Глава 15
Уже несколько часов я проторчала в этом клубе. Олеся столько всего рассказала мне, что я до сих пор перевариваю информацию. Она рассказала, как однажды, её одноклассник, в 6 классе на уроке математики, измазал учительнице замазкой пятую точку на штанах в начале дня. Как-то раз, Олесю ударил нечаянно её одноклассник, так её брат потом избил одноклассника её, что аж несколько раз вызывали их родителей в школу. Как однажды, когда она только родилась, видимо она так сильно мешала брату, что он решил выбросить её из окна, но в этот момент зашли родители, которые потом долго злились на брата.
Потом, Саша предложил поиграть в «Правду или действие». Все согласились.
— Итааак, - протянул Саша, - давайте начну я. Женя, правда или действие?
— Хм... Действие, - ответила Женя, смотря на своего молодого человека - Серёжу.
— Сними футболку.
— Хах, по-детски как-то, - смеялась Женя. Снять футболку и сидеть перед тремя парнями, это по-детски? Она откидывает свои кудрявые волосы, и снимает футболку, сидя перед нами в сером в нежно-розовый горошек бюстгальтере.
— Серёжа, правда или действие? - спрашивает его Женя.
— Правда.
— Когда ты последний раз дрочил?
— Сегодня утром, - ответил Серёжа, и все были настолько пьяны, что смеялись с каждого слова.
Боже, как я могла сюда прийти?
— Вы продолжайте без меня, - сказала я, выходя из круга, где собрались все озабоченные. Выхожу из квартиры и, направившись на улицу, спускаюсь по лестнице. Как только я переступила порог, то промокла до нитки. Шёл такой сильный ливень, поэтому я быстро вернулась назад. Оборачиваюсь, и вижу Антона, который прямо передо мной.
— Разве ты не играешь? - спросила я, сглатывая.
— Предпочитаю игре реальность, - покусывает он нижнюю губу.
Неожиданно, воздуха стало так мало, что я начала почти задыхаться. Кажется, вокруг всё горит огнём. И прежде, чем я успеваю подумать, я приподнимаюсь на мысочки, и впиваюсь губами в его губы. Он явно не ожидал, поэтому обнимаю его лицо руками и прижимаюсь ближе. Когда я прихожу в себя, то быстро отстраняюсь от него и понимаю, что же я натворила. Теперь я даже посмотреть в глаза никому не смогу, ведь наверняка об этом узнает целая «команда игроков», если не весь ночной клуб. Антон ошарашено смотрит на меня, но я лишь переминаюсь с ноги на ногу.
— Ээ... Я..., - начинаю оправдываться, но он только кидает свирепый разъярённый взгляд, и уходит. Подхожу к первому попавшемуся официанту, и взяв фиолетовый стакан, вливаю в себя всё без остатка. Потом, беру остальные, которые влезают в обе руки, и по очереди пропускаю их через себя. Спустя несколько минут, я теряю равновесие. Надо подняться по лестнице.... Потом...вроде налево...или направо.... Поднимаюсь и поворачиваюсь налево... Захожу в квартиру и прохожу дальше...
— Что во фразе «сюда больше никто не заходит», вам не понятна? - раздается из далека голос голубоглазого мальчика из космоса. Хотя нет, он не говорит, он орёт как сумасшедший. Испугавшись, я впечаталась в стенку в темноте, чтобы он меня не увидел. Антон шастал по квартире, входя в одну комнату, и, выходя из другой. Найдя это забавным, я издала некий писк или смешок, хотя думаю, что всё вместе. Он находит источник звука, и включает свет.
— Проваливай, - говорит он, показывая рукой на дверь, но потом: — Ты пьяная?
— Я? Я трезвая..., - пробубнила я, держась за стенку. Я смотрела в его небесные глаза и видела ярость, которая сменялась беспокойством.
— Пошли, я отведу тебя к ним, - схватив твёрдо меня за локоть, направился он к двери.
— Я не хочу к ним... Я хочу с тобой, - говоря последнее предложение, я смотрела ему прямо в глаза. Его хватка сразу смягчилась, и он отпустил меня. Антон выключает свет и идёт дальше, давая понять, что я могу остаться. Чтобы выйти отсюда живой, следую за ним по пятам. Проходим в гостиную, где также выключен свет, но есть другой источник света – камин. Его жёлтый отблеск расстилается по всей гостиной, давая свет, и одновременно, грея её. Антон хватает подушку с дивана, и кидает её к другой, которая лежала около камина. Я, как пьяный гость, который ворвался на чужую территорию, неуклюже сажусь на подушку. Огонь жгуче испепеляет дрова, что лежали внутри. Мы сидим достаточно близко к камину, поэтому тепло, доходящее до нас, грело моментально.
— Почему ты не стала играть в «правду или действие»? Честно ответь, - нарушает тишину Антон, смотря мне в глаза. Из-за жёлто-красно-ораньжевого света, который исходит из камина, его глаза не были голубыми. Они были янтарными. Вся левая сторона лица, которая была у камина, пылала этими цвета, также как и моя, только правая.
— А ты почему? Тоже честно ответь, - ответила вопросом на вопрос я.
— Ты первая, - сказал Антон.
— Наверное, потому что эта игра не для меня. Теперь твоя очередь, - спокойно ответила я. Он молчал, но потом ответил.
— Потому что ты ушла, - и знаете, обычно в такие моменты, нормальные люди, от смущения склоняют голову и виновато смотрят вниз, но это не тот момент, это ненормальный человек, который смотрит на меня так, будто я его жертва, а он — хищник. Сейчас, именно в этот момент, случай, как угодно это назовите, хотя, это не имеет никакого значения, Антон со мной честен. Я чувствую это.
— Кого ты любил в последний раз? - спросила я, хотя сама не знала зачем. До моего вопроса, он смотрел на огонь, иногда в стороны, он был полностью повернут к камину, но, услышав вопрос, Антон развернулся ко мне, посмотрел в глаза и ответил:
— Олесю, - ответил он. — И всё ещё люблю. Она единственная, что хорошего осталось в моей жизни. Она — моё всё.
Несмотря на то, что Антон говорил о ней с такой нежностью и трепетом, сказать, что я была в шоке, это значит ничего не сказать. Олеся – та самая, с которой я общалась сегодня.