В объятиях дьявола

Аманда

2 недели спустя.

Ох уж эти бессонные ночи Нью-Йорка. Ох уж наши прекрасные ночи в тёплой постели перед огромными панорамными окнами, за которыми раскинулась ночная красота города, о котором мечтает даже самый маленький ребёнок. Эти две недели в Нью-Йорке были незабываемыми. Я уверена, в нашей жизни, в нашем браке, будет ещё много счастливых моментов — лучше, чем Париж, лучше, чем Нью-Йорк. Но именно сейчас — это лучшее, что могло с нами случиться.

Наш медовый месяц пролетел так быстро, но оставил заметный след. Каждый день, каждый час, каждая минута, проведённая вместе с Алвизом, в нашем браке была словно невероятная сказка. Иногда мне казалось, что я нахожусь в каком-то фильме... или, может, в книге? Брак, который изначально был по принуждению, превратился во что-то невероятное — полное любви, страсти и опасности.

Эти две недели мы провели, изучая не только все красочные улицы Манхэттена, но и открывая новые стороны, друг друга. Мы ходили по самым страшным, красивым, даже грустным улицам Нью-Йорка. Если в Париже мы хотя бы час сидели в каком-то заведении, чтобы отдохнуть, то здесь этого не повторилось. До самой ночи мы, не уставая, гуляли — счастливые, доказывая людям, что настоящая любовь всё же существует. Оставляли частички себя в каждом уголке этого прекрасного города.

А ночью наслаждались любовью друг друга, друг другом и нашими возможностями в официальном браке...

Что может быть лучше — встречать рассвет в объятиях дьявола, с которым ты счастлива в браке. Дьявола, в которого по уши влюблена его запретный ангел...

Наша бурная предпоследняя ночь в Нью-Йорке завершилась только под утро. Солнце появилось на небосклоне, и его первые лучи затмили свет от зданий, что оживляли Нью-Йорк ночью. Город сменил наряд – с искусственного на природный.

А я всё так же лежала без капли сна – довольная, охваченная тихим удовлетворением и счастьем быть его женой, вдыхая его запах, такой тёплый, родной, мой. Этой ночью мы снова раздели друг друга догола – не только тела, но и души. С каждым стоном снова и снова давали друг другу клятву о вечной, верной любви. Но сейчас мы были довольны не только сексом, но и нашим браком.

– Алвиз... – прошептала я, нарушая мёртвую тишину, воцарившуюся между нами после ночного шторма чувств, ощущая, как его пальцы неспешно скользят по моему обнажённому телу.

– М? – отозвался он, тихо, почти неуловимо, не отрывая взгляда от волшебного утреннего пейзажа за панорамными окнами.

– Скажи мне что-нибудь красивое... – я уже знала, что он ответит. Просила об этом не раз, и каждый раз замирала в ожидании.

– Мы... – еле слышно произнёс он, даря мне тот самый ответ. Как в тот день, когда родились мы — не ты и я, а мы. Когда наша любовь обрела имя. Брак. Семья.

На моих губах засияла лёгкая улыбка счастья, которая осветила мою душу тёплым сиянием. Он почувствовал её на своей груди, куда я мягко опустила голову, и улыбнулся в ответ, слегка наклонившись, чтобы встретиться со мной взглядом — полным нежности и любви. Так же, как в первый день нашего знакомства.

– А у тебя есть мечта? – неожиданный вопрос с моих уст заставил меня вернуться в ту последнюю ночь в Париже, когда мы в такой же позе лежали и обсуждали мою мечту, которую он так же легко и благополучно исполнил. Алвиз осуществил все мои заветные желания — начиная от предложения руки и сердца и, правильно, даже не заканчивая, продолжал исполнять мои мечты, даже не зная их. Но теперь настала моя очередь.

Смогу ли я исполнить его мечту? Возможно, только я смогу исполнить эту заветную мечту этого дьявола, своего дьявола...

– Что? – в ступоре ответил он на мой вопрос вопросом, взглянув в мои глаза, когда я подняла свою голову.

– Я спрашиваю, есть ли у тебя заветная мечта? – задала я тот же вопрос, лишь немного изменив его структуру, но не смысл.

– Мечта? – и снова вопрос на мой вопрос.

– Да, мечта, Алвиз. Твоя мечта, – на этот раз на вопрос ответила я.

