Игра 1
Еда приятно согревала внутренности. Я ела и даже не думала о том, как выгляжу.
Я одна.
Подавилась несколько раз, пока ела. Но воду я всё-таки нашла. Сейчас не моё лучшее состояние. Уже прошло несколько часов, а может и больше после моего обеда. Хотя омлет навряд ли таковым можно назвать.
Я уже кучу времени сижу на этом долбанном матрасе и держусь за живот. Он очень сильно болит и его как будто постоянно режут. Может это из-за того, что я поела так сразу? После долгого голодания?
Всё ещё ничего не вижу, но становится легче, когда ты чувствуешь в себе силы от еды и воды. Это несомненно помогло.
Вокруг было холодно и футболка уже не спасала. Я сидела и пыталась разогреть себя, сильно не дёргаясь, что бы не болел живот и рука. От темноты в глазах уже болело и глаза начинало щипать. Может я уже начинаю видеть хоть что-то?
Быстро поморгала глазами, что бы хоть что-то разобрать в темноте, но ничего не получилось. Всё было так же кромешный темно, как и последнее время. Повертела головой и шея заболела, я решила встать и пойти попить снова.
Живот заныл и я чувствовала, как там всё бурлило. Рука невольно легла на живот, что бы его успокоить, но это не помогло. Больной рукой резко взялась за стену позади, что бы не упасть и она заныла.
Потянулась и медленно пошла к раковине. Ноги шаркали по полу и мне был не приятен этот звук. Ноги неприятно тяжелели, словно я вот-вот отключусь, но какой-то усталости не было. Мне казалось, что тело просто перестаёт меня слушаться.
Темнота полностью обезоруживает меня и я не знаю, что делать. Жалкий писк вырывается из нутра и я понимаю, что падаю. Ног уже не чувствую. Голова болит и живот в придачу. Понимаю, что не могу взяться за живот, потому что руки меня не слушают и просто лежат.
Я лежу на грёбаном полу и теперь даже холода не чувствую, пялюсь куда-то вверх и даже не знаю, что происходит. Радует хоть то, что я могу шевелить головой.
Ничего не могу сделать! Ненавижу это чувство! Ничего не могу! Ничего!
Слёзы начинают литься по моему лицу и я позволяю себе стать слабой. Они бегут рукой, потому что я позволяю себе это. Я устала... Устала быть сильной, бороться, жить. Мне надоело выживать а не жить! Я хочу свободы, утешения, хочу любви и спокойствия.
Слёзы уже, наверное, сделали целую лужу, потому что я не могла перестать плакать. Голова раскалывалась, двигаться я не могла, да и видеть тоже.
Чёртов Ташкент!
-Это ты со мной сделал! Ты сделал!-ору я на весь дурацкий подвал. Голос, такой сломанный разносится по всему подвалу.-Я ненавижу тебя! Не-на-ви-жу!-мои слова обрушиваются новым потоком слёз.-Я больше не могу, не могу, слышишь!? Ненавижу тебя, ненавижу!
Моё тело полностью обмякло, я не чувствую ничего...
Но мои слёзы всё так же текут и я понимаю, на сколько я слаба. Я не могу... Ничего не могу. Я умерла вместе с Кириллом и меня больше нет.
Ташкент убил меня... Никита убил меня... Забрал всё, что было и увёз с собой. Отдал другой и просит у меня ещё. Он забирает, опустошает, убивает всё внутри меня. Я вся сгнила.
Я не сразу понимаю, что меня взяли на руки. Открытые глаза не помогают, потому что я всё равно ничего не вижу. Слёзы уже почти кончились, но я знаю, что моя слабость это не они, а я сама. Это Ташкент. Это ОН.
Он моя слабость.
Боже, помоги мне.
Когда меня кладут на мягкую поверхность, я понимаю, что могу чувствовать. Я так хочу чувствовать, так хочу видеть. Это невыносимо. Это ломает меня.
Я готова сдаться и уйти отсюда. Готова бросить всё, заплакать и простить Ташкента, лишь бы я могла остаться жить спокойно.
Я хотела жить, а не выживать. Это было мне необходимо.
Тело поддалось и я сжалась в один комок, жалкие всхлипы всё ещё исходили от меня. Мягкая ткань подомной приятно согревала, но это не помогало.
Мне было так холодно, так одиноко, так...
Я бы всё отдала, лишь бы увидеть маму и сестёр ещё хоть разок, а за то, что бы запустить руку в кудри Макара можно ещё не есть и не пить неделю. Арти... Он там один, в моей школе.
Боже, я так одинока.
У меня нет никого и все отвернулись от меня.
