Глава 14
В очередной сентябрьский день, я продолжала свою работу в больнице. Всё было как обычно. День был ясный и прохладный, хотелось просто гулять где-нибудь по парку и собирать большие кленовые листья. Моя смена закончилась в 5 вечера, я вышла из здания и заметила стоящего на крыльце Мишу, который докуривал свою папиросу.
- Привет.- Сказала я поравнявшись с ним.
- Привет.
- Что ты здесь делаешь?
- То, что и всегда.
- Не знала, что ты всегда здесь куришь.
- Вообще-то, я тебя жду.
- Зачем?
- Хочу пригласить тебя на танцы. Пойдёшь?
- Когда и во сколько?
- Сегодня в шесть.
- Не думаю, что у меня получится.
- Почему?
- Я не успею на последнюю электричку, а проситься переночевать у Вальки не пойдёт, она живёт вместе со своим женихом, не хочу им мешать.
- Можешь переночевать у меня.
Я залилась краской.
- Я стесняюсь.
- Кого? Меня что ли?
- Да.
- Ты же меня хорошо знаешь, я и пальцем тебя не трону.
- Даже если я соглашусь, за меня будут дома переживать.
- Отправим срочную телеграмму.
- Я не могу позволить себе тратить столько денег.
- Я заплачу.
- Ну, ладно, пойду я на эти твои танцы.
Мужчина широко улыбнулся.
- Только сначала на почту.
- Как скажешь.
На почте я быстро написала послание, что останусь на ночь в городе и за меня переживать не стоит. По старой привычке я начала складывать треугольник, но Миша забрал бумагу из моих рук и передал почтальону, который поставил на нее пару печатей и сказал, что доставит весточку в течение часа. Мы поблагодарили мужчину и отправились на танцы.
- Боже, я никогда не была на городских танцах. Наверное, буду смотреться как колхозница.
- Не говори чушь.
- Ты всех затмишь.
- Лесть тебе не к лицу.
- Так я и не льщу тебе.
- Ну да.
Совсем скоро мы вышли на площадку, где играла мелодичная музыка, а молодые парни и девушки красиво кружатся в танце. Миша посмотрел на часы и сказал, что мы немного припоздали, затем, взял меня за руку и потащила к остальным парочкам.
- Я не умею так танцевать!- Шепнула я ему.
- Просто следуй за мной, я тебя веду.
На нас начали коситься люди.
- Почему они так смотрят на нас? Неужели, у меня так плохо получается?
- Это не из-за тебя, а из-за меня.
Я удивлённо посмотрела на него.
- Я один среди остальных в форме.
- А почему не переоделся?
- Не успел.
Я улыбнулась.
- Вместо того, чтобы курить на крыльце больницы, можно было просто заскочить домой и переодеться.
- А может, мне нравится моя форма, и я от нее без ума.
- Что ж, тогда тебе надо к психиатру, если ты без ума от формы.
- Когда ты научилась так язвить?
- Не знаю.
Зазвучала новая мелодия, и молодые люди начали танцевать совсем по-другому.
- Что это за танец?
- Не знаю как называется, но заграницей он очень популярен.
- Смотря на их резвость, я чувствую себя старой.
- Перестань. Тебе всего-то 27.
- Тихо! Мне всегда будет 18!
- Стесняешься своего возраста?
- А ты?
- А чего мне стесняться? Я ещё молод, мне всего-то 34.
- Неа, тебе уже 34, ты старик!
Я засмеялась и скрылась в потоке молодых людей. В итоге меня схватил за руку какой-то мальчишка и повел танцевать дальше. Парень всё время улыбался, а потом поменялся с девушкой, и теперь я танцевала с красивой блондинкой. Потом я устала и вырвалась из этой веселой кучи.
- Напрыгалась?- Спросил Миша, протягивая мне эскимо на палочке.
- Ага. Там, действительно, весело, прям, праздник жизни какой-то!
Я в приподнятом настроении, стянула с головы капитана фуражку и нацепила ее на себя.
