42
Помогая убирать со стола, Лилиана, витая мыслями где-то далеко отсюда, несколько раз роняла на пол тарелки, пока несла до кухни, после чего было принято решение, что лучше она просто постоит в сторонке. Хотя так пользы от нее не будет, но и вреда тоже, а это уже огромный плюс. Брюнет с беспокойством наблюдал за ней, прекрасно понимая, о чем думает Лу, и что он не в силах изменить это. Его волновало состояние девушки. Она определенно была нестабильна, и чего ждать от нее в следующий момент – большой вопрос.
-Лили?
Горская, не взглянув на Егора, промычала что-то в ответ, а тот от недовольства шумно выдохнул, упирая руки в бока.
-Эй? Ты вообще с нами?
Лу устремила на него взгляд, наполненный искренним непониманием, и мягко улыбнулась.
-Я... Да. Да, с вами.
-О чем ты думаешь?
Волошин подошел к брюнетке, заглядывая ей в глаза и пытаясь прочесть в них хоть что-нибудь. Когда Виктор Сергеевич брал с него обещание, парень даже не думал, что когда-то будет жалеть, что дал ему его. Старик точно знал, с чем Егору придется столкнуться. Он знал, кем вырастет Лилу. Иначе не требовал бы этого так рьяно... Лилиана пожала плечами, неопределенно мотая головой.
-У меня странное чувство... Будто я сделала что-то не так. Хотя твердо уверена, что все, что я сказала – правильно. Бессмыслица какая-то...
Парень сделал пару глубоких вдохов, беспорядочно бегая глазами по гостиной и, заслонив спиной вход в кухню, придвинулся к Лили, с неким удивлением отмечая, что она никак не реагирует на него. Он усмехнулся, закусывая губу и отстраняясь произнес:
-Неприятно, да?
Тонкая линия рта Горской дернулась, и она закивала в ответ, смерив Егора расстроенным взглядом.
-Неприятно до тошноты. Откуда это взялось? И что с этим делать, когда нет никакой возможности нормально подумать и разложить все по полочкам... Я будто заперла все внутри себя, а ключ потеряла. Я потеряла себя в куче придуманных личностей.
Лили задумчиво нахмурилась, только сейчас замечая, что брюнет стоит от нее на расстоянии вытянутой руки.
-Я лучше пойду спать. Не хочу еще одной лекции от папы. Спокойной ночи, Егор.
Она неловко улыбнулась, чувствуя, как из самых низов поднимается волна колючих мурашек, а уши неприятно закладывает. Ты все еще не избавилась от зависимости, Лилу...
-Спокойной ночи.
Волошин придержал ее за локоть, встречаясь с вопросительным взглядом янтарных глаз.
-Не делай глупостей.
-О чем ты?
Девушка исподлобья посмотрела на брюнета, который, плотно сжав челюсти, словно ждал, что она сама озвучит ответ. Лу спустя несколько секунд тяжело вздохнула, опуская плечи, и грустно улыбнулась.
-Хорошо. Не буду. Доволен? Теперь я могу идти?
Он устало прикрыл глаза, растирая ладонью лицо.
-Лили...
-Послушай...!
Горская уловила шаги с кухни, и, понимая, что вот-вот к ним присоединятся остальные, решила поскорее закончить этот разговор.
-Тебе не стоит переживать за невыполненное обещание. Ты дал его не подумав, и не должен теперь расплачиваться за эту ошибку. Я лишь хочу, чтобы с моей семьей все было хорошо. Со мной или без меня. И я ценю то, что вы с братом делаете для нас...
Брюнет напрягся. Отпустив руку Лилианы, он внимательно следил за ее движениями, обдумывая то, что собирался сказать ей.
-Ты только что призналась, что планируешь совершить какую-то глупость.
Она замотала головой, крестя сердце.
-Никаких глупостей. Ты можешь доверять мне...
Гостиная наполнилась голосами и Егор, коротко кивнув, отошел от Лили, занимая уже негласно закрепившийся за ним диван. Она тут же пожелала всем спокойной ночи, и отправилась в свою комнату, плотно закрывая за собой дверь. Нужно было хорошо обдумать только что пришедшую в голову мысль, и решить, стоит ли Булаткин того, чтобы рискнуть безопасностью... Что-то по-прежнему тянуло ее назад. Что-то, что она никак не могла оставить в прошлом. Возможно, все время Лу искала ответ не там и не в тех? Под утро, когда все уснули, брюнетка выбралась из дома через окно в своей спальне, и бросив быстрый взгляд на свое убежище направилась вниз по улице. Для родителей она оставила записку, глупо, да, но ей важно было, чтобы они поняли, что так ей будет гораздо лучше, чем ждать счастливого финала, сидя в четырех стенах. В соседнем районе Горская угнала автомобиль с парковки, не испытав при этом мук совести, потому что владельцу явно не хватало смелости расстаться с этим ведром гаек на колесах, а она, можно сказать, оказала ему услугу. Всю дорогу до хижины в лесу Лилу думала, что скажет Егору. Может, его вообще там нет и все это зря? Но она хотела, чтобы отправной точкой в новую жизнь стало именно это место. Место, где ее старый мир рухнул, и все, что она знала о Егоре Булаткине, переставало быть таким важным, когда он касался ее. Брюнетка не заметила, как оказалась у обозначенного знаком съезда в лес и, резко затормозив, вывернула руль. Возвращаясь туда, откуда совсем недавно Лили бежала без оглядки, она испытывала трепет, ведь впереди ее ждала неизвестность, а она всегда немного пугает. Но увидев у дома тонированный джип, Лилиана испуганно сглотнула, понимая, что ловушка уже захлопнулась. И возможно ее приезд сюда самая большая ошибка за все время. Медленно выбравшись из авто, Горская с опаской огляделась, но двор оказался чист. Подойдя к крыльцу, Лилиана остановилась на первой ступеньке, и, нахмурившись, прислушалась к звукам, доносившимся из дома. Тяжелые шаги, громкие голоса, звон бьющейся посуды, и, если сложить все это воедино, вряд ли получится что-то хорошее. Брюнетка обошла хижину со стороны, плотно прижимаясь к влажным от дождя бревнам, и заглянула в окно. В центре гостиной стоял Рыжов, перебирая в руках какие-то бумаги, и изредка поглядывал на привязанного к стулу Геннадия Васильевича.
