Глава 39
Артур Сандерс
Алана сжала мою ладонь, и сама нерешительно посмотрела на входную дверь. Ее все еще бледная кожа покрылась румянцем, а мой взгляд то и дело падал на повязку, прикрывающую ее шею.
Я так и не рассказал ей про Аарона. Харрисон эти дни была такая счастливая и беззаботная, что мне хотелось спрятать ее за своей спиной от реального мира. Создать ей сказку: идеальная семья, которая принимает ее мужчину, спокойствие, уют и любовь.
Сказанное тогда ей признание, значило для меня не просто пару слов. Это была безумная партия со страхом, прыжок под поезд и глоток раскаленной лавы.
Впервые я сказал это женщине. И теперь мне хотелось кричать об этом постоянно – потому что наградой становятся ее мокрые от эмоций глаза.
Приезжая в Америку, я и не думал, что все так обернется. Алана была фотографией, дочерью богатого отца, а посему пустышкой, но прикоснувшись к ней – я словно прозрел. Сначала она была глотком яда, той, кто рушит мои планы и туманит мысли, но теперь превратилась в панацею, а запах ее тела – мой амфетамин.
Никогда не думал, что кто-то за такой короткий период времени может стать столь важен. Авария не просто заставила меня переосмыслить все, она разрушила блок в моей голове, наконец-то наполняя легкие кислородом.
- Если ты считал меня сумасшедшей, ты просто никогда не сидел за столом с моей семьей, - буркнула Лана, поднимаясь на крыльцо.
- Думаешь, я боюсь простого ужина?
- Ты – нет, а вот я – очень даже.
- Я буду лапочкой, обещаю, - моя улыбка заставила ее томно прикусить губу и тряхнуть волосами.
Алана так быстро заводилась. Стоит мне только бросить на нее жаркий взгляд, невзначай прикоснуться к оголенной коже, девушка тут же краснела и ее грудь начинала лихорадочно приподниматься, а синие глаза темнеть.
- Мистер Харрисон, миссис Харрисон, - кивнул я, привлекая внимание родителей.
Джонатан скривился, осушил залпом свой бокал шампанского и обернулся в мою сторону, сверкая уже изрядно пьяными глазами.
Он ненавидел меня. Это было ожидаемо. Когда мужчина узнал о случившемся, ворвался в больницу, порываясь выставить меня за дверь ее палаты, но я не дал. Спокойно пожал плечами, отклонился на спинку кресла и сказал только одну фразу, чуть ли не приведшую отца к очередному приступу.
- Я люблю ее...
Слишком много осколков прошлого было между нашими семьями. Харрисоны не простили меня за обвинения в сторону их сына, а моя семья – за смерть дочери.
Будет не просто, но я чересчур эгоист, чтобы отпустить Алану от себя.
Алана Харрисон
Я положила под столом ладонь на колено Артура и приободрительно сжала, замечая взбухшие вены на его лбу. Они весь вечер с отцом пронзали друг друга молниями, так, что мне и вовсе казалось – своей ненавистью мужчины спалят дом.
София сидела рядом со мной и только закатывала глаза, жуя виноград. У нее начался ранний токсикоз, из-за чего она часто кривилась, когда прислуга приносила ароматные горячие блюда.
- Слышал, Сандерс, теперь ты управляешь компанией? – сложил руки на груди отец.
- Да, - нарочито тихий ответ, предвещающий бурю.
- Теперь понятно, почему вы начали сдавать позиции на американском рынке.
- Основную прибыль мы получаем на территории Италии, я решил уступить США более шаткому бизнесу, - непринужденная улыбка и папа подавился едой, краснея.
Сделав глоток сока, я посмотрела на брата, прося его разрядить ситуацию. Но тот только жевал мясо и потешался видом неспокойного итальянца. Я стукнула его ногой и состроила злые глаза. Альфи нахмурился, покачал головой, опрокинул алкоголя и выдал:
- У нас с Тейлор для вас новость.
Подруга счастливо улыбнулась и накрыла его ладонь своей, тоже приподнимаясь.
- Только не говорите, что я стану бабушкой, - пророчески простонала мама, поправляя идеальные волосы.
- Мистер и миссис Харрисон, я беременна и...
- Альфред, ты уверен, что это твой ребенок? – ухмыльнулся отец, расслабляя галстук.
Фи побледнела и ее кукольные глаза распахнулись еще больше, наполняясь слезами. Желваки на лице блондина заходили ходуном, он приобнял девушку за талию и выплюнул:
- Хочешь ты этого или нет, но тебе придеться породниться с семьей Тейлор. София – мать моего будущего ребенка. Через пару недель мы с ней улетаем во Францию до рождения малышка.
