Возмездие
Для Рику этот день был обычным. Должен был быть обычным. Главарь второго поколения банды Красных Черепов был пьян. Пошатывающейся походкой он шел по зимней улице, ничего не замечая. Сегодня он отлично потусил в клубе. Похабная улыбка сама собой вылезла на его лицо. Девочки там были что надо. Вспомнив жаркую штучку, с которой он "зажёг" на танцполе, его посетило сильное желание как-нибудь все повторить.
"И все же... грудь у нее не чё так".
Хмыкнув своим мыслям, он свернул в проулок между домами. Это был его ежедневный маршрут. Он всегда шел этой дорогой, когда возвращался домой.
Без шапки ходить зимой было холодно, но он же относил себя к крутым парням, а значит у него не может быть шапки. Его бандитская шевелюра должна быть всегда на виду. Он эталон гопников. Он пример. Скоро его банда возвысится, нужно лишь немного подождать...
Если бы только не Черные Драконы! Рику досадливо цыкнул и плюнул на снег. Прошло уже два с половиной месяца с того инцидента как его банда похитила "сестру" лидера Черных Драконов и отдала ее заказчику - якудза. Конечно, парень не знал, что его ребята немного напутали, похитив не Эмму, а Мишель, но это как говорится были уже детали. Рику заключил сделку. Он надеялся, что якудза сбросят Черных Драконов с пьедестала и его банда займет первое место среди банд, что якудза помогут ему в этом, а взамен он всего лишь доставит им маленькую пигалицу, которая станет концом для Шиничиро. Но... все пошло не по плану. Каким-то макаром якудза оказались разгромлены, их лидер мертв и Черные Драконы только ещё больше усилили свое влияние. Они пробили потолок. Теперь... они были на пике и никто, абсолютно никто больше не мог этого оспорить. Их лидер - это легенда. Шиничиро Сано - это самая знаменитая фигура в бандитских кругах. Его прозвище "Слабый Король" знают все. Его боятся. Его уважают. Им восхищаются. К нему хотят присоединиться. И Рику завидовал, чертовски сильно завидовал, но не мог не признать, что тоже уважает Слабого Короля. Только вот... после прошедшей войнушки 17 сентября, его банде пришлось залечь на дно. Они были как крысы, прячущиеся по норам. Они боялись, что "Слабый Король" узнает, кто был исполнителем похищения его сестры. Они жили в страхе, но... как показало время, Черным Драконом не было до них дела. Поэтому, впервые за несколько дней, прожитых в постоянном напряжении и ожидании, что из какой-нибудь подворотни его выловят куртки Черных Драконов и изобьют или того ещё хуже, зарежут, пырнут ножом, Рику... расслабился. Сегодня он славно отдохнул.
Черкнув зажигалкой и закурив сигарету, Рику остановился в переулке, вдыхая полной грудью холодный воздух. Алкоголь в его крови не давал ему замёрзнуть. Перед его лицом закружились снежинки и Рику снова улыбнулся. Когда-нибудь он завоюет мир гопников. Парень мог ещё долго размышлять на предмет его будущей славы, но... какой-то слабый трескающийся звук вывел его из задумчивости.
- А?
Когда Рику поднял голову вверх его глаза в ужасе распахнулись. Из раскрытого в немом крике рта выпала сигарета. Он не успел ничего сделать, как все уже было кончено. Его накрыла глыба льда. Мысли о славе, о мечтах и планах, несбывшихся надеждах, все было похоронено.
Снежинки продолжили кружиться и падать на лежащего в сугробе мужчину, под которым снег потихоньку начал окрашиваться в алый цвет.
Человек в маске и капюшоне, стоявший на вершине здания, удовлетворённо кивнул головой и тихо скрылся с места преступления. Никто не видел его тени, как и его улыбки, обрамлявшей в тот миг закрытое лицо. Его там... никогда не было.
Несчастный случай, как в будущем по новостям сообщит полиция.
