18
Лилу брела по лесу, наслаждаясь ярким солнцем, и совсем не вспоминала о том, что никому не сказала, куда ушла. Вряд ли за соседним кустом ее поджидает Рыжов, да и она была не в том настроении, чтобы думать об этом. Горская набиралась храбрости для звонка родителям. Ветер, путаясь в ее волосах, назойливо щекотал горячую кожу на шее Лили. Сколько же в ее жизни было прекрасных моментов, которые она не замечала? Слишком сильно хотела достичь каких-то призрачных целей, поэтому так редко смотрела по сторонам... Широкая тропинка уводила ее все глубже в чащу, и, в тот же момент, брюнетка постепенно погружалась все глубже в свои воспоминания. Раньше она думала, какой от них прок? Вспоминать то, что когда-то у тебя было – это так глупо! Только безнадежные идиоты скучают о прошлом. А сейчас... Прошлое – это все, что у нее осталось. Там было все, там она жила, и хотела жить. Ей было ради чего просыпаться по утрам, было ради чего дышать. Лилиана стала слишком мягкой, и из-за этого позволяла чаще себя жалеть. Девушка опустила взгляд на черный экран, рассматривая свое отражение.
-Ты стала той, кем боялась стать больше всего на свете... Лилу, что ты с собой сделала?...
Горская остановилась, вдыхая полной грудью лесной воздух. Он был по- особенному свежим в первой половине дня. На ее плечо легла крупная ладонь, едва сжимая ткань футболки под ней, в которую была одета Лу. Она обернулась, ловя на себе заинтересованный взгляд Геннадия Васильевича.
-Я почти... Сейчас только домой позвоню.
Мужчина улыбнулся, срывая с соседнего куста зеленый лист и протягивая его брюнетке.
-Не торопись. Я просто пришел сказать, что Егор хочет извиниться...
-Прикатил бы сам, чего он? Раз хватает ума грубить, хватит и на это.
Хозяин дома безразлично пожал плечами, ковырнув носком ботинка рыхлую землю у корней дерева.
-Это ваши дела, я и так влез без приглашения. Не хочу потом чтобы все шишки на меня посыпались...
Лилиана замахала руками, отрицательно мотая головой.
-Да, вы правы, извините! Вы здесь ни при чем... Просто очень сложно держать себя в руках, когда дело касается этого человека.
Геннадий Васильевич усмехнулся, разворачиваясь к дому, и кивнул брюнетке.
-Идешь?
-Я догоню.
-Хорошо.
Девушка нервно вздохнула, и, набрав номер Ирины Глебовны, поднесла телефон к уху. Гудок. Еще, и еще один... Пять, шесть, семь...
-Да?
Лили немного растерялась, но, прочистив горло, все же сказала:
-Привет, мам. Это Лилиана.
-Лили? С тобой все в порядке? Где ты?
Впервые голос матери звучал так взволнованно.
-Эм... Да, все хорошо. Я уехала ненадолго из города, не волнуйтесь. Нужно уладить кое какие дела.
-Ладно. Кира очень беспокоилась. Ты не позвонила ей. А потом эта авария... Мы сбились с ног, ища тебя...
-Знаю, прости, мам... Я объясню позже. Мне пора. Передавай от меня всем привет.
-Хорошо, Лили. Не пропадай больше...
Лилиана уставилась на экран, обдумывая их разговор. Она слишком часто давала последний шанс родителям, чтобы снова наступить на те же грабли. Это как ... Горская, повернув к дому, поискала глазами впереди фигуру доктора, но его уже не было видно. На крыльце ее ждал Егор, беспокойно стуча пальцами по ручкам своего кресла. Брюнетка, миновав ступеньки, уже собиралась зайти внутрь, но парень ее окликнул:
-Эй, постой! Лу, остановись же!
-Зачем?
-Я хочу поговорить.
-А я не хочу. Не хочу снова выслушивать твое нытье. Или обвинения в свой адрес.
-Дай мне сказать...
-Нет, это ты меня послушай. Находиться с тобой под одной крышей просто пытка. Но я пытаюсь быть вежливой, пытаюсь перестать ненавидеть тебя, не говоря уже о том, что мне тошно на тебя смотреть! Я не понимаю, как вообще согласилась поехать сюда! Я хочу оставить все в прошлом, а ты ведешь себя, как свинья!
Лилу сжала руками голову, садясь на скамейку.
-Ты думаешь, тебе тяжело?... Твоя беспомощность временна. Чего нельзя сказать обо мне.
Егор медленно развернулся, толкая кресло вперед. Лу подняла на него глаза, смахивая со щек мелкие капли.
-Видишь, в кого я превратилась? Раньше я не могла себе позволить лить слезы, теперь же плачу постоянно... Такой ты хотел меня видеть? Хотел, чтобы я стала долбаной истеричкой?
Шмыгнув носом, девушка нервно отбросила руку блондина от своего лица.
-Прости меня...
Артист сглотнул, прижимая ладонь к губам.
-Что мне до твоего прости? Может, оно вернет мне те пол года жизни, что я провела играя в прятки со всем миром? Или уберет все шрамы с тела? Или сотрет мне память?... М?
-Нет.
-Вот именно. Знаешь...
Она подалась вперед, упираясь в ручки кресла.
-... мне жаль, что я не могу все изменить. Может, тогда каждый из нас сейчас был бы счастлив?
Булаткин вскользь дотронулся до щеки Лили, ощущая под пальцами влажные следы от слез. Брюнетка судорожно вздохнула, прикрывая глаза.
-Мне тоже очень жаль, Лилиана. Я никогда и ни о чем не жалел. Просто делал, не задумываясь. И я не знаю, какой момент стал определяющим, только... у меня больше не получается жить, как раньше.
-Тебе нравилось так жить?
Горская отвернулась, начав рассматривать потрескавшуюся краску на перилах. Все их разговоры заканчивались одинаково. Может, нужно, чтобы прошло больше времени...?
-Не хочу показаться еще более жалким, ответив нет. Меня все устраивало, скажем так. У меня было все, кроме любви... А теперь нет ничего.
-Почему? Ты же все еще артист, бизнесмен...
-Да... Верно. Но, как ты и сказала тогда, я не сам всего этого добился. Много в меня вложил мой отец. Я не думаю, что все просто вернется на круги своя...
Лилиана засмеялась, толкая его в плечо.
-Господи, Булаткин, ну что ты за человек!... Я словно попала на сеанс психоанализа...
Парень усмехнулся, потирая переносицу.
-Извини... За все. Знаешь, док сказал, что мне нужно больше тебя слушать.
-Хороший совет.
Лили вдруг спохватилась, вскакивая со скамейки.
- Черт! Тесто...!
Она обошла Егора, берясь за ручки кресла и вкатывая его в дом.
-Умеешь лепить пирожки?
Блондин недоверчиво покосился на девушку, но, заметив ее серьезный взгляд, немного смутился.
-Нет.
-Хорошо. Потому что я тоже. Будем учиться вместе. Если я правильно все смешала, и у нас получится что-то более менее съедобное, сможешь похвастаться своими кулинарными способностями перед Мариной Петровной...
Девушка улыбнулась, взъерошивая волосы на макушке артиста.
-Эй, так не честно!
Он попытался перехватить ее руку, но не успел, получив в ответ звонкий смех Лу.
-Подожди, я еще тебе это припомню...
-Не надорвись, блондинчик.
Лили подкатила его к столу, и, похлопав по спине, отошла к плите, где томилось тесто. Егор опустил голову, пряча улыбку. Больше слушать. Кажется, это именно то, что им было нужно.