Родитель сдался, потянулся за бутылкой коньяка и вновь задел Артура.
- Ты тоже скоро уедешь?
- Да. Не люблю Нью-Йорк и крупные города.
- Они говорят о том, что у тебя слишком маленькие амбиции? – за столом повисла тишина.
Я испуганно сглотнула и обернулась к любимому, ожидая увидеть все, что угодно, но не мертвенное безразличие. Он делал это ради меня, терпел сарказм и явное унижение, чтобы показать свои намерения.
- Хватит, - мой голос прозвучал неожиданно твердо.
Мама оторвалась от своего маникюра и попыталась остудить мой пыл гневным взглядом, но я подорвалась со стула. Оперлась руками в столешницу и прошипела:
- Прекрати брызгать ядом на всех за этим столом, так, словно ты знаешь, как правильно жить!
- Убавь тон, Алана!
- А то, что? Выставишь меня из дома? Я и так здесь больше не живу! Не смей разговаривать так с Артуром и Софией! Иначе, дорогой папочка, извинения на смертном одре тебе уже не помогут!
Договорив, я толкнула в плечо Сандерса и указала на выход.
- Спасибо за ужин, - мрачно бросил он, покидая вместе со мной этот цирк лицимерия.
- Прости меня, la mia anima, - нарушил тишину итальянский акцент.
Я стянула неудобные туфли и покачала головой, высматривая в темноте очертания его силуэта.
- Ты не виноват. Мой отец до сих пор считает, что имеет право распоряжаться моей жизнь, - выдохнула я.
Сандерс щелкнул пальцами, и квартира залилась ярким светом, обрисовывая его прищуренные глаза.
- Ты заступилась за меня. Я польщен.
- Не зазнавайся, - фыркнула я, тот час же слыша смех.
Артур прошел на кухню, доставая из бара бутылку вина, и передал мне запотевший бокал.
- Предлагаю выпить за будущее. Я слишком много времени потерял, гоняясь за своей местью.
Привстав на носочки, я нежно поцеловала его, ощущая на языке привкус терпкого винограда. Артур обвил руками мою талию и простонал:
- Еще неделю. Еще чертову неделю...
- А если мы будем аккуратно себя вести, - соблазняла я его, опуская ладонь вниз по груди.
- Алана, - покачал он головой, останавливая меня. – Только когда тебе снимут швы.
- Значит, будем спать, как пожилая супружеская пара, - выдохнула я и втянула в себя его нижняя губу.
Сандерс издал полу рык, полу стон и отстранился, строя горестную мордашку.
- Зачем ты это делаешь?
- Мне нравиться тебя изводить, Артур. Сыграешь мне?
Я оставила алкоголь и присела на стул перед фортепиано, тоскливо проводя по нему пальцами.
- Хочешь попробовать?
- А можно?
Итальянец закатал рукава рубашки и присел рядом, накрывая мои ладони своими.
- Я буду направлять, а ты нажимай.
Придвинувшись к нему ближе, я вновь попала в очарование горького парфюма и тепла. Мужчина направил мой пальчик на первую клавишу и легонько надавил, вырывая из инструмента первую ноту.
Он играл моими руками мелодию, которую я еще не слышала. Она медленно заполняла собой комнату и, если бы была словами – то непременно означала признание в любви.
- Помнишь, ты на кладбище спросил у меня: верю ли я в жизнь после смерти? – подала я голос, как только музыка стихла.
- Конечно...
- Я не знаю, что это было и было ли реально, но я видела твою сестру. Скорее видением.
- У тебя была клиническая смерть, - просипел любимый. – В скорой остановилось сердце.
- Сначала мы все вместе ужинали за столом в этом доме. Ты приготовил мясо в меде, - Артур отчего-то вздрогнул и прижал меня к себе. – А потом Ингрид играла на фортепиано, кажется, она спасла меня.
- Тебя спасли врачи, милая, - покачал он головой. – Сестра... она говорила тебе что-то?
Развернувшись, я обняла ладонями его лицо и смущенно покраснела:
- Сказала, чтобы мы не называли дочку ее именем.
Сандерс рассмеялся и поцеловал меня, на выдохе шепча:
- Наверное, это было просто последствие наркоза. В любом случае, за твое спасение, я готов благодарить кого угодно.
Мы еще долго просидели в гостиной, разговаривая обо всем и одновременно ни о чем. Артур говорил о своем детстве, не переставал рекламировать дом на Сицилии и целовать. Жарко, пылко, каждым движением говоря о том, как нуждается во мне. Я отвечала с той же страстью, пытаясь уговорить свое сердце признаться в чувствах.
