Часть 24
Весь зал был украшен золотыми и чёрными украшениями. Блестящие гирлянды, воздушные шары и элегантные банты придавали пространству ощущение праздника. Сегодня здесь должна была пройти вечеринка, к которой мы готовились долгое время. Я и несколько других учеников вызвались помочь с украшением.
– Как же хорошо, что ты предложила мне помочь украшать зал, – сказала Лейла, передавая мне золотую ленточку. Её лицо светилось довольной улыбкой. – А то бы сейчас сидела на нудной лекции.
– Вообще-то, я не хотела, чтобы ты прогуливала пару, – ответила я с лёгкой усмешкой, привязывая ленточку к одному из столбов. – Но рада, что угодила тебе.
Лейла подняла брови и, подойдя ближе, заговорщически кивнула в сторону сцены:
– Нервничаешь? До выступления осталось всего пару часов.
Моё сердце екнуло. Я скользнула взглядом по сцене и неуверенно кивнула:
– Немного. Последний раз я выступала ещё до смерти родителей... Но я хочу побороть себя.
Мои слова повисли в воздухе. Я знала, что Лейла, вероятно, догадалась, о чём я думаю. Я повернулась к сцене и попыталась представить, как пою перед родителями и сестрой. Они никогда не видели мой сольный концерт. Тогда, в тот день, случилась авария. Я часто задавалась вопросом: что бы они почувствовали, увидев меня на сцене сейчас? Как бы они гордились, если бы знали, что я не бросила музыку.
– Они бы гордились тобой, – тихо сказала Лейла, её голос был тёплым и успокаивающим. Она положила руку мне на плечо, слегка сжав его.
Я повернулась к ней и ответила с улыбкой:
– Я рада, что ты со мной.
Моё внимание переключилось на вход в зал. В дверях появились Маф, Лиза и Соня. При виде последней я напряглась. Мы не разговаривали уже две недели, с того самого случая, который навсегда изменил наше общение. На репетициях мы едва пересекались взглядами. После её поступка мне не хотелось иметь с ней ничего общего.
Лейла заметила моё настроение и спросила осторожно:
– Ты с ней так и не говорила?
Я вздохнула, пытаясь сдержать раздражение:
– А ты думаешь, нам есть о чём говорить? Она отнеслась ко мне, как к вещи.
– Прости, – пробормотала Лейла, явно чувствуя свою ошибку. Затем, глядя на приближающихся девочек, добавила: – Но, похоже, судьба не на твоей стороне.
Я старалась сосредоточиться на работе, игнорируя Соню.
– Как идёт работа? Готовы сегодня зажечь? – громко спросила Маф, закидывая руку на плечо Лейлы.
– Конечно готовы, – с энтузиазмом ответила та, слегка улыбнувшись.
– Адель, хотела бы пожелать тебе и Соне удачи на выступлении, – с добродушной улыбкой добавила Лиза. – Уверена, это будет одно из лучших выступлений.
– Спасибо, – коротко ответила я, так и не повернувшись к ним. Я знала, что, если посмотрю, встречусь с глазами Сони, а этого я допустить не могла.
– Да, спасибо, – наконец раздался знакомый голос. Тот голос, который я больше всего не хотела слышать.
Лейла заметила, как мне стало неуютно, и быстро вмешалась:
– Ну что ж, как только закончим, найдём вас. У нас ещё много дел.
– Хорошо, – ответила Маф, улыбнулась и поцеловала Лейлу в щёку. Затем девочки ушли.
Я наблюдала за ними краем глаза. Их отношения были стабильными, без ссор или конфликтов. Я радовалась за них, хоть иногда и чувствовала лёгкую зависть.
– Спасибо, – тихо сказала я Лейле, возвращаясь к своей работе.
***
Зал был полон. Свет погасили, оставив лишь слабое освещение сцены. Ведущий громко объявил:
– А сейчас поприветствуем наших учеников с музыкального факультета, которые исполнят авторскую песню и откроют наш вечер!
Зал взорвался аплодисментами, криками и свистом. Сердце стучало так громко, что, казалось, его слышат все. Мы вышли из-за кулис.
Сотни глаз смотрели на нас. Мои ладони вспотели, ноги подкашивались. Я встала у микрофона и закрыла глаза. Сделала глубокий вдох, стараясь представить, что пою только для своих близких. В голове всплывали лица родителей и сестры. Их образ придал мне сил. Я чувствовала, как страх медленно уходит, и начала петь.
Музыка обволакивала зал, каждое слово я пропускала через сердце. На мгновение я решилась открыть глаза. Взгляды в зале были заворожёнными. Люди слушали, словно боялись пропустить каждую ноту. В этот момент я поняла: я сделала это. Я преодолела свой страх. Моя песня была для них – для тех, кого больше нет рядом. И я надеялась, что они слышат её там, где бы ни находились.
***
Как только мы спустились со сцены, к нам бросилась Лейла. Её глаза сияли от восторга. Она обняла меня так крепко, что я чуть не потеряла равновесие.
– Это было офигенно! – воскликнула она. – Ты должна выступать на больших сценах!
Я рассмеялась.
– Пока что и этой сцены мне достаточно.
Маф подошла к нам, поддержав Лейлу:
– Она права. Это было круто.
Я улыбнулась:
– Рада, что вам понравилось.
– Ну что, давайте зажжём на этой вечеринке! – закричала Лиза, и её крик тут же подхватили остальные.
Зал наполнился радостным шумом. Наступил вечер, который я запомню навсегда.