ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СВАДЬБЫ. - ,, ГЕРОИН ,,

День в доме семьи Гу Хая не задался с самого утра. Дети плакали, не переставая и Хай не понимал, что с ними случилось. Его и самого последнее время мучили кошмары, к тому же, он начал переживать за Иня, хоть и знал, что тот в это время находится на встрече с коллегами из Японии.

Когда пришла мать Юань, чтобы помочь в делах сыну, дети не спали. Почти час Гу Хай старался их успокоить, уложив на свою грудь, пока они, наконец-то не заснули. Тихо и очень осторожно наш любящий папочка положил своих малюток по кроваткам, а сам отправился в домашний офис, чтобы проработать, пока было у него время.

Едва он приступил к работе, как телефон тихо звякнул. Взглянув на экран, Гу Хай увидел, что ему пришла смска от неожиданной персоны, которую он на дух не выносил и даже не хотел звать по имени.

= Я жду тебя в старом ресторане напротив твоего офиса =

= Если не придёшь, я могу убить Иня=

= А вчера я призналась ему в любви...=

Прочитав эти строки, Гу Хай так и застыл с телефоном в руке. Его глаза покрылись красными сеточками ярости такой силы, что он чуть не взорвался от ревности и от злости. Не понимая, что за сумасшедшая хочет разбить его семью, да ещё и угрожает убить его любимого Иня, Гу Хай вышел из офиса, быстро накинул куртку и, не задумываясь о том, к каким последствиям может привести его поступок, тихо предупредил Цзань Юань:

- Мама, побудь с малышами, я скоро вернусь. Мне надо кое с кем встретиться по работе.

Так Гу Хай вышел из дома, не осознавая, что ходит по минному полю. Одна из этих мин и есть сумасшедшая Ши Хуэй – он не понимал, что это уже не та девочка из юности, а взрослая женщина, готовая на всё, только чтобы разбить жизни других и отомстить за свои неудачи.

Когда Гу Хай вошел в ресторан, Ши Хуэй уже сидела за столиком. Перед ней стоял бокал с недопитым вином, на котором виднелся отпечаток яркой помады, а в пепельнице высилась целая гора из окурков. Гу Хая немедленно перекосило от сильного запаха алкоголя, смешанного с сигаретным дымом.

- О, какие люди!- иронично заметила Ши Хуэй, делая очередную затяжку.- Прошу, садись. Если честно, я не ждала твоего прихода. Что ж, это к лучшему. Значит, мой Бай Ло Инь действительно очень дорог для тебя.

Но Гу Хай не собирался присаживаться. Он окинул нахалку, посмевшую произнести такие речи, презрительным взглядом, процедив сквозь зубы:

- Он не ТВОЙ Бай Ло Инь, а мой супруг!

Угрожающе показав на нее пальцем, Гу Хай продолжил:

- Я запрещаю тебе даже произносить его имя! Твоим Инь никогда и не был! Зачем ты бегаешь за ним? Лучше создала бы свою семью и жила бы счастливо.

Что тебе надо? Да кто ты вообще такая, что смеешь мне такие смски присылать, еще и с угрозами! Знаешь ли ты, что я тоже могу тебе не только угрожать, но и сделать так, чтобы ты вообще исчезла с лица земли!

Гу Хай выглядел таким рассерженным и кричал так громко, что на них уже стали обращать внимание другие люди.

- Где была твоя любовь, когда ты бросила Иня и уехала в Америку, - продолжал кипятиться Гу Хай, - ты об этом не думала? Он что, одна из твоих игрушек? Говори немедленно, что тебе надо от моего мужа, он уже женатый человек!

- Твоего мужа? Твоего мужа говоришь?! – сорвалась на визг Ши Хуэй, небрежным жестом отбросив сигарету, - он должен был стать МОИМ мужем, а не твоим!

Ши Хуэй повысила голос, и, в раздражении ударив по столу, она вскочила и уставилась на Гу Хая с такой ненавистью в глазах, что тому стало не по себе.

- Ты украл у меня моего Иня! – визгливо закричала она, - и уничтожил его перед моими глазами в тот день, убил и изнасиловал его мужскую гордость!

Внезапно Ши Хуэй покачнулась и ухватилась за край стола.

- А мне, - продолжила она, - ты всё разрушил: и счастье, и мою женскую сущность. Ты уничтожил все те отношения, что я создавала с таким трудом, и сделал больно моему парню. Украл мои 10 лет жизни, которые я могла бы жить с ним!

Эти злые слова, брошенные ему в лицо, заставили Гу Хая побледнеть, но он постарался сдержаться — тихо встал перед её лицом, произнеся с нехорошей усмешкой:

- Так тебе было недостаточно всего, что ты тогда увидела? Ты его не заслуживала, и я вовсе не крал Бай Ло Иня у тебя. Если тебе не изменяет память, вы уже расстались, когда мы с ним начали встречаться. А я вот прекрасно помню, как он из-за тебя страдал! И сейчас, спустя 10 лет ты имеешь столько наглости, чтобы прийти и угрожать разбить его семью?

Он помахал пальцем перед лицом ошарашенной Ши Хуэй:

- Мы уже не дети, а взрослые женатые люди! Ты сделала свой выбор, когда опять уехала в Америку, а не осталась здесь, чтобы бороться за Иня. А я всегда был рядом с ним, ждал, искал, и вот он стал моим супругом, - как можно более язвительно произнес Гу Хай, чтобы ударить соперницу по самому больному месту.