Я уничтожила свою жизнь, убила себя и Кирилла.
Ведь это из-за меня...
Из-за меня! Всё из-за меня! Если бы не я... Возможно он бы жил. Был счастлив с другой. Все бы были счастливым,если бы не я.
Я то, что приносить одни беды. Слёзы намочили ткань под моей щекой и я поняла, как ничтожна, как глупа и как противна самой себе. Внутренности начали болеть, всё приходит в норму. Дыхание сбивается, долбаные лёгкие отказались слушаться, после того, как Кирилл умер.
Я потерялась...
Чёрт бы меня взял, я потерялась.
Чьи-то руки берут меня и распрямляют из узла в нормальную позу. Живот режет и я скулю, как щенок в углу конуры. Даже не пытаюсь открыть глаза. Закусываю губу, когда оказываюсь снова на руках.
Теперь я, как какой-то котёнок, который боится всего, хватаюсь за человека, что несёт меня и прижимаюсь всем телом. Не успеваю очнуться, как оказываюсь в ванной.
Горячая вода обжигает кожу, но всё тело мгновенно становится, как вата. Я полностью погружаюсь в воду и из лёгкий выскальзывает последний воздух.
Я так устала, устала бороться...
Устала выживать.
Устала.
Мою шею хватают и тащат на поверхность. Воздух такой холодный, освежает, когда поступает в лёгкие снова. Слышу чей-то голос, какие-то слова, но не могу разобрать... Всё как в тумане. Лежу почти без чувств в этой ванной.
Она заставляет меня верить, что не всё так плохо, но...
Всё куда нельзя хуже.
Всё отвратительно.
Я монстр.
Я чудовище.
Я...
Тело отчаянно пыталось бороться и жить, но я понимала, что не хочу. Понимала, что мне это не нужно, что не хочу. Моё лицо оказывается в чьи-то тёплых руках. Стон слетает с губ, когда я трусь о большую руку.
Это невозможно.
Невозможно выносить.
Тряпки, которые на мне надеты, были незамедлительно сняты. Они слетели так быстро. Я даже не успела встрепенуться. Глаза открывать не хотелось, сил не было и толку тоже. Руки потянулись к телу, что бы прикрыться, но запястья уже были в оковах.
Я как маленькая захныкала, но в ванную кто-то лёг. Теперь я могла спокойно лежать на тёплом теле, не боясь погрузиться в воду. Моя спина лежала на широкой груди, тёплые руки обнимали меня и я растаяла.
Потекла словно пломбир от жары. Тело жалось к такому нужному телу, а вода приятно окутывала. Руки гуляли по моему телу, аккуратно касаясь живота или рук.
Мне захотелось уснуть. И я почти это сделала. Со мной не говорили. Когда меня посадили в ванной, я всё так же чувствовала спиной чью-то грудь.
Холод мгновенно окутал меня, почти пожирая, но тело сзади грело меня. Скользкие движения покрыли кожу и запах цитруса ударил в нос, губка для тела шаркала меня, но это заставляло греться. Поэтому я податливо сидела.
Вскоре вся вода ушла, я услышала душ. Вода заструилась по моим плечам, а потом по голове. Попала на лицо, но я не обратила внимание. Большая рука пробежалась по щеке, спустилась за шею...
Приятные прикосновения.
Поднял меня на ноги и дал огромное махровое полотенце. Оно такое мягкое. Всё, блин, после недели отлёжа в камере кажется приятным. Я без капли смущения вытерла свои волосы, а потом закуталась в него. Хотела переступить через сторону ванной, но меня снова подхватили на руки. Открыла глаза, но только темнота.
Я потёрлась щекой о тёплое тело, а позже почувствовала и мягкую постель. Меня оставили лежать в ней и я, не теряя времени, закуталась в одеяло с головой. Я почти уснула, когда рядом лёг кто-то.
Без тени сомнения он притянул меня к себе. Спиной я была прижата к его груди, но это не помещало мне повернуться к нему лицом. Раскрыла глаза. Ничего не было видно.
Положила пальцы на щеку и пробежалась пальцами. Не решившись ничего сказать, потёрлась о него и уткнулась носом в его грудь. Бережно обнял меня и я поняла, что хотя бы ночь могу поспать. Его рука легла на мою талию и парень прижал меня к себе. Его нос был в моих волосах и он приятно сопел.
Улыбнулась этому.
Все проблемы я решу завтра, а теперь могу и полежать.
Поспать спокойно.
_____________________
Кто же этот парень рядом с ней?
Рады, что хоть кто-то решился ей помочь?
Простите, что глава маленькая.
powerfuland