Лгунья

Pov:Дазай Осаму

Я честно старался не торопиться и дать достаточно времени на то, чтобы свершить кучу ошибок. Старался, но сам не замечал, как по дороге назад жал педаль газа чуть ли не в полную силу. Мне известно, что это было необходимо сделать, но меня разрывали противоречивые чувства каждую секунду. Стоит ли оно того? Сработает ли? Должно… Я же так это планировал. Сейчас как раз идеальное время. Можно будет считать, что это мой последний шаг перед тем, как сломать её. Осталось немного…

Прошло всего два часа с тех пор, как я сел в машину, но чувство, будто минула целая вечность. Такая долгая и напряжённая. Она не доберётся до другого конца леса. Не должна, не сможет. Слишком далеко. Вечер, сегодня обещали самую холодную летнюю ночь. Холодную… Она же опять заболеет. Но… это ведь необходимо, верно? Всё для её же блага. Нет, для нашего с ней блага. Ведь вместе мы будем счастливы, я уверен в этом.

Я крепче сжал руль, нахмурившись. На небе сгущались тучи, и даже в салоне машины был слышен гром. Это не к добру всё… Может, стоило бы придумать другой способ? Но был бы он таким же эффективным? Не знаю…

В моём воображении вырисовывалась картина плачущей и в отчаянии Нэо, которая сто процентов уже успела заблудиться в этом густом и тёмном лесу. А если она всё-таки не ушла? Подумала, что это ловушка? Нет, не могла. Ведь я понимаю это состояние эйфории, когда цепляешься за малейший шанс оказаться наконец на свободе. Готов поспорить, она даже не задумывалась о том, чтобы остановить себя. Девушка жаждала свободы, и она её получила. Так пусть знает, что весь мир к ней враждебен и только я смогу её защитить. И больше никто иной. Этот Рэй — мелкий слабак. Им не найти нас. Я не позволю. Даже если дом обнаружат, найду другое место.

Пока я размышлял об этом, успел доехать до коттеджа. Мне не хотелось спешить: нужно было дать ей больше времени, чтобы загнать себя в ловушку. Но я не мог. Внутри буквально всё разрывалось на части от картины того, что Нэо совсем одна в холодном лесу. Как ей, вероятно, сейчас страшно и одиноко и как она нуждается в моём тепле. Но снова я замечал эту чёртову двойственность в своей голове, с которой был не в силах справиться. Есть две личности меня, и каждая из них любит эту хрупкую девушку. Но также выбирает совсем разные способы добиться её чувств, достучаться до Нэо, дать понять, что лишь я готов её защищать до скончания дней. Помню, как мне приснился отвратительный сон, где, не выдержав очередного отказа, я убиваю девушку, а затем себя. Не хотел, чтобы моё сокровище досталось кому-либо другому. Не имел желания жить без неё. И думаю, если потеряю Нэо, то больше не смогу находиться на белом свете. От этого сна мне стало действительно страшно, ведь пришло понимание того, что, чисто теоретически, я смог бы на подобное пойти.

Выйдя из машины, быстрым шагом направился к дому, даже не доставая пакеты с продуктами из багажника. В глубине души всё же надеялся, что девушка не совершила такой глупый поступок. Но дверь была раскрыта нараспашку, а обуви Нэо не обнаружилось в прихожей. Этого было достаточно, чтобы понять, что моё сокровище отсутствует в здании, но я не оставлял надежды и позвал её.

— Нэо? — В ответ тишина. — Ох…– Я глубоко вздохнул, после чего сразу же, не разуваясь, направился в комнату девушки. Пусто. Как и ожидалось. Я стиснул зубы от обиды и лёгкого разочарования. Так и должно было случиться, но почему в душе гадко? Я не оставлял надежду на то, что Нэо всё же увидит в этом доме безопасную точку. Но ничего… не стоит впадать в гнев. Это же естественная реакция, верно? Всё будет хорошо. Я найду её. Не зря же вшил в её обувь и одежду жучок. Буквально бегом направившись в свою комнату, прокручивал в голове момент, как стисну её в своих объятиях и дам понять, что теперь всё хорошо и девушке не стоит бояться больше ничего, ведь я способен защитить её.

Мои движения были суетливые, всё тело напряглось, а руки слегка затряслись, когда я проворачивал ключ в замке ящика стола, где находился телефон со специально установленным приложением. Как далеко она ушла? Стоило открыть его, как мои глаза расширились в удивлении. Ещё бы два часа ходьбы, и Нэо добралась до деревни. Но точка на карте стояла на месте и никуда не двигалась. Это хорошо. Скорее всего, она потерялась в пространстве и шла вдоль дороги, но в глубине леса. Именно поэтому её путь занял столько времени. Прошло уже около трёх с половиной часов, успело стемнеть. За окном лил ливень, а в небе сверкали молнии. Деревья покачивались от мощных порывов ветра, что вызывало ещё большее беспокойство. Я накинул на себя плащ и взял ещё один с собой, принадлежавший Нэо. Представляю, как сильно она успела замёрзнуть… Преисполненный решимости, я открыл дверь и направился навстречу бушевавшей стихии.

***

POV: Нэо Жид

Мой взор был устремлён в небо, которое едва проглядывалось сквозь густые деревья. Мне было страшно. Очень. Я не хотела умирать, тем более такой мучительной смертью. Молясь всем Богам, чтобы меня нашли, я приподнялась на локтях в попытке встать, собирая волю в кулак. Но ничего не выходило, острая боль не позволяла мне сделать и шага, а инстинктивные слёзы так и наворачивались. Но вскоре они сменились настоящими, искренними. От отчаяния и понимания, что я так глупо вывихнула лодыжку, а вправить уж точно не смогу — не умею. Только больше себе наврежу. Шторм усиливался вместе с моим животным страхом смерти. Не хочу умирать! Только не сейчас! Ведь я ещё столько всего не сделала…
В такие моменты ко мне приходит осознание того, насколько сильно я нуждаюсь в Дазае. Что парень без сомнений бы меня защитил. Но вернуться к нему я сейчас ни физически, ни морально не могу. Вероятно, он уже успел возненавидеть меня за такое мерзкое предательство. Я уничтожила его доверие к себе, которое так старательно выстраивала. Понимаю, что просто теперь не могу прожить без этой чёртовой заботы. Я слабачка. Я нуждаюсь в том, кто будет меня опекать. Но сейчас я одна, и никто мне не поможет. Вновь предпринимаю попытку подняться и вскрикиваю от боли. Ужасно. Как можно быть такой хрупкой?! Неужели после того, через что я прошла, не смогу стерпеть эту боль?! Нет… я сильная! Нужно двигаться дальше. Но стоило мне сделать хотя бы шаг, как я снова валилась на влажную от дождя землю.

— Чёрт! — воскликнула я, ударив кулаком по земле. — Твою мать! — Вновь удар. По щекам текут слёзы. — Не хочу… не хочу умирать!

Вся жизнь начала проноситься перед глазами. Тёплые объятия отца, первая улыбка Аки, пробуждение способности, свадьба, смерть родителя, встреча с Осаму…
— Осаму… — прохрипела я, заметив, что у меня успел сесть голос. Моя смерть будет очень мучительной. Я умру либо от жажды, либо от голода. Скорее всего, второе, ведь инстинкты возьмут верх и буду готова пить даже дождевую воду. Возможно, от лихорадки, ведь я сто процентов заболею с моим-то иммунитетом. Так, может, стоит закончить это самой? Но как?! Как мне безболезненно умереть, если я даже встать не могу?! Не чувствуя ног от холода, я и не заметила, как меня начало клонить в сон…

***

Мне пришлось прийти в сознание от прикосновения тёплой руки к своему лбу, затем она спустилась ниже, оглаживая меня по щеке. Галлюцинации?

— Дазай… — прошептала я, ощущая жар и слабость по всему телу. С трудом удалось открыть глаза. Надо мной склонилась тень, но по её очертанию я точно могла понять, кто это. — Осаму! Это правда ты?! — воскликнула я, но голос был сухой, хриплый и негромкий. По моим щекам потекли слёзы от этих нежных прикосновений. Как же было страшно. Как же я боялась, что меня не найдут…

— Прости… пожалуйста, прости…– сквозь всхлипы повторяла я, взяв за руку парня, не давая оторвать её от моей щеки. — Прости… Мне было страшно… я не хотела… Хотела.