Он вздохнул от душившей его ярости и угрожающим тоном подытожил:

- Если дотронешься до моего мужа хоть пальцем, то я тебя точно уничтожу. Да так, что пепла не останется.

Но эти угрозы только сильнее раззадорили подвыпившую, а оттого готовую на любые авантюры Ши Хуэй.

- Я тоже самое могу сделать с тобой, Гу Хай, - с гордостью сказала она, показывая на себя. - И послушай меня внимательно: вчера я была у Бай Ло Иня в части, и он меня встретил очень ласково, а еще обнял. Конечно, Инь сказал мне, что, к сожалению, уже женат, а если бы был свободен, то серьезно подумал бы о том, чтобы на мне жениться.

Это заявление подействовало на Гу Хая, как красная тряпка на быка, и он закричал в ярости:

- Ложь! И не надо клеветать на моего супруга. Мне что, больше делать нечего, как слушать твоё вранье? Я Иня знаю, как свои пять пальцев!

Но все те слова, что Ши Хуэй сказала про нежность и объятия, для Гу Хая стали как кость в горле. Его терпение было на исходе, поэтому он начал нервничать и был готов разорвать её на куски.

- Чушь собачья, - закричал он, - я знаю моего мужа, так что не ври мне, а то я задушу тебя собственными руками прямо здесь!

Но его крик не возымел должного действия на Ши Хуэй. Привыкшая к приступам ярости бывшего мужа, она научилась ловко парировать такие выпады. Она поцокала языком и заявила:

- Ах, тебе не нравится, как Бай Ло Инь обращается со мной? Ты что, Гу Хай так сильно ревнуешь? Так заруби себе на носу, что я его добьюсь и заберу от тебя! Я уверена, что Инь еще любит меня.

Все поплыло перед глазами Гу Хая, но он постарался сказать как можно тверже:

- Послушай меня, ничего у тебя не выйдет из этой затеи. Лучше уезжай за границу, пока я добрый. Хочешь денег - скажи сколько, но моего супруга я тебе не отдам, а твоим он никогда и не был, потому что Иня ты не любила, а только использовала его. Ты с ним поиграла, так, как твой богатый отец подучил тебя, а сейчас пришла разрушить его семью.

- Это и есть твоя любовь к Иню? Научись сперва уважать решения других людей, научись любить сама, чтобы быть любимой и счастливой, а не ройся в поисках старых костей, их уже нет, съели другие...

Но Ши Хуэй ничего не хотела слышать. Казалось, она разучилась рассуждать здраво – в ее мозгу засела одна-единственная мысль. Она сложила руки на груди и заявила:

- Нет, я никуда не уйду! Я буду мстить тебе за прошлое - ты мне должен все эти потерянные годы. Ты разрушал мою психику с того самого дня, когда уничтожил мою любовь перед моими собственными глазами. Ты разрушал все мои сны и мечты, в которых я так хотела жить с Бай Ло Инем. Ты, Гу Хай стал моим кошмаром на очень много лет, и тот самый день по-прежнему стоит у меня перед глазами!

Я тщетно старалась его забыть, выйдя замуж. Я всю себя посвятила мужу, но замен не получила ничего: ни любви и ни семьи, а только одни страдания, потому что всегда скучала по Иню. Я любила и все ещё люблю Бай Ло Иня, но ты, Гу Хай, никогда меня не понимал, и в этот раз я его заберу от тебя, - с гордостью уточнила Ши Хуэй.

Но и Гу Хай был не тот человек, который мог так просто отступиться от своего, поэтому он яростно кинулся в атаку:

- Инь не твой, ты с ним поиграла и выкинула, а лично я ничего не крал у тебя. Я познакомился с ним после вашего расставания, так что ты сама виновата в вашем разрыве. А теперь поздно спохватилась - Инь принадлежит мне по закону, мы женаты! Как это до тебя не может дойти?

Он глубоко вздохнул и добавил:

- За то, что я тогда сделал перед твоими глазами, прошу простить меня. Я был слишком молод и потерял голову от любви, поэтому поступил очень плохо. Я, Гу Хай, никогда ни у никого, кроме моего мужа, не просил прощения! Так что можешь мне поверить - я действительно раскаиваюсь...

Поэтому я и согласился сегодня на встречу, чтобы извиниться и не только перед тобой, но и перед моим сердцем, чтобы оно, наконец, успокоилось. Но ты сама вынудила меня так поступить, а пострадавшим был только мой Инь, а не мы двое. Так что, по правде говоря, мне надо просить прощения у Бай Ло Иня, а не у тебя.

Ты, Ши Хуэй, стала слишком жадной и не заслуживаешь такого мужчину, как Инь. Подумай об этом хорошенько и иди, создай свою семью, пока ты еще молода.

А покупать и продавать мы все это умеем, ведь мы – дети богатых родителей, но любовь все-таки нельзя купить, если она сама не придёт.

Мой тебе совет: иди, подлечись сперва, а потом найдёшь себе своё счастье. А мою семью не трогай, - тихо сказал Гу Хай, подозревая, что говорит со стеной, а не с человеком.

- Моё лечение - это Бай Ло Инь, и на этот раз я все так не оставлю, даже мёртвого заберу от тебя! - с угрозой Ши Хуэй бросила Гу Хаю прямо в лицо.

