Глава 40. Испытание доверием
Никто не предупреждает, что самое сложное испытание любви — не измена, не ревность, не боль. А обычный день. Когда всё спокойно. Когда нет драмы. Когда в тишине вдруг начинаешь сомневаться — а всё ли так на самом деле?
Последние недели были хорошими. Настолько хорошими, что я начала настораживаться. Мы с Дэвидом работали как команда. Запуск шел по плану, первая волна пользователей была довольна, инвесторы прислали положительный фидбек. Мы смеялись по вечерам, вместе готовили, засыпали в обнимку.
Но в этой гармонии было что-то странное. Слишком ровное. Слишком правильное.
Однажды утром, пока он был в душе, я открыла его ноутбук, чтобы найти наш общий документ по презентации. Экран не был заблокирован. И в строке мессенджера мигал чат с именем, которого я не узнала. Я на секунду замерла. Потом закрыла крышку.
Я не стала читать. Я не хотела. Или боялась. Потому что самое страшное — это не узнать, а догадываться. Строить догадки. Ужасаться. И не спрашивать.
Весь день прошёл на автопилоте. Мы обсуждали стратегию, писали письма, готовили отчёты. Я смеялась в нужные моменты. Но внутри что-то было не так. Странное ощущение: будто стоишь в комнате, где выключили свет, и не знаешь, кто с тобой рядом.
Вечером, когда мы пили чай, я посмотрела на него и вдруг почувствовала себя чужой. Мысли метались. Знакомая ли я ему? Открыт ли он до конца? Или есть мир, который он скрывает от меня, прикрываясь «я просто не хочу тебя загружать»?
— Дэйзи? — спросил он, увидев моё молчание. — Всё хорошо?
Я поставила чашку. Вдохнула.
— Можно задать вопрос, на который ты не обязан отвечать?
— Конечно.
— Ты всегда мне говоришь всё?
Он немного отстранился.
— Что ты имеешь в виду?
— Не знаю. Просто... иногда мне кажется, что ты живёшь в двух мирах. Один — со мной. Второй — где ты сам с собой. И я туда не допущена.
Он молчал. Долго. Я уже пожалела, что начала этот разговор.
— Я правда стараюсь быть честным, — тихо сказал он. — Но, может быть, я не всегда умею это делать правильно. Иногда мне кажется, что если я расскажу, ты испугаешься. Или обидишься. Или начнёшь сомневаться.
— Но я уже сомневаюсь, когда ты молчишь.
Он кивнул. Смотрел в чашку. Потом поднял взгляд:
— Дело не в тебе. Ты — мой дом. Просто я... вырос в семье, где личное — это то, что ты держишь при себе. Даже когда любишь.
Я взяла его ладонь.
— А ты не думал, что доверие — это не слабость, а сила?
— Думал. И учусь. С тобой.
На следующий день он сам рассказал, что за человек был в чате. Новый подрядчик. Появился через коллегу, обсуждали варианты дизайна. Он даже показал переписку. Без давления, без обиды. Просто — открыл.
Я не просила. Он сам. И именно это было главным.
Спустя пару дней я тоже сделала шаг навстречу.
— Знаешь, — сказала я вечером, когда мы шли домой после встречи с клиентом, — я часто притворяюсь сильнее, чем есть.
Он усмехнулся.
— Я всегда знал.
— Правда?
— Правда. Но я уважал твоё право молчать.
— А теперь — хочу меньше молчать.
Он обнял меня за плечи.
— Тогда я хочу быть тем, кто слушает. Без суждений.
День 156.
Доверие — это не когда тебе всё рассказывают.
А когда ты перестаёшь бояться спросить.
И когда отвечают не потому, что обязаны.
А потому что хотят быть ближе.