28
«Лилу, если ты съешь сразу всю шоколадку, то больше сладкого до конца недели не получишь!» - в детстве Горская слышала это так часто, что даже сейчас в своей голове эту фразу она произнесла голосом дедушки. Странно, но все это можно было перенести и на ее жизнь. Если вдруг ей удавалось удачно начать день, например, ранним летним утром проснуться в хорошем настроении, и, плотно позавтракав (что случалось крайне редко, обычно она едва успевала откусить кусочек от наскоро собранного бутерброда), понять, что на сегодня у нее нет никаких планов, то считай она проглотила целую плитку наивкуснейшего молочного шоколада, который так сильно любила еще с самой первой поездки в Бельгию. И это значит, что на завтра бы она проснулась в прескверном состоянии духа и обнаружила бы себя полностью разбитой, после чего Лу долго бы ругала себя за то, что не отложила немного счастья «на потом». Илья накручивал на вилку спагетти, продолжая рассказывать Лилиане обо всем, что произошло с момента их последней встречи.
-... и там все по-другому. Все.
-Лучше?
Брюнетка внимательно посмотрела на парня, улыбаясь ему.
-Нет. Просто другое.
Лили утвердительно кивнула, и подалась вперед, сплетая пальчики на столешнице. Вольский вздохнул, мечтательно прикрывая глаза, но, тут же тряхнув головой, опустил взгляд на тарелку, что стояла перед ним. Устало потирая лоб, Лу тихо произнесла:
-Мне нужно было лететь с вами. Я уже миллион раз пожалела, что осталась здесь... Теперь даже чтобы просто с тобой повидаться, приходится изворачиваться! Раньше было сложно, а теперь вдвойне сложнее... Рассказав тебе все, я подвергла и твою жизнь опасности, и жизнь Веры...
Шатен выдержал паузу, прежде чем заговорить, и его голос, прежде такой веселый и спокойный, теперь пропитался сталью.
-Перестань думать о нас, как о посторонних. Да, риск существует, но Лу... Разве я могу оставить тебя? Разве я могу остаться в стороне и позволить тебе в одиночку с этим справляться? Вера очень о тебе беспокоится, и теперь... Когда она узнает всю правду, разве ты думаешь, что она хоть на секунду помыслит бросить тебя?
-Я знаю... Ты прав. Но я не хочу, чтобы спасая мою жизнь, вы придавали ей ценность...
Илья замер, изучая глазами рисунок на полу кафе. Ему показалось, что воздух на минуту совсем исчез, и вместо него всех посетителей плотной массой окружил едкий дым. Было как-то по-новому больно, когда это проходило сквозь всю дыхательную систему.
-Я понял. Знаешь, просто постарайся, ради меня, никуда не вляпаться, пока «Дом» и Ольга хотят свести с тобой счеты.
Горская поняла, как сильно парня задели ее слова, и теперь судорожно пыталась найти, чем их оправдать.
-Иль... Прости.
Она дотронулась до его руки, заискивающе выгибая брови.
-Ты же знаешь, как вы мне дороги... Я не могу позволить себе разбрасываться такой ценной валютой.
Телефон, что Лилиане дал Геннадий Васильевич, коротко пискнул, сработало оповещение о новом сообщении.
-Так ты себе это объясняешь?
Шатен опустил взгляд на их руки, плавно поднимаясь к ее лицу.
-Да. Я делала такое, о чем не стоит рассказывать никому, а они об этом знают. И как скоро Рыжов решит этим воспользоваться одному Богу известно... Никто не должен отвечать за мои ошибки.
-Но хотя бы не отталкивай тех, кто хочет помочь.
Лили сглотнула, сжимая ладонь друга.
-Как я смогу жить, если с вами что-то случится?...
Тонкая линия ее губ дрогнула, и по бледной щеке скатилась крупная слеза. Она никогда не позволяла себе плакать. В детстве это было просто позорно, а сейчас – привычка. Лилу была сильной, всегда прятала эмоции в самый дальний угол, никто не видел, как она плачет... Только Виту. А теперь все стало как-то больнее ранить... Наверное потому, что ту девочку сломали и заставили быть слабой.
