Глава 4
На выходных Вильям и Марьян предложили съездить отдохнуть в лес с палатками. Больше всего эта идея не понравилась Эмилии, которая до жути боится всяких насекомых. Долго ее уговаривать все же не пришлось достаточно было только Вильяму сказать ей пару фраз на ушко, и она согласилась. Что он ей сказал даже думать не хочу.
Со слов ребят людей будет не так много человек десять от силы, из которых большую часть я знаю: будет Анита с Марьяном, Вильям и Эмилия, две девчонки блондинка и брюнетка со слащавыми личиками, которые в своем окружении заработали не очень хорошую репутацию в плане распутности. Они давно уже ошивающиеся возле наших друзей и пытаются стать их второй половинкой, но этому не суждено случится, так как Марьян и Вильям видят их сущность – девушки ночные бабочки не более.
Кто будут остальные люди для меня пока загадка.
Ехать мы решили на двух машинах немного пораньше чтобы успеть все установить. Свою палатку устанавливаю всегда сама чтобы убедиться, что никто не поставит ее плохо. Пока девочки готовили еду на костре решила помочь мужчинам, ведь им нужно установить сразу несколько палаток и причем не маленьких, что довольно сложно. Вильям и Марьян устанавливали третью палатку, а мне досталось очищать место для следующей. Сначала убрав все ветки, какие-то бутылки, оставленные предыдущими посетителями. Разровняв землю чтобы палатке ничего не мешало стать ровно. Поляна, на которой мы остановились была более-менее в хорошем состоянии поэтому сильно попотеть не пришлось.
Когда мы заканчивали с последней подъехали еще две машины оставшихся ребят.
Как-то так получилось, что я отдалилась от всех и сидела возле своего мини шалашика и пила горячий чай. Меня никто не трогал и слава Богу.
А я в это время наслаждалась тишиной и умиротворением данного места. Сосны исполины тянулись своими ветвями высоко к небу и закрывали от палящего солнца, создавая ощущения загадочности и волшебства. Легкий ветерок шелестел кронами и щекотал кожу, песни цикад и птиц окунали и возвращали в детство. Неподалеку, вероятно, находилась река, от которой тянуло прохладой и свежестью. После шумного города, песня леса была как награда за длительные трудовые дни и снимала напряжение. А мое воображение вновь разыгралось. Я сразу же вспомнила, как маленькой вместе с бабушкой ходили в парк, который находился недалеко от нашего дома, а я была еще та егоза. Мне было так скучно, что я постоянно капризничала и хотела вернуться домой. А бабушка тогда сказала: «Стеффи, давай с тобой поиграем?»
«Давай, но здесь не во что играть» - тогда сказала я, вокруг были такие же высокие деревья, дорожки и скамейки.
«Есть особенная игра, называется «Отгадай, что я придумал». Нужно посмотреть вокруг и увидеть волшебство момента, или его придумать, а я буду угадывать. А потом поменяемся.»
В такую игру мы играли каждый раз как она приходила, и не только в парке. Эти воспоминания как солнечный лучик в стужу согрел меня.
Что же здесь может быть волшебного? Осмотрелась. Лучи солнца пронзали иглистые ветви сосен и солнечными пятнами устилали землю, покрытую мелкой травой. Одно из таких пятен упало на цветок, на котором раскинув свои чудесные перламутровые крылышки сидела бабочка. Чай давно в кружке закончился, а я сидела и смотрела на бабочку, пока она не улетела. Так что же в это чудесном уголке природы может быть волшебного? Все. Но незаметно опустившиеся сумерки волшебство момента облачили в чувство тревожности и незащищенности. Это место напоминало зачарованный лес в глубине которого находится пряничный домик злобной ведьмы, любящей полакомиться детьми.
На улице так быстро стемнело и основным источником света остался костер. Его пламя обжигало, но оно было на столько красивым, что я с трудом могла отвести взгляд. Эти яркие краски градиента красного переходящего в насыщенно оранжевый, а после едва заметный желтый словно вводил в гипноз. Пламя рвалось в разные стороны будто кричало нам что-то, просило о помощи. Оно напоминало мою душу в то время, когда мне было хуже всего. Пламя так и призывало к нему прикоснуться, но я не хочу снова боли поэтому просто приходится наблюдать в дали. Для кого-то пламя – это страсть, но не для меня. Оно ассоциируется с агонией, которая поглощает все изнутри, пожирает тебя медленно и мучительно. И только сильные духом смогут справиться с этим.
