5
Следующий день начался напряжённо. Сынмин чувствовал это ещё до того, как вошёл в школу — воздух был как перед бурей. Шепотки в коридорах стали громче, взгляды — злее.
— Что-то назревает, — тихо сказал Чонвон, когда они шли в класс.
— Они не успокоятся, — кивнул Сонхун, поправляя рюкзак. — «Короли» не привыкли, чтобы им кто-то бросал вызов.
— Пусть попробуют, — усмехнулся Джей.
Сынмин чувствовал себя лишним среди их уверенности, но Ники шёл рядом — как всегда, близко, будто защищая одним своим присутствием.
На перемене всё началось.
— Сынмин! — окликнул его резкий голос, и он вздрогнул.
«Короли» стояли посреди коридора, окружённые толпой. Чан смотрел на него, и в его взгляде было что-то недоброе.
— Иди сюда, — приказал он.
Сынмин замер.
— Ты не обязан никуда идти, — сказал Ники, голос его был низким, предупреждающим.
— Это не твоё дело, — бросил Минхо. — Или ты уже его хозяин?
— Он сам решает, куда идти, — спокойно сказал Хисын, делая шаг вперёд.
— Правда? — усмехнулся Хёнджин. — Тогда пусть покажет.
Сынмин почувствовал, как все взгляды устремились на него. Ему хотелось исчезнуть.
— Сынмин, — вдруг раздался голос Ники, тихий, но уверенный. — Ты не обязан делать то, что они хотят.
— А если он не сделает, — вмешался Джисон, — мы убедимся, что он об этом пожалеет.
— Попробуй, — бросил Джей, его глаза сузились.
— Хватит, — вдруг сказал Сынмин.
Тишина была оглушительной.
— Я устал, — он поднял глаза, — от ваших игр. От вашей ненависти. Вам мало, что вы сделали со мной?
— Ты думаешь, эти «защитники» помогут тебе? — усмехнулся Чан. — Они тоже бросят тебя, как все остальные.
— Нет, — сказал Ники, и в его голосе была такая уверенность, что Сынмин поверил.
— Мы не бросим, — добавил Джейк, вставая рядом.
— Никогда, — кивнул Чонвон.
Сынмин впервые увидел, как в глазах «королей» мелькнуло сомнение.
— Это ещё не конец, — холодно бросил Чан. — Мы это так не оставим.
— Мы готовы, — ответил Хисын.
Когда всё закончилось, Сынмин почувствовал, как дрожат его руки.
— Эй, — Ники осторожно взял его за плечо. — Всё в порядке. Я здесь. Мы все здесь.
И впервые за долгое время Сынмин поверил, что он больше не один.
Следующие дни были словно затишье перед бурей. Сынмин ждал удара — знал, что «короли» не остановятся. Но было и кое-что новое. Или, точнее, кто-то.
Ники.
Он всегда был рядом. В классе, в коридорах, на улице. Сынмин чувствовал его взгляд, его тепло — и это было… странно. Не пугало, но заставляло сердце стучать быстрее.
— Почему ты это делаешь? — однажды не выдержал он, когда они остались вдвоём на крыше школы.
— Что именно? — Ники склонил голову набок.
— Защищаешь меня. Заботишься обо мне. — Сынмин смотрел на него, не отводя взгляда. — Я… я никому не нужен.
— Ты нужен мне, — ответ был таким простым и таким… честным, что Сынмин не знал, как на него реагировать.
— Ты… врёшь, — прошептал он.
— Нет, — Ники сделал шаг ближе. — Я не лгу. И никогда не оставлю тебя.
Сынмин хотел ответить, но дверь на крышу распахнулась.
— Ах, вот вы где, — голос Чана был холодным и злым. — Значит, ты всё-таки решил забрать себе нашего маленького изгоя, Ники?
— Он — не ваша собственность, — Ники даже не обернулся, продолжая смотреть на Сынмина.
— Но ты же понимаешь, что мы это так не оставим? — Минхо прислонился к косяку двери, улыбаясь.
— Мы не боимся вас, — раздался голос Хисына за их спинами, и через секунду вся семёрка новеньких была рядом.
— Если вы думаете, что можете продолжать угнетать Сынмина, — Джей шагнул вперёд, — вы сильно ошибаетесь.
— Хватит, — голос Сынмина дрожал, но он поднял голову. — Я не позволю вам больше мной пользоваться.
— Сильные стали за тебя горой — и ты решил, что стал смелым? — усмехнулся Хёнджин.