Перевернувшись на бок, я провела ладонью по крепкой мужской груди, чувствуя тяжесть мышц. Сандерс тихо сопел в подушку, раскинувшись на кровати, как звездочка. Я прижималась к нему всем телом, чувствуя заботу и безопасность.
Авария не давала покоя. Он что-то скрывал от меня – это читалось в беспокойных глазах, и напряженных губах. Артур был слишком упрям, чтобы начать посвящать меня в проблемы. Я знаю, он хотел защитить, но от этого легче не становилось.
Мой айфон на тумбочке зазвонил. Осторожно приподнявшись, чтобы не разбудить любимого, я вгляделась в незнакомый номер, шепотом отвечая:
- Слушаю...
- Алана? – горько произнес знакомый голос.
- Рейчел? Что... Почему ты так поздно звонишь? У тебя все хорошо?
Я накинула халат и вышла в гостиную, на ощупь в темноте, присаживаясь на диван.
- Мы можем поговорить?
- Аарон, не думаю, что это хорошая идея. Я не хочу подрывать доверие Сандерса, - так же тихо говорила я, замечая свое печальное лицо в отражение окна.
- Ты сейчас с ним? В его квартире? Прошу... дай мне пару минут, Лана. Я так хочу исправить то, что натворил. Пожалуйста.
В его тоне было столько боли, столько мольбы и отчаяния, что я, уже ненавидя себя, согласилась. Наскоро оделась, долго всматриваясь в умиротворенное лицо Артура, и вышла на улицу.
Троватто стоял на дальней парковке и курил явно уже не первую сигарету, забрасывая бычками тротуар. Выглядел он скверно: отросшая щетина, красные глаза. Даже тремор его рук не предвещал ничего хорошего.
- Пять минут. И я вернусь в постель к мужчине, которого люблю, Аарон.
Рейчел втянул носом воздух и покивал, все не сводя внимания с моей повязки.
- Алана, прости. Я не знаю, что он наговорил тебе, но я не хотел. Клянусь, я не хотел навредить тебе.
Я поежилась из-за холодного ветра и сложила руки на груди.
О чем он говорит?
- Я не понимаю тебя.
Аарон стушевался. Начал наступать на меня, хрипло спрашивая:
- Сандерс тебе ничего не сказал?
- О чем?
Я пыталась не делать поспешных выводов, помня старые ошибки.
- Авария. Принцесса, авария - моя вина. Он должен был ехать один в своей долбанной машине! Ты не должна была пострадать!
- Что ты такое несешь?
Страх сжал горло. Я покачала головой и начала отступать от него, напуганная ситуацией. Брюнет, заметив это, выставил руки вперед и тихо прошептал:
- Он мой враг. Не ты, Харрисон.
- Если бы меня не было за рулем, Артур разбился бы в тот день? – просипела я, чувствуя горячие слезы на щеках.
- Я люблю тебя, Алана, - словно не слыша моего плача, схватился он за голову.
- Как ты можешь говорить такое, если мы знакомы всего ничего? Я даже повода не давала!
Рейчел усмехнулся, вновь закурил и простонал:
- Сам удивляюсь. Увидел тебя год назад и словно безумец во всех искал твои черты. А потом наши свидания. Вкус твоих губ...
Мы стояли далеко друг от друга, но до меня доходил дым его сигарет. Он кружил в воздухе, проникал в легкие, пытаясь вытеснить терпкий парфюм Сандерса.
Мне было жаль Аарона. Еще в последнюю нашу встречу я поняла насколько сломленным и потерянным человеком он был. Ребенок, выросший вне семьи, мужчина, ставший перед выбором. Он так же как Артур был сломлен тяжестью оков своей мести.
- Я говорил, что подожду. Утром у меня частный рейс в Испанию. Если ты приедешь в аэропорт – я буду самым счастливым мужчиной на земле, если нет – так тому и быть.
Больше не сказав ни слова, Рейчел сел за руль своего черного джипа и вырулил на дорогу. А я поднялась в квартиру, все так же тихо разделась и вернулась в постель к Артуру, уже зная как поступлю...
Артур Сандерс
- Мне не кажется это хорошей идеей, - проворчал я, но все равно в шесть утра ехал в сторону аэропорта. – Что мы здесь забыли?
- Просто молча рули, Сандерс, - сонно буркнула Алана, нервно теребя подол платья.
Заехав на территорию Ла Гвардия, я припарковался у северного выхода и обернулся к задумчивой блондинке.
- Артур, почему мы попали в аварию?
- В нас врезалась машина, - прочистил я горло, видя по ее глазам, что она знает правду. - Алана...
- Почему ты не рассказал?
- Мне хотелось и сейчас хочется оградить тебя от этого. Ты видела в Рейчеле друга, я не хотел делать больно, манипулируя этим.
Блондинка кивнула и подалась вперед, накрывая мои губы рваным поцелуем. Несмотря на удивление, я ответил на ее ласку, вдыхая запах волос.
- Что случилось, la mia anima?
- Артур, Рейчел здесь. Он улетает и хотел, чтобы я сбежала вместе с ним.
Краска сошла с моего лица. Я отстранился от нее и рассмеялся, качая головой:
- Ладно. Зачем тебе здесь я?
В груди бешено колотилось сердце, ожидая удара ее слов. Алана захотела накрыть мою ладонь своей, но я не позволил. Отстранился от девушки, не мигая, смотря в яркие голубые глаза.
Я не смогу без нее.
- Сандерс, я хочу прекратить это. Гонки со смертью, обиды из прошлого, никому не нужную месть. Если мы этого не сделаем, мы потеряем будущее.
- Разве ты не видишь, как я стараюсь? – практически бессильно взвыл мой голос.
- Арт, я сейчас выйду из машины. Попрощаюсь с Аароном, а ты умеришь пыл, и не будешь преследовать его из-за аварии.
- Почему ты не приехала к нему одна?
- Потому что я не хочу обманывать тебя. Помнишь, только, правда?
- Черт, Алана, я так тебя люблю...
Мои руки бережно прижали ее к груди, а горячее дыхание запуталось в волосах. Она еще не призналась в своих чувствах ко мне, но я знал, что они взаимны. Даже если мне придеться ждать до самой старости, чтобы услышать от нее те самые слова – оно того стоит.
Она того стоит.
Алана Харрисон
Аарон стоял у трапа, и все время поглядывал на часы, сжимая в руках лямку кожаной сумки. Увидев меня, он сначала удивился, обрадовался, но стоило мне заговорить, улыбка сошла с его красивого лица:
- Я посчитала, что отпустить тебя без прощания будет не правильно. Мне... мне, правда, жаль, что я никогда не смогу ответить взаимностью на твои чувства.
- Ты выбрал его, - прошептал мужчина, качая головой. – Что ж так тому и быть. Испания встретит свободного мужчину.
- Рейчел, я знаю, что не имею права это говорить, но прошу, отпусти свою ненависть. Отпусти боль.
- Если ты боишься из-за Сандерса, я больше не буду мстить ему, потому что рядом ты. Один раз я совершил ошибку, больше такому не повториться. Но вот его отец, если он действительно причастен к смерти моих родителей, Алана, меня не остановит любовь к тебе.
Он неожиданно нахмурился и выудил папку документов, протягивая мне.
- Почему-то я знал, что ты приедешь.
Неловко замявшись, я приняла бумаги и покачала головой, только сейчас понимая, что по моим щекам текли слезы.
- Я люблю Артура, всегда буду любить, и делать выбор в его пользу. Утешит тебя мое признание или нет: ты правда нравишься мне, Аарон. Но не так, как того заслуживаешь.
- Не плачь, принцесса. Хотя твои слезы почему-то успокаивают меня. Ты единственная, кто когда-то плакал по мне.
Не в силах больше терпеть тоску, я обняла его и громко всхлипнула.
Я не могла ему помочь. В нашу встречу мое сердце, казалось, уже принадлежало другому, и там не было место Аарону. Мне так хотелось свято верить в то, что он встретит ту, которая всегда будет выбирать его.
- Прости меня за боль, что ты пережила. За аварию, за ненависть к нему. Просто знай, что я люблю тебя, Харрисон.
- Пообещай, что будешь счастлив. Пожалуйста, - протянула я, смотря в его удивительные глаза и видя там только одинокую пустыню, клубящуюся мглу без намека на рассвет.
- Разве это возможно без тебя? – он бесцеремонно наклонился и поцеловал меня в макушку, не сказав больше ни слова.
Поднялся по трапу, напряженно замер и ушел...
- Прощай, Аарон Рейчел, - только и выдохнула я, возвращаясь в машину к любимому мужчине.
Бумаги тяжелили сердце. Раскрыв папку, я заплакала еще горше, не веря своим глазам.
Троватто подарил все свои акции «SandersCompany» мне. Он действительно оставил ненависть к Артуру, как и обещал.
Потому что никогда не лгал.