– Семья, – одним словом он описал свою мечту, заставив меня впасть в непонимание. Семья? У него ведь есть семья. У него новая и счастливая семья, брак, жена, любовь. Что он скрывает под этим словом?

– У тебя ведь есть семья. Мы, – я пыталась вывести всю правду наружу.

– Нет, – и снова короткий ответ.

– В смысле, нет? – да какого черта?!

– Семья – это не только счастливый брак из двух влюблённых людей. Семья – это плод счастливого брака и искренней любви, – и наконец, он раскрыл мне свою душу. Семья для него – дети. Дети...

– Ты хочешь нам семью?

– У меня никогда не было семьи. В моих понятиях «семьи». У моего отца была семья, в его понятиях «семья», которая состоялась только от двоих, от него и от моей матери. Семья из двоих. Ведь он любил только себя и свою жену. Никак не нас. Но... – кажется, так пытался успокоить меня Алвиз, перед торнадо, – моя мама научила меня любить, перед своим уходом из этого жесткого мира. Она научила меня по-настоящему понимать, что значит семья.

Каждый раз, когда Алвиз рассказывал мне о своём прошлом, детстве, семье, о своей настоящей жизни, моё сердце разрывалось на множество мельчайших крупинок. Но это одновременно радовало меня, ведь оно давало знать, что именно я являлась его опорой, когда он был так слаб. Этим он доказывал мне своё доверие, доверяя мне свою жизнь и понимая, что я не та, которая предаст, уйдёт, разобьёт, убьёт. Но разговор про семью потревожил меня. Что он пытался этим сказать? К чему доведёт этот разговор? Я была готова ко всему...

– Возможно, сейчас слишком рано думать о будущем, о семье, о детях,... но я бы хотел, чтобы нас было трое. Ты, я и плод нашей любви. Да, я боюсь, стать отцом... боюсь вырастить своего ребёнка так же, как вырастил и воспитал меня мой отец. Но ты... изменила меня, Аманда. Я боялся влюбиться — но влюбился. Я боялся брака — но сейчас я счастлив. Я боюсь взять на себя эту огромную ответственность... но...

– Ты прекрасный человек, лучший мужчина и муж, а главное, ты сможешь стать идеальным отцом, Алвиз. Ты станешь лучшим примером для... нашего ребёнка... – заткнула его я своей поддержкой, понимая, что кроме меня никто и никогда не сможет исполнить эту нереальную мечту.

– Аманда... – пытался заткнуть меня он, стараясь отвлечь от реальности.

– Алвиз, ты исполнил мою мечту. Ты сделал меня счастливой и продолжаешь это делать. Поэтому позволь мне исполнить твою мечту, любимый... позволь дать тебе счастливую семью.

– Аманда, это большая ответственность — стать родителями, и если ты не хочешь...я пойму, – всё ещё напряжённо и осторожно говорил он.

– Мы ведь справимся, если будем держать руку об руку?

– Справимся, Звёздочка.

Алвиз.

Нью-Йорк был не моим городом. Нью-Йорк была не моей территорией, где я был бы в безопасности. Раньше, когда я прилетал в Нью-Йорк один, я никогда не боялся за себя, за свою жизнь, ведь дома меня никто не ждал. Но не сейчас. Сейчас я переживаю не только за свою жизнь, не только за себя, которого дома ожидает любимая жена, но и за жизнь своей любимой женщины, которая ради меня готова взять на себя большую ответственность на ближайшее навсегда. В своей стране, в своём городе, на своей территории, где только свои люди, защищать свою семью мне удаётся легче, ведь в свою крепость я не пускаю ни одно ядовитое существо. Защитить любимых на территории врага сложнее, ведь их людей здесь больше, чем моих. Здесь, где мы счастливы, в один момент мы можем потерять всё. И именно поэтому я не хотел проводить свой первый медовый месяц, первый месяц счастливого брака, в Нью-Йорке. Но отказать своей жене я не мог. А объяснить — тем более нет.

К счастью, сегодня наш последний день в городе врага. В его адской территории. Но прежде чем уехать, Аманда захотела в последний раз вечером выйти из дома, изучить и насладиться городом, отвлечься в последний раз, жить красиво и не думать о завтрашнем дне, ведь именно завтра мы вернёмся в свою повседневную жизнь. В свою обычную жизнь, которая слишком необычна для нормальных людей. Каникулы заканчиваются, отдых подходит к концу. Но только для Аманды. Ведь в городе врага этот медовый месяц для меня был слишком опасным. Я уверен, что с того момента, как мы приземлились сюда с самолёта, они следят за нами. И что самое отвратительное... я бессилен в чужом городе, на чужой территории. Но, к сожалению, я не мог отказать своей любимой женщине, а всего лишь должен был защитить её жизнь, несмотря на свою убогую. Так же как и сегодня.