В ответ Гу Хай подлетел к ней, хоть и знал, что от нее всего можно ожидать.

- Знаешь, я ни разу в жизни не ударил женщину, не вынуждай меня делать это сейчас. А то могу, прямо перед твоей охраной! Не зли меня больше, ведь ты знаешь, на что я способен! Иня не трогай, ясно? Он и так единственный пострадавший во всей этой истории.

-Ты его бросила, а я его нашел и он уже мой супруг по закону. Мне очень жаль тебя, но ты сама виновата. Старайся не мстить мне, а найти своё счастье, не трать время даром. Научись вначале любить, уважать, и не быть эгоисткой, может, тогда твоя судьба сама тебя найдет.

За прошлое я очень извиняюсь, найди в себе силы меня простить, может, тогда на душе станет легче и тебе и мне, ведь, как ни крути, мы оба виноваты перед Инем, и мои раны тоже нуждаются в лечении.

- Прости, - тихо сказал Гу Хай, смотря прямо в глаза Ши Хуэй. – Может, тебя успокоит мое раскаяние, а может, и нет, ведь ты таких слов не знаешь. А я вот научился рядом с моим Инем, и я всегда был терпеливым, не жадничал.

Бай Ло Инь - мой супруг и моя «жена», поэтому я буду всегда защищать его, но тебе отдать я не смогу никогда, даже не проси о таком, - тихом голосом, в котором не было никаких угроз, Гу Хай сказал свои последние слова перед Ши Хуэй.

Затем он молча вышел в сопровождении трёх охранников, а ещё рядом с машиной ждали двое, которые всегда сопровождали Гу Хая до самых дверей дома. Пересекая дорогу, он услышал громкий звук машины, несущейся на предельной скорости. Не успел он оглянуться, как охранники изо всех сил оттолкнули его в сторону. Удар огромного джипа пришелся вскользь – он выкинул Гу Хая прямо на кустарник, а один из охранников вылетел на дорогу- он успел защитить своего босса, но самого себя спасти не смог.

На короткий миг настала звенящая тишина - Гу Хай старался сдержатся и не закричать, понимая, что старые раны опять открылись, а еще он не чувствовал левую ногу. Боль, которая пронзила его тело, была невыносимой. Гу Хай осознал, что он не выдержит ее, поэтому, находясь на грани жизни и смерти он начал думать об Инь Цзы, о своем принце, которого не послушался.

Его грела мысль, что рядом - охранники, и он - в надёжных руках. А как станет оправдываться перед «жёнушкой», ему пока не хотелось думать, ведь он уже знал, что без наказания не обойдется.

Прошептав: «Прости меня, Инь, я не послушался тебя», Гу Хай потерял сознание от сильной боли в спине.

Большой джип врезался прямо в столб – мгновенно полыхнуло пламя, яркими искрами брызгая вокруг. Когда дверцу с трудом открыли, оказалось, что за рулём была та самая несчастная Ши Хуэй, лежащая без сознания. Её охрана пыталась вытащить свою хозяйку, потому что пожар разгорался, грозя смести все на своем пути.

На их лицах читалась растерянность, казалось, они сами не понимали, как она решилась на такое страшное дело, и как теперь объяснять боссу, что его дочь стала преступницей. Эти телохранители много лет были рядом с Ши Хуэй, но впервые она совершила такой ужасающий поступок, что они сами не поверили увиденному.

Тем временем охрана Гу Хая уже дозвонилась до скорой помощи, а второго тяжело раненного телохранителя окружили прохожие, помогая кто чем сможет. Вскоре на место ДТП приехали скорая помощь и полиция. Опросив прохожих и личную охрану Гу Хая, полиция выяснила, что это было покушение на убийство.

Рядом с боссом в скорую помощь сел один из его охранников, который объяснил врачу, что пострадавшего надо отправить в госпиталь военной части.

- Простите меня, доктор, - сказал выживший телохранитель, - но мой босс приписан к военному госпиталю, его муж - командир ВВС Пекина.

Врач быстро понял, с кем имеет дело и велел водителю развернуться и ехать по другой дороге, в сторону военного госпиталя.

- Вы уже предупредили супруга вашего босса, что мы едем в госпиталь? – спросил врач, когда они уже были в дороге.

- Нет, - устало покачал головой телохранитель, - я даже не знаю, как ему сообщить о случившемся, а ещё у него сейчас важное заседание, я не могу его беспокоить в такой момент.

- Тогда я ему позвоню, - ответил врач, - набирайте его номер. По закону мы в первую очередь обязаны связаться с близкими родственниками или супругом.

Согласившись с его доводами, охранник сообщил, с кем надо связаться и отдал свой телефон врачу. В ожидании неприятного разговора он стал очень переживать и не только за Гу Хая – он боялся даже представить себе, в какую форму выльется гнев его хозяев и какое наказание он получит от Гу Вито и Бай Ло Иня.

А доктор тем временем дозвонился до ВВС, строгим тоном проговорив в трубку:

- Алло, я врач скорой помощи. Прошу соединить меня с командиром Бай Ло Инем, это срочно.

Когда секретарь переключила звонок на внутренний телефон Иня, он продолжил:

- Здравствуйте, я врач скорой помощи и мы везем вашего супруга в военный госпиталь. Его ударил большой джип, есть повреждения внутренних органов. Больной находится без сознания, мы сделали обезболивающий укол, который должен поддержать его на время.