- Ну как? Мне идёт?
- Очень.
- Рядовой Шилин, марш на площадку!
- Есть, капитан!
Он взял меня за руку и повёл танцевать.
Мероприятие закончилось ровно в 9 часов, и народ начал потихоньку расползаться кто куда.
- Жаль, что все так быстро закончилось, мне понравилось.
- Рад, что смог подарить тебе прекрасный вечер.
Я засмеялась.
- Не помню, чтобы ты когда-нибудь выглядела такой веселой и счастливой, как в этот вечер.
- Может, всё потому что мы познакомились во время войны?
Он усмехнулся.
- Может быть.
Мы проходили городской парк, когда Миша остановился.
- Что случилось? Тебе плохо?- Запереживала я.
- Я в норме. Просто хотел задать вопрос.
- Ну, задавай.
- У меня есть шанс когда-нибудь заполучить твоё сердце?
Я почувствовала себя неловко и неприятно, ведь я продолжала ждать Исайю.
- Твоё молчание значит, «нет»?
Я потупилась.
- Как ты после войны не понимаешь, что нужно жить здесь и сейчас? Ведь неизвестно, что с нами будет завтра.
- Не думаю, что это хороший разговор...
Но было поздно, Миша уже вспыхнул.
- Почему ты строишь иллюзии на счёт того, что твой итальяшка вернётся?
- Потому что он любит меня.
- Если бы любил, уже вернулся. Но его нет, ты ему не нужна.
- Замолчи! Не говори так о том, кого не знаешь!
- О, я всё знаю!
- Ни черта ты не знаешь! И знаешь что, вот, забери свои деньги за ту телеграмму!
- Ань...
- Замолчи! Я не хочу тебя слушать, а тем более видеть! Ты мне противен!
Я развернулась и бегом направилась в строну вокзала.
- Подожди!
За спиной послышались тяжёлые шаги, я ускорилась и скрылась за очередным поворотом.
Скоро начался дождь, и к тому моменту, когда я добежала до станции, уже была насквозь вымокшей. Я плюхнулась на скамью и заплакала.
- Что случилось?- Спросил старичок, протягивая мне свою кружку чая. Это был один из работников станции.
- Да так, день плохой.- Ответила я, вытирая слёзы.
- Сегодня электричек уже не будет.
- Знаю.
- Если хочешь, могу договориться, и тебя подбросят до дома?
- Я не здесь живу.
- А где же?
- В деревне, что в нескольких километрах отсюда.
- Что ж, тогда могу предоставить койку в моей будке.
И мужчина ткнул пальцем в небольшую комнатушку, которая находилась в паре метров от железной дороги.
- Вы очень добры.
- Ну, так что? Согласная?
Я улыбнулась.
- А как же вы?
- А что я? Я сегодня дежурю, смотрю за порядком, так сказать. Ну, вставай, пошли покажу твои хоромы.
Я поднялась и поковыляла вслед за старичком.
- Давненько у меня гостей не было. У тебя с фронта все вернулись?
- Нет.
- Соболезную.
- А у вас?
- После войны я остался совсем один. Жену немцы ещё в 1941 расстреляли, за мной побежала, когда мужиков из деревень забирали, а сын в 1944 погиб во время сражения.
- А как же вы смогли уцелеть?
- Я-то? Да прилежно на них-то, на фрицев работал, а потом умудрился и сбежать.
- А у тебя какая история?
***
Я долго ворочилась в маленькой комнатушке старичка, но в итоге, всё-таки, уснула. Под утро я услышала бодрый мужской голос.
- Здорово, отец! Когда электричка-то приедет?
- Ещё только через 4 часа. А откуда это ты такой нарядный?
- Да из Московской области только прибыл.
- Неужели, там до сих пор в форме ходят?
- Да нет, отец. Это я ещё после войны до дома не добрался, всё сынка своего искал.
- А как звать-то?
- Меня Васькой, сынка Лёшкой.
Я встрепенулась и, прям босиком, выбежала из укрытия.
- Васенька!
