45-За час до разлуки
Той же ночью, когда замок погрузился в глубокую, почти могильную тишину, а лунный свет, просачивавшийся сквозь витражи высоких стрельчатых окон, рисовал на каменном полу причудливые узоры из теней и бледно-голубых бликов, принцесса лежала без сна, чувствуя, как её терзают мысли, острые, как осколки стекла. Образ Штрасса, сгорбившегося в одиночестве, его плечи, содрогавшиеся от беззвучных рыданий, жгучее чувство стыда, разъедающее её изнутри, как кислота, — всё это сплеталось в плотный клубок, который душил её, не давая вздохнуть.
Она вскинулась с постели, её тонкие пальцы вцепились в край одеяла, скомкав шёлк, прежде чем она резко отбросила его в сторону. Ноги, босые и холодные, коснулись гладкого камня пола, и она, не раздумывая, накинула тёмный плащ, который висел на резной дубовой вешалке у кровати. Ткань, тяжёлая и мягкая, как крыло летучей мыши, обволокла её плечи, а капюшон упал на лицо, скрывая черты, искажённые мукой.
Она вышла в коридор, где факелы, запертые в железные кольца, давно потухли, оставив лишь слабый запах гари и тления. Её шаги, лёгкие, почти бесшумные, эхом отражались от высоких стен, украшенных гобеленами с выцветшими сценами охоты и войн. Но вместо того чтобы повернуть к своим покоям, она остановилась перед массивной дубовой дверью, за которой жил Штрасс.
Древесина была грубой под её пальцами, испещрённой трещинами и шероховатостями, словно сама дверь хранила в себе годы молчания. Она прижала ладонь к поверхности, чувствуя холод дерева, но не постучала. Вместо этого из-за двери донёсся приглушённый голос, низкий и напряжённый, словно его владелец говорил сквозь зубы:
— Войдите, моя госпожа.
Принцесса замерла, её дыхание застряло в горле. Как он мог знать?
Дверь открылась с глухим скрипом, и перед ней стоял Штрасс. Его обычно тёплые, светло-голубые глаза теперь казались чёрными, бездонными, как сама ночь за окном. Его рубаха была расстёгнута, обнажая бледную кожу с тонкими шрамами — немыми свидетельствами прошлых битв. Но больше всего её поразило то, что он держал в руках: нефритовый меч, его лезвие, обычно матовое и холодное, сейчас излучало слабый, едва уловимый свет, будто под кожей камня пульсировала живая энергия. Свет струился по клинку, переливаясь, как северное сияние, и принцесса почувствовала, как по её спине пробежали мурашки.
— Ты... чувствовал меня? — прошептала она, и её голос дрогнул, словно струна, готовая лопнуть.
— Меч предупредил — ответил Штрасс, отводя взгляд, будто не мог вынести её пристального изучения. Его пальцы сжались вокруг рукояти, суставы побелели от напряжения. — Он светится, когда вы рядом.
Принцесса сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, оставляя на коже полумесяцы боли. Это было ново. Меч никогда так не реагировал раньше.
— Ты скрывал это от меня?
Штрасс опустил голову, его белые волны волос упали на лоб, скрывая выражение глаз.
— Я не хотел вас тревожить. Но сегодня... — он сделал шаг вперёд, и свет меча вспыхнул ярче, отбрасывая на стены дрожащие тени. — Сегодня я понял, что не просто ваш стражник. И не просто друг. Я — часть чего-то большего. И этот меч... он знает.
Принцесса почувствовала, как холодок страха скользнул по её позвоночнику.
— Что с тобой происходит? — её голос дрогнул, став выше, почти детским.
— "Не все воспоминания стоит находить"—выпалил Штрасс.В памяти всплыли слова старика с рынка, его морщинистое лицо, пронизанный мудростью взгляд
Внезапно меч вспыхнул ослепительно, как молния, и Штрасс вскрикнул, схватившись за голову. Его пальцы впились в виски, будто пытаясь удержать череп от раскола. Перед его глазами пронеслись обрывки образов: тёмный лес, стволы деревьев, чёрные, как уголь, крики, разрывающие тишину, липкая кровь на его руках, чей-то голос, зовущий его по имени... но не "Штрасс". Что-то другое, чуждое, забытое.
Нефритовый меч выпал из его рук с глухим звоном, подпрыгнув на каменном полу, как живой. Штрасс рухнул на колени, его тело содрогалось в конвульсиях, а из горла вырывались хриплые, бессвязные звуки.
— Штрасс?! — принцесса бросилась к нему, её руки протянулись, чтобы схватить его за плечи, но он отшатнулся, будто её прикосновение жгло его.
Голос в его сознании звучал искажённо, будто доносился из-под толщи воды, глухой и далёкий, но полный отчаянной мольбы:
«Наш принц… пожалуйста, вспомните… ради Небесного Царства…»
— Кто ты?! — Штрасс выдохнул, чувствуя, как в груди разгорается жар, будто кто-то влил в него расплавленный металл.
Воспоминание было обрывочным, как сон на грани пробуждения:
Темнота. Он бежит, спотыкаясь о корни, которые хватают его за ноги, как руки мертвецов. За спиной — крики, лязг мечей, запах крови и гари. Кто-то хватает его за руку — старик в рваном плаще, тот самый, с рынка. Его губы шевелятся, но слова тонут в грохоте битвы: *«Они забрали вашу память, но не судьбу. Меч приведёт вас домой»*. Потом — толчок в спину, падение в пропасть, ветер, воющий в ушах…
Меч погас, как перерезанная нить, и свет исчез, оставив после себя лишь тень.
Штрасс шатнулся, его глаза закатились, и он рухнул вперёд — прямо в руки принцессы. Она едва удержала его, споткнувшись о край кровати, её колени ударились о пол, но она не отпустила его. Его тело было тяжелым, безвольным, а на лбу выступила испарина, холодная и липкая, как роса.
— Штрасс?! — её голос сорвался на шёпот, став почти неразличимым.
Он не отвечал.
Дрожащими руками она уложила его на свою постель — королевскую, с шелковыми подушками, вышитыми золотыми нитями, куда не ступала нога простолюдина. Но сейчас это не имело значения.
Она прижала ладонь к его груди — сердце билось часто-часто, как у загнанного зверя, а кожа под её пальцами была горячей, почти обжигающей.
— Что с тобой сделали?..
На полу лежал нефритовый меч. Теперь он был просто куском камня — тёмным, безжизненным, словно никогда не светился.
Принцесса, задыхаясь от усилия, втащила его на кровать. Шелковые подушки с королевской вышивкой погрузились под его весом, а парчовое покрывало смялось, впитывая пот с его кожи. Она не заметила, как сама опустилась на колени у ложа, ее пальцы дрожали, расстегивая шнуровку на его рубахе. Под тканью обнажилась грудная клетка - покрытая старыми шрамами, которые она никогда прежде не видела, и поднимающаяся слишком часто, будто сердце билось в три раза быстрее обычного.
За окном ветер завыл по-новому - не привычный ночной шепот, а протяжный стон, будто сама тьма за стенами замка отозвалась на происходящее. Старые витражи задрожали в свинцовых переплетах, рассыпая по полу разноцветные блики, которые танцевали на неподвижном лице Штрасса.
Принцесса провела пальцами по его щеке - кожа была ледяной, несмотря на испарину. Где-то в глубине замка пробили часы, их медный звон прокатился по пустым коридорам, но в комнате время словно застыло. Даже пламя свечей не колыхалось, замершее в странной неподвижности, отбрасывая двойные тени, которые не соответствовали ничему в этом помещении.
Ее собственная тень на стене вдруг дернулась - движение было едва уловимым, но принцесса невольно обернулась. В тот же миг Штрасс резко вдохнул, его тело выгнулось в неестественной судороге, а пальцы вцепились в простыни, оставляя морщины на дорогой ткани.
—Не отпускай меня...- его губы прошептали это беззвучно, но принцесса услышала. Ее руки сомкнулись вокруг его ладоней, ощущая, как они постепенно теплеют, как будто жизнь возвращается в него сквозь эту хрупкую связь.
Где-то в глубине замка что-то упало с глухим стуком. Меч на полу на мгновение вспыхнул тусклым зеленоватым светом - ровно настолько, чтобы осветить слезу, скатившуюся по щеке принцессы и упавшую на их сплетенные пальцы.
Штрасс погрузился в тяжелый, лихорадочный сон. Его дыхание стало ровнее, но лоб все еще пылал под ее ладонью, а пальцы временно сжимали ее руку в беспамятстве, будто даже в забытьи боялся отпустить. Принцесса осторожно высвободилась, поправила подушку под его головой и накрыла его легким покрывалом, оставив лишь лицо открытым — бледное, с тенью ресниц на щеках, странно беззащитное без привычной твердости в чертах.
_______________________________________
(С этого момента Юпитер пропала из жизни Штрасса. Он проснулся в неведении о её местоположении и что тут произошло. Увидев обстановку, парень понял, что ее похители. В замке никто не знал куда она пропала .Так как Штрасс является главным свидетелем, он тут же покинул дворец и отправился на поиски девушки.
Но для дальнейшего вашего понимания я вставлю продолжение)
______________________________________
Но именно в этот момент воздух в комнате изменился.
Занавески у окна, до этого лишь слегка колышущиеся от ночного ветра, вдруг взметнулись резко, как будто кто-то дернул их извне. Принцесса обернулась — и увидела, как лунный свет за окном внезапно померк, словно его заслонило что-то огромное.
Темнота комнаты Штрасса взорвалась внезапным движением. Тени у окна сгустились – и три фигуры в черных, облегающих доспехах без опознавательных знаков бесшумно впрыгнули в помещение. Ни слова предупреждения, ни намёка на переговоры – только холодная эффективность убийц.
Принцесса даже не успела вскрикнуть. Первый нападающий молниеносно перекрыл ей рот кожаной перчаткой, пропитанной чем-то горьким и одурманивающим. Второй схватил её за руки, с силой прижимая локти к телу, лишая возможности двигаться. Третий уже разворачивал мешок из грубой ткани.
Ни масок, ни гербов – только узкие прорези для глаз в чёрных капюшонах и одинаковые короткие клинки у пояса. Их движения были отработаны до автоматизма:
Готово. Уносим– хриплый шёпот, даже не адресованный ей.
Штрасс застонал на кровати, его пальцы судорожно сжали простыни, но сознание не возвращалось. Принцесса отчаянно дёрнулась, почувствовав, как мешок натягивается через голову, перекрывая свет. В последний момент она увидела, как нефритовый меч на полу вспыхнул зелёным – и тут же погас, будто захлебнулся.
Её подняли как тюк. Через мешок ощутила толчок – они прыгнули в окно. Холодный ночной воздух ударил в лицо, затем резкий рывок вниз – они спускались по верёвке. Где-то внизу фыркнули лошади, зазвенела сбруя.
Последнее, что она услышала перед тем, как сознание поплыло от спирта на перчатке – приглушённую команду:
"Стирайте следы. Через час мы должны быть за границей."
И тихий, металлический скрежет – кто-то точил клинок. Будто готовились к работе, которую не успели завершить в комнате...
