сквозь осень и тайны

    Я не знала как реагировать, как вести себя, но мое тело выгибалось от его касаний, то как он чувственно и умело мастурбировал мне приводило меня в восторг. Из моего рта вылетали робкие стоны, его имя, первый кто меня коснулся был он.
                
"следущий день"

  Всё началось с того, что Дима позвонил мне вечером, почти в полночь. Я уже собиралась лечь спать, но экран телефона загорелся его именем.

— Выходи, — сказал он сразу, без приветствий.
— Ты с ума сошёл? Ночь же! — прошептала я, боясь, что родители услышат.
— Тем более. Вика, доверься.

И вот я уже стою на улице, кутаюсь в худи и смотрю, как он выходит из тени фонаря. Его белые волосы светятся в темноте, и он выглядит почти нереальным.

— Ты ненормальный, — сказала я, но улыбалась.
— Знаю. И тебе это нравится.

Он схватил меня за руку, и мы побежали. Я не понимала куда, но сердце колотилось от адреналина. Мы неслись по пустым улицам, перепрыгивали через бордюры, смеялись, почти падали. В какой-то момент я закричала, но не от страха — от восторга.

Мы остановились в старом парке, где качели скрипели на ветру. Дима тяжело дышал, но всё ещё держал меня за руку.

— Ты сумасшедший, — выдохнула я.
— А ты — моё алиби, — сказал он с лукавой улыбкой.

Я не успела спросить, что он имеет в виду, как он неожиданно прижал меня к столбу качелей. Его ладонь легла мне на шею, горячая и уверенная. Я замерла, дыхание перехватило.

— Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя, — прошептал он, скользя губами рядом с моим ухом. Но не поцеловал. Снова игра. Снова этот огонь, от которого всё внутри горело.

Я попыталась что-то ответить, но он вдруг отстранился и полез в карман. Извлёк ту самую «серебристую штуку» и на секунду задержал её в руке. Теперь я увидела лучше — это действительно была зажигалка, но слишком дорогая и странно блестящая.

— Куришь? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Иногда, — ответил он уклончиво. — Но не то, что ты думаешь.

Он снова убрал её в карман, но взгляд его был слишком спокойный, почти равнодушный. И это пугало.

Мы сели на качели. Он начал раскачиваться, и я невольно следила за ним. Ветер трепал его белые волосы, глаза блестели в темноте. Он был как персонаж из книги — слишком нереальный, чтобы существовать в моей жизни.

— Дима, — сказала я тихо, — а что ты от меня скрываешь?

Он посмотрел прямо в глаза. Долго. Слишком долго.
— Всё, — сказал он наконец. — Я вообще всё скрываю.

И вдруг резко вскочил. Я не успела понять, что происходит, как он достал телефон, включил музыку и начал танцевать прямо на пустой аллее. Двигался свободно, почти дико, будто ему всё равно, кто увидит. Я смеялась и аплодировала, но внутри было тревожно.

Он остановился, подошёл ко мне и снова схватил за руку.
— Вика, я ненавижу тишину. Знаешь почему? — Он наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание. — Потому что в тишине слышно, как я сам себя разрушаю.

Я замерла. Его слова пронзили меня насквозь. Я хотела спросить, что он имеет в виду, но он резко поцеловал меня. В этот раз без игры. Настоящий, страстный, горячий поцелуй, от которого у меня закружилась голова.

Мы почти упали на траву, и я оказалась под ним, смеялась и задыхалась одновременно. Его руки скользили по моей талии, по спине, и я чувствовала, что он не может остановиться. И я тоже.

— Ты опасный, — выдохнула я, когда он снова прижался к моей шее.
— А ты… моя самая большая опасность, — ответил он, и в его глазах сверкнуло что-то большее, чем игра.

Мы лежали так, обнявшись, и смотрели на звёзды. Я пыталась отдышаться и понять, что только что произошло. А он вдруг сказал:
— Знаешь, у меня есть один секрет.

Я напряглась.
— Какой?

Он помолчал, потом улыбнулся криво, горько.
— У меня не будет долгой жизни.

Я села резко, сердце ухнуло вниз.
— Что ты несёшь?!

— Правда. Я не хочу грузить тебя, Вика, — его голос был спокоен, даже слишком, — но я давно живу так, что каждый день — бонус.

Я смотрела на него, не веря. Он снова откинулся на траву, как будто сказал что-то обычное, неважное. Но внутри у меня всё дрожало.

— Ты врёшь, — сказала я тихо.
— Может быть, — он улыбнулся, не глядя на меня. — А может, и нет.

Он перевёл взгляд на меня, и в глазах было столько огня и тайны, что я поняла: моё расследование только начинается.