Глава 19
Артур Харрисон
Комнату заливала живая музыка рояля, рождающаяся под моими пальцами. Я знал всего одну мелодию. Излюбленную песню сестры – Лунную сонату Бетховена. Она играла ее постоянно. Теплыми зимними вечерами дома в Милане, мы всей семьей собирались у камина, а Ингрид играла, своей улыбкой и мастерством превращая простые ноты в божественное звучание.
Мне нужно вспомнить зачем я это делаю. Эта девчонка Харрисон отравляет мой разум, рождая семя сомнения. Она тоже виновата, как и вся их семья! Они не просто отобрали у меня сестру, сломали семью, превратив сильного отца в изможденного старика, а мать в высохшую мумию...
Моя ошибка была в том, что я позволил Альфреду сблизиться с ней. Это произошло в Гарварде, где мы вместе учились. Она была такая счастливая, окрыленная любовью и весельем, а Харрисон не видел никого кроме моей сестры. Я уступил... Позволил лучшему другу загнать мне нож в спину, что до сих терзает мою плоть. Вот уже пять лет.
- Мисс Карлайл? – дождался я звонка. – Вам перечислили деньги?
- Да... Да, спасибо, - не переставала благодарить женщина.
- Вы написали статью?
- Она вам понравиться. Сейчас отправлю на имейл.
Поднявшись в кабинет к ноутбуку, я отрыл интернет, просматривая глазами заголовок «Скандал вне семьи или откровение дочки миллиардера».
- Ты волшебница, Никколета, - довольно потянулся я, читая статью. – Империи Харрисон придет конец...
- Когда мне пускать ее в тираж? – улыбнулась журналистка.
- Пусть у тебя все будет готово. Просто жди моего звонка.
Отбросив айфон, я уставился на ночной город, горделиво расправляя плечи. Это только первый ход, Альфред. Готовься собирать осколки.
Алана Харрисон
- Приехали, мисс, - окликнул таксист.
Протянув ему стодолларовую купюру, я открыла дверь, через плечо, бросая:
- Сдачи не нужно.
Несмотря на поздний вечер, улицы Нью-Йорка были полны горожанами. Неловко переступив с ноги на ногу, я возвела глаза к небу.
Черт, Алана, ты сумасшедшая! Серый небоскреб возвышался над другими строениями, так и зазывая в свои объятия. Поежившись от ветра, я перехватила сумочку и сделала шаг по брусчатке, поднимаясь по ступенькам.
- Добрый день, Триша, - елейно улыбнулась я, подходя к ресепшену. – Мистер Сандерс дома?
Азиатка скривилась и коротко кивнула, одаряя вниманием только свои длинные красные ногти. Помня маршрут, я зашла в лифт и показала язык своему смущающемуся отражению.
- Совсем вы не влюбленная дура, мисс Харрисон, - кривлялась я, успокаивая бешеное сердце. – Приехали к нему без приглашения, даже не зная причину своего посещения.
Циферблат неумолимо отсчитывал этажи, лишая меня бравады. Коленки затряслись, а ладошки вспотели – привычный атрибут, когда рядом с тобой сексуальный итальянец.
Ступив на ковровый пол, я прикрыла глаза и пальчиком коснулась дверного звонка.
- Какая приятная неожиданность, uccellino, - расплылся в самодовольной улыбке брюнет.
Он по-хозяйски отошел в сторону, давая мне возможность пройти.
- Я... хотела... - облизала пересохшие губы.
- Ты хотела? – сложил Артур руки на груди, окидывая меня таким взглядом, что я поперхнулась.
- Поговорить.
Мужчина прошел к мини-бару, выбирая бутылку вина. Стянув неудобные каблуки, я прошла вперед за ним, поглядывая на желанную дверь.
- Говори.
- Я благодарна тебе за работу, но... Лгать родителям и брату больше не хочу, поэтому лучше я уйду из твоей компании.
Сандерс глотнул бардовой жидкости, и приподнял бровь. Вязкий выжидающий взгляд был настолько осязаемым, что я ощутила его на своем теле, закусывая губу.
- Ладно...
- Да?
Артур рассмеялся и присел за рояль, проводя пальцами по белым клавишам. Он был таким... настоящим в этот момент. Черные спортивные штаны, серая майка, взъерошенные, скорее всего после душа волосы – без масок и притворств. Именно такого мужчину я увидела тогда на водопаде: опечаленного смертью сестры и уставшего от боли.