Парни пели песни под гитару. От которой по моему телу шли мурашки. Девушки сидели рядом и с таким же наслаждением за ними наблюдали. Некоторые жарили хлеб на костре, кто-то маршмеллоу. Эмилия практически каждые несколько минут вскакивала от пролетающих рядом насекомых, отчего было одновременно и смешно и в то же время жалко смотреть на нее. Она сама не знает от чего ей так страшно, когда они рядом пролетают. Да что тут говорить подруга бабочек боится. Постоянно дома, когда какое-то чудо к ней залетает в комнату она визжит, будто ее режут. Настолько сильным криком, что закладывает уши. И сегодня не исключение. А какое у нее было лицо, когда на ее плечо сел ночной мотылек — это просто не пересказать словами. Оно все исказилось в волне дикого страха, а глаза наполнились слезами. Столько матерных слов в одном предложении я еще никогда не слышала. Нам с трудом удалось ее успокоить.
Когда все решили сделать перерыв Марьян и Вильям ушли в глубь леса за хворостом чтобы поддерживать костер всю ночь. Я хотела пойти с ними, но они сказали, что нечего мне в полной темноте тягаться с ними по лесу. Не хватало чтобы потерялась. И вариант того, что мне не комфортно находиться среди незнакомцев их тоже не убедил. Сделав вид, что я обиделась направилась вновь к своей палатке.
Вновь засмотревшись на костер спустя несколько минут заметила какие-то телодвижения с левой стороны.
Какой-то незнакомый парень довольно высокого роста слегка худощавый с коротко подстриженными волосами и грубыми чертами лица подошел к Аните и что-то стал ей говорить, как мне показалось по его выражению лица очень грубо. Из-за того, что я сидела в отдалении не смогла разобрать что именно. К Аните подошла Эми и мне стало как-то не по себе. Встав на ноги, я потихоньку подошла к ним.
- Ты думаешь, что самая крутая, да? Думаешь тебе все можно? Да ты никто! Так подстилка Грифина. И он пользуется тобой как хочет! Я готов был дать тебе все, а ты променяла меня на этого богатенького идиота!
- Дэвид, что ты такое несешь? Прекрати пожалуйста! – я вспомнила этого парня.
Где-то год назад он подкатывал к подруге, но ему не судьба была завоевать ее сердце, ведь оно уже тогда принадлежало Марьяну. Очень странный молодой человек этот Дэвид я бы даже сказала параноик. Любое действие Аниты вызывало в нем кучу страхов, подозрений и недоверия. Интересно как он сюда попал?
- Нет, я буду говорить даже если тебе это не нравится, святоша. Ты мерзкая, лицемерная тварь!
- Э-э-эй! Обороты сбавь! – вмешалась Эмилия. – Ты мальчик мой перегибаешь! Если ты думаешь, что после того как тебя она отшила имеешь хоть малейшее право так о ней говорить, то ты ошибаешься! И знаешь, хорошо, что она дала тебе отворот поворот! Ты никчемный, неуверенный в себе мальчишка, которого в детстве не до любила мать!
Дэвид со всего размаху ударил Эми по лицу. Вместе с Анитой мы бросились к ней. У подруги был разбит нос, кровь шла очень сильно. Главное, чтобы он не был сломан. Вспомнив что у меня в сумочке есть бинт, я побежала в палатку. Отыскать его было то еще испытание: руки дрожали и с трудом получалось совладать со своими эмоциями. Шок, паника и сбившееся дыхание дают о себе знать. Бинт лежал на самом дне моей аптечки, но я все-таки его нашла.
Выйдя из палатки столкнулась с Вильямом, который надвигался в сторону подруг.
Увидев, что произошло Вильям устроил драку. Друг схватил Дэвида за футболку и с размаху врезал ему в лицо, повалив недруга на землю он наносил удары один за другим. Крови становилось все больше и больше на лице обидчика. От увиденного я начала кричать чтобы его оттащили. На крики прибежал Марьян и с трудом ему это удалось. Уолкер и Дэвид еще некоторое время оскорбляли друг друга. Что они друг другу кричали я толком не слышала была занята Эмилией.
Как позже оказалось этого Дэвида увез его какой-то друг, которого раньше я не видела и это именно он позвал его сюда приехать. И это очень даже хорошо, что он уехал потому что неизвестно что бы было дальше.
Анита осталась сидеть с Эмилией в палатке. По ней было видно, что она чувствует себя виноватой в том, что подруга пострадала.
