49
Едва только солнечные лучи окрасили небосвод, Лилиана с тяжелым вздохом распахнула глаза, испуганно озираясь по сторонам и фокусируя взгляд на предметах, которыми была обставлена спальня в квартире Егора. В груди потяжелело, словно кто-то зажал сердце брюнетки в тиски и проверял ее на прочность, но девушка не сдалась, не закричала и даже не поморщилась от неприятного ощущения. Еще несколько секунд ей казалось, что сейчас она проснется по-настоящему, она ждала, что вот-вот из сна ее вытянет в реальность и Лу снова окажется в своей камере, только и спустя время Горская все так же обнаружила себя в незнакомой комнате, чувствуя рядом тепло человеческого тела. Девушка робко улыбнулась, вспоминая события прошлого дня. Егор потянулся, обхватывая свою подушку двумя руками, но вдруг резко открыл глаза и приподняв голову с интересом уставился на улыбающуюся Лили. В этот момент он выглядел таким родным и действительно домашним, что та не удержалась и, дотянувшись до его губ, оставила на них долгий поцелуй.
-Ты чего проснулась в такую рань?...
Хрипловатый голос блондина окутал сонное сознание брюнетки, заставляя ее расслабиться. Он перевернулся на спину и, притянув к себе Лилу, довольно улыбнулся, целуя ее в макушку и аккуратно прижимая хрупкое тельце к себе. Горская, прикрыв глаза, прислушалась к гулким ударам сердца артиста и, немного поерзав, уткнулась носом ему в шею, быстро тараторя:
-Я испугалась, что все это было сном. Что это всего лишь очередная игра моего воображения... Я бы сошла с ума, окажись это так на самом деле.
Егор шумно выдохнул, сильнее сжимая в своих объятиях Лу, словно опасаясь, что может не удержать. Слишком часто ему приходилось отпускать ее, смотреть ей вслед, понимая, что он уже ничего не может изменить.
-Тшш... Успокойся. Все хорошо. Я рядом, малыш. Я рядом...
Лилиана притихла, ловя краем сознания обрывки сна и, прижав к губам ткань футболки парня как можно глубже вдохнула аромат его парфюма, будоражащий весь ее внутренний мир. Медленно поглаживая ее по спине, Булаткин стал тихо напевать строчки, приходящие на ум.
-... ты засыпай, малыш. Я приду к тебе... со сне... ты... обними меня... быстрей...
Переходя на шепот, Егор на секунду прервался, вскользь касаясь губами волос брюнетки, и чуть погодя продолжил:
-Засыпай, малыш... Давай растопим этот снег, м?... Приготовимся к весне...
Внутри него разрасталось давно знакомое чувство. Его сложно было описать словами, но каждый хотя бы раз его испытывал. Эти дикие пляски эндорфинов, победные возгласы и только одному тебе понятные молчаливые танцы в твоей голове. Все это может вызвать что угодно, но у Егора такие ощущения появлялись зачастую после написания песен.
-...засыпай, малыш...
Блондин еще раз пропел эту строчку и на его лице расцвела широкая улыбка. Он тихонько усмехнулся, продолжая намурлыкивать мелодию, и прислушался к дыханию Лили. Решив, что она уснула, Егор замолчал. Тяжело вздохнув, артист сглотнул, удобнее устраиваясь на подушке и, закрыв глаза, хотел попытаться снова заснуть, но неожиданно услышал голос Лилианы. Она заговорила таким серьезным тоном, что приподнятое настроение Крида, хлопая крыльями вдохновения, скрылось за горизонтом.
-Как ты думаешь, наши дети смогут когда-нибудь понять нас? Я сейчас вспоминаю все и мне кажется, что это те вещи, о которых лучше никогда никому не рассказывать... Но они имеют право знать, так ведь?
