90
Илья, облизав губы, испачканные в соусе, передал подошедшей к столу Лили телефон, и улыбнулся, выгнув бровь. Девушка перевела взгляд с него на Веру, и тихонько спросила у той:
-И давно у него на лице такое выражение?
Она пожала плечами, накручивая пасту на вилку. Горская прищурилась, садясь на свое место. Ее не было всего минуту, что такого могло произойти за это время?
-Что случилось, мой загадочно улыбающийся друг?
Лу поднесла к губам чашку с чаем, собираясь сделать глоток, при этом продолжая смотреть на шатена.
-Тебе звонили.
Лилу медленно опустила глаза на телефон, отставляя кружку в сторону, и зачем-то спросила:
-Кто?
По коже прошелся прохладный воздух, попавший в кухню через открытое окно.
-Егор.
Вольский заметил, как брюнетка напряглась, и нахмурился. Для нее такая реакция нетипична, тем более, если дело связано с парнями. Вера, наблюдая за ними, в конце концов, не выдержала.
-Да в чем дело то?
Лилиана вздрогнула, искоса взглянув на девушку друга.
-Ээ... Пфф...
Она развела руками, затем обхватывая ладонями чашку, и принялась пить чай не останавливаясь. Для такого случая у нее не было заготовленной лжи, и Лу даже испугалась, что Илья прочтет на ее лице все ответы, но потом вспомнила, что давным давно научилась все прятать в себе, и никто и никогда не знает, что на самом деле творится внутри нее.
-Перезвонишь ему? Он, кажется, был расстроен, что трубку взяла не ты.
-Ничего срочного. Наберу его завтра.
-Это по работе?
Брюнетка смогла поднять глаза и посмотреть на Вольского. Снова она нарушает свое обещание. Как бы отвратительно она себя не чувствовала, как бы не болело сердце, разъедаемое ложью, но Лили не могла, просто физически не могла, рассказать другу о том, кто такой этот Егор на самом деле.
-Да... Эм... Я, кажется, заперла в своем кабинете одну нужную ему папку...
Неловко улыбнувшись, Горская собрала со стола пустые тарелки и понесла их на кухню. Илья, откинувшись на спинку стула, взъерошил волосы, глядя на дверной проем, в котором мгновение назад исчезла девушка. Вера положила ладонь ему на ногу, легонько ее сжимая.
-Поговоришь?
Шатен покачал головой, поджимая губы. Когда Лилиана успела так измениться? А может, это из-за Веры? При ней Лилу будто окончательно превращается в ледышку. Да, она поддерживает разговор, но это не та Лили...
-Да... Извини, мы сейчас вернемся.
Брюнетка мяла в руках полотенце, отрешенно смотря в одну точку на противоположной стене. Зачем звонил Булаткин, почему она больше не чувствует себя в полной безопасности, кто такой на самом деле Николай Борисович, вопросы посыпались, один за одним, и Лу не знала, где искать на них ответы... Ей нужно сосредоточиться на вечере, но голова забита совершенно другим.
-Лил, у тебя все в порядке?
Горская открыла рот, пожимая плечами, и со вздохом закрыла его. Стало сложнее смотреть в глаза Илье, а дальше будет только хуже, что же она делает?...
-Да, вполне. Помнишь, я обещала Кире взять ее на выходные? Я думаю провести этот уикенд с ней. Аттракционы, сладкая вата, контактный зоопарк, черт бы его побрал...
Отбросив полотенце на столешницу, Лилиана уперлась в нее руками, грустно усмехаясь.
-Я хотела хотя бы на один вечер стать нормальной. Почему у меня не получается?
Она с надеждой взглянула на шатена, но, заметив выражение на его лице, опустила глаза. Илья слишком хорошо ее знает, ему не нужны слова. Она понимает, что парень поддержит ее, в любой ситуации, и для него она самая что ни на есть нормальная. Но он не знает о ней того, что раз и навсегда перечеркнуло бы его веру... И почему ее совесть проснулась именно сейчас?
-Знаешь, Лу, я не вижу ничего такого, за что тебе стоит извиняться. Мы отлично проводим вечер. Ты рядом, и... Я счастлив. Разве ты не можешь сказать того же?
Брюнетка потерла лоб, ощущая в следующую секунду дыхание Ильи прямо у своего уха, и его объятия. Теплые ладони парня обхватили хрупкое тельце, которое на самом деле было крепче, чем ему казалось. Он стал покачиваться из стороны в сторону, напевая что-то себе под нос, словно убаюкивая тревоги внутри Лилу. Она даже чувствовала движения его губ на своих волосах. Слезы, выступившие на глазах девушки, скатились по щекам, и Лили, взяв себя в руки, стерла мокрые дорожки рукавом своей толстовки.
-Ты сделал из меня эмоционально нестабильную, Иль. Я даже не помню, когда плакала в последний раз...
Шатен рассмеялся, целуя ее в висок. На самом деле, он тоже не на шутку испугался. Это не объяснить словами, просто тебя охватывает какое-то странное и непонятное чувство страха. За будущее, настоящее, за что-то общее, что тебя связывает с человеком.
-Я обещал оберегать тебя. Обещал, что не допущу больше твоих слез, и что в итоге? Ты плачешь из-за меня... Я идиот.
-Наверное, нам не стоит давать обещания. Постой, я такого не помню...
Брюнетка, отстранившись от Вольского, заглянула ему в глаза. Он замялся, почесав затылок, щелкнул ее по носу.
-Нам обязательно говорить об этом? Или есть хоть какой-то шанс, что я смогу уйти от ответа, и мы продолжим наслаждаться вечером и пастой из ресторана Вериного дядюшки? Минутка рекламы.
Илья улыбнулся, полагая, что ему удастся перевести тему.
-Я в курсе, откуда сегодняшний ужин. Об этом позже. Когда это произошло? Я имею в виду твое обещание?
Парень выдохнул, делая шаг назад. Сложив руки на груди, он следом опустил их, а после и вовсе убрал в карманы.
-Мы ехали от твоих родителей. Ты уснула, а перед этим я впервые увидел твои слезы. Ты плакала, Лил... Для меня это было настолько необычно, и я просто не понимал, как ты можешь плакать...? Ты, Лу!... Самая сильная из всех, кого я знал и знаю... Я просто не мог поверить, что вижу то, что вижу. Что это на самом деле. И знаешь что? Я решил, что смогу защитить тебя.
Усмехнувшись, Вольский приблизился к Лилиане, стирая большим пальцем последнюю капельку с ее щеки.
-Ты станешь моим рыцарем?
-Другого не дано. Я всегда буду рядом с тобой.
Сильно зажмурившись, Горская прижалась к груди парня, закусывая губу.
-А я всегда буду рядом с тобой...
Завибрировав, телефон Лилианы немного напугал Веру, и она, тряхнув головой, отвлеклась от экрана своего мобильного, чтобы позвать ее.
-Тебе что-то пришло, Лили!
За стол Лилу вернулась вприподнятом настроении, но стоило ей взглянуть, от кого пришло сообщение,прежние переживания вернулись, с удвоенной силой впечатываясь в бетонную стенубезразличия, которая начала давать трещину. Крид никогда не писал ей, а тутцелая поэма, начинающаяся со слов, что она когда-то ему сказала. «Если бы была возможность вернуться впрошлое, я бы многое изменил...».K>%