-Ты так говоришь, как будто точно знаешь, что нас ждет.
Надо же... Они даже говорят одними фразами...
-Хотела бы я знать...
-Думаешь?
Брюнетка усмехнулась при взгляде на серьезное лицо парня.
-Ну... А что в этом плохого?
Илья откинулся на спинку стула, взъерошивая волосы.
-Знать все наперед? Куча минусов. И это очень скучно.
-Ах, веселья тебе подавай?
Лу взглянула на отмерший от ее касания экран телефона, и очень удивилась, обнаружив, что прошло уже пять часов. Бегло скользнув глазами по тексту сообщения, она широко улыбнулась, прыснув от смеха.
-Ты чего?
-Да так. Кое-кто проголодался.
Вольский, не понимая о чем речь, только покачал головой, постукивая пальцами по столешнице в ожидании счета.
-Подожди минутку, я возьму еды с собой.
-Не наелась?
Шатен потянулся, наблюдая, как Лилиана собирает в сумку разложенные по столу вещи.
-Наелась.
-А. Ясно. Передавай привет Егору. И Геннадию...
-Васильевичу. Хорошо.
Она на секунду замялась, взглянув на друга.
-Что?
Парень, склонив голову набок, мягко улыбнулся, смотря на Лилу. Та сорвалась с места, прижимаясь к груди Вольского.
-Я не хочу уезжать. Не хочу с тобой расставаться. Хочу обнять Веру... Увидеть Киру и Варю. Родителей... Я никогда не думала, что могу так скучать по кому-то.
Поцеловав Лу в макушку, он заключил хрупкое тело в плотное кольцо сильных рук.
-Теперь все будет хорошо... Я тебе обещаю.
Они ненадолго задержались у кассы, Лили поблагодарила за заказ и взяла протянутый ей бумажный пакет, издающий аппетитный аромат.
-Нужно попрощаться здесь.
Вольский вздохнул, снова обнимая брюнетку.
-Не грусти, а то... Сама знаешь...!
Та хохотнула, вдыхая полной грудью пропитанный сентиментальностью воздух.
-Обними за меня Веру. Скажи, что я очень соскучилась.
-Она знает, но... Я передам.
-Пока, Лу.
-До свидания, Иль...
Парень выпустил ее из объятий, и ей вдруг стало так холодно, словно вместе с ним из кафе пропало все тепло. Проводив его спину грустным взглядом, Горская, спустя минуту, вышла следом. Сев в машину, девушка молча протянула Егору пакет, а он так же молча взял его, переглянувшись с доктором.
-Все нормально?
Лили вскинула голову, внимательно посмотрев на него.
-М?
-Все нормально, Лилиан?
-А. Да. Просто задумалась. Поехали, док. Не травите душу.
Дорога назад показалась девушке намного длиннее. Мыслей стало намного больше, и как теперь спать вообще...? Булаткин наблюдал за ней, ощущая явную перемену в ее настроении. Неужели самые худшие его опасения подтвердятся, и все то время, что они провели вместе, больше не имеет веса? Неужели они снова друг для друга всего лишь соседи?
-Лил?
-Да?
Брюнетка отвлеклась, перебираясь ближе к его сидению и подаваясь вперед.
-Не против сегодня прогуляться?
Геннадий Васильевич еле заметно улыбнулся, делая вид, что увлечен дорогой. Лилиана неопределенно пожала плечами, прислоняясь лбом к обивке.
-Нет. Не против.
Артист развернулся к ней, накрывая ее ладошку своей рукой.
-Точно все нормально?
-Думаю, да. Нет. Уверена, что да.
Блондин улыбнулся, опуская взгляд на ее губы.
-Хорошо.
Асфальт шуршал под колесами автомобиля, а в салоне негромко играла музыка. Со всем, что происходит в жизни Лилу, она начала замечать те мелочи, до которых обычно ее взгляд не доходил. Как оказалось, она очень многое упускала... Прямо сейчас, когда глаза небесно-голубого цвета смотрели на нее с нежностью, Лили ощущала что-то такое, что до недавнего времени было ей недоступно. И она надеялась, что сегодняшний день был всего лишь одним кусочком из всей плитки шоколада.
F