Встретившись с ней взглядами, Егор понял, что она ждет от него такого ответа, который бы успокоил ее. Который бы позволил забыть, что когда-то она считала это проблемой. Блондин нахмурился, бегая глазами по лицу Горской. Ему и самому хотелось бы знать правильный ответ на этот вопрос. И чтобы кто-нибудь заставил его перестать сомневаться в себе.
-Лили... Я думаю, дети поддержат своих родителей и останутся на их стороне, даже если узнают такую правду. Об этом пока сложно говорить... Просто, знаешь... Я... не уверен, что буду хорошим отцом.
Лилиана уперлась кулачком в грудь артиста, кладя на него подбородок и заглядывая в серо-голубые глаза. Она внимательно изучала его, сохраняя молчание и подбирая слова, чтобы донести до Егора то, что Лу поняла уже очень давно.
-Что ж... Эм. Я хочу сказать тебе кое-что, что мне всегда говорил дедушка, когда я сомневалась, смогу ли достичь того, чего действительно желаю. Мы не узнаем, правильным ли путем пошли, пока перед глазами не появится результат нашей работы. Одно я знаю наверняка, ты никогда не причинишь вреда своему ребенку. Это станет первым и главным шагом к твоей вере в себя...
Она прыснула от смеха, перекатываясь на спину и, продолжая хохотать уже в голос, закрыла лицо ладонями. Егор навис над ней и, убрав ее руки, с интересом разглядывал чуть тронутую румянцем кожу на щеках Лу.
-Ты чего?
Брюнетка, выровняв дыхание, выпалила:
-Я готова дать руку на отсечение, что сейчас очень похожа на свою мать...
Все еще посмеиваясь, Лилу встретилась взглядами с Булаткиным и, дотронувшись подушечками пальцев до его щетины, нежно улыбнулась.
-Как такое могло случиться?...
Парень пожал плечами, неопределенно мотнув головой.
-Ну, ты ее дочь, ничего странного.
-Я не об этом.
Он, сдвинув брови на переносице, изучал ее лицо, молча ожидая продолжения.
-Ты и я. Как мы могли влюбиться друг в друга?
Сглотнув, Егор отвел взгляд, плавно опускаясь вниз и вдавливая своим весом хрупкое тело Лили в матрас. Зарывшись носом в ее волосах, парень глубоко вдохнул пьянящий аромат своей любимой и, обжигая ей шею горячим дыханием, произнес:
-Нам больше ничего не оставалось, детка.
Лилиана ощутила знакомое напряжение и легкие мурашки на коже, отчего ее ноготки по инерции прошлись по спине блондина, задевая резинку боксеров. В ту же секунду она почувствовала, как его рука медленно касается ее бедра, сжимая его и оставляя розовые следы от пальцев. Затуманенным взором Лу следила за движениями Булаткина, теряя контроль над своим телом. Оно требовало прикосновений. Выгибаясь навстречу Егору, Лили жадно впитывала его близость каждой клеточкой, ощущая острую нехватку поцелуев певца. Крид остановился, нервно двигая скулами, и вдруг произнес:
-Сделай для меня кое-что...
Горская согласно закивала, пропуская сквозь пальчики блондинистые волосы.
-Что угодно.
Парень резко выпрямился и, притянув к себе Лилу, обхватил ладонью ее затылок, прижимаясь к разгоряченному лбу девушки своим. Сбитое дыхание опаляло бледную кожу Лилианы, но ее сейчас волновал только серьезный взгляд теплых голубых глаз.
-Стань моей женой.
Брюнетка на секунду опешила, отстраняясь от него и ища во взгляде парня подвох, но, поняв, что он говорит серьезно, еще больше смутилась.
-... твоей женой...?
Она запнулась, чувствуя, как по нервным окончаниям прошелся электрический разряд, полностью проясняя сознание. Крид испуганно следил за ее движениями, удивляясь набиравшему обороты собственному сердцебиению. В голове бегущей строкой мелькала одна мысль «Что если она скажет «нет», что если...». Но Лили, набрав побольше воздуха в легкие, на выдохе прошептала, кивая и улыбаясь:
-... да. Я согласна.