— Нет, — Сынмин сделал шаг вперёд. — Я просто понял, что больше не буду молчать.
— И тебе лучше привыкнуть к тому, что он больше не один, — добавил Ники, встав рядом.
Чан прищурился.
— Это война, — сказал он.
— Пусть будет так, — Хисын улыбнулся, и в его взгляде было обещание.
Когда всё закончилось, и «короли» ушли, Сынмин почувствовал, как ноги его подкашиваются.
— Всё хорошо, — Ники обнял его за плечи, и это прикосновение было таким тёплым, таким родным…
— Почему ты это делаешь?.. — снова прошептал Сынмин.
— Потому что ты мне дорог, — ответил Ники. — И я никому не позволю тебя обидеть.
Сынмин постепенно привыкал к тому, что у него есть стая. ENHYPEN стали для него чем-то вроде семьи — тёплой, поддерживающей и всегда готовой встать за него горой.
Но несмотря на это, он всё чаще ловил себя на странном чувстве. Он скучал. Скучал по «королям» школы — по их резким словам, насмешкам и даже по тому напряжению, которое всегда витало в воздухе рядом с ними.
— Ты о них думаешь, да? — Ники заметил это первым.
Сынмин вздрогнул. Они сидели в парке после школы — одни.
— Я… — он не знал, как объяснить это. — Я не знаю. Они ведь… всегда меня ненавидели.
— Может, не всё так просто, — мягко сказал Ники.
Сынмин посмотрел на него. Их связь была особенной — он это чувствовал. Рядом с Ники он не боялся. С ним он мог быть собой.
— А если… они тоже скучают? — вдруг спросил Ники.
— Они?.. — Сынмин не мог в это поверить.
— Я видел, как Чан смотрел на тебя сегодня, — Ники усмехнулся. — Это не взгляд того, кому всё равно.
Сынмин замер. Сердце забилось быстрее.
— Думаешь, они… тоже хотят вернуть меня в свою стаю?
— Кто знает, — Ники посмотрел на него, и в его глазах мелькнула тень ревности. — Но я не собираюсь тебя отдавать.
Прошло несколько дней, но мысли о «королях» не покидали Сынмина. Он старался не показывать этого — не хотел, чтобы ENHYPEN думали, будто он сомневается в своей новой стае. Тем более что с Ники всё стало… ещё ближе.
Ники был рядом всегда. Он встречал его у школы и провожал до дома, садился рядом на уроках, защищал от любого недоброго взгляда. И это внимание пугало и грело одновременно.
— Я вижу, как ты смотришь на них, — сказал Ники однажды, когда они остались вдвоём на крыше.
— На кого? — Сынмин знал, о ком он говорит, но притворился.
— На них. На Stray Kids. — Голос Ники был спокоен, но в нём чувствовалось напряжение. — Ты всё ещё думаешь о них.
— Я… — Сынмин не знал, как объяснить. — Я просто… привык к ним.
— К тому, как они тебя унижали? — Ники прищурился.
— Нет… — Сынмин опустил голову. — Просто… они были частью моей жизни. Долгое время.
— А теперь мы — твоя жизнь, — Ники подошёл ближе, его голос стал мягче. — Я твоя жизнь, Сынмин. Разве тебе этого мало?
Сынмин замер. Сердце колотилось в груди.
— Я… — он не успел ответить.
— Сынмин! — раздался знакомый голос, и он вздрогнул.
На крыше появились они. Stray Kids. Все семеро.
— Кажется, мы тебе не особо нравимся, но ты всё равно не можешь о нас забыть, да? — Минхо ухмыльнулся.
— Не лезьте к нему, — Ники тут же встал перед Сынмином, защищая его собой.
— Расслабься, — Чан поднял руки, будто сдаваясь. — Мы просто хотим поговорить.
— Сынмин, — вдруг сказал Хёнджин, — ты правда думаешь, что они — твоя стая?
— Они заботятся обо мне, — тихо сказал Сынмин, но в его голосе не было той уверенности, которая была раньше.
— А мы? — Феликс сделал шаг вперёд. — Ты думаешь, нам было всё равно?
Сынмин замер.
— Ты был частью нас, даже если ты этого не понимал, — добавил Джисон. — И ты всё ещё наш.
— Он не ваш, — голос Ники был низким и угрожающим. — И никогда не будет.
— Пусть он сам решит, — Чан посмотрел на Сынмина. — Скажи, Сынмин. Кому ты принадлежишь?
Тишина была оглушающей. И Сынмин не знал, что ответить.