Подаренная жизнь

После их разговора в запретной комнате, Эйдан долго молчал.
Он отвёл взгляд, будто борясь с самим собой.
Но потом… всё же заговорил.

— Ты хочешь правду? — голос его был хриплым, усталым. — Хорошо.
Ты должна знать, кем ты была. И кем была для меня.

Он провёл рукой в воздухе, и перед ними раскрылось зеркало. Но не обычное.
Это было зеркало памяти.

Серебряная рябь дрожала, пока внутри не проступил образ.
Аделина замерла.

— Это… я? — прошептала она.

В зеркале — девушка, похожая на неё, но в старинном платье, с другим лицом, другими глазами. Однако она ощутила: это была она, в другой жизни.

— Много веков назад, — начал Эйдан, стоя за её плечом, — ты родилась в семье жриц, хранительниц древней магии. Я… был тем, кого они боялись. Тем, кого призывали, когда всё рушилось.

— Демона? — спросила она тихо.

Он кивнул.

— Но ты была другой. Ты не боялась меня. Ты выбрала меня. Хотя знала, чем это закончится.
Ты пожертвовала собой… чтобы меня спасти.

Аделина медленно подняла взгляд.

— Спасти от чего?

— От исчезновения. От превращения в чудовище. Ты привязала мою душу к своей.
Ты умерла. Я — нет. Но часть тебя жила во мне всё это время.

Он провёл пальцами по её щеке.

— Я искал тебя в каждом времени. В каждой эпохе. Ты возвращалась — и каждый раз забывала. Но теперь… ты ближе, чем когда-либо. Ты помнишь сны? Это были не сны. Это были воспоминания.

Аделина сделала шаг назад. Всё внутри сжалось.

— То есть всё это… судьба?

— Нет, — он качнул головой. — Это выбор. Каждый раз ты могла отвернуться.
Но ты всегда возвращалась.

Она снова посмотрела в зеркало.

Образ девушки внутри — улыбался ей. Той же полуулыбкой, которой иногда улыбалась Аделина.
И впервые — она поверила.

— А если я снова выберу тебя… — тихо сказала она, — ты разрушишь всё ради этого?

Он подошёл ближе. Его ладонь легла на её шею, там, где в снах всегда ощущалась боль.
— Я уже разрушил.
И разрушу снова.

Они смотрели друг на друга долго.

И вдруг, в её сердце вспыхнуло пламя узнавания.
Она вспомнила, как умирала в его объятиях.
Как он звал её по имени, срывая голос.
Как клялся найти снова.

— Тогда я не отпущу тебя, — прошептала она. — Ни в этой жизни. Ни в следующей.