Эпилог
Алана Харрисон
Год спустя
- Ты такая красивая, - не переставала восхищаться София.
Я вздохнула полной грудью, рассматривая свою загорелую кожу, оттененную цветом молочного свадебного платья. Оно свободным шелком струилось по фигуре, переходя в глубокий разрез на бедре. Стилист накрутила мне кудри и собрала их у висков невидимками, открывая шею с татуировкой.
- Мне немного страшно, - честно прошептала я, оборачиваясь к подруге.
- Это атрибуты любой невесты, - в ее голосе проскользнули нотки грусти.
У них с братом родилась дочка, как и мечтала Фи. Альфред все не выпускал свою маленькую кроху их рук, даже не доверяя ребенка няням. Кларисса Аманда Харрисон – светловолосое, капризное в мать, чудо. Пара так и осталась жить во Франции, свыкаясь со взбалмошной соседкой в лице матери.
Она развелась с отцом, несмотря на страхи возраста, решила возобновить карьеру и сейчас является амбассадором какого-то дома моды в Париже. Как говорила подруга: у нее даже появился богатый воздыхатель, с которым Амелия часто пропадает в опере.
Кинув последний взгляд в зеркало, я приняла букет невесты и вышла из летнего домика, попадая в объятия Сицилийского солнца.
Помню, как Артур совершенно неожиданно сделал мне предложение.
Разбудил сонную ранним утром, ничего не объясняя вытащил из нагретой нами постели и усадил в свой спорт-кар, напряженно краснея. Мы приехали к отелю, в котором останавливались ради «деловой встречи» и предвкушающе улыбнулся:
- Развернись, - продемонстрировал мужчина бархатную повязку.
- Ты мне глаза завяжешь? – удивилась я, но наткнувшись на его взволнованный взгляд, умолкла, полностью доверяя.
Бережно завязав на моем лице ткань, Артур подхватил на руки и зашагал вглубь оливковых деревьев, укрывая меня от веток. Мои ноги коснулись земли, и я услышала знакомое журчание воды. Сандерс отдалился и произнес:
- Можешь снимать, - дождавшись, пока мои глаза привыкнут к солнцу, Артур продолжил: - Помнишь это место?
Я коротко кивнула, рассматривая фонтан с бюстом Медузы.
- Ты говорил, что в это место вас с сестрой привел дедушка. Мы пришли сюда полгода назад, когда я подарила тебе четыре часа, - утонул в воздухе мой веселый голос.
- А еще это то место, где я впервые понял, что ты не просто месть Альфреду, а та, кто имеет надо мной особую власть...
Сандерс провел рукой по уложенным волосам и неожиданно присел на одно колено, доставая из кармана красную бархатную коробочку.
- Артур, - обомлела я, чувствуя, как по щекам льются слезы.
- Алана Анжелика-Мария Харрисон, ты выйдешь за меня? Станешь моей женой, матерью будущих детей, той, кто будет на старости лет слушать мое бурчание и в ответ ворчать?
- Я люблю тебя, - только и выдохнул мой голос, переходя в судорожный плачь. – Да... Боже. Да!
Итальянец облегченно выдохнул и надел на мой палец светлый брильянт, тут же обнимая...
Воспоминания придали уверенности. Я ступала шпильками по стежке, слыша нежную мелодию. Альфи вел меня к алтарю, подбадривающе сжимая мою ладонь. В первых рядах сидели наши родители: мамы весело шептались, а отцы держались на расстоянии друг от друга, но я и за это была им благодарна. Чтобы собрать семьи в одном месте, нам с Артуром пришлось устроить целую войну, но оно того стоило.
Мне было это важно.
Сандерс стоял в строгом деловом черном костюме с расстегнутой на две пуговицы рубашкой и смотрел на меня мокрыми от эмоций глазами. Он улыбнулся, а я смущенно покраснела, помня нашу предсвадебную ночь на берегу моря...
Брат, мне подмигнул, но тут же перевел всю усидчивость на недовольного младенца, которого лишили папиного внимания. Девочка закряхтела и успокаивались только тогда, когда оба родителя уселись рядом с ней.
- Ты потрясающая, uccellino, - бегло коснулся низкий голос, тут же, заглушенный речью пастора.
Я стояла напротив моего жениха и, казалось, не видела никого кроме него. Артур, как и обещал, ни разу не заставил меня пожалеть за выбор в пользу наших отношений.
Всегда.
Везде.
В любом времени и жизни – я скажу ему и только ему «да».
