Выпуск. Конец.
***
Я проснулась от спора двух голосов. Они отдавались в голове эхом и бульканьем, и я сильнее зарылась лицом в холодную подушку. Голоса стали различимы, и я смогла понять кто их обладатели. Рыжий и Македонский. Два рыжих парня, спорили о том, чья же будет Рыжая. Я усмехнулась этой картине и повернулась на правый бок, чтобы разглядеть все своими глазами, а не только ушами.
— Ты ее разбудил! — начинает возмущаться Македонский, на что я заливаюсь смехом. Рыжий смеется со мной, пока до Мака не доходит абсурдность ситуации и он сам не начинает тихо смеяться. Отсмеявшись я встала с кровати и вышла в коридор умыться и сходить в душ, захватив с собой запасной комплект одежды уже в своей комнате.
В комнате четвертой все спали, поэтому я быстро забрала вещи и ушла прикрыв дверь. Захожу в туалет с душем и влезаю в кабинку. Открываю холодную воду и встаю под струю, охлаждая себя, после всего что происходит. В конце концов, немного это и помогает. Иду обратно в комнату, и утаскиваю с собой всю косметичку. Притащив ее в комнату к Рыжему, я уселась на пол и принялась размазывать какой-то крем, на свое лицо. Найдя наклейки в форме сердечек налепила из на щеку.
— Я хочу видеть тебя всегда, а не только на Изнанке. Не переживай за меня. Все будет хорошо.
Я провожу пару раз рукой перед глазами, зажмуриваясь.
— Не смей отгонять мысли обо мне! — твердит голос не унимаясь.
— Как ты?
— Я живой, все еще на операции. Скоро все закончится.
Я все же отгоняю эпизод от себя, и иду к Рыжему, врезаясь в его грудь. Он меня обнимает, прижимая к себе, улыбается. Я беру его за руку и тащу в Могильник. Он же не сопротивлялся, шел спокойно сжимая мою руку. У входа в операционную я села на пол, как любил садиться Слепой, и принялась сверлить взглядом белую дверь. Вдруг дверь распахивается, и из нее выходят двое Пауков и вывозят Слепого на каталке. Я направляюсь за ними, прямиком в палату.
— Вы Смерть? — Паук получает кивок и впускает в палату и уходит. Слепой лежит не двигаясь, на глазах повязка, а сам он бледнее обычного.
— Слеп? Ты тут? — спрашиваю я, подходя ближе, остригаясь напугать, или же сделать что-то не так.
— Не бойся, подходи ближе, я же слышу где ты. Через два часа повязку снимут, и я смогу видеть. Давно я этого ждал, — говорит парень, вытягивая руку в сторону где стояла я. Сжав его руку, я села на стул и опустила макушку рядом с телом Слепого.
Я уснула и не заметила как пролетело время, Рыжий, что все это время стоял позади, ушел. В палату зашли Пауки, будя меня и Слепого. Они спросили его, готов ли он, получив неоднозначный кивок, подвели его к огромному зеркалу. Я подошла и взяла за кончик повязки, развязывая. Бинты спали на пол, Слепой снял последние и огляделся, зажмуриваясь.
— Ярко.. Я все вижу... — я в первые видела его таким счастливым за все 18 лет. Он ходил и трогал все, до чего мог дотянуться, смотрел на небо и на солнце, вглядывался в стены и в пол, в людей и в... меня.
— Как ощущения? — спрашивает медсестра, осматривая голубые глаза парня.
— Это.. идеально... Какая же ты красивая, даже красивее чем на Изнанке, так на меня похожа, — улыбается он, обнимая меня. Я улыбалась во все тридцать два, почти прыгая до потолка от счастья и радости, что самый близкий человек обрел то, что мог бы никогда не обрести.
***
Все потихоньку собирались в спортзале, бегали и шумели. Я же временила с этим, общаясь с ребятами из стаи, которые проводили тур по нашей комнате Слепому. Рядом с ребятами он как всегда не выдавал ни единой эмоции и даже не улыбался. Но оставшись на едине со мной, сразу вернул улыбку на лицо. Ему больше не нужно ощупывать меня, чтобы найти руку или другую часть тела. Сейчас он видел все, и даже больше.
Донесся крик откуда-то сверху, и мы все вместе побежали на крышу. Крик явно был мужской, значит это кто-то из парней нашей стаи.
***
Череп был беспощаден. Он бил арматурой в разные стороны, пока не понял, что Вестник попросту не двигается. Испугавшись самого себя, он бросил металическую трубу на пол и подлетел к парню. Маленький, тринадцатилетний мальчик, лежал весь в крови, и обрывисто дышал. Подняв его он не успел вынести его с крыши, как на нее влетели трое. Девушка смотрела на Вестника на руках у Черепа, парни стояли позади.
— Ты че блять с ним сделал?! Вестник! Он жив? — Кричу я подлетая к мальчишке. — Он же совсем маленький!
— Я не знаю, не понимаю как, я не хотел.. — заикаясь говорит Череп, спуская парня вниз и неся его в Могильник.
— Заткнись пока сама тебя этой палкой не уебала! — огрызаюсь я, проверяя действия Черепа.
***
Все собрались в спортзале, и уселись по кругу. В центр вышел Слепой и начал лекцию.
— Здравствуйте Домовцы, я хочу сказать вам, что вы все максимально сильные люди, если дожили до этого момента. Сейчас я попрошу остаться здесь тех, кто пройдет на второй круг, а остальных возвратиться домой в Наружность. Спасибо, — это были финальные его слова, и осмотрев всех оставшихся, язвительно улыбнулся.
Остались только те, кто были из четвертой или состояли когда то. Разговор был сложным, но приятным. Я лежала на тонких коленях Слепого, держа его за руку. На что тот мило улыбался и потирал глаза от усталости. Табаки сидел в коляске почти засыпая, все остальные держались очень бодро и продолжали свои рассказы.
Так и наступил конец всей нашей истории, как и для нас, так и Дома. Все кто хотел вышли в Наружность, остальные остались и выбились в воспитатели. Мы со Слепым решили выйти в Наружность, и жить вместе. Я обрела то самое счастье, которое так хотела, а он обрел свою любовь и теперь уверен в том, что никогда ее не потеряет.
Спасибо большое за прочтение, очень всех люблю!💕