Глава 36. Старые проблемы.
Бургас, Болгария. 2021 год.
- Я нашла работу, — ликующе прощебетала девушка, в уже горячую трубку телефона.
На том конце послышался одобрительный вздох.
- Кем? – спросил Паша, и его голос утонул в тысячи звуков, шумной столицы.
- Как всегда, — разочарованно протянула Леся, устроившись удобнее на широких, синих подушках и пледе. Ей нравилось устраивать домашние пикники на балконе. Это одно из сокровенных мест, где она чувствовала себя спокойно. – Официанткой.
- Хорошо, что заведения снова открылись.
- Пандемия не закончена, больные всё ещё есть, но теперь появился хоть какой-то шанс на выживание. Тебе больше повезло с работой.
- Скорее со знакомствами, — поспорил Паша и что-то сказал на болгарском. На фоне послышался смех. – Работать с машинами, тоже не так легко. Привозить и увозить их, проверять, нет ли каких-то царапин.
- Ты же давно привык, — удручено отозвалась Леся, напрягаясь всё больше, когда он снова отвлекся от разговора.
Интересно. Прошло только две недели с тех пор, как Паша вернулся в Софию, но тоска душила её сильнее, чем когда-либо. Квартира снова пустовала, но уже как-то по-другому. Без топота любимого питомца или смеха друзей, помещение превратилось просто в жалкие стены, несущие в себе, долгую историю существования. Они будто впитали все секреты и перешептывания подруг, собрали все отблески заката и рассвета, смешались с её слезами или страстными стонами. И потеряли сокровенность. То, что она любила больше всего на свете, перестало приносить радость. Первый шаг к изменению жизни, оказался тяжелее, чем Леся думала. Даже теперь, когда Паша, совсем не грустил без нее и продолжал также собираться с друзьями, она не имела права высказать ему свои претензии. Ей так казалось. Нельзя наступать на те же ошибки, недосказанности и подозрения. Хотелось сохранить то тепло, что осталось при последней встрече.
- Да, как никак, уже почти пять лет в этой фирме. Здесь есть свои плюсы: официальный отпуск, например. То, чего нет у людей, который до сих пор не получили ПМЖ.
Леся грустно вздохнула.
- Мне остался год.
- Совсем немного.
- Да, только мне предстоит развод, который может многое поменять.
Паша помолчал, заметно мрачнея. Она почувствовала это, даже находясь в Бургасе.
- Не волнуйся. Как только вы разведетесь, мы подадим заявление в ЗАГС, — уверил он. И тон его, правда, приобрел холодный, почти стальной оттенок. – Мою невесту, выгнать они не имеют права, из страны. Не волнуйся, мышонок.
- Ты собираешься приехать в Бургас? – наконец выдохнула Леся, обнимая себя руками.
Солнце уже клонилось к самой земле, и на балконе, начали отплясывать тени.
- Не в ближайшее время, — буркнул он.
Леся сглотнула.
- Ты обещал, что будешь приезжать. Мне здесь, одиноко без тебя.
- Я знаю. Поверь, я тоже скучаю по тебе.
Почему ей снова кажется, что он врет?
- Когда ты начинаешь новую работу?
Она закусила губу, слегка подергав цепочкой на шее, слушая железные отзвуки.
- Через несколько дней, полагаю.
- Приезжай ты ко мне.
Она задумалась. Шесть или восемь часов в дороге туда, столько же обратно, и лишь один день в Софии.
- У нас будет мало времени, и в каком состоянии, я вернусь?
- Зато увидимся, — весело подбодрил парень.
Леся прерывисто вздохнула. Это в любом случае лучше, чем ничего. Увидеть его нежное выражение лица, прочувствовать нахождение рядом, прикосновения рук и губ. Одиночество угнетало с такой силой, как будто гравитация испарилась и тянула к земле, всё больше и больше.
- Хорошо, я куплю билет.
- А я буду тебя ждать.
- До встречи.
***
Не имел смысла сон. Она не смогла сомкнуть глаз всю дорогу, слушая музыку, смысл которой не понимала. Всё, что хотелось, это скорее кинуться ему на шею, уловить легкие нотки парфюма и забыться. Убежать от тени сомнений и угрюмости в пустынной квартире, которую она звала домом. Каждому человеку, хочется кому-то принадлежать, быть необходимым.
Стоя посредине автовокзала, слегка покачиваясь от ночной тряски и изнеможения, она рассматривала каждого прохожего человека. В толпе все казались знакомыми, но не им. Вот тот высокий молодой человек, тут же вцепился губами, в совсем миниатюрную девушку, с большим чемоданом. Вот пожилая женщина промачивала глаза белой салфеточкой, пока смотрела, как такого же возраста мужчина, тянется к ней руками. Вокзал – всегда место грусти, перемешанного с прошлым и воспоминаниями. Он всегда внушал ей страх разлуки, были ли, это родители, улетающие в Россию, или Паша, махающий на прощание ладошкой.
