29
Чонгук и без того был весь на нервах, когда недоуменным вопросом затрещала прикрепленная к поясу рация:
— Кто отправился в город?
— Никто, — ответил Чонгук.
— Прости, босс, но кто-то помчался к шоссе, как летучая мышь из ада, — сообщил Майк.
— Какой автомобиль? — предчувствуя неладное, спросил Чонгук, уже разворачивая свой грузовик обратно к дому.
— Старый синий пикап.
На нем Дженни иногда ездила в город.
Уже через несколько минут Чонгук примчался к дому, протиснулся мимо Патрика, по-прежнему маячившему возле задней двери. Время, которое потребовалось, чтобы вынуть ключ и вставить его в замок, показалось бесконечно долгим, когда на самом деле прошло всего несколько секунд... каждая из которых на счету.
— Что случилось? — спросил Патрик.
— Скажи, что не позволил Дженни уехать.
— Мне казалось, меня поставили, чтобы поймать какого-то мужика, а не стеречь мисс Дженнифер, — с ужасом промямлил Патрик.
Чонгук позвал ее по имени. Раз, второй. Ничего. Направился по коридору в ее спальню и застыл на пороге.
Окно открыто, Дженни нет.
Первая мысль — она сбежала. Снова сменит фамилию, найдет другую работу с оплатой наличными, и он никогда ее не найдет.
Потом возобладал здравый смысл. Теперь Чонгук ее знал — Дженни не трусиха. Она бы обязательно сообщила об отъезде, чтобы он не волновался. Она не уедет, для начала не поговорив с ним. И она взяла бы свой «субару», а не один из грузовиков ранчо.
К тому времени, как Чонгук вернулся на кухню, Патрик и Чимин уже поджидали, выглядя такими же встревоженными, как он себя чувствовал.
Невозможно что-то предпринять, не зная, куда она направилась и почему. Но и бездействовать тоже нельзя.
А потом Чонгук заметил беспроводной телефон, валяющийся на полу под столом, а не воткнутый в базу, как обычно. Схватил его и сразу проверил список последних вызовов.
Два звонка с мобильника Лисы. Один пропущенный, второй через пару минут. Прошло не более пяти минут после окончания последнего разговора, когда Майк увидел, что кто-то мчится в город как угорелый.
Воскресенье. Лиса должна быть дома.
Чонгук нажал на кнопку повторного набора, потом остановился и задумался.
— Дай мне свой сотовый, — попросил он Патрика.
Иногда сеть барахлила, но сейчас на телефоне светились два деления. Сойдет. Чонгук набрал мобильный Лисы. Через пару секунд услышал предложение перезвонить позже, снова позвонил, потом еще раз, а затем переключился на голосовую почту Лисы.
* * *
Дженни, вцепившись в руль, до упора вдавила педаль газа, испытывая предел возможности старого грузовика. У нее не было шансов спасти Нову. Она никогда по-настоящему не сражалась с Брэдом, вообще не сопротивлялась. Он напугал, она сбежала. Если бы она осталась, если бы боролась с ним вместо того, чтобы умчаться в Даллас, Нова осталась бы жива. Возможно, сама Дженни уже погибла бы, ведь Хендерсон крайне опасен, но на этот раз...
«На этот раз не позволю этому случиться. Любой ценой сберегу Лалису. Даже если придется умереть, даже если сегодня закончится моя жизнь, ни за что не потеряю еще одну подругу от руки урода, который уже украл у меня эту самую жизнь».
Дженни не отрывала глаз от дороги, стремясь ехать как можно быстрее, с ужасом гадая, не причинил ли Брэд еще больше вреда Лисе после окончания разговора.
Это правда, что Брэд украл ее жизнь, но то была прежняя жизнь, а здесь она нашла новую, нашла Чонгука, Лису, Чимина и всех остальных ковбоев. Да, всё новое, но, черт возьми, замечательное. В этих местах она чувствовала себя лучше, чем где бы то ни было раньше. Разумеется, незачем благодарить Брэда за вынужденный побег, и всё же, по большей части именно благодаря ему теперь у нее есть за что бороться.
Пистолет лежал на пассажирском сиденье, полностью заряженный, спасибо Чонгуку, что научил им пользоваться. И, ей-Богу, она будет сражаться за свою жизнь и жизнь всех, кого любит. Брэд знал ее как женщину, способную только бегать, а не воевать. Знал ее как пугливую, легко управляемую, запуганную мышь.
Но теперь она стала другой. Она изменилась и была более чем готова бороться за всё, что у нее есть.
* * *
Псих не оставил никаких шансов. Лиса едва могла двигаться, однако он привязал ее к стулу ее же собственной веревкой и ее же проклятой клейкой лентой. Причем поставил стул посреди гостиной, словно в партер перед намеченным спектаклем.
У Брэда явно кружилась голова от счастья, он вел себя как ребенок в Рождество, слишком взволнованный, чтобы успокоиться. Проверил оружие, автоматический пистолет, уже три раза, хотя Лиса сомневалась, что он выстрелит в Дженни, едва та шагнет внутрь. Для него это слишком неинтересно, слишком быстро.
Хорошо. Если он промедлит, есть шанс, что они с Дженни сумеют остаться в живых.
Лиса знала что Чонгук научил Дженни стрелять и грязным приемам в драке. Вопрос в другом: не запаниковала ли подруга и не примчится ли сюда неподготовленной? Не забудет ли полученные навыки, не сдастся ли на милость обезумевшего урода или же придумает какой-то план?
Брэд явно начал дергаться. Лиса сообщила, что от ранчо путь неблизкий, но, видимо, он не отличался терпеливостью. Чем сильнее он злится, тем больше вероятность, что совершит нечто безрассудное, когда приедет Дженни. Как бы ни хотелось Лисе отойти на второй план, понадеявшись, что гребаный подонок о ней забудет, всё же придется как-то его занять, чтобы удержать от опрометчивых действий.
Она подняла голову, глубоко вдохнула, невзирая на боль, и спросила:
— Почему она?
Брэд обернулся и посмотрел на Лалису, вздернув подбородок:
— В смысле?
— Почему Дженни? — Лиса пожала бы плечами, даже связанная, но с травмированными ребрами шевелиться не хотелось. — Ну, говорят, свет клином не сошелся, и всё такое. Я имею в виду, она конечно симпатичная, но в мире полным-полно девушек гораздо красивее. Ведь она не мисс Техас, чтобы вызвать такую преданность?
Лиса выбрала слово «преданность», а не «одержимость» или «психическое расстройство», чтобы не спровоцировать новое нападение.
— Ревнуешь? — расцвел Брэд в жуткой улыбке.
«Размечтался, козел».
— Просто интересно.
Хендерсон молчал несколько минут. Снова проверил пистолет и посмотрел на дверь, словно готовясь к приходу Дженни. Наконец сказал:
— Она во мне нуждалась. Я это сразу понял, когда впервые заглянул ей в глаза, а она впервые мне улыбнулась. Она была такая... хрупкая. Захотел о ней позаботиться, укрыть от всего мира и... уберечь.
«Ага. Посадить на цепь».
— Очень мило с твоей стороны, правда. — «Омерзительно». — Ты никогда с ней об этом не разговаривал? Никогда не раскрывал своих чувств? Знаю я вас, парней, прячете эмоции, вот девушки ни о чем и не догадываются.
Если этот придурок решит, что имеет хоть какой-то шанс наладить отношения с Дженни, возможно, и не примется стрелять, едва та войдет в дом.
— Она не дала мне шанса что-то объяснить, — с грустью признался Брэд, явно жалея себя. — Я оставил букет у нее на кровати, чтобы она удивилась, вернувшись домой с работы. Навел порядок в ее шкафу, в центре выложил купленные для нее красивые вещи, а остальные убрал в сторону. Звонил по ночам, чтобы просто услышать ее голос и убедиться, что у нее всё хорошо. Следил за ней, чтобы обеспечить безопасность. — Он покачал головой. — Однако она ничего не оценила по достоинству.
— И всё же ты должен был с ней поговорить и всё объяснить.
А возможно, услышав объяснения, Дженни насмерть переругалась с придурком.
Сволочь. Боже, надо быть больным на всю голову, чтобы вламываться в чужую квартиру и перекладывать вещи в шкафу! Дженни, должно быть, до ужаса перепугалась.
Снаружи послышался шум грузовика. Подруга, наверное, мчалась как ураган, раз добралась так быстро! Конечно Чонгук с ней. Они припаркуются на дороге, к дому Чонгук придет пешком. Брэд тоже услышал звук приближающегося автомобиля и шагнул к окну, чтобы отодвинуть занавеску.
— Дженни, — прошептал он, потом повернулся и посмотрел на Лису. — Вам повезло, мисс Манобан. Она приехала одна, в соответствии с инструкциями.
«Помечтай, тупой говнюк».