«Как это случилось, где его охрана?» - голос из трубки был таким громким, что телохранитель тоже услышал его.

- Ах да, охранник здесь, он его сопровождает. Я отдаю ему трубку, — тихо ответил врач.

Дрожащими руками телохранитель Гу Хая взял трубку - едва заслышав гневный вопль мужа босса и военного командира Бай Ло Иня он так растерялся, что не смог вразумительно объяснить, как все случилось.

- Простите нас, командир, - в ужасе бормотал он в трубку, - мы не ожидали такого поступка от этой ненормальной Ши Хуэй. Ваш супруг все еще без сознания, но мы смогли его защитить. Я уже предупредил врача про его старые раны и ему сделали обезболивающий укол.

Инь, наконец, отключился и охранник окаменел с телефоном в руках, думая о том, что предстоит еще звонить старому боссу, Гу Вито. Но решив, что в любом случае сообщить ему придется, набрал знакомый номер.

-Уважаемый Гу Вито, простите, но у нас возникли проблемы с вашим сыном, Гу Хаем, - дрожащим голосом начал телохранитель. - Мы не смогли удержать его дома, и у него состоялась встреча с Ши Хуэй. А когда мы вышли из ресторана, чтобы уйти, она наехала на нас машиной. Мы едва успели спасти Гу Хая, но сейчас он без сознания, у него проблема с ногой ниже колена и мы находимся в дороге к госпиталю.

Это было настоящее покушение на убийство! Простите нас, мы старались его защитить... Я уже предупредил его супруга, он будет нас ждать в госпитале, а других пострадавших телохранителей забрали в городскую больницу и эту девицу тоже туда отвезли, она въехала в столб.

Услышав такое новости, Гу Вито не мог поверить, что его сын опять попал в аварию, да ещё это оказалось покушением на убийство. Он осознал, что сам не ожидал от Ши Хуэй такого отчаянного поступка, но мгновенно решил, что не оставит это так и война будет до последнего.

Растерянный и взволнованный сообщением о сыне, Гу Вито стал беспокоиться и о внучатах. Он сразу позвонил жене, предупредив ее, что с Гу Хаем беда, и она должна побыть с детьми, пока всё не решится.

Недолго думая, Гу Вито сделал ещё один телефонный звонок в дом Бай Хану. Он поговорил с Чжоу и попросил ее прийти на помощь к Цзань Юань и вдвоем с ней заниматься своими внучатами, пока они разберутся с проблемами Гу Хая, который находится по дороге к военной госпиталь. Узнав такую ошеломляющую новость, мама Чжоу не смогла сдержаться - её крик и слёзы услышал муж Бай Хан.

- Жена, скажи, что случилось? – испуганно спросил он, - что-то с нашим Инем?

- Нет, дорогой, - плача, сказала Чжоу, - с Бай Ло Инем все хорошо, а вот на Гу Хая было покушение на убийство и сейчас его отправили в госпиталь. Он без сознания...

Не успела Чжоу объяснить все до конца, как у Бай Хана случился сердечный приступ. Ведь для него Гу Хай был не только зятем, он стал ему родным сыном. Он всем сердцем прикипел к этому вспыльчивому молодому человеку, который воевал со всеми за своего Иня много лет. И вот сейчас он попал в такую беду, а дома остались его малютки, которые ждут - не дождутся своего папочку.

Чжоу была в шоке: увидев мужа, лежащего на полу, она криком позвала сына Мэн Тун Тьяна, который был в своей комнате.

- Сынок, быстро звони в скорую помощь, - закричала она, - у отца опять сердечный приступ! Ах, я дура такая, зачем ему все рассказала о Гу Хае, я же знала, что у него проблемы с сердцем. Давай, сынок, помоги мне, его тоже надо отправить в госпиталь, он там на учёте состоит, предупреди скорую помощь!

А в это время в госпитале у врачей началась лихорадочная работа – узнав, что сюда направляется сын бывшего офицера и командира ВВС Пекина по совместительству супруг теперешнего командира Бай Ло Иня, они действовали быстро, четко и слаженно, мгновенно подготовив все необходимое для оказания помощи пострадавшему. Вскоре врачи уже были готовы к прибытию Гу Хая, зная что старые раны могут открыться, вызвав большие проблемы во время обследования.

Как только Бай Ло Инь появился в госпитале, он обнаружил, что скорая уже прибыла.

- Почему мой муж все еще без сознания? – волнуясь, спросил Инь врача скорой помощи.

- Простите, но мы ему сделали укол адреналина и успокоительного, потому что он сильно пострадал и видимо, открылись старые раны. Из-за этого он и потерял сознание. У него перелом колена, а насчет остального тела мы не знаем, вот сделаем обследование, а потом выясним, уважаемый командир.

Бай Ло Инь сопровождал любимого мужа до отделения реанимации, держа за руку, пока его везли на каталке в операционную. Растерянный и очень взволнованный, Инь остался в зале ожидания, невольно вспомнив, как 10 лет назад ему пришлось уйти, приняв ошибочное решение, но сегодня он - законный муж и не сделает отсюда ни шага.

