Глава 14
Рабочие дни тянулись медленно, я каждый день с нетерпением бежала с работы, чтобы поскорее вернуться домой к Джеймсу. Нет, я так и не перевезла все вещи к нему, только парочку самых необходимых, все равно почти каждый день заезжала домой проведать Джо и Калеба, но ночевала теперь только у Джеймса. Это даже в моей голове звучало красиво - «наша квартира». Он был целыми днями занят на работе и выглядел очень загруженным и уставшим, но от любых моих расспросов отмахивался, а я просто не хотела походить на параноика и загружать его голову расспросами еще больше...
Поужинав за телевизором, мы до ночи смотрели сериалы по Нетфликсу. И в один момент, со вздохом я решаю завести разговор.
- Я же вижу, что тебя что- то беспокоит в последнее время.
- Просто... нет, все в порядке, даже не заморачивайся.
- Если бы все было в порядке, то ты бы не мучался так все время, как мы вернулись с Лэйк-Вью. Ты боишься сказать мне что-то?- сощурившись, спрашиваю я.
-Нет, просто, есть кое - что,- начинает Джеймс,- я вроде как должен решить, как поступить, хорошо или правильно?
- Поступить хорошо для тебя или кого-то другого?
- Не знаю, и для себя и для других наверное...
-Но если это решение хорошее, то почему оно не может быть правильным?
-Господи, - вздыхает он, - потому что... потому что я так чувствую, что если я поступлю как будет хорошо для всех, то это будет не честно по отношению к самому себе...
Я чувствую, что он хочет сказать мне что - то, но всеми силами сдерживает себя, и этим приводит меня в еще большее недоумение.
- Я не понимаю...
- Неужели, в твоей жизни ни разу не было такого, что, ты, допустим, о чем - то долго мечтала, шла к чему - то и как только у тебя появлялся шанс осуществить это, то было уже не совсем подходящее время и что- то тебя удерживало, и ты просто боялась, ну знаешь, потерять себя, себя настоящую?
2 года назад
Калеб улыбается во все лицо и забегает с улицы на кухню, протягивая мне письмо.
- Еще одно! – торжественно заявляет он.
- Все равно, - как можно более безрадостно роняю я и забираю письмо, - там все равно будет то же, что и во всех остальных, - пожимаю плечами.
- Вдруг повезло?
- Не думаю, что, - осекаюсь я, - не думаю, что стоит поступать в этом году.
- Ты же понимаешь, что не должна оставаться ради нас?- хлопает глазами Калеб.
- Меня все равно никуда не берут из-за дерьмовых оценок, так что я буду еще минимум год готовить вам завтраки, и не потому что жертвую собой, а потому что прогуливала математику с Мирандой, но ты никогда не должен так делать. - Спохватываюсь я.
-Ладно,- смеется он, поднимаясь по лестнице,- но если что, Лив, мы разберемся, честно.
Нервно пью кофе так и не решаясь вскрыть конверт. Я ведь и так знала, что там будет. Не удержавшись, все равно криво рву конверт.
В одном я точно не ошиблась - там было написано то же что и в предыдущих трех ответах из колледжей. « Уважаемая мисс Никсон, мы с радостью готовы вам сообщить, что готовы принять вас на летний семестр...»
Вот только это письмо нисколько не облегчило мне жизнь, а лишь сделало все еще хуже. Четыре приглашения их разных колледжей против жизни Калеба и Джордана. Я знаю, как должна поступить, как будет лучше для всех, именно так. Сердце сжимается он боли, и я сминаю письмо в руках и выбрасываю его.
- Ты уже знаешь, что должен сделать, - проглатываю ком в горле, - если от твоего решения не будет зависеть чья-то жизнь, в прямом смысле, то ты должен поступить правильно по отношению к себе. Если предашь себя, уже никогда не сможешь простить, и это будет разрушать тебя изнутри. – С горечью шепчу я.
Джеймс отвернулся к стене так и не ответил мне. Я тихо обняла его со спины, и мы еще долго просидели так в тишине.
***
Спустя два дня мы готовили завтрак утром. Как обычно, чуть подгоревшие тосты и крепкий кофе. Я стояла к Джеймсу спиной и смотрела в окно. Только так он и смог решиться, не глядя мне в глаза. Люди не должны бояться своих желаний, не должны бояться произнести это вслух.
- Я должен уехать, - выдыхает Джеймс.
В воздухе повисает тишина, и я не в силах повернуть голову слушаю дальше.
- Около года назад, я отправил заявку в волонтерский отряд, - продолжает он, - они строят дома и доставляют гуманитарную помощь на Сомали, Гаити... Недавно мне пришел ответ. Я был включен в списки. Я мечтал об этом с первого курса, просто не мог уехать пока учусь. Я думал что не на что не гожусь и хотел просто... найти себя или хоть раз в жизни помочь другим и доказать самому себя что я хоть на что то гожусь.
Найдя в себе силы, я поворачиваюсь и обнимаю его, уткнувшись лицом в его грудь, чтобы он не видел моих эмоций. Это слышно по его голосу, то как восхищенно он говорит об этой поездке, и я понимаю, что он, не задумываясь, уехал бы, но теперь сомневается. Из-за меня. Не появись я на его пути, он бы уже поковал чемоданы.
- Поезжай, - шепчу я, мой Джеймс смело идет к своим целям, забыл?- пытаюсь сдержать слезы.
Я не могу показать ему, что я в отчаяние. Пусть разобьется мое сердце, пусть разобьется сотню раз, но только не его.
Мы пообещали друг руг другу быть поддержкой и опорой, а это порой, означает заботиться о других даже во вред себе. Потому что это и есть любовь. Как глупо. Но когда любишь человека, готов отдать все что угодно, чтобы забрать его боль.
- Это ничего не меняет, ты вернешься, - более уверенно говорю я.
- Через год, - его голос дрожит.
- Все равно, ты хочешь этого, - настаиваю я, - вернешься через год, и все будет как прежде, - успокаиваю саму себя.
- Я оставлю тебя...
-Нет, - обрываю я, - я сама тебя отправляю,- скрепя душу вру я, - вернешься загорелым и возмужавшим, и может быть, мы рванем в Европу на лето или снова снимем тот пустой домик... У нас вся жизнь впереди, ты не должен лишать себя чего-то из - за меня. Мы должны быть стимулом друг друга, а не ограничением... Как скоро?
- Через восемь дней.
Так быстро. Сердце сковала ужасная боль, так что невозможно было дышать.
- Значит, у нас есть неделя, - шепчу я, - и целая жизнь потом чтобы быть рядом.
- Неделя и целая жизнь, - сквозь боль улыбается Джеймс и нежно целует меня в волосы.