Им нужно побыть наедине и поговорить поэтому я направилась обратно к костру. Все еще потряхивало от сложившейся ситуации. Уставившись на огонь и анализировав происходящее поняла одно: Эмилия поступила правильно, высказав этому Дэвиду все в лицо. Возможно мне бы тоже это удалось сделать, защитить подругу, если бы была немного посмелее.
Из раздумий меня вывели две девицы, блондинка и брюнетка, сидевшие с другой стороны костра, которые перешептывались между собой и поглядывали на меня. Одна из них вообще стала в упор на меня смотреть.
Не люблю, когда так делают. От этого начинаю нервничать.
Чтобы хоть как-то себя успокоить взяла рядом лежащую палку и стала ворочать угли. Девицы словно осмелели и их разговор стал громче.
- Я совсем не понимаю зачем Марьяша и Вильям водятся с этими уродинами. Они ведь только голову им морочат. Ни красоты, ни женственности в них нет. Одно убожество.
- А ничего что я слышу, то что ты говоришь? - я пыталась сдержать себя, но их колкие фразы начали доставать.
- Ну хотя бы не глухая. -они обе залились смехом.
- Ты следи за языком своим пожалуйста, а то не хватало и вам двоим нарваться на неприятности.
- Стефани, ты что нам угрожаешь? - пискнула своим отвратительно тонким голосом блондинка.
- Нет, что ты. Я просто беспокоюсь о вас. Такие беззащитные, хрупкие. Мало ли, что с вами здесь может случиться. Одни в гуще леса. Вдруг волки учуют ваш запах и придут сюда!
- Ой, молчала бы лучше. Или ты будешь нас также изводить, как и своего бывшего, а? - они вновь залились смехом, а у меня пробежал холодок по коже.
- Что прости? – я не понимала, о чем она вообще говорит. Кто и что мог разболтать этим сплетницам.
- Всем и так известно почему от тебя сбежал он. Ой, может ты уже забыла, а я тебе сейчас это напоминаю. - брюнетка смотрела на меня с вызовом будто бы ждала момента, когда уколоть еще больнее.
- Ты многого не знаешь поэтому мой тебе совет лучше помолчи. - все тело пробило дрожью. Что вообще эти две глупышки могут знать? Очередные сплетни, которые как обычно искажены пройдя через сотни рук.
- Почему это я должна молчать? Мне он сам рассказывал, как ты вечно его нервировала, донимала. Да и в постели ты бревно. Нечему дорогая удивляться его уходу. Сама виновата. А что, насчет твоих подружек, то не даром говорят с кем поведешься от того и наберешься. Вот и они пошли по твоим стопам. Такие же умственно отсталые не понимают, как нужно правильно вести себя с мужчиной. - эти мерзкие девчонки доведут до греха, честное слово.
- Все было совершенно не так! Ты несешь какой-то бред! - я начинала терять контроль сдерживая себя из последних сил.
Да кто они такие вообще, чтобы говорить подобное? Они не были там! Они не видели ничего! Они просто поверили ему на слова!
- Ой, да просто скажи, что правда глаза режет! Мне вот интересно твоя мать тоже была шлюхой или ты просто приемная, а? - их смех звоном стоял в моих ушах.
Непроизвольно схватила кочергу, которая оказалась неподалеку и некоторое время лежала в открытом огне и успела хорошо нагреться.
Я кинулась на них.
Они начали визжать. Еще одно мгновение и одной из них прилетело бы по голове, но кто-то схватил меня и попытался вырвать из рук накаленный металл, но хватка моей руки была очень сильной от выброса адреналина и норадреналина.
-Сумасшедшая! – это было последнее что я услышала от этих девиц.
Оглядевшись увидела Марьяна, который оказался как никогда вовремя. Только сейчас я осознала, что могла их убить. Кочерга выпала из моей руки, и я испуганным взглядом уставилась на друга. Со мной впервые такое. Мар усадил меня на пень и дал воды.
- Стефани, это что сейчас было? Ты вообще соображаешь, что ты делаешь? Ты могла убить их! - друг был в таком же шоке что и я.
- Не знаю, что на меня нашло. Просто они говорили, что это я виновата во всем, что со мной произошло, но ведь они не знают всей правды! Мар, я ничего не понимаю. - друг просто наклонился и обнял меня. Уткнувшись ему в плечо горько заплакала.
Только спустя почти час ощутила боль на своей ладони. На ней красовался ожег, но не сильный. Как я его сразу не почувствовала не знаю. Возможно от выброса гормонов чувствительность ушла на второй план.