_______________________________________
Тьма отступила, сменившись ослепительной белизной. Принцесса очнулась от резкого толчка – её тело с глухим стуком бросили на ледяной пол из полированного мрамора, настолько белого, что он слепил глаза. В воздухе витал странный запах – смесь ладана и чего-то металлического, словно в этом месте давно не бывало ничего живого. Она попыталась пошевелиться, но грубые верёвки впивались в запястья, а во рту пересохло от одурманивающего зелья, которым её усыпили похитители.
Перед ней возвышался трон – не просто белый, а сияющий, будто вырезанный из лунного света. На нём восседала фигура в струящихся одеждах цвета зимнего рассвета. Владыка звездных земель. Его лицо было прекрасным и пугающим одновременно – кожа прозрачно-бледная, словно у давно умершего, но глаза... Глаза горели холодным сиянием, как два осколка полярного льда. Длинные белые волосы, перехваченные серебряным обручем, струились по плечам, сливаясь с меховым воротником мантии. Его пальцы, слишком длинные и тонкие, постукивали по рукояти странного кинжала – лезвие было кристально-прозрачным, будто выточенным из льда.
—Наконец-то проснулась,– его голос звучал мягко, почти ласково, но в нём не было ни капли тепла. Он говорил, как человек, обсуждающий погоду, а не чью-то судьбу. – Жаль, что ненадолго.
Стражники в белых латах, лица которых скрывали гладкие маски без прорезей, грубо подхватили её под руки. Принцесса попыталась вырваться, но её тело не слушалось – мышцы были слабыми, будто после долгой болезни. Король поднялся с трона, и его мантия заструилась за ним, как живое существо. Он приближался медленно, каждый его шаг отдавался эхом в огромном зале.
—Ты не должна была оказаться в этой истории – он наклонился, и принцесса увидела, что его ресницы тоже были белыми, как иней. – Ты – случайность. Ошибка в расчётах. И я исправляю свои ошибки.
Он сделал едва заметный жест, и из-за трона появилась фигура в белом балахоне – палач. Его лицо скрывал капюшон, но из складок ткани виднелись только тонкие губы, сложенные в безразличную гримасу. В его руках был не топор и не меч – а странный инструмент, похожий на серебряную иглу длиной в локоть.
—Не бойся – прошептал Владыка, и его дыхание пахло снегом. – Это не будет больно. Ты просто... исчезнешь. Как утренний туман.
—Избавьтесь от нее— прокричал Владыка на весь зал,чуть не порвав горло.
Палач уже стоял рядом с девушкой,когда один из стражников слегка толкнул его.
—Подожди!- выпалил он— А вы не боитесь последний?
Палач замер. Стражники не двинулся. В воздухе повисло молчание, тяжёлое, как предгрозовая туча. Король не изменился в лице, но в его глазах вспыхнуло холодное любопытство.
— Вы боитесь войны? – его шёпот был острее лезвия. – Боитесь, что её мать поднимет армии?
Никто не ответил. Тогда он вздохнул, и пространство перед троном исказилось, разошлось швом, открывая портал в другое измерение – туда, где законы этого мира не действовали.
—Ладно.Отправьте её туда, откуда не возвращаются.
_______________________________________
Тьма сгустилась, сдавив виски свинцовым туманом, когда принцесса очнулась от глухого звона цепей. Холодные металлические обручи сжимали запястья, щиколотки, горло – не просто оковы, а живые кандалы, покрытые древними рунами, которые пульсировали синим светом, словно питались её страхом. Каждое движение отзывалось жгучей болью – будто кожа прирастала к ледяному металлу.
Её подвесили в центре пещеры, где воздух был густым от пепла и влажного дыхания камня. Цепи тянулись к стенам, впиваясь в скалу, как когти гигантского зверя, а снизу, из чёрной бездны, поднимался пар – не тёплый, а обжигающе-холодный, оставляющий на коже иней.
—Небесные кандалы– прошептал кто-то в темноте. Голос звучал так близко, будто исходил из самого металла на её руках. – Они не размыкаются ни ключом, ни силой. Только смерть освободит тебя. Или...