Он подумал о том, что если бы и не был сейчас мужем Гу Хаю, всё равно никогда больше не оставил бы его. Больного увезли, и в зале ожидания на время воцарилась тишина, словно все вокруг застыло в ожидании хороших новостей от докторов. Бай Ло Инь присел на больничный стул, обняв голову руками - он понимал, что Гу Хаю придётся снова лечь под нож хирурга, чего никогда не должно было случиться.

Внезапный звонок телефона заставил Иня отвлечься от его горьких размышлений и переживаний. Он поднял трубку и увидел, что звонит его брат.

- Мэн Тун Тьян, что случилось?

- Брат, отец упал без сознания, - быстро сообщил Мэн Тун Тьян, - у него опять сердечный приступ, и мы находимся в кардиологическом отделении, здесь, в госпитале. Я тут один, а отец в реанимации, и я очень боюсь, брат, врачи пока ничего не говорят, может, ты придёшь ненадолго? Я на пятом этаже, а мать пошла к вам домой, побыть с детьми вместе с тётей Юань.

Бай Ло Инь был в шоке, не понимая, что за день сегодня такой и куда ему бежать? А отца Гу Вито тем временем еще не было видно, хотя он уже должен быть здесь, ведь это он предупредил о несчастье с Гу Хаем.

Инь быстро встал и поднялся на пятый этаж, где Мэн Тун Тьян в одиночестве стоял рядом с реанимацией в надежде на хорошие вести.

Когда Бай Ло Инь переговорил с врачами, и ему стало немного спокойнее. Инь объяснил брату, что с отцом Бай Ханом все хорошо, только надо подождать сутки, а потом его переведут в палату. Пообещав брату, что сам сообщит маме о состоянии здоровья отца, Инь сказал, что ему надо уйти.

- Гу Хай находится в операционной, мне надо быть там, - тихо сказал Инь и ушел так быстро, что Мэн Тун Тьян не успел даже открыть рот.

Спустя час двери операционной открылись, и оттуда вышел врач. Инь с облегчением отметил, что у него хорошее настроение.

- Уважаемый командир,- сказал хирург, - хочу сказать, что ваш супруг в прекрасном состоянии! Он, что называется, «родился в рубашке».

У него перелом левого колена, но мы все сделали: зафиксировали конечность в щепы и наложили гипс, и, надеюсь, через 6 недель уже все будет хорошо. Пока на три недели оставим гипс, а потом снимем и проведем курс физиотерапии еще на три недели.

А вторая наша проблема - это два ребра, которые приняли на себя главный удар. Там мы тоже поставили щепы на всю спину и на переднюю часть тела. Была нужна поддержка щеп, потому что потревожены старые раны.

Это вызывает такие сильные боли, что иногда пациент теряет сознание и не может нормально дышать. Пока мы подержим его на обезболивающем, примерно 48 часов. Затем 3 - 4 недели он будет в щепах и должен спать полу сидя, чтобы смог дышать, лёжа нельзя.

Ваш супруг придёт в себя только завтра после обеда, все это время он проведет в реанимации - это был приказ вашего отца, Гу Вито.

- Простите доктор, могу ли я увидеть мужа? - тихо спросил Инь, нуждаясь в том, чтобы лично убедиться, что с Гу Хаем все в порядке.

- Конечно, командир Бай Ло Инь, прошу, переоденьтесь в стерильный халат и можете побыть с ним, сколько хотите, просто он сейчас спит.

Зайдя в реанимационную палату, Инь не мог поверить, как так случилось, что его Гу Хай находится в таком состоянии. Полусидя в этой больничной койке, бледный, измученный, он спал с таким мертвенным спокойствием на лице, что сердце Иня немедленно сжалось от боли. Он сожалел, что не смог защитить своего любимого мужа от этой сумасшедшей Ши Хуэй. В нем росла уверенность, что он должен решительно разобраться с этой проблемой, и знал, в этот раз не будет церемониться.

Оставив Гу Хая под присмотром охраны и врачей, Бай Ло Инь нашел отца и они вместе отправились нанести визит к Ши Джонгу, отцу этой чокнутой, которая поставила жизнь Гу Хая под угрозу. За закрытыми дверями кабинета Гу Вито с Инем приперли его к стенке, разрешив все проблемы и недопонимания с отцом этой больной женщины, которая так плохо поступила с Гу Хаем.

Потрясенный случившимся, Ши Джонг просил прощения, постоянно повторяя, что готов оплатить весь ущерб, нанесенный нерадивой дочерью и все лечение Гу Хая и его трёх охранников. Уйдя от Ши Джонга, Гу Вито с Инем принялись решать проблемы с тяжело раненным охранником, который впал в кому, начав хлопотать о его переводе в ВВС Пекина и занялись оплатой всех его больничных расходов.

Гу Вито уже знал, что Ши Хуэй находится под охраной полиции в отделении травматологии, поэтому они отложили этот вопрос на потом. Они решили, что займутся этим вплотную, когда ее переведут из больницы в камеру предварительного заключения. Гу Вито поклялся, что на судебном процессе будет разбираться с Ши Хуэй без сожаления, зная, что чуть не лишился сына.

Все три семьи: Гу Вито и Бай Ло Иня, а ещё и Бай Хана в эти дни находились в цейтноте, пытаясь найти выход из всех проблем, что так неожиданно навалились на них. А самые важные из них были: Гу Хай и отец Бай Хан, а ещё - их крошечные малютки, которые нуждались в своем папочке.