Необходимых мазей или обезболивающих в моей мини аптечке, которую я взяла с собой не оказалось. Совместными силами ребята помогли сесть мне в машину и направились в больницу.
Всю дорогу стояло молчание и только радиоведущий вел свой нескончаемый монолог. Каждый думал о своем. Каждый приходил к какому-то своему выводу. Я сидела на переднем сидении рядом с Марьяном который вел машину и изредка, когда боль становилась слишком сильной я вскрикивала.
Анита и Эмилия сидели сзади.
Дорога до ближайшей больницы заняла минут двадцать не более, но мне казалось будто прошла вечность. Рука распухла в тех местах где коснулась кочерга кожи. Хорошо, что это оказалась левая рука и я смогу выйти на работу, а не сидеть дома.
В больнице мне все обработали, укололи обезболивающее и сделали повязку. Сказали через два дня прийти снова чтобы ее сменить и отпустили домой.
Приехав домой мы не успели разложить вещи как в дверь, кто-то позвонил. Квартира тут же наполнилась напряжением.
- Вы кого-то ждете? – повернувшись к девочкам, я спросила, но в ответ они отрицательно покачали головой. – Кто откроет?
-Давайте я. – тихо прошептала Анита и подошла к двери.
Открыв дверь, мы увидели молодого парня в форме курьера.
- Добрый день! Вам кого? – тихим голосом спросила Анита.
- Добрый день! Доставка цветов. Стефани Браун верно? – что-то читая в своей планшетке парень поднял взгляд на Аниту.
- Нет, это не я. – подруга повернулась ко мне и жестом подозвала к себе.
- Добрый день! Это я Стефани, но я ничего не заказывала. – непонимание читалось в моих глазах. – Наверное, что-то перепутали.
- Это квартира 17А?
- Да, верно. – ответила ему Анита.
- Значит все правильно. Вот здесь распишитесь пожалуйста о получении. – он протянул мне планшетку где, напротив моего имени стояла галочка. Расписавшись и вернув ему планшетку, я увидела тот самый букет, который он привез.
Розы.
Это был большой букет белых роз.
- Ничего себе! – это было единственное что я смогла сказать.
- Всего доброго! До свидания! – курьер ушел обратно к лифту.
Букет оказался очень тяжелым. Нам втроем с трудом удалось его затащить в комнату. Было такое ощущение, что их там больше сотни.
Эмилия нашла записку, которая гласила:
«Поправляйся! Если нужна будет помощь буду рад помочь номер мой знаешь»
- Стефани, мы чего-то не знаем? – с усмешкой спросила Эми.
Подойдя к ней и еще раз перечитав записку. Ни имени, ни каких-то намеков на то чтобы понять кто это. Странно. Очень странно. Наверняка снова проделки Николауса, но думаю девочкам знать это не обязательно.
- Без понятия кто это может быть. – соседки вроде поверили.
Сделав несколько фото прекрасного букета и вдоволь насладившись их запахом направилась в свою кроватку немного поспать, ибо за выходные так и не получилось выспаться.
Мне снова приснился кошмар. Все как обычно ничего нового.
Почему-то в груди так больно, так сильно давит словно кто-то мне поставил ногу на нее. Сквозь обрывистое дыхание направилась на кухню. Попив воды, и вернувшись в комнату схватила свой блокнот куда пишу свои мысли и переживания, иногда стихи. Так делать мне посоветовал психолог чтобы освобождаться от плохих эмоций.
Писала долго и много, и как-то так получилось, что последние сточки сложились в стихотворение:
Мое сердце разбили
Истязали, убили
Мою душу сковали во льдах
Мои мысли погрязли в пучине
А тело окутало страх
Я не жива
И не мертва
Я застряла во снах
И нет лекарства
И нет спасенья
Моим первобытным мечтам
Перечитав их еще раз разрыдалась так сильно, что прибежали заспанные девочки из своих комнат.
-Когда это все закончится? Когда эта боль уйдет? Я больше не могу! Не могу... Я устала! Когда он уйдет из моей жизни? Мне надоело бояться! Я хочу жить... Я не хочу бояться, что он может в любой момент вернутся...
- Стефани, девочка моя. Успокойся прошу тебя. Все будет хорошо. Я рядом, Анита рядом. Мы со всем справимся. Слышишь? Пожалуйста перестань плакать. А то я тоже заплачу. – Эмилия всеми своими силами пыталась меня успокоить. Анита расплакалась, как только села возле меня.
Я плакала пока не высохли слезы, пока меня не покинулисилы.