Просто пьяный мужчина стал не под той крышей. Такое бывает. Поэтому зимой всегда нужно быть осторожным. Вскоре... все об этом происшествии забудут.
О чем полиция никогда не узнает, так это о том, что то не было несчастным случаем. Рику следовало опасаться не возмездия лидера Черных Драконов, а кое-кого совсем другого. Того, кто был намного... намного опаснее...
***
Он двигался медленно. Снег под его ногами мелодично хрустел, оставляя за ним следы. Да и... он не торопился, наоборот, специально сбавил шаг, приближаясь к заветному месту. Почему-то новоявленного преступника охватило волнение, какое-то будоражущее чувство поселилось в его груди и никак не хотело оттуда уходить. Признаться, его не так волновало совершенное им покушение, как сама встреча, которую он с благоговением ожидал.
Подойдя к самим ступенькам храма Мусаши, парень жадно впился взглядом в неподвижно сидящего с опущенной головой юношу в серой куртке.
Затаив дыхание, парень в маске опустился на колено, совершив таким образом почтительное приветствие. Конечно, сидящий перед ним блондин даже бровью не повел на такое действие.
- Майки... - с тихим выдохом, капюшон слетел с говорившего, показав белоснежные волосы, которые, казалось, переливались в ночи. Ловким движением, парень также стянул вниз маску, обнажив два вертикальных шрама возле рта. Приподняв подбородок вверх, в его глазах загорелось торжество. Он был в полном ожидании. Ожидании того, что же скажет ему король. Когда тишина стала откровенно зловещей, а ответа все не следовало, Санзу начали одолевать тревоги, допустил ли он какую-то ошибку по незнанию? Но сидящий без движений юноша наконец неторопливо поднял голову вверх, развеяв тем самым все страхи Санзу.
- Хару...
Вышедшая из облаков луна осветила приподнятое лицо блондина, от которого Санзу немедленно вздрогнул, но тут же преисполнился ещё большим благоговением, испытав священный трепет. Два белесых глаза, в которых словно отражалось две луны, без проблем пронзили душу, стоящего на коленях. На Санзу взирало живое божество.
- Ты сделал это?
Губы Харучие немедленно растянулись в улыбке. - Я наказал виновника похищения Мишель.
Мишель… это имя было словно молитва, тайна, которую Санзу лелеял в своем сердце. Она была его жаждой. Совершать преступления в честь нее для Харучие было наградой.
Что ж, нельзя не отметить, что Санзу был горд собой. Он два месяца выслеживал Рику, запоминая его окружение, привычки и конечно же какими дорогами тот ходит. Разве он не молодец?
Майки легонько кивнул, словно принимая должное. Его лицо оставалось непроницаемым, но Санзу чувствовал, как напряжение, висевшее в воздухе, немного ослабло. Эта крохотная перемена была для него наградой, знаком признания, ради которого он был готов на все.
Манджиро спрыгнул с насиженной ступеньки, подставив лицо зимнему ветру. На мгновение прикрыв глаза, словно бы пытаясь запомнить этот краткий миг пришедшего покоя, он тут же их распахнул, устремив острый взгляд в даль.
- Ты знаешь, что это значит? - голос Манджиро, несмотря на юный возраст, сочился властью и холодом.
Санзу вжался в землю сильнее, ощущая, как по спине ползут блаженные мурашки. Он знал это.
- Любой, кто посмеет коснуться того, что принадлежит мне, заплатит за это.
Сердце Харучие забилось сильнее.
Заплатит. Когда-то его сестра Сенджу взяла без спросу принадлежащую Майки игрушку и за это поплатился Харучие. Ценой стали два вертикальных шрама на лице. Мишель была далеко не игрушкой, а потому и цена была выше. Жизнь. Только на этот раз взимал плату Харучие. Он был удостоен этой привилегии. Наказывать. И справлялся Санзу с этим на превосходно.
