон и рассматривая фальшивого сына.
– Нет, – ответил Северус. – Идите за мной, парня нужно отсюда забрать.
– Что с ним? – тихо спросила Петуния.
– Он не приходит в себя. Будет лучше, если вы сразу перенесете его в дом Эвансов. Как вариант, лечение парня можно доверить мадам Помфри, она имеет большой опыт. Или пригласить кого-нибудь другого. Сюда. – Маг толкнул дверь больничного крыла. – Поппи, как пациент?
Женщина, колдовавшая над Мартином Эвансом, вскинула голову, пристально окинув гостей, и ответила, даже на миг не задумавшись, что это странно докладывать человеку, который как две капли воды похож на ее пациента:
– Немного лучше. Я разобралась в чем дело.
– Это хорошо, – Снейп секунду помолчал. – Его можно переместить в другое место?
Медик задумалась, оценивая возможности.
– Да, только не аппарировать, лучше через каминную сеть.
– Хорошо, – зельевар посмотрел на пару, что встревожено глядела на своего ребенка, но, тем не менее, внимательно слушала. Рабастан перехватил его взгляд и кивнул. – Помфри, это родители Мартина и они хотят забрать его в безопасное место. Отправишься с ними?
Женщина кивнула.
Рабастан подошел к кровати и аккуратно взял на руки сына, Поппи ему помогла. Петуния подошла к камину, набрала побольше летучего пороха и, когда медик и ее муж с сыном на руках подошли ближе, бросила его в огонь, а затем быстро и четко произнеся нужный адрес. Пламя изменило цвет, став зеленым, и маги поспешно сделали шаг, пока действие порошка не прекратилось, оказавшись далеко от Хогвартса.
Северус дождался, когда они исчезнут и огонь станет нормального цвета, подошел к камину, который работает всегда, чтобы можно было быстро вызвать помощь из Мунго или доставить туда пострадавшего пациента, которому Поппи помочь не в силах, что бывает крайне редко. Он взял коробку с порохом и швырнул ее в рыжие языки. Пламя взвилось, заставляя тени танцевать в своем зеленом цвете. Быстро шепча заклинания и выводя палочкой фигуры, маг стирал информацию о том, что кто-то пользовался этим каминном. Благодаря этой маленькой хитрости следов вмешательства не найдут и не нападут на следы. К сожалению, после им лучше не пользоваться несколько дней, а то выкинет куда-нибудь подальше. И хорошо, если в жилое помещение, а не развалюху какую-то, где забыли отключить каминную сеть лет двести назад.
Огонь утих, и мужчина направился к выходу, не снимая своей маскировки. Она ему еще пригодится.
***
Ноэль может и хотел бы сделать шаг за отцом, но дорогу ему преградили крестный и его супруг. Они стали впереди него, вроде бы ненавязчиво, однако парень догадался: дальше не пустят. Насильно уведут, только повод дай.
Маги не видели их троицу. Регулус пусть и не обладал стихией тьмы, но благодаря крови вампира мог пользоваться некоторыми умениями, поэтому между ними и толпой на перекрестье коридоров протянулась тонкая пленка. Ноэль прекрасно видел волшебников, которые занервничали, полностью осознав, кто перед ними, а когда появились остальные Пожиратели, показалось, что он руками может потрогать их панику.
Только там тесно стало. Ни о каких поединках не может быть и речи.
«Неплохо было бы, если стены немного сместились, – подумал Байрон, прислонившись плечом к каменной кладке. – Сделать бы здесь квадратную комнату, чтобы...»
У подростка закружилась голова. Юноша сделал шаг от стены, пошатнулся и неуклюже упал на пол. Тот дрожал под пальцами. Или это сам подросток? Крепкая рука схватила его за шиворот и помогла стать на ноги.
– Что происходит? – спросил Ноэль, непонимающе рассматривая стены, которые... двигались? Мерещится, что ли?
– Кажется, кто-то решил нам помочь. – Задумчиво ответил оборотень.
Байрон выглянул из-за его плеча.
– Комната? – удивленно протянул подросток.
Он же только что об этом думал... Да ну, быть не может.
– Да, – кивнул Регулус, на миг блеснув красными глазами, обшаривая взглядом коридор, потом пристально рассматривая всех магов, которые оказались в неожиданно появившейся комнате. – Но это не замок. И не директор. Да и не ощущаю я Дамблдора, как директора Хогвартса.
– Это ты к чему? – вкрадчиво уточнил Ремус.
– Хотел бы я знать, что сделали авроры, отчего замок стал просто древним строением без капли магии. Не знаю ни одного заклинания, которое могло бы дать подобный эффект. – Хмуро произнес Блэк. – К тому же, мне интересно, кто это сделал. Это земная стихия, у нас таких магов нет.
– Ты что-нибудь заметил?
– Только едва заметный проблеск. Не успел ничего понять.
– Остается только ждать. Ноэль...
– Я буду осторожным, – пробормотал Байрон, быстро перебирая в мыслях варианты. Мог ли это сделать он. Такое возможно. Но это же была только мысль! Не было никакой слабости...
У него ведь недавно голова закружилась...
То есть, он тоже стихийник?!
– Что за... Мартин... – Резко вскинув голову, Регулус притих, произнося имя кузена своего крестника. Он специально растянул по всем входам тоненькую пленку тьмы. Блэк мог быстро перемещаться к каждой из них и убивать особо ретивых противников, которые пожелали бы сбежать. Никто не рискнул. – А где Рабастан и Петуния?
Ноэль вскинул голову и потрясенно замер.
– Но это Снейп! – воскликнул он.
Люпин и Блэк переглянулись и недоуменно посмотрели на Байрона.
– Кто такой Снейп? – спросил Ремус.
Подросток удивленно посмотрел на них.
– Северус Снейп. – Четко произнес Ноэль. – Зельевар. Третий капитан моего отца. Друг Лили.
– Вот ублюдок! – гневно выдохнул Регулус, раздраженно посмотрев на «Мартина». – Я знал, что он силен, но никогда не думал, что его шуточки могут иметь под собой реальную основу.
– Какие шуточки? Ты его знаешь? – недовольно хмурясь, уточнил оборотень.
– Еще бы мне его не знать. И тебе он тоже хорошо известен. Помнишь, кто тебе зелье делает?
– Северус, – растерянно пробормотал Ремус. – Что он сделал?
– Пользуется своей стихией.
– Я о таком не подозревал.
– Это же Снейп, он слизеринец до мозга костей. – Фыркнул Блэк. – У него как минимум десять козырей в рукаве.
– В карты я с ним больше играть не буду.
Регулус неожиданно засмеялся и Ноэль непонимающе посмотрел на него.
– Ты с ним не играешь в карты с тех самых пор, когда он умудрился раздеть тебя до трусов на пятом курсе.
Оборотень смущенно почесал нос. В общем, Ремус никогда не садился играть с Регулусом, Беллатрисой и Северусом. Эта троица мухлевала всегда. Им только карты в руки дай – и противник будет голым, босым и без денег.
– Что они делают? – спросил Ноэль.
Он краем глаза следил за происходящим в огромной квадратной комнате, потому сразу заметил, что Темный Лорд подал какой-то сигнал, и Пожиратели быстро отступили к стенам.
– Самому интересно. – Пробормотал Регулус, когда «Эванс» приблизился к Волдеморту.
Том, хоть остальные и не видели, с интересом рассматривал фальшивку. Он разглядел за темной дымкой, кто стоял перед ним. Мужчина кивнул зельевару и тот в ответ слегка наклонил голову.
Вскрик Беллы раздался неожиданно. Все посмотрели в сторону леди Лестрейндж и Макгонагалл, что решила воспользоваться случаем и вырваться из захвата. В памяти профессора трансфигурации всплыло заклинание, которое когда-то давно она уже использовала на этой самой ведьме.
Безумие проявилось в глазах Беллатрисы сильнее. Северус нахмурился, стараясь перехватить контроль и не дать подруге вспыхнуть подобно факелу.