А в доме Гу Хая в это время тоже царил полный кавардак. Дети плохо кушали, плач малышей был слышен почти весь день, поэтому мать Юань решила одеть одну из пайт Гу Хая, рассудив, что может, услышав родной для них запах, дети хоть немного успокоятся.

Уже второй день Бай Ло Инь охранял сон мужа в ожидании, что тот вот-вот проснётся. А Гу Вито приказал врачам держать Гу Хая в реанимации на обезболивающих, чтобы он не чувствовал ту застарелую боль, которая мучила его с давних времен.

Переход Гу Хая в VIP -палату дал возможность Иню дотронуться до его лица и поцеловать своего мужа, который так напугал его в эти дни. Инь наклонился и тихонько прошептал на ухо спящему супругу: «Извини меня, Дахай, я не смог защитить тебя от этой чокнутой».

После обеда Гу Хай пришел в себя и почувствовал, что его кто-то держит за руку. Открыв глаза, он понял, что рядом его любимая «жёнушка». Очнувшись, он немедленно почувствовал боль в спине с левой стороны, да такую сильную, что мог с трудом дышать.

Увидев встревоженное лицо Бай Ло Иня, склоненное над ним, Гу Хай расплакался от боли и раскаяния, прошептав: «Инь Цзы, дорогой, прости, что я не слушался тебя... Я встретился с этой дурой, чтобы попросить прощения у неё за прошлые обиды».

Инь быстро приложил ладонь к его губам: «Шшш, тихо, тебе нельзя разговаривать так быстро, надо дышать и не шевелиться!».

Но Гу Хай не мог молчать, тяжело дыша, он пробормотал: «Она угрожала, что заберёт тебя, а потом наехала и на меня, чтобы убить».

- Дахай, - в отчаянии всплеснул руками Инь, - ты же прекрасно знаешь, что ты значишь для меня! Зачем так переживать или спорить с ней, ведь будь я даже мёртвым, все равно не пошел бы с ней! И вообще, я уже всё знаю, не надо мне ничего объяснять, я всегда тебе верил. Лучше успокойся и следи за собой, потому что ты мне нужен живым и здоровым, муженёк ты мой.

Ты правильно сделал, что попросил прощения, но боюсь, все это бесполезно. С твоей стороны покаяться было достаточно, а вот её эгоизм поступил по-другому, вот теперь ей придётся отвечать по закону или пришло ее время попасть в психушку. Мы с Гу Вито уже поговорили с Ши Джонгом - это отец Ши Хуэй.

Так что мы на правильном пути, а если суд узнает, что ты ещё и кормилец двух маленьких детей, то отцу Ши Хуэй понадобится уплатить все до последнего юаня. Так что ты, Дахай, пока успокойся и не переживай, Гу Вито уже показал свои зубы и припер Ши Джонга к стенке, так что он запомнит этот случай на всю жизнь.

Жаль только, что он никогда не следил за своей дочерью и потакал всем её капризам. Несмотря на богатство, Ши Хуэй не видела отцовской любви и поддержки после ухода из жизни её матери, - тихо объяснил Инь своему мужу.

- Инь Цзы, - вдруг встревожился Гу Хай, - а как там мои малыши? Я хочу их увидеть, позвони домой, пожалуйста.

- Ты не беспокойся, дети сейчас с нашими мамами, у них всё хорошо, лучше смотри за собой, - целуя его, ответил Инь мужу.

- Инь Цзы, - снова заплакал Гу Хай, - я хочу домой, к моим детям, забери меня отсюда, прошу тебя! Мне нужны мои дети, помоги мне, детка! Сколько я уже нахожусь здесь? Какой сегодня день? Дети там остались без меня, а они так привыкли ко мне, что сейчас они не будут слушаться наших мам.

-Да Бог с тобой, Гу Хай! – воскликнул Инь. - Какое «домой»? Ты посмотри на себя – весь в щепах, а ещё и дышишь с трудом. Куда тебе домой, ты головой подумай хорошенько, или ещё не отошел полностью от наркоза, ведь ты не получил большую дозу, успокойся, прошу тебя, А- Хай!

- Детка, - не унимался Гу Хай, - принеси мне моих малышей сюда, я не могу быть так далеко от них! Я один без детей не буду здесь спать, иначе я сбегу домой. Я знаю их больше, чем наши мамы, они не будут хорошо кушать и спать, им нужно моё тепло. Прошу тебя, муж, принеси мне моих детей, только тогда я успокоюсь.

- Как ты не поймешь, нельзя сюда детей приносить! – продолжал увещевать его Инь, - это же ортопедическое отделение, а не детское, да ещё тут много разных микробов... Поэтому тут запрещен вход для детей, да ещё новорождённых.

- Тогда надо перевести меня в другое место, - настаивал на своем Гу Хай, - может, даже в детское отделение, только принеси мне детей, по-другому я не буду тут сидеть.

Где мой папа? Позови его сюда, он должен мне помочь с детьми, я тут сойду с ума без них. Помогите больному, господин Инь Цзы, я хочу моих малышей, прошу тебя, дорогой!

- Гу Хай, ты хуже ребенка, - в отчаянии закатил глаза Ло Инь, - что за капризы такие? Не переживай ты так за наших детей, за ними присматривает твоя мать и моя тоже. Что ты тут за спектакль мне устраиваешь? Не уж, сейчас пришла моя очередь делать всё, как я хочу, - Инь начал тихонько поглаживать мужа, надеясь, что легкая ласка поможет и тот успокоится. - Сейчас я позвоню домой, и ты увидишь наших малюток, - пообещал он.