- Анюта!
- Братик!
- Сестрица!
- Как же долго мы тебя ждали! Каждый день на вокзал приходили!
- А я всё Лёшку искал. Обо всех приютах информацию выведал и так обрадовался, когда узнал, что он был в одном. Поехал я, значит, в этот брянский приют, встретил воспитательницу и спрашиваю, есть ли у них мальчуган по имени Алёшка Захаров, а она мне: «В 1943 году со своей тёткой в Курске остался». Вот я и вернулся на земельку-то родимую.
- Дома он! Только тебя и ждёт!
- Да ты что?!
- Да.
- Каждый день про тебя только и спрашивает.
- А Василиса тоже у вас?
- Тебе о ней так и не написали?
- Нет. А что с ней случилось?
- Погибла она ещё в 1941 году.
- Не может быть...
И я рассказала брату обо всём.
- Да как же так?! Война проклятая!
Я обняла Васю.
- Подумай о Лёше. У тебя сын живым и здоровым остался.
- Ты права. Дай угадаю, это ты была той тёткой, которая забрала Лёшку-то?
- Я.
- Спасибо, сестрица!
- Каждый из нас так бы поступил.
- Сколько у нас осталось времени до электрички?
- Ещё 3 часа.
- Пошли погуляем?
- А пошли.
В тот день я не пошла на работу, а уехала вместе с братом домой, где нас встретили с огромной радостью. Скоро о приезде Васи знала вся деревня. На следующий день я приехала на работу, написала заявление о переводе в Мальцевскую больницу, получила соглашение начальства и отправилась обратно домой.
Прошло ещё 4 месяца, и на дворе уже стоял январь 1946 года. Был канун рождества, и я решила съездить в храм на вечернюю службу. Когда я сказала, что собираюсь ехать в город, Лёша начал просить меня взять его с собой, но мы всей семьёй рассудили, что ему лучше остаться дома, потому что это будет уморительное путешествие для ребёнка. Но я пообещала, что привезу ему из города что-нибудь эдакое. Мальчик долго не расстраивался, он сел напротив Светы и начал внимательно смотреть за тем, как она вяжет, ему было интересно наблюдать, как мы занимаемся домашними хлопотами и с удовольствием помогал.
Попрощавшись с домочадцами, я отправилась на станцию. На улице было морозно, под ногами приятно хрустел снег, закатное солнце дарило последние яркие, лучи. Я вспомнила зиму 1942 года и получше укуталась в тёплое пальто. Каждый раз, когда в голове всплывало это воспоминание, мне становилось дико холодно и больно, казалось, что я опять не чувствую рук.
«Интересно, а что стало с тем Колей Трофимовым? Жив ли он вообще?»
К сожалению, это были такие вопросы, которые навсегда останутся без ответа.
Выйдя из транспорта и поздоровавшись с тем добреньким старичком, который приютил меня в ту сентябрьскую ночь, я отправилась в сторону храма. В городе была намного шумнее и люднее, чем в моей деревне. Дети в стареньких, потрёпанных курточках бегали по улицам и играли в догонялки, взрослые их не ругали, а просто улыбались. Было приятно смотреть на ребятишек, в чьих глазах были видны счастье, радость, а самое главное любовь к жизни.
«Подумать только, какие же они сильные и смелые!»
Вдруг на меня налетел один мальчишка, и мы вместе с ним упали на снег.
- Ты куда так спешишь, дружок?
- Вы меня простите, я не хотел.
- Я тебе верю.
Мы встали, отряхнулись от снега, и он собрался бежать дальше.
- Постой. С Рождеством!- Я протянула ему пару бараночек, которые остались в моём кармане после прогулки с Лёшей.
Мальчик удивлённо посмотрел на меня.
- Это мне? Я же вас толкнул!
- Ну, ты же не специально.
- Спасибо!
Он крепко обнял меня.
- Кстати, я Саша.
Я улыбнулась.
- А я Аня. Ну, беги, а то друзья, наверное, уже заждались.
