катарсис

Мы сидели на собрании школьного совета. Происходило это уже после уроков. Домой я не рвалась, только не понимала: почему другие так спокойно тратят свое время. После того как Мелани рассталась с Николасом: так происходило каждый день. Она была погружена в дела школьного совета, как никогда раньше. Мелани стояла на шатающемся столе и рьяно кричала о том, что мы должны устроить конкурс талантов без победителей, где каждый желающий просто сможет выступить и найти отклик среди зала на свое творчество. Ещё полчаса после она говорила о том, как это важно для становления личности и поиска своей второй половинки.

В какой-то момент, когда разговор снова перерос в спор, я аккуратно встала со стула и вышла из комнаты. Я сидела прямо у двери и молчала, так что моё отсутствие продлится незамеченным ещё минут 10 точно.

Я вышла в коридор, свет в некоторых местах был выключен, все кабинеты закрыты, нависла тишина. Я решилась спуститься на второй этаж, потому что идти в туалет на третьем этаже я не рисковала. Мелани заразила меня своим страхом.

На втором этаже туалет был закрыт, поэтому я оказалась на первом, в очередной раз проходя мимо утреннего граффити, которое до сих пор не стёрли.

В конце этажа кто-то сидел, когда я приблизилась, то смогла разглядеть там Симона.

Парень сидел на полу, прижавшись стеной к холодной стенке и вскинув голову вверх. Его вытянутой руки лежали на согнутых коленях. Возле лежала спортивная сумка, сам он был в спортивной толстовке и шортах.

Я не могла исчезнуть, его глаза уже смотрели на меня: он слегка поднял руку и помахал мне, в воздухе перебирая пальцы. Моё лицо растворилось в улыбке, а рука повторила жест его пальцев.

- Привет, — сказала я, когда подошла достаточно близко, чтобы меня было слышно.

Присесть рядом с ним было очень даже странно, но я это сделала.

- Привет. Я думал у всех закончились уроки.
- А у нас, — я зачем-то подняла руку, показывая большим пальцем назад, — собрание школьного совета.
- Что обсуждаете?
- Конкурс талантов без победителей.
- Очень мило.

Я пожала плечами и тоже вскинула голову вверх.

- Голова болит от всего.
- А у нас тренировка только закончилась. Жду парней.
- Моё собрание ещё не закончилось, я просто попыталась незаметно улизнуть, но никуда не деться: Хелен из совета должна подвезти меня до дома.

Он усмехнулся.

- Уверен ты делаешь, что-то важное для школы. Я здесь не так давно, но парни из команды говорят: вы крутые и к вам всегда можно обращаться.
- В любое время, — я улыбнулась, — в прошлом году удалось отправить на пенсию Чедвика, который стал впадать в маразм и заставлял парней отжиматься по сто раз, садясь на их спины.
- Хорошо, что меня здесь тогда не было.
- Ты ведь пришёл в этом году.
- Да, моя семья переехала из Калифорнии.
- Калифорния? Звучит слишком приятно, я была там пару раз. Почему переехали?
- Отец нашёл новую работу.
- И как тебе наш город? Здесь, наверное, не так тепло.
- Нет, мне по душе ваш город.

В этот момент мой телефон зазвонил: это была Хелен.

- Прошло даже меньше десяти минут.
- Ещё увидимся, — сказала я, вставая с пола.
- Я Симон.
- Джоанна.

____________________

Мы с Хелен сидели в машине, она была за рулём, я, развалившись в кресле, находилась рядом и безнадежно курила сигарету, выдыхая дым в открытое окно.

- О чем ты болтала с тем парнем?

Я неуверенно посмотрела на нее: Хелен тоже была любительницей последить за мной.

- Он просто ждал парней из своей команды, ни о чем.
- Если будете встречаться, брось курить. Хотя бы не кури перед поцелуями. С Эзрой было невозможно целоваться.
- Вы постоянно целовались, Хелен.
- Это было ужасно.

Я усмехнулась.

- Другим девчонкам все равно нравится.
- Он ни с кем не встречается.
- Он встречается с Алексией.

Хелен нахмурила брови и посмотрела на меня.

- Нет.
- Он привозит её в школу, она сидит на переднем сиденье, а рука вечно на его колене, а то и на члене.
- Я могу кому угодно руку на колено положить.
- А его истории, где они вдвоём пьют вино в загородном домике?
- Я этого не видела.
- Он тебя скрыл, Хелен.

Хелен снова бросила на меня взгляд, на этот раз сильно озлобленный.

- К черту Эзру. Ты ждала, что я сейчас расплачусь от неразделенной любви?
- Нет, просто видела, как ты нелепо пыталась с ним флиртовать сегодня и подумала, что...
- Какого черта, Джоанна. Это было не нелепо, я просто... - она стала нагреваться как чайник и казалось вот-вот закипит.

Я снова выдохнула сигаретный дым и посмотрела на Хелен.

- Ненавижу мужчин, — сказала я, — вечно они обманывают.
- Тебя никто не водил за нас, скрывая истории, пока ты ждёшь: а может вы снова помиритесь и начнёте встречаться
- Меня водили за нас, просто.... просто немного по-другому.
- Ты о чем?

Я открыла рот, чтобы излить свою душу, но снова закрыла его. Я не могла. Прошло столько лет, а я до сих пор начинала рыдать при его упоминании.

- Это долгая история. Когда-нибудь в следующий раз.

Она усмехнулась.

- Ты ведь теперь не убьёшь Алексию на собрании?
- Я ухожу из совета, Джоанна.

Я поперхнулась сигаретой и взглянула на Хелен.

- Все настолько плохо с Алексией?
- К черту Алексию, дело не в ней.
- В чем тогда?
- Мама хочет, чтобы я пошла работать, потому что у нас финансовые трудности. У меня не будет на это времени.
- Но ты можешь пропускать собрания, или приходить только на те, которые будут в сетке.
- Я буду чувствовать себя не в курсе дела. Я всегда ощущала себя тем, кто узнает все новости первым.
- Тебе необязательно уходить.
- Совет занимал слишком много мыслей и времени, поэтому так будет лучше. Мне это нравилось, но мне нужно отойти в сторону.

Я остановилась. Не было смысла её уговаривать, спрашивать и приводить аргументы против: нужно было просто согласиться с её выбором и не давить.

- Хорошо.
- Кстати завтра директриса ждёт тебя в своем кабинете по поводу театра. Я могу пойти с тобой, а вечером уже выйду на первую смену.
- Да нет, я и сама справлюсь.
- На самом деле там будет Питер, главный сценарист театра. И он очень сексуальный.
- Я тебя поняла. Ты точно не идёшь.

Она засмеялась.

- Ты же не хочешь сказать, что он тебя тоже привлекает? А как же тот сексуальный футболист?
- Перестань говорить сексуальный, звучит...
- Секс-машина
- Хелен.
- Прости.
- Ладно пойдём вместе. Я даже не спросила: где ты будешь работать?
- В "Чикен донатс"
- Звучит ужасно. Они делают пончики с курицей? Пончики же сладкие.
- Вроде того, — она глянула в сторону и кивком указала мне, — смотри там снова волна.
- Волна? - я быстро вернулась взглядом к окну и стала смотреть на исчезающую стену, — останови здесь.
- Что?
- Хелен!

Хелен свернула на свободное место, которое располагалось вдоль дороги и мы вышли их машины. Здесь было совсем пусто.  Зажигая между зубов еще одну сигарету, я медленно приближалась к чему-то по истине прекрасному, к волне. Ни одна волна в этом городе не ускользнет от меня.

Сомнений, что это была та же самая волна, что и в школе - не было. У нее был один автор: цвет краски, техника - все такое же.

Хелен на этот раз ничего не говорила, мы просто молча смотрели на огромное граффити, которое занимало всю прежде голую и унылую кирпичную стену.

В тот момент, когда я смотрела на нее снова: я не думала о вопросе авторства. Сама личность не была так важна как посыл данного граффити. Если бы мне назвали имя этого человека, мне бы мало что дало это. Вопрос был в том, что означала волна? Символ, воспоминание, пристрастие? Может аллюзия, олицетворение самого себя или внутреннее состояние души?

Я видела в ней силу, захлестывающую силу, которая накрывает тебя целиком. На граффити не изображён человек, но он там есть. Он лежит под этой волной, пытаясь выкарабкаться. Он боится воды или просто не ощущает своего тела; в воде он лишь существует; он словно пассажир самолёта, не в силах которого предотвратить авиакатастрофу. Он ничтожен под силой этой волны. Просто человек. Да и откуда ему было знать, что она накроет так сильно? И разве можно представить какого это тонуть, пока ты не оказалось тонущим в море? Волна - убийственная сила, которая накрывает, и есть ли эгоизм в том, что человек оказался под волной? Разве я становлюсь от этого эгоисткой?