Как только Цзянь Юань ответила на видео-звонок, сразу стал слышен плач малышей. Увидев, что творится у него дома, Гу Хай чуть тут не заорал на всю комнату. Его глаза расширились и, забрав телефон с рук Иня, Гу Хай сразу начал просить мать собирать детей и срочно нести к нему в больницу.

От паники, в которую впал Гу Хай при виде плачущих малышей, ему стало хуже, больной стал задыхаться. Но и задыхаясь Гу Хай продолжал просить своих детей. Он этим так напугал Бай Ло Иня, что тот клятвенно заверил супруга, что детей скоро принесут.

- Главное, ты только успокойся! – просил его Инь, повторяя про себя: «Ну что у меня за муж такой, настойчивый и упрямый».

Он видел, что сердце Гу Хая рвалось на куски, стоило ему услышать плач его крошечных малюток.

- Мама, принесите их сюда! – кричал Гу Хай в телефон, - они привыкли со мной быть. Поставьте экран телефона перед ними, они услышат меня и увидят, а вы приготовьте сумки, соберите вещи и все, что понадобится. А не то я приду домой даже так, в пижаме!

Мои малютки ещё такие крошки, - плакал он, - им даже двух месяцев нет, и я не хочу, чтобы они потеряли вес! Я так старался всё это время хорошо кормить их и согревать. Пока я буду тут, в больнице, они должны быть со мною, а то я сойду сума точно.

- Хорошо, сынок, - поспешила успокоить его Цзань Юань, - ты прав, со вчерашнего дня они плохо кушают, да и спят очень мало. Ты успокойся, Гу Хай, мы соберем и приготовим все необходимое для них, принесем к тебе, а потом найдем выход из положения.

- Мама, не отключай телефон, я поговорю с ними, - попросил Гу Хай действительно тихо и очень спокойно начал свой разговор с малышами.

Успокоенный, что только с мамой смог договориться насчет детей, Гу Хай выглядел таким счастливым от предвкушения того, что скоро обнимет своих детей.

- Инь Цзы, - попросил он, - поговори с врачами, я хочу в другую палату и закажи кроватки для моих малюток, чтобы по вечерам укладывать их туда, а тебя я заберу в свою кровать, - Гу Хай повеселел и шутя начал распоряжаться, как у себя дома.

- Гу Хай, дорогой, - попытался урезонить его Инь, - что это за приказы? Ты тут не дома, а в военном госпитале, какие тебе ещё детские кроватки и как я буду спать в твоей постели? Посмотри, ты сам полусидя лежишь, куда ещё и мне. Вот палате и для меня кровать есть, ты лучше угомонись и отдохни, а не командуй тут. Что у меня за муж такой, раскомандовался!

Не отрывая глаз от экрана телефона, Гу Хай тихо сказал: «Я буду жаловаться моему отцу, что ты непослушная «жёнушка», да еще и ругаешь пациента, вместо того, чтобы подчиняться мне. Я же тебе ясно сказал принести моих детей сюда, по-другому я не успокоюсь».

-Хорошо, хорошо, - замахал руками Инь, - только не кричи, ведь тебе трудно дышать и говорить. Сейчас я пойду и разберусь насчёт палаты, и сделаю все, чтобы дети были рядом с тобой. Переведут тебя в другое отделение и в другую палату, все будет так, как ты хочешь. Но смотри, ведь дети не игрушка, они ещё новорождённые. Ты доволен?

- Да-а, - со смехом в глазах и с такой любовью Гу Хай прошептал: «Спасибо, сокровище моё, я знаю, что ты тоже меня балуешь иногда».

Пока Иня не было в палате, Гу Хай следил за тем, как малышей готовят к переезду через видео-звонок, и так сладко с ними начал болтать, что малыши больше не плакали, ведь они услышали знакомый голос папы.

После трудного дня и всех этих разборок с Ши Джонгом, Гу Вито только под вечер смог прийти к сыну. Зайдя в палату, Гу Вито порадовался ,что с Гу Хаем все хорошо, раз он весело болтает со своими малышами по телефону. Он понял, что сын соскучился по ним, а лучше, чем папочка, для деток никого нет и это Гу Вито давно усвоил.

- Сынок, ты в порядке? – осторожно поинтересовался Гу Вито, дождавшись, когда Гу Хай повесит трубку, - прости, что мы не смогли тебя защитить, но теперь я буду разбираться со всеми проблемами сам, ты не переживай, я им такое устрою, чтобы запомнили раз и навсегда! Гу Хай, а где Инь?

- А он пошел искать мне другую палату, чтобы принести сюда моих малышей. Помогите мне, отец, мой муж против, прошу вас, - взмолился Гу Хай, - они привыкли со мной, а вот с мамой они плачут весь день и плохо едят.

Прошу вас папа, помогите мне принести моих крошек, а то я слечу с катушек без них тут, вы меня понимаете?

- А где твой муж, Гу Хай, - дипломатично ответил Гу Вито, - разве не он тут главный командир? Вот он пусть и сделает всё, а за детей я уже знаю, мать мне объяснила, и я буду их ждать у входа.

Успокойся, твой Инь сделает все для тебя, он здесь был с момента твоего приезда в госпиталь. Бай Ло Инь ни на шаг от тебя не отходил, кроме как к отцу Бай Хану, что находится в кардиологическом отделении.