- Артур Сандерс, - прошептала я, от эмоций голос звучал приглушенно. – Клянусь быть тебе верной и любящей женой... Еще год назад, я и представить не могла, что буду настолько счастливой. Я боялась мечтать, полагалась на сегодняшний день, но ты развеял все мои страхи, доказывая, что меняться не больно...
Дрожащими пальцами я надела на его палец кольцо, чувствуя, как жених заботливо согревает мои руки своими.
- Алана Анжелика-Мария Харрисон, я и мечтать не мог о твоей любви. До встречи с тобой моя жизнь был устлана осколками прошлого, затянута мглой и отчаянием. Ты не испугалась и прошла по моему минному полю, выводя в рассветное поле. Я клянусь беречь тебя и наших будущих детей. Каждый день кричать о своей любви, потому что для меня это стало молитвой.
Мужчина притяну меня к себе и жарко поцеловал, стирая пальцами со щек слезы.
- Объявляю вас мужем и женой, - закончил пастор.
Со всех сторон послышались аплодисменты, всхлипы родных, но я не слышала и не видела никого кроме него. Артур прижал меня к своей груди и счастливо улыбался.
- Мне бы хотелось поздравить мою дорогую сестру и ее теперь уже мужа, - пронесся голос брата.
Он отсалютовал бокалом шампанского и задумчиво глянул в сторону своей маленькой семьи: Софии и дочери.
- Я никогда не думал, что еще раз произнесу этих слов, но я люблю тебя София Тейлор.
Девушка побледнела и прижала к груди их ребенка, а ее синие глаза наполнились слезами.
- Спасибо тебе за Клариссу и за шанс на жизнь, а не существование. Ты выйдешь на меня, родная?
- Любит он перетягивать на себя внимание, - рассмеялся Арт.
- Они это заслужили, - выдохнула я, наблюдая, как подруга радостно кивает, все еще не веря своим ушам.
- Ну, все, хватит с нас шоу, - бесцеремонно произнес муж, подхватывая меня на руки.
- Ты что творишь? – безумно рассмеялась я, обнимая его за шею.
- Наш медовый месяц уже начался и я не хочу терять ни минуты...
Под недовольным взглядом родителей мы сбежали с собственного торжества, объявляя начало брачной ночи уже в лимузине.
Артур Сандерс
Еще год спустя
Я облокотился спиной о косяк, тихо наблюдая за беременной женой, рисующей пейзаж моря. Алана водила кистью по мольберту, повторяя движение бушующих волн.
Мне нравилось следить за ней. Тайком любоваться ее красотой и счастьем, оставляя за спиной заботы и напряженный рабочий день.
Подул легкий ветерок и полупрозрачная длинная рубашка обрисовала округлившуюся фигуру миссис Сандерс, напоминая, что она на восьмом месяце.
- Долго будешь там стоять? – не оборачиваясь, запыхтела uccellino.
- Хоть целую вечность, превращаясь в соляной столп, от любви к тебе.
Женщина покраснела и отложила инструменты художника, неожиданно замирая.
- Иди сюда, - быстрый шепот. – Сядь сзади.
Выполнив просьбу, я уместился на маленькой кушетке, находя, что она прилаживает мои ладони к животу. Я сначала не понял, для чего она это делает, а потом почувствовал ощутимый толчок маленькой ножки. Слева, а потом и справа коснулись вибрации кожи.
- Они, что одновременно бьются? – изумленно прошептал я, боясь напугать их.
- Постоянно. Наши дочка и сын уже проявляют темперамент папы-итальянца, - промурлыкала блондинка, нежась в моих объятиях.
Мы планировали беременность. Долго и тщательно подходили к самому процессу, который был моей самой любимой частью, оттеняя внимание с докторов и анализов.
Я так удивился, когда на узи сказали, что у нас двойняшки. Теперь придеться разделять свое сердце для троих членов семьи.
- Ты подумала над именами?
- Будут, как в Америке двойные, - кивнула жена. – Хочу Шарлотта и Александр...
- Тогда вторая часть обязательно итальянская, - мои губы коснулись ее татуировки. – Сильвия и Лоренцо.
Блондинка проговорила вслух звучание и согласно кивнула.
- Я уже говорил сегодня, что люблю тебя? – прищурился я.
- Пять раз, - рассмеялась женщина.
- Не порядок. Наша суточная норма двадцать раз, - возмутился я, втягивая носом ее аромат. – Я люблю тебя, дорогая жена.
- И я люблю тебя, дорогой муж, - заворковала Алана.
Конец книги из серии «Оковы мести»
Антонио Троватто появиться на страницах романа «Лицо безумия».