- Счастливого Рождества!
- И тебе!
На службу я пришла минута в минуту. Купив у пожилой женщины 6 свечек, я подошла к подсвечникам.
- Как много у вас свечей.- Послышался чей-то голос.- Все за погибших?- Продолжал всё тот же человек.
- Нет, не все, только 5.
- А шестая для кого?
- Для человека, которого я очень сильно люблю, и который так и не вернулся с фронта.
Прошло 9 месяцев с окончания войны, а я всё продолжала ждать, надеясь, что когда-нибудь Исайя вернётся. К горлу начал подступать огромный ком, в глазах снова появились слёзы.
- Простите меня за излишнюю эмоцианальность, я просто... всё ещё не могу отпустить этого человека из своей жизни.
- Vieni da me, amore mio.
Я наконец-то подняла глаза на своего собеседника.
- Это ты...- Я прикрыла рот ладонью, чтобы не закричать.- Не может быть...
- Это я, amore mio.
Я крепко обняла его и постаралась изо всех сил не разреветься.
- Где ты был?- Всхлипывая спросила я.
- Я всё расскажу, когда выйдем отсюда, хорошо?
Я кивнула. Он поцеловал меня в самую макушку, и мы прошли к остальным прихожанам. С души свалился огромный валун, теперь я чувствовала спокойствие и умиротворение. Служба, для меня, пролетела, как одно мгновение. Мы вышли на трескучий мороз.
- А теперь рассказывай, где ты был?
- Когда я очнулся после того боя, первым делом, начал искать тебя, но не нашёл. Когда голова перестала трещать, я начал думать, куда бы ты могла пойти.
- И куда же, по твоему мнению, я пошла?
- Обратно в Курск. По пути я встретил войско, которое готовилось к атаке, всё им рассказал, послушав меня, взяли к себе.
- Подожди, ты был солдатом или врачом?
- Солдатом. Когда 8 февраля 1943 года, нам удалось освободить Курск, я отправился добровольцем в Минск, где меня называли не Исайя, а Юрий Фёдорович.
- Почему?
- Ещё в Курске капитан сказал, нужно менять имя на русское, чтобы не было лишних вопросов. Ну, я к нему и прислушался. Тем же вечером с ребятами придумали мне вот такой вот псевдоним. Последний раз меня Исайей только ты и называла.
- И как тебя теперь звать? Юра или Исайя?
- Да хоть Бобик.
- А дальше что было?
- 3 июля 1944 года бои в Минске закончились, но официального извещения об окончании войны не было, поэтому нас оставили там на неопределённое время. А уже 9 мая 1945 года мчался в Курск.
- От Минска до Курска ехать один день, ты должен был вернуться 10 мая.
- Я и приехал ночью 10 мая.
- На поезде?
- Нет, на грузовике-полуторке. Пришёл в деревню, смотрю все дома разрушены и твой тоже, подумал, что погибла и ушёл.
- И что ты делал дальше?
- Устроился врачом в городскую больницу.
- В шестую?
- Да.
- А я всё это время в пятой работала. Между ними расстояние пару километров, пешком можно добраться.
- Зато теперь мы снова вместе.- Улыбнулся Исайя.
- А где ты сейчас живёшь?
- В общежитии рядом с моей больницей. А ты?
- А мы заново дом выстроили.
- Да ладно!?
- Да. Конечно, не обошлось без помощи соседей, но мы всё же это сделали.- Я немного помолчала, а затем спросила:- Зачем ты пришёл в храм?
- Затем же, зачем и ты, помолиться за погибших.
- И как часто ты ходишь туда?
- Каждое воскресенье.
- Правда?
- Конечно.
Вдруг я спохватилась, ведь последняя моя электричка отправлялась в 6 часов. Я посмотрела на время и тихонько произнесла:
- Через 40 минут у меня электричка.- Я помолчала, а потом продолжила:- Поедешь со мной?
- Предлагаю, сегодня тебе остаться со мной.
Это предложение было настолько соблазнительным, что я сразу же согласилась.