•
Вскоре после полудня дождь наконец прекратился, и мы с Кейси упаковали палатку и наши пожитки. Наши глаза встретились, когда мы собирались. Воздух между нами был густым, полным любви, которую мы создали. И мое сердце переполнялось ею.
Мы написали Тео, чтобы он знал, что мы живы и здоровы, а затем поехали обратно в Лас-Вегас. Я положил правую руку ей на бедро. Мы разговаривали и смеялись, как обычно, но между нами была густая, теплая тишина, которую не нужно было заполнять вообще ничем.
Едва мы закрыли входную дверь моей квартиры, как она снова оказалась в моих объятиях, и я прижал ее к стене, целуя и разрывая руками ее одежду. От нее все еще пахло дождем и горячим кофе, который мы пили на привале. Я хотел смыть с себя дорогу.
С нас.
Теперь мы были собой, и это питало мою похоть почти так же сильно, как тело Кейси.
Каким-то образом мы добрались до ванной и приняли душ, едва успев вымыться, так как не могли перестать прикасаться друг к другу. Мы целовались между взмахами намыленной мочалки. Я попытался прижать ее к стене, но она выскользнула из моих рук и упала на колени.
Мои лопатки ударились о плитку. Я тупо смотрел в пропотевший потолок, пока ее сочный рот разгадывал то, что осталось от моего рассудка. Выйдя из душа, я высушил ее кожу, как и в палатке, затем положил ее на туалетный столик, чтобы раздвинуть ее бедра и прижаться к ней ртом. Я спускался вниз, пока она не стала стряхивать вещи с раковины, ее крики заставляли дребезжать аптечку. Я хотел идти глубже и сильнее, чтобы она кричала громче. Я нуждался в ней, чтобы она заполнила мой рот и уши, хотел столько, сколько она могла дать мне. Столько мгновений, сколько я могу успеть ухватить, прежде чем они выскользнут из моих пальцев. Прежде чем я выскользну из ее пальцев.
Проголодавшись, мы заказали еду в японском ресторане и сумели остаться одетыми достаточно долго, чтобы съесть ее.
- А теперь иди спать, - сказала она.
Я откинулся на подушки, и она забралась на меня сверху. Она вцепилась в раму кровати над моей головой, ее волосы падали на меня, как бледный дождь, ее грудь колыхалась, когда она оседлала меня, тяжело опускаясь, когда я поднялся ей навстречу. И в тот раз, без сомнения, мы кончили вместе.