Разговор отца с сыном прервал работник больницы:

- Простите нас, уважаемый Гу Хай. Но ваш супруг приказал перевести вас в детское отделение в VIP-палату. Там уже приготовили комнату для ваших детей. И если что-то понадобится, прошу, скажите нам, и мы сделаем все, как прикажите.

На радостях Гу Хай быстро угомонился - он замолчал и расслабился, и только бормотал себе под нос, обращаясь к своей «детке»: «Ах, Инь, жаль, что сейчас я не могу тебя отблагодарить, как следует, детка моя! Ну, ничего, через неделю-другую я наверстаю упущенное вдвойне. Детка, ведь ты меня так любишь, я это знаю уже давно».

Распорядившись перевести мужа в другое отделение, Инь поднялся в палату к отцу Бай Хану, узнать, как его состояние, и обрадовать его новостью о том, что скоро сюда, в госпиталь, приедет мать и привезет детей. А ещё он узнал, что отец идет на поправку и со следующей недели его отпустят домой и продолжат терапию дома, как делают уже столько лет.

Взяв отца за руку, Бай Ло Инь начал его радовать, рассказывая, что под вечер ему можно будет увидеть внучат, ведь муж настоял, чтобы детей принесли в госпиталь на время.

- Папа, мы ждём детей, - сказал Инь отцу, тихо лежащему на больничной койке, - я по-другому не смог успокоить Гу Хая, вот теперь они все вместе побудут в детском отделении, а мать Юань будет нам помогать. Вы пока отдыхайте и, пожалуйста, впредь не надо так переживать за нас - мы уже взрослые мужчины, да ещё и папаши,- со смехом в глазах он пытался подбодрить больного.

Надо было решить вопрос с переводом Гу Хая в другое отделение, чтобы принести детей, ведь мой муж считается кормильцем наших малышей, по закону он в декретном отпуске. А еще эти маленькие котята так привыкли к нему, что сейчас у нас проблемы с кормлением и сном. Дети без папы не спят и не кушают, вот к чему привело баловство Гу Хая!

Под вечер вы сможете ненадолго спуститься вниз, к нему - продолжал Инь Цзы, - а ты, Мэн Тун Тьян, пойдёшь домой отдохнуть, пока мать будет здесь.

Бай Хан был очень рад, что его маленькие внучата тоже будут здесь, а ещё потому, что можно будет увидеть и сына, того, кто его так напугал с этим покушением на убийство. Из-за него Бай Хан сам чуть жизни не лишился, прекрасно понимая, что сейчас Гу Хай – «мать» для его внучат и муж для его родного сына Иня.

Так что под вечер Бай Ло Инь устроил небольшую семейную встречу вокруг Гу Хая. Он с умилением смотрел, как его маленькие крошки баловались в объятиях все еще бледного и замотанного в бинты, но такого счастливого супруга. От запаха папашки и его сладких поцелуев дети пришли в хорошее настроение и радовались вместе со всеми.

С момента приезда малышей, Гу Хай не оставлял их ни на минуту, несмотря на то, что он не мог толком двигаться и ему было трудно дышать. Он мужественно терпел боль, делая все с помощью мамы. Они вместе переодели и покормили детей, после чего Хай положил их на свою грудь, чтобы согреть и убаюкать.

Вскоре дети сладко заснули под колыбельную и поцелуи папочки - его губы коснулись не только щечек, но и глаз, и пушистых губок, которые только причмокивали в ответ, надеясь получить еще чуть-чуть молочка.

Одного только голоса и запаха Гу Хая хватало, чтобы дети заснули, довольные, в объятиях любимой «мамочки –папаши». Гу Хай их поместил с двух сторон своей груди и в таком тепленьком месте, к которому он их приучил, малыши заснули словно после большого трудного дня.

Вся семья сегодня собралась вокруг больничной кровати рядом с Гу Хаем и все они были счастливы. Вместе они обсудили много семейных дел и по вопросу пациента тоже приняли решение. Домашние так увлеклись, что ночь застала их врасплох, да так, что никто не понял, как время так быстро прошло.

Бай Ло Инь объяснил маме, что ночью он будет дежурить здесь, в палате и присмотрит и за детьми и за мужем. Цзань Юань ответила, что если что-то понадобится, пусть Инь сообщит, а завтра она сама придёт помочь Гу Хаю, ведь у Иня осталась незаконченной встреча с японцами.

Попрощавшись с родителями, Бай Ло Инь наконец-то расслабился. Подойдя к мужу, он наклонился, и, поцеловав его вкусные губы, тихо прошептал: «Может, мне забрать малышей и положить их в кроватку? Я очень устал за эти два дня и не спал вообще, потому что ты меня так сильно напугал. Я лягу тут, рядом, на ту кровать, что поставили для меня, а ты постарайся пока заснуть в таком виде, по-другому невозможно, тебе запретили лёжа спать».

- Инь, - попросил Гу Хай, - только сперва пододвинь свою кровать к моей, так я хоть смогу держать тебя за руку. Я бы, конечно, хотел, чтобы ты лег в мою постель, но не могу отодвинуться. Ты согласен, детка? - игриво добавил он.

- Ах, Гу Хай, Гу Хай не жадничай, - засмеялся Инь, видя, что муж в своем репертуаре, - ты пