Сдерживаю(-сь)
Эти сорок пять минут длятся вечность.
А вдруг она не прийдёт?
А я так старался...
- Извините, там возрастное ограничение на фильм. Вы не могли бы мне... Помочь?
- Эмм... Да, почему нет?
Что я делаю? Господи...
Я бы никогда этого не сделал в здравом уме.
Но что такое любовь? Неужели не другая крайность сумасшествия, которая возвышает, включает всё хорошее в тебе, позволяет видеть краски жизни, почти как галлюцинации, и иррационально творить добро, вместо того, чтоб разрушать твоё сознание?
Я и незнакомец подошли к кассе.
- Нам два билета на "Мёртвый Омут", пожалуйста.
- Выбирайте.
Блин, места только в первом ряду...
- Пятое и шестое, первый ряд.
- С вас 8 долларов.
Этот момент не был продуман, но незнакомец подыграл и расплатился.
- Приятного просмотра, - равнодушно отштамповал кассир.
Я отдал деньги, когда мы отошли от кассы. Незнакомец посмотрел на меня с улыбкой, пожелал удачи и ушёл.
Её рыжие волосы просто горят на фоне остальной толпы.
Или это я так считаю...
Но ведь она невообразимо прекрасна.
- Привет, - с улыбкой произносит она.
- При-вет.
Как же я волнуюсь.
Кажется её это смешит.
Всё будет в порядке.
Как же с ней хорошо.
В мире семь миллиардов.
Одна она здесь, со мной.
Поэтому она такая особенная.
Я достаю из кармана деньги, которые откладывал несколько недель. Я не ел в столовой и складывал их. Всё для того чтобы...
- Дайте нам, пожалуйста, самый большой и вкусный попкорн!
С этим ведром мы вошли в зал. Заняли свои "места в партере".
Фильм начинается.
Она смотрит в экран.
А я смотрю на неё.
Она слишком... прекрасна.
* * *
Проснувшись, я сразу почувствовал, что лежу не в своей кровати и что лежу в одежде. Обуви нет.
Потом мне в голову почему-то пришла мысль, что я забыл всё оборудование. Где именно? Какое именно?
Мозг - молчит.
Титаническим усилием я медленно отодвинул своё лицо от стены.
Увидев, я онемел.
Её комната.
Её дом.
Что я здесь делаю?
Что всё это значит?!
Мысли запаниковали и бросились в броуновское движение.
Свет внутри был выключен. По освещению было видно, что на улице вечер. Настенные часы показывали почти семь часов.
Я ничем не могу пошевелить. Тело будто рассыпается на кусочки от каждой попытки волевого движения.
Ещё пару минут я пытался встать - всё тщетно. В конце-концов я принял ситуацию и просто пустил всё на самотёк, ожидая её реакции.
Время пролетело быстро: я то засыпал, то просыпался, и мне было очень плохо. Отдохнуть и восстановиться не получалось.
Вот и восемь. С минуты на минуту она будет дома.
Движение? Нет, не могу. Прощай тело. Я - мозг в куске мяса.
Вспомнить, что было вчера, не получалось.
Два тихих звука. Я думал, что мне показалось. Неожиданно, щелчок ключей в дверном замке сменил ровное тиканье часов и разлился по каждому сантиметру воздуха в доме. Скрип двери. Шорох, металлические толчки закрывающегося замка. Шаги в мою сторону.
Я по-детски притворился спящим.
Да, это она. Моё единственное счастье, мои прекрасные воспоминания. Та, кто меня ненавидит, та, перед которой я бесконечно виноват. Она посмотрела на меня. Поставила сумку на стол и подошла ко мне. Протянула ко мне руку.
- Эмм, извини.
Я изобразил самый сонный вид из всех земных и "очнулся".
- Я не хотела прервать твой сон... Ты можешь встать сам?
- Нет, - ответил я.
Она стащила с меня одеяло и взяла за руки. Мне было очень больно, но я смог встать и опереться спиной на стену. Мои ноги неуклюже свисали с кровати.
- Ты хочешь есть?
- Да.
Она ушла на кухню, а я пытался поднять руки. Видимо, отдохнуть получилось, и, хоть и через дрожь и дискомфорт, я смог пошевелить своими культяпками.
- У меня нет ничего такого прям сверхвкусного, но есть отбивная и макароны...
- Что угодно, спасибо.
Она поставила тарелку мне на колени. Тёплый пар устремился к потолку. Я взял вилку и попытался поесть. Кое-как выходило, ещё хорошо, что всё легко накалывалось и держалось.
- Я была на твоём выступлении. Всё было очень круто! Такой атмосферности ещё ни на одном выступлении не было.
- Спасибо, стараюсь.
Естественно, она не может меня узнать. Несколько лет не виделись, ещё и кучи протезов в моём теле.
Память потихоньку возвращалась. Пока я ел, я вспомнил, что выступал, как там было, почти всю ночь. Кажется, со мной был Том. Вспомнились крики.
- Про-сти за глупый в-вопрос, но... как я... здесь оказался?
Я даже не знаю, усталость или волнение так сильно искарёжили мою речь.
- Я нашла тебя под окном. Ты дрожал от холода. Я попыталась тебя разбудить, ты зашёл домой, упал в кровать и уснул.
Мысли мешаются, голова горит, и я не могу понять, заболел я или это те фантомные чувства во мне. Я не помнил этого.
- Прости, пожа-луйста, что так... вышло.
- Нет, ты что? Я рада, что вовремя успела. Ты ведь так мог... Мы бы потеряли такого музыканта!
Я улыбнулся.
- Почему у тебя именно такой псевдоним?
- Меня так зовут.
- Да ну. Не верю.
- Посмотришь документы.
Еда казалась очень вкусной, потому что она была тёплой, мне было холодно и её готовила она.
Она вглядывалась в моё лицо с металлической вставкой.
- А откуда... Ты знаешь моё имя?
Мне казалось, я не называл её имени и до сих пор держался хорошо в своей игре.
- Ты произнёс его, когда я разбудила тебя на улице.
Я не мог выдумать отговорки. Астия - имя не распространённое. Я не мог случайно его узнать. Я включил мороз.
- Клянусь, я до сих пор не знаю твоего имени.
- Но ты произнёс его...
Мне было некуда деваться. Я решил выдавать правду по чуть-чуть.
- Да, ты права: мне есть что скрывать. Я знаю больше, чем ты думаешь.
- И что же ты знаешь? - спросила она.
- Тебе будет трудно понять.
- А ты попробуй.
- А мне ещё труднее объяснить.
Беспокойство и даже какой-то страх охватили её. Дальше мы молчали.
Ночью, когда она заснула, я переложил её на кровать, забрал вещи и ушёл.
* * *
Теперь мы знаем о существовании друг друга. Хоть она и не знает, что это я. Тот я, из прошлой жизни.
Всё моё оборудование уже стояло внутри студии, на своих привычных местах. Деньги перечислил на карту Тома.
Что мне делать?
Я не знаю.
Мне хочется, чтоб меня поняли, чтоб мои знания были кому-то нужны.
Да, во мне говорит вирус. Как же он хочет наружу. Он съедает меня, но, кажется, он понимает, что исчерпал во мне всё: он забрал всё, что делало мне лучше. У меня нет жизни. У меня нет друзей, целей. Я просто...
Просто есть.
Ему нужно жить, он этого хочет. Мой мозг так считает. Ему кажется, что, как только знание пойдёт дальше, ему станет легче.
Этого не будет, я должен держать это в себе!
Я должен держать...
Должен держать!
ДОЛЖЕН ДЕРЖАТЬ ЭТО!
- ДОЛЖЕН ДЕРЖАТЬ ЭТО В СЕБЕ!!!