14
Наконец-то Глеб вернулся из Хабаровска, теперь вся школа и абсолютно всё окружение, знало, кто такой Глеб, кто такой Pharaoh, учителя устроили бунт, половина учителей хвалило Глеба, твердя как они им гордятся, не смотря на то, ЧТО поёт в своих треках. А вот другая сторона, которая была в компании Татьяны Александровны, устроили протест, они оскорбляли Глеба, говорили, что его треки это бред, что он занимается какой-то гадостью. Бог ты мой, как же они брызгались этим ядом. Хорошо, что все мы знаем, о спокойствии Глеба и его адекватности, он никого не оскорблял и не благодарил за сказанные ему слова, даже когда мы ему говорили комплименты, он не отвечал.
— Голубин, они меня заебали. — ноет Миша. В очередной раз, они отпускали какую-то малолетку после фотографии.
— Я рыбак, епта.
— Рыбак маленьких невинных девочек. — Оля даёт Глебу подзатыльник.
Уроки сегодня проходили нудно и медленно. Зато после них мы пошли кататься на коньках. Родители всё гнали Алину домой, пока мы туда ехали, девушка орала в трубку папе, чтобы он шёл нахуй.
— Мужчйна, а скольки вам лэт? — в метро к Мише подкатил какой-то парень, судя по всему не человеческой ориентации. Китаец, который медленно обнял парня своей рукой, прямо в метро.
Как только мы вышли из метро, все плевались и ругались на непонятного мужчину, я же всеми силами оправдывала несчастного китайца, который хотел обнять мальчика за талию.
— Поразительно, человек защищает порождение тьмы, ошибку природы, отрыжку сатаны, существо не человеческой ориентации. — раздумывает Илья.
Потом мы наконец-то добрались до катка и узнали, что на самом то деле, Глеб не умеет кататься на коньках.
— Глеееб, ты серьёзно? — строго смотрю на парня.
— Ну, я думал, что на раз два встану. Но видимо не судьба. Я лошариус.
Мы выпустили лошадь на лёд, в прямом смысле. Глеб падал миллионы раз, набивая тело синяками. Мы с Олей держали его с двух сторон, пока Илья снимал нас на телефон, а Миша делал безупречные ПА на льду, представляя из себя балерину, Алина пыталась случайно столкнутся с каким-нибудь молоденьким парнем и закадрить его.
— Можно я продолжу издеваться? — уставший Миша прикатил ко мне, уставившись на Глеба.
— Прекрати, научи его кататься, дай сделать мне хоть кружок спокойно. — я осторожно передаю Глеба Мише.
— А ведь она хотела романтики! Ты, она, вместе за ручку, на льду! — театрально вздыхает Миша, но как же он был прав.
Оля схватила меня за локоть и мы отъехали от всех подальше. Спокойно и тихо мы раскатывались по катку под ручку.
— Ты расстроена, что Глеб не умеет кататься? — резко спросила девушка.
— Да нет конечно, Миша был прав, но не в моем положении сейчас обижаться на него.
Мы катались а потом всей компанией собрались у бортика катка.
Глеб осторожно подъехал ко мне и обнял меня сзади за талию. Моя голова падает на его грудь и я чувствую тепло исходящее от парня.
— Устала? — тихо спрашивает блондин.
— Да.
— Сейчас домой поедем.
— На самом деле, не хочу. Алина опять будет ссорится с родителями. — закатываю глаза.
— А давай, я скажу, что у меня дверь заклинило и мне негде ночевать, я с тобой буду? М? — блондин улыбается, поворачивая меня к себе.
— А давай. — я подмигиваю блондину и мы смеёмся.
Каждый разъехался по домам, я, Глеб и бешеная Алина, направлялись домой.
— Он меня бесит! Решил он вдруг заняться моим воспитанием! — девушка пинает снег.
— Успокойся, скажи спасибо, они тебя забрали от матери истерички. Ты бы сейчас жила с женщиной, которая тебя просто ненавидит. — Глеб пытался успокоить девушку, но она упорно отказывалась принимать информацию в голову.
— Ты очень поменялась. — резко произнесла я. — Почему ты такая агрессивная?
— А я устала всю жизнь строить из себя хорошую девочку, понятно? — рычит девушка.
Мы дошли до дома и зашли в квартиру, родители спокойно приняли Глеба и разрешили остаться ему на ночь. Алина конечно начала ссорится с папой. Глеб схватил меня и увёл в другую комнату.
— Расслабься, малышка. — Глеб притянул меня на кровать и я упала рядом с блондином. Его голова склонилась надо мной и парень показал мне свою милейшую улыбку. Он тянется за поцелуем. И вот уже через секунду, я оказываю на блондине и мы страстно целуемся.
— Так, ничего такого! — отрываюсь от блондина и грожу ему пальцем.
— Ничего такого. — смеётся блондин, и около часа мы безостановочно целуемся, пока за дверью кричат родители и Алина.