Не поднимаясь с колен, Харучие замер, ожидая дальнейших указаний. Он знал, что Майки не станет тратить слов попусту. Каждое его слово - приказ, каждое его желание - закон. И Харучие был готов исполнить любой из них. Даже самый безумный. Даже самый жестокий.
- Свободен. - Майки бросил одно слово так и не развернувшись к нему лицом.
Белые луны все так же сияли в глазах Манджиро, отражая главную спутницу звёзд далёкого космоса. А может... это луна отражала его холодный взгляд, в котором постепенно утихал скрывавшийся доселе никем не замеченный тихий гнев? На этот счёт можно было только строить догадки.
***
Мишель проснулась ночью от глухого звука, будто что-то обо что-то ударилось. Разлепив глаза, брюнетка сонно потянулась и прошествовала к окну, откуда и доносился звук. Гадать что за звук она слышала не пришлось, на ее глазах второй снежок смачно врезался в стекло, растёкшись белой звездой.
Тяжело вздохнув, она отдернула штору.
На улице стояла почти полная луна, освещая заснеженный двор. Внизу, как она и ожидала стоял знакомый силуэт. К ней пришел Майки. С того дня, когда якудза были разгромлены, Манджиро постоянно держал ее в поле зрения. Даже ночью. Майки не мог нормально спать. Мишель предполагала, что после произошедшего его посещают кошмары, поэтому старалась его поддерживать. Если они не ночевали вместе, то под утро Мишель могла лицезреть под глазами Майки круги как у панды. Почему-то после совместной ночёвки в доме Вакасы у Манджиро не получалось нормально заснуть без нее.
Если он спал один, то всего два часа, а после вскакивал с бешено колотящимся сердцем и паникой в глазах. И всю оставшуюся ночь он более не спал. То, что Манджиро перестал высыпаться стало понятно на четвертый день, когда Шиничиро застал в три часа ночи Майки на кухне. Вялость его младшего брата днём так же стала объяснима. Поэтому, на следующую ночь Мишель была приглашена с ночёвкой в дом Сано. И это помогло. Манджиро наконец-то выспался, встав только в час дня.
С того момента в течение двух месяцев либо Мишель оставалась с ночёвкой у Манджиро, либо он у нее, только в последние две недели Майки наконец-то стал спокойнее и смог как и прежде засыпать у себя дома один. Но сегодня, видимо, произошел сбой. Манджиро был вновь у нее под окнами.
Открыв окно, Мишель отошла назад, дожидаясь, когда Манджиро заберется в ее комнату. Это произошло почти мгновенно. От Майки пахло морозом и чем-то неуловимо тревожным, от чего у Мишель екнуло сердце. Он молчал, его руки были опущены. Обычно такой беззаботный и веселый, сейчас он казался потерянным ребенком, ищущим защиты. Что могло произойти?
- Майки, что такое? Ты снова не можешь заснуть?
Мишель подошла к нему, взяв его руку в свою. Майки поднял на нее свои темные глаза, в которых плескалось что-то похожее на растерянность. Мишель нежно коснулась его щеки, чувствуя, как он вздрогнул всем телом.
Здесь явно дело не в "простом кошмаре".
- Расскажешь? - тихо спросила она, ведя его к кровати. Майки послушно сел, не отрывая взгляда от ее лица. Его куртка была сброшена на стул.
- Миша, кажется Черный Импульс... возвращается. - голос Майки был тихим, почти неслышным. Мишель почувствовала, как похолодела ее кровь. Черный Импульс – то, что, Манджиро так отчаянно пытался подавить, но в конечном итоге все равно поддавался и начинал совершать безумные вещи. В каждом будущем, в какое бы не попадал Такемичи, Манджиро уже был разрушен этим импульсом. По крайне мере так дела обстояли в манге. Но как будут развиваться события сейчас, было непонятно. Ещё в первые дни попадания, Майки сразу признался ей что у него есть такая проблема.
"С каких-то пор во мне живёт что-то темное".
"Я называю это импульсом..."
Только вспомнив об этих словах сон Мишель сняло как рукой. Что ж, по крайне мере Манджиро не прятал все в себе, а делиться с ней. Лучше знать, когда такая ходячая бомба как Майки может взорваться, чем не знать. Мишель обняла его за плечи.
– Что случилось? Что заставило тебя так думать? – ее голос был спокойным, полным сочувствия. Она знала, что сейчас самое главное – выслушать его, не перебивая и не осуждая.
Майки вздохнул, прикрывая глаза. – Я… я чувствую его. Пару часов назад я заснул у себя в комнате, но проснулся на улице. И я не помню, что делал сегодня ночью... - голос Майки дрогнул. - Миша, что если я... если я... - Манджиро не договорил, его голос оборвался, он лишь прижался к ней, сильно обнимая. Его лицо спряталось в ее шее и черных волосах. Манджиро словно искал в ней укрытие.
- Все хорошо, Майки. Вряд ли ты делал что-то плохое.
Мишель пришла к такому выводу, потому что Манджиро явился к ней без признаков, что с кем-то дрался. Ни синяков, ни крови, он выглядел лишь напуганным и растерянным. К тому же сейчас было не время для паники. Ей нужно было успокоить Манджиро, а не подогревать в нем уверенность, что он ходячая катастрофа.
– Давай попробуем разобраться, – предложила Мишель, отстраняясь от него. – Может, ты просто лунатил? Или тебе приснился кошмар, и ты во сне вышел на улицу? Всякое бывает.
Конечно в версию, что Майки лунатик плохо верилось, но мало ли? Возможно, его участие в разборках якудза спровоцировало лунатизм. Нужно было учитывать все.
Манджиро поднял голову, и Мишель увидела в его глазах слабую надежду. – Ты правда так думаешь?
– Конечно, Майки, тебе не стоит переживать. К тому же я с тобой. Ты не один. - она улыбнулась ему передавая всю уверенность в своих словах. Она видела, ее слова произвели на Майки верное впечатление.
Медленно, но верно, тревога Манджиро отступила, уступив место усталости и облегчению.
– Спасибо, Миша.
Мишель провела пальцами по его волосам к спине, чувствуя, как под ее ладонью напряжены мышцы его плеч. Она знала, что даже если он и лунатил, корень проблемы лежал гораздо глубже. Черный Импульс – это не просто кошмары и хождение во сне.
– Может, тебе стоит поговорить с кем-нибудь еще? - предложила она осторожно. – Например... с Шиничиро?
Майки покачал головой, прижимаясь к ней. – Нет… Только с тобой. Ты единственная, кто понимает и кого он не тронет.
Мишель вздохнула. Она понимала, что он имеет в виду. Шиничиро, возможно, самый близкий ему человек, но даже ему Майки не мог открыться. Да и в чем в чем Майки был прав, так это в том, что о Черном Импульсе Мишель знала побольше остальных. И он действительно ещё ни разу ее не тронул.
– Хаа. Хорошо, Майки, если тебя будет что-то волновать обязательно говори мне, ладно?
Манджиро согласно кивнул.
– А сейчас, нам нужно ложиться спать.
Что ж за последнее время Мишель привыкла к спящему рядом Майки, так что провалиться снова в сон у нее труда не составило. У Манджиро тоже не осталось никаких причин не засыпать, так что расслабившись, его поглотил глубокий сон.
Утром, зашедшая в комнату Кимико застала их спящих в объятиях друг друга. Рука Манджиро покоилась на талии Мишель, а ее пальцы запутались в его волосах. Во время сна поза казалась вполне естественной, будто так и должно быть.
Женщина покачала головой и вышла, не став их будить.
Солнце пробивалось сквозь щели в шторах, освещая комнату мягким светом. Календарь знаменовал новую дату - 3 декабря. Прошло ровно три месяца, как Мишель попала в этот мир.