К сожалению, я не знал, куда ведёт меня Аманда, ведь последний вечер она спланировала одна, скрытно от меня. Моя жена решила устроить нам последний вечер-сюрприз, скрытно от меня организовав всё и зарезервировав места в кое-каком заведении. Не знаю, подумала ли она об опасности или нет, но знаю лишь одно: этот вечер закончится весело.

Аманда.

Я потягиваю коктейль, ощущая, как сладкий алкоголь обжигает горло, а затем оставляет лёгкое тепло внутри. Музыка громкая, басы вибрируют в воздухе, заставляя сердце биться в такт. Я улыбаюсь, переводя взгляд на Алвиза. Он лениво крутит в пальцах кубик льда, наблюдая за мной с той самой хищной ухмылкой, от которой у меня всегда бегут мурашки.

– Последний вечерь, – шепчу я, перегибаясь через столик.

– И что? – Его голос чуть хрипловатый, напитанный виски.

– Хочу сделать этот посланий вечер для нас запоминающим.

– Ты уже запомнишь, – он наклоняется ближе, касаясь моих губ своими устами, но я лишь смеюсь, отстраняясь.

– Потанцевать хочу, – дразню его.

Алвиз приподнимает бровь, смерив меня взглядом. Я знаю этот взгляд. Он хочет сказать, что я и так слишком много сегодня выпила, но не говорит. Вместо этого он просто откидывается назад.

– Ладно. Только не теряйся, Аманда.

Я бросаю ему озорную улыбку и разворачиваюсь, спускаясь вниз. Музыка становится ещё громче, когда я оказываюсь на танцполе. Люди двигаются в такт, свет мигает, разрезая воздух яркими вспышками. Я закрываю глаза и растворяюсь в ритме.

Алвиз

Я провожу языком по зубам, наблюдая, как Аманда исчезает в толпе. Она двигается в ритме музыки, её тело поддаётся такту, извиваясь плавно, но уверенно. Она сияет как звездочка. Как моя звездочка...

Я делаю ещё один глоток виски, не отрывая от неё глаз. Её светлые волосы мерцают в отблесках стробоскопов, а платье обволакивает её фигуру так, что любой мужик бы убил за то, чтобы быть на моём месте.И, как назло, один такой находится.

Я замечаю его сразу — высокий, черноволосый, двигается слишком уверенно. Секунда, и он уже за её спиной. Его руки скользят к её талии, притягивая к себе. Горло сжимается, в груди вспыхивает ярость.

Аманда вздрагивает, но он не даёт ей шанса отстраниться.

– Какого хрена... — я уже поднимаюсь, отталкивая от себя бокал.

Мир вокруг стирается. Есть только он, его руки на ней и моё желание вырвать ему глотку.

Я оказываюсь рядом за пару секунд. Удар — быстрый, резкий, в челюсть. Парень отлетает назад, но не падает. Он хватается за лицо, а потом достаёт что-то из кармана

Я сразу понимаю, что это.

Аманда.

– Алвиз! — вскрикиваю я, когда вижу, как мужчина выхватывает пистолет.

Всё происходит слишком быстро. Грохот выстрела, крик. Кто-то толкает меня в сторону. Я падаю, но не успеваю испугаться.

Алвиз стреляет.

Парень корчится на полу, держась за ногу. Люди вокруг начинают кричать, паника накрывает танцпол, как волна.

Алвиз хватает меня за запястье, резко дёргая на себя.

– Уходим.

Я киваю, сердце колотится в груди, ноги дрожат. Мы пробираемся сквозь толпу, пока в клубе разгорается хаос.

Только оказавшись на улице, я наконец-то дышу полной грудью.

Алвиз разворачивается ко мне, его взгляд пылает.

– Ты в порядке?

Я киваю, всё ещё не веря в то, что произошло.

Он тяжело выдыхает, потом резко притягивает меня к себе, сжимая в объятиях.

– Больше никогда. Не. Оставляй. Меня. Один.

Я только киваю, зарываясь лицом в его грудь.