-Где она?
Мужчина попытался ответить сквозь скотч, но вышло только невнятное бормотание.
-О, вы решили сотрудничать?...
Рыжов кивнул охраннику и тот медленно отклеил ленту, наслаждаясь гримасой боли на лице хозяина дома. Лилу отвернулась, зажмуривая глаза. В одно мгновение у нее образовался миллион вопросов. Ей нужен был план, и хотя бы какое-то средство самозащиты...
-Так, где Лилиана, Геннадий Васильевич? Чем быстрее вы скажете, тем быстрее мы вас отпустим... Вы лишь усугубляете свое положение...!
-Она уже далеко отсюда, и ни за что не вернется!
-Хм... А у меня есть подозрение, что мы с вами еще увидим нашу маленькую девочку... У нас есть одна вещица, которой Лили дорожит.
Горская перестала дышать, чувствуя, как кровь приливает к щекам. В комнату втащили Егора, глаза у него были закрыты, а сквозь футболку проступали бурые пятна крови.
-Что вы сделали с ним... Что вы сделали?!
Охранник, сильно замахнувшись, ударил Геннадия Васильевича по лицу, отчего Лу вздрогнула, сильнее хватаясь за выступ оконной рамы. Парень взглянул на Рыжова, ожидая дальнейших указаний. Тот кивнул ему, доставая из нагрудного кармана носовой платок и кидая его на колени доктору.
-Пока хватит. Держите, вам пригодится, когда мы тут закончим.
Булаткин начал приходить в сознание, глухо застонав. Геннадий Васильевич сплюнул кровь, смерив злобным взглядом Рыжова.
-Вы зря теряете время. За столько лет можно было догадаться, что Лили никем не дорожит на этой земле.
-А ты догадался за каких-то пару месяцев, да, док? Ее вырастили мы, и нам лучше знать, что у нее в голове.
Горская почувствовала легкое дуновение ветра, и, обернувшись, взглянула на яркие пятна – клумбы, что украшали сад у дома, в котором она провела достаточно времени, чтобы привязаться к этому. Доктор продолжил:
-Если бы она что-то чувствовала, то оставила бы это место уже давным-давно. Она привыкла бежать от всего, что может причинить ей боль. Но Лили осталась.
Девушка ощутила, как по сухой коже щеки скатывается слеза и провела по теплой дорожке подушечками пальцев, после растирая их друг о друга.
-Она осталась, потому что ей некуда было бежать.
Рыжов завел руки за спину, покачнувшись на носках. Он смотрел на Геннадия Васильевича с усмешкой, но в то же время был необычайно серьезен.
-Ольга научила ее многому, но еще большему ее научила жизнь. Девочка была достойна стать во главе «Дома», но не смогла справиться с самым последим уроком, самым важным в нашем деле. Никогда не путать выдумку с реальностью. Лили оступилась. Возможно, будь она и впрямь кротом я бы приказал просто убить ее. Теперь же все стало намного сложнее...
Лу юркнула за угол, отыскивая среди прочего хлама ржавую кочергу, которой, по непонятной причине, уже давно не пользовались. Прижав оружие к груди, брюнетка прямиком двинулась к заднему входу, рассчитывая, что по пути ей удастся придумать стоящий план. Их там слишком много, чтобы рассчитывать, что ей удастся справиться одной лишь железякой. Остановившись у двери, она почти передумала, посылая все к черту, но отчего-то то, что она сжимала в руках кочергу, придало ей уверенности. Лилу прошептала:
-Так, Лу, соберись!
Ладонь, протянутая к ручке, стала удаляться от нее, что очень удивило Лилиану. Ее затащили за арку, обвешанную девичьим виноградом, и приложили к губам палец, намекая, что ей не стоит кричать. Она послушно закивала, медленно поднимаясь глазами от носов ботинок неизвестного до его взлохмаченных волос, ненадолго задерживаясь на лице.
-Прош?...
Помощник Ольги суетливо замахал руками, вглядываясь в стену дома, словно мог видеть сквозь нее. Брюнетка заметила у него болтающуюся расстегнутую кобуру, а после и пистолет в руке парня.
-Привет, льдинка.
-А... ага. Ты что тут делаешь?
-Я услышал, как они разговаривали о тебе. Постой, ты как будто совсем не рада...?
Горская непонимающе вскинула брови, и, разведя руки в стороны, чуть не заехала Прохору кочергой в пах.
-Ой, прости!
-Ничего...
Он, поглядывая на железку, немного отодвинулся в сторону, и продолжил:
-Он не хочет тебя убивать.
Голоса стали немного громче, видимо, Егор уже окончательно пришел в себя. Прохор замотал головой, сдавливая переносицу.
-Ему нужно что-то другое.
Лу, опустив взгляд, задумалась. Что у нее есть такого, что заставило Рыжова пойти ва-банк?...
-Наследство...
Лилу шумно выдохнула,вскинув голову, и уставилась на парня, не зная, как реагировать.