Комнату наполняла зычная мелодия, похожая на плач струн. Она проникала в голову, в мысли, в сердце, действуя, как сыворотка правды. В груди защемило от желания присесть рядом с ним и, положа голову на плечо, наслаждаться музыкой.
Я спрятала руки за спину так и, оставаясь неподвижно стоять, любуясь мускулистой спиной.
- Очень красиво.
- Ты не слышала, как играла Ингрид, - улыбнулся он.
- Какой она была? Просто, я подумала, если ты расскажешь мне о ней, тебе станет легче. Просить помощи не сложно.
- Думаешь, мне нужна помощь? – оскорбился брюнет. – Все в порядке! Никакие слова мира не вернут ее!
Покачал головой, я положила ладони на его плечи, желая забрать весь негатив и переживания. Раствориться в нем, стать одним целым не просто физически, как этого желало тело, а душевно.
Я так хотела его понять.
- Тебе нужно научиться жить без нее, Артур. Ингрид погибла, но ты нет.
- Замолчи, - сломлено выдохнул он, залпом осушая бокал алкоголя. – Просто замолчи, Лана!
Мужчина дернулся, и я отпустила его. Сандерс вновь спрятался в свой панцирь, не подпуская близко к сердцу.
Что я здесь делаю? Словно мартовская кошка прибежала к своему хозяину, от одного слова которого трусики становятся мокрыми. Заправив пряди за ушко, я вздохнула:
- Глупая была затея. Прости, уже поздно. Ты, наверное, устал и...
Подхватив свои вещи, я метнулась в коридор, но сильная рука перехватила локоть и дернула на себя. Артур усмехнулся, обжигая мои губы дыханием, и наклонился низко-низко, шепча:
- Мы оба знаем, почему ты пришла...
- Хотела поговорить, - бессовестно лгала я, чувствуя его ладонь на талии.
- Да? То есть мне отпустить тебя?
Я не знала и не понимала, чего хочу, но одна мысль о том, что Артур отойдет – приводила в панику. Почему все так сложно? Всего две недели, а я уже думать ни о ком другом не могу кроме него! Между делом Сандерс коснулся губами венки на моей шее... и я сломалась в его руках. Приняла поражение, целуя в знак капитуляции. Итальянец напористо отвечал, языком клеймя мою плоть.
Шаг – и я прижата спиной к стене, движение – и Артур посадил меня на тумбочку, оттягивая волосы назад. Он был груб, страстно жесток и ненасытен. Каждое прикосновение, словно острие металла царапающее кожу. Мы будто наказывали друг друга. Терзали уста, кусали кожу и рвано дышали, отравляя друг друга близостью.
Сандерс провел ладонью по моему бедру и прижал к своему возбужденному паху.
- Даю тебе последний шанс, Алана, - ранено простонал он. – Уйди сейчас и больше не появляйся в моей жизни. Слышишь? Спасайся. Беги.
- Я честна в своих желаниях, а ты? – на задворках сознания нашла единую связную мысль.
- Siamo tutti parti di un meccanismo eterno. Sei l'ideale. Troppo perfetto ... (пер. Мы все детали извечного механизма. Ты идеальная. Чересчур идеальная...), - выговорил он странную фразу.
Внизу живота сладко заныло, судорогой проходясь по ногам. Шершавые пальцы играли с кромкой трусиков, будоража воспоминания. Итальянец опустился к моей ключице, дорожкой нежных поцелуев уходя в декольте.
- Знала бы ты, насколько сильно я хочу тебя, - шептал он, расстегивая пуговицы блузки.
Сдерживая неудовлетворенный стон, я нашла его майку, снимая через голову. Артур помог нам двоим, на секунду лишая своего тепла, чтобы вернуться вновь, расплавляя огнем.
Он был таким красивым. Запретный плод, сорванный Евой в саду. Божественная греческая статуя и просто мужчина, желающий только меня. Мы оторвались друг от друга и я, воспользовавшись заминкой, припала губами к его соленой коже на груди, обводя языком соски, рисунки мышц. Сандерс запрокинул головой и что-то пробормотал на итальянском, срывая с меня шелковые трусики.
- Боже! – выдохнула я, ощущая два пальца в себе.