- А вот, и ты, — кто-то схватил ей за талию, нежно прижимая к себе.
Узнав его голос, она, как игривая кошечка, растаяла рядом с ним и потерлась носом, о его нос.
- Думала уже, не придешь, — растянулись её губы в улыбке.
Он поцеловал их в ответ.
- Прости, — прошептал он. – Вчера случилась неожиданная встреча друзей. Мы уехали на дачу. Всё спонтанно вышло.
Сердце в груди предательски заныло и укололо, куда-то в затылок. Там целый рой мыслей, тут же ужалил и выдумал целый поток эмоций. Неужели, ему важнее повеселиться с кем-то, чем встретить её, в чужом городе? Здесь же и донесся весь аромат бурной ночи: алкоголя и табака. Она поёжилась, всмотревшись в его слегка покрасневшие глаза. Или от недосыпа, или вновь что-то принимал?
Леся проглотила обиду и целую гамму противоречивых чувств. Стоило ли сейчас портить поездку, когда она уже здесь?
- Ты же знал, что я приеду, — не выдержала девушка, когда они уже сели в машину.
Он закатил глаза, заводя мотор.
— Это не значит, что я должен сидеть дома, и ждать?
Она цокнула языком, но отвечать не стала.
Минут через двадцать, они оказались в его съёмной квартире, из двух комнат, маленького холла и кухни. Здесь бы, она точно хотела жить. Не в двух стенах, как в Бургасе, с едва работающей мультиваркой. А здесь, с этим белым, квадратным столом посередине кухни, большой плитой, высоким холодильником. С окнами, выходящими во двор, на большую, современную детскую площадку. Там могли играть их дети в будущем. Впрочем, сейчас это не столь важно.
- А твой сосед? – кивнула она на закрытую комнату.
Паша отмахнулся, оставляя её сумку у подножия широкой кровати в спальне.
- Он уехал в Бургас. У него там семья, в поселке. Кажется, в доме живут.
- Здорово, — сладостно протянула девушка. – Значит, мы здесь вдвоем?
- Только ты и я.
***
После обеда они пошли в центральный парк Софии – «Борисова градина». В каждом городе есть что-то особенное, запоминающееся. То, что не должно оставить равнодушным. То, что нужно запомнить. Здесь памятник — царю Борису третьему, широкие тропы, с тенистыми деревьями, куда хотелось спрятаться от всепоглощающей жары. Неподалеку пруд, с вечно переговаривающимися между собой, утками, смешно ныряющими под совсем прозрачную воду.
Сели у водоема, заполненного кувшинками. Они занимали всю поверхность воды. Сложно даже представить, что там вода. Место доверительно скрывало их от других людей, нависшими ветвями деревьев. А шум завсегдатая во всей стране чаек, заставлял улыбаться.
- Здесь прекрасно, — оценила Леся, взяв его за руку.
- Я знал, что тебе понравится. Ты же у нас любишь природу.
- А ты разве нет? – огорчилась девушка, уронив голову ему на плечо.
- Не то, чтобы. Я к ней равнодушен, но, когда радуешься ты, мне становится ещё лучше. Эти «Маритански поляни», точно место для тебя.
- Смешное название, — похихикала Леся, но вдохнула воздуха, полной грудью, стараясь не думать, как быстротечно время. Оно убегало из её рук, как песок сквозь пальцы.
- Как будто, и не расставались, — шепотом произнес Паша.
Леся вся сжалась.
- Не хочется об этом, — попросила она, слегка отстраняясь.
- Придётся, принять.
- Знаю, но что-то же изменится теперь?
- Ты о чем?
- Мы знаем наши прошлые ошибки и теперь сможем измениться.
- Наши, — задумчиво проговорил Паша. – Скорее, твоё недоверие ко мне и сомнения.
- А твоё невнимание?
- Я считаю, что уделял тебе достаточно внимания. То, что у тебя нет друзей в Болгарии, Лесь, это большое упущение. Если бы они были, ты бы занималась походами, прогулками, вечеринками вместо того, чтобы выдумывать и собирать сплетни обо мне, — выдохнул Паша.
Леся поперхнулась, почувствовав, как сердце ухнуло и упало в пропасть. Глаза застилала пелена, нахлынувших слез. Изменилось ли что-то между ними? Нет! Эйфория от встречи и страсти, не давала им увидеть то, что старые проблемы, никогда их не покинут.