— Всё хорошо… — Лицо парня резко приблизилось, и его губы накрыли мои в лёгком поцелуе. — Теперь ты в безопасности. — Осаму стал покрывать меня мелкими поцелуями, будто его совсем не волновало то, что я сбежала. Но мне было настолько и страшно, и нет одновременно, что я просто не могла его оттолкнуть. — Пойдём домой…

— Я не могу… — Мне не удавалось перестать плакать. — Я подвернула лодыжку… — Приподнявшись, обхватила корпус парня руками, не давая ему отстраниться. — Прошу… прости меня… — Осаму тут же сжал меня в объятиях в ответ, только намного крепче, жадно, не давая и движения сделать. Дазай зарылся носом в мои волосы и нежно поцеловал макушку. Он ничего не отвечал, просто продолжал держать меня в своих руках. Мы просидели ещё несколько минут в таком положении, и страх стал медленно отступать на второй план, уступая место нежности и надежде, что теперь всё будет хорошо. Я в безопасности. Мне было тепло, мне было приятно, и я не хотела отстраняться. Осаму накинул на меня плащ, после чего сильные руки подхватили тело, заставив зашипеть от боли. Малейшее движение ногой приносило просто адский дискомфорт. Стараясь прижаться как можно крепче, прячась от холода и ища защиту, я зарылась носом в грудь Дазая, после чего парень вновь склонился и поцеловал меня в нос.

— Мне очень плохо, Осаму… — прошептала я.

— Я понимаю. Нам идти около часа. Ты шла вдоль дороги, моя машина не так далеко, — голос парня был спокоен, но всё тело напряжено и каждый раз вздрагивало от малейшего моего движения, особенно когда я прижималась ближе. — Теперь всё будет хорошо, можешь больше не бояться. Знай, что я всегда смогу защитить тебя.

— Да… верю… — прошептала я, после чего его руки сжали меня ещё крепче, но недостаточно, чтобы принести боль. Я вздрагивала от каждого раската грома, будто вот-вот молния угодит прямо в нас. Ливень лишь усиливался. От мысли о том, что парню пришлось пройти тот же путь, что и мне, по телу пробегали мурашки. Неужели действительно есть человек, который готов на такое ради меня? Меня! Обычной девушки с заурядной внешностью! Всю жизнь я жила по правилу «да кому я вообще нужна», но, оказывается, даже на такую найдётся человек, которому я буду небезразлична…
Но небезразличен ли он мне? Я не знаю, что чувствую. Окончательно запуталась, особенно после поцелуя. Мне не было мерзко, даже немного приятно, ведь это то, в чём я так нуждалась. После того, как меня оставил весь мир, такая странная забота воспринимается с трудом. Ведь я просто не привыкла, что кто-то может её ко мне проявлять. Что же со мной происходит сейчас? Я не знаю… и от этого страшно. Страшно оттого, что я стала испытывать жалость к Осаму. Оттого, что не могу ответить на его чувства. Не могу полюбить кого-то насильно. Но почему сердце так быстро бьётся? Не потому ли это, что я хоть что-то да чувствую? И стоит ли тому радоваться? Я же тоже желала взаимности. Но почему от этого так мерзко и плохо? Чувствую себя проигравшей, использованной и слабой. Неспособной на отказ и какую-либо выдержку. Подлая шлюха, которая, сколько ни бей и ни используй, всё равно приползет к ногам молить о заботе. Преданная псина, уже привыкшая к своему хозяину. И вот от этого действительно хочется умереть. Не выношу себя. Размышляя о таких гадких вещах, я и не заметила, как мы успели дойти до машины. Когда оказалась в тепле, мне не стало лучше, ведь всему телу и так было жарко. Внутри страх, что это лишь моя галлюцинация из-за жара и лихорадки и что я до сих пор в том холодном лесу, вдали от парня, дарующего заботу. Дверь машины захлопнулась сначала за мной, затем за Дазаем. Транспорт тронулся с места, и я вновь впала в сон.

***

Очнувшись оттого, что меня слегка потрясли за плечо, я тут же схватила за руку парня в страхе, что это всё-таки сон. Хотелось чувствовать присутствие Осаму рядом. Меня снова аккуратно подхватили на руки, стараясь не приносить боли. Но я всё равно пискнула от стрельнувшей лодыжки. Как же неприятно… не думала, что обычный вывих может приносить столько болезненных ощущений. Я была грязная, со спутавшимися мокрыми волосами и пахла сырой землёй. Но Осаму, будто не замечая этого, прижимал меня ближе к себе. Он без труда поднимал меня, словно я весила чуть больше пёрышка. Это также добавляло дополнительное чувство защищённости: рядом сильный человек, который не бросит и готов защищать меня. Даже после моего предательства, на которое Дазай вообще никак не отреагировал. Сквозь сощурившиеся глаза я увидела дом. Дом, милый дом…
Когда я стала его так воспринимать? Видимо, в ту самую секунду, когда осознала, насколько враждебен ко мне мир и насколько внутри безопасно.

— Мы дома… — шепнул на ухо Осаму, аккуратно сажая меня на небольшой пуфик в коридоре. — Сейчас вернусь… — Парень вновь вышел из дома навстречу дождю, но его не пришлось ждать долго, так как буквально через две минуты Дазай вернулся с пакетами в руках. — Я купил то, что ты просила…

Это заставило меня вспомнить мой план, от которого по телу пробежала мелкая дрожь, а взор устремился в пол. Я хотела сжечь этот дом. Ведь на дым, поднимающийся из леса, в любом случае приедут пожарные, и тогда я буду спасена. Но сейчас эта мысль вызывала у меня лишь ужас и страх. Стоит ли оно того? В голове вырисовывалась иная смерть — от рук портовой мафии. И уверена, что она будет не менее мучительная. Так просто меня за убийство Кори не пристрелят. Будут долго пытать. Но в то же время я представляла счастье — уехать на поезде в другой город вместе с Рэем, как можно дальше от всего этого. Стоит ли этот поступок риска? Я уже ничего не понимаю. От резко включившегося света я невольно зажмурилась. Дазай присел напротив меня на одно колено и, нахмурившись, аккуратно снял мою обувь, заставляя зашипеть от боли.

— Я могу вправить. — сделал заключение он. — Но сначала нужно много обезболивающего, ибо ты просто отключишься от острой боли. Так что давай пока займёмся приведением тебя в порядок.

Осаму поспешил снять с меня плащ. Я едва могла двигаться оттого, насколько плохо себя чувствовала. Меня бросало то в жар, то в холод, всё тело было истощённым и неспособным на какие-либо действия. Но необходимо избавиться от мокрой одежды и умыть меня. Я имела слабое представление о том, каким образом это можно сделать. Мне казалось, что я вот-вот снова отключусь без сил.

— Нужно снять мокрую одежду, — озвучил мои мысли парень. — Я так понимаю, ты сама не справишься? — Осаму нахмурился, потирая подбородок, после чего тяжело вздохнул, не дождавшись ответа. Меня вновь подняли на руки и понесли наверх, в ванную комнату. Я не имела никаких сил на какое-либо сопротивление. И не могла представить, каким образом переодеться, ведь я даже руками едва могу шевелить. От прикосновений Дазая всё тело инстинктивно вздрагивало, отторгая парня. Но в голове я понимала, что это просто необходимо, хотя внутри боролись два «я», одно из которых желало, чтобы меня просто положили в кровать и не трогали, а другое жаждало помощи. Я закрыла глаза и ориентировалась лишь на звук. Вот меня садят на, судя по всему, стиральную машину, затем я слышу шум воды: набирается ванная. И вдруг свет, пробивающийся через закрытые веки, гаснет. Даже если открыть глаза — ничего не будет видно, ведь дверь закрыта. От неожиданности я всё же чуть приоткрыла глаза и убедилась в своих догадках.

— Я не буду смотреть, — спокойным голосом сказал Осаму, после чего я почувствовала, как тёплые пальцы подцепили края футболки и потянули вверх. В лёгкой панике я схватилась за них и резко дёрнула вниз. — Если не снять с тебя мокрую одежду, станет только хуже. Ты сама сможешь это сделать? — прозвучал риторический вопрос. Далее мы ориентировались лишь на ощупь. Меня успешно избавили от одежды, оставляя лишь в одном нижнем белье. Я дрожала всем телом. То ли от резкого холода, то ли от лёгких щекочущих прикосновений кончиками пальцев, которые старались не задевать кожу при избавлении от футболки и джинс. Чтобы быть свободной от вторых, мне пришлось слегка приподняться, что далось с огромным трудом. Шум набирающейся в ванну воды затих, после чего меня аккуратно погрузили в неё. Температура была ни холодной, ни горячей. Я бы даже сказала — едва тёплой, чтобы излишне не нагревать моё тело. Но из-за контраста она казалась просто ледяной. Парень молчал, что придавало спокойствия. Вздрагивая от каждого прикосновения, я ощущала, как тёплые руки аккуратно проходятся мочалкой по моим плечам, спине и ногам. Когда задевались царапины, я шипела, и движения становились намного нежнее. Осаму откладывал предмет личной гигиены в сторону и проходился по ранам руками, дабы не доставлять лишний дискомфорт. Даже на спине были царапины, и, невольно выгибаясь, я чувствовала лёгкую щекотку оттого, как его руки проходились вдоль позвонков. Осознание того, насколько это интимный момент, вгоняло меня в краску. Или же этот жар на щеках вызван температурой? Я не уверена. Затем Дазай приступил к мытью головы. Его пальцы зарывались в мои волосы, нежно массируя голову. Я чувствовала себя безвольной куклой в его руках, которая неспособна на какое-либо сопротивление. Но сейчас меня это, если честно, мало волновало. Аккуратные прикосновения успокаивали, но расслабиться мне не удавалось, ведь я то тут, то там ощущала мурашки. Ко мне ещё никто и никогда не прикасался с такой нежностью и трепетом. Эти чувства были столь непривычны, что не знала, как их расценивать в своей голове. Слабой струёй воды из душа смыв шампунь, парень выдернул пробку из ванной. Затем на мою голову легло полотенце, и волосы принялись тщательно вытирать нежными движениями. Моё тело в который раз подняли на руки и усадили на ту же стиралку. Далее в ход пошло полотенце побольше, для тела.

— Спасибо… — только и могла ответить на эти действия я. После чего почувствовала, как лоб парня уткнулся в мой, сопровождаясь тяжёлым вздохом.

— Тебе не за что меня благодарить… я просто сделал то, что должен был. — Мои руки подняли для того, чтобы было удобнее надеть ночное платье. Затем щёлкнул выключатель, заставляя невольно зажмуриться. Глаза, привыкшие к свету, устремились на парня, что с абсолютно спокойным лицом склонился над моей больной ногой. — Сейчас я принесу обезболивающие, повязку и мазь.

Мне резко стало страшно. Приходило понимание того, что я не хочу, чтобы парень покидал меня. С ним я чувствую себя в безопасности, и даже перспектива остаться всего на минуту одной в комнате приводила в ужас.

— Стой! — не подумав, воскликнула я. — То есть… Ох… — я едва могла соображать. — Отнеси меня, пожалуйста, в мою комнату и…– Отведя взгляд, продолжила: — Возвращайся побыстрее.

На лице у Дазая мелькнула еле заметная улыбка, и после кивка меня успешно доставили в комнату, которую я теперь спокойно называю своей. Что очень странно, учитывая то, как я ненавидела каждый сантиметр этого дома. Но сейчас всё иначе. Тут я в безопасности. Меня не достанет стихия или же портовая мафия. Меня не достанет и агентство. Вернувшись, парень дал таблетки, которые вскоре должны были подействовать.

— Будет больно, — обозначил Дазай, нахмурившись.

— Да… я знаю.