Боль кольнула живот, но я подалась вперед, сходя с ума от острых ощущений. Мне нравилась его жестокость. Я терялась в его беспощадности...
- Ты такая узкая, - захрипел он.
- Артур...
- Алана, скольким ты отдала себя? – грязно выговорил он, продолжая изводить мое лоно и клитор.
- Господи... Ни одного. Никому...
Мужчина замер. Поймал мое лицо ладонями и уставился потемневшими синими глаза, пытаясь уличить во лжи.
- Скажи еще раз.
- Никого кроме тебя, - простонала я, желая, чтобы он вновь заполнил пустоту собой.
- Алана, - рваный шепот и Артур поцеловал, подхватывая меня на руки.
Мы поднялись на второй этаж, по пути снося хрустальные вазы. Моя голая попа присела на все тумбочки и перила. Сандерс через голову стянул мою юбку и бросил на кровать, нависая сверху.
- Хотел бы я сказать, что буду нежен, но врать не стану, - ухмыльнулся он, вжимаясь в меня своим телом.
- Я хочу тебя настоящего, - замотала головой, облизывая искусанные губы.
Брюнет избавил нас двоих от лишней одежды и склонился к моей груди, зубами оттягивая соски. Мой голос крикнул, заполняя собой всю комнат. Подавшись вперед, я обняла его бедра ногами, чувствуя животом восставший член.
- Мы похожи с тобой, uccellino. Два безумца, играющих с болью.
В этот момент все казалось таким правильным. Я не стеснялась его, как прежде. Смотрела в затянутые дурманом глаза, зная, что виною всему я. Мое обнаженное тело, мой голос. Мне хотелось принадлежать Артуру. Отдать ему единственное, что у меня есть в надежде на взаимность.
Сандерс отстранился и потянул меня за руку, усаживая на себя. Он разорвал упаковку презерватива и натянул его на всю длину. Опустившись на подушку, мужчина сжал мои бедра и кивнул:
- Я полностью в твоей власти, маленькая грешница.
Опершись ладонями в его живот, я нахмурилась. Арт приподнял бровь и улыбнулся, словно поощряя дальнейшее. Приподнявшись, я прикрыла глаза, ощущая головку члена у входа.
- Черт! – его рык и резкое движение.
Я запрокинула голову, содрогаясь от боли. В глазах потемнело, и по щекам потекли горячие дорожки - ни что по сравнению с жаром внутри. Крепкие руки сжали бедра, помогая двигаться на себе. Я выгнула спину, помогая ему войти еще глубже, и подавалась в такт, ускоряя ритм.
- Артур!
Хлопки мокрой плоти, стоны, скрип кровати – я умирала и рождалась вновь в его руках. Сандерс рычал, кусал мою грудь, оставляя синяки, а мне было так хорошо, что я не находила сил больше сдерживаться. Прыгала на нем, как опытная наездница, движениями вырывая хриплые рыки у мужчины.
- Не забывай у кого контроль! – грубо бросил он, опрокидывая меня на спину.
Любовник закинул мои ноги себе на плечи, вновь врываясь в податливую плоть. Он заполнил меня до упора, и я выгнулась струной, зажимая рот ладошкой. Внутри словно разорвалась атомная бомба, пронзая осколками удовольствия каждую клеточку тела. Этот оргазм был слаще и острее прошлого раза. Склонившись надо мной, Артур сделал еще несколько толчков и кончил, шепча на ухо:
- Алана...
Прикрыв глаза, я положила ладонь на живот и скрестила ноги, блаженно улыбаясь.
Артур Сандерс
Девушка уже давно уснула, пряча свое вспотевшее лицо на моей груди. Я сглотнул горечь разочарования, боясь даже прикасаться к ней.
Она сестра моего врага! Она пешка!
Все внутри переворачивалось от мысли, что это единственная ночь, когда я обладал ею. Алана Харрисон сносила мне крышу. Ее порочная невинность, доверчивая покорность и страсть с которой она прыгала меня. Ни с одной девушкой мне не было так хорошо. Ни одна не засыпала на моей груди, потому что я не позволял.
Я не достоин ее... Как жаль, что Лана поддалась мне. Это все с самого начала было обречено. Наши роли определены судьбой и я не в силах противиться.
- Никколета, - проговорил в трубку. – Печатай...
Девушка улыбнулась во сне, обнимая мою руку. Она еще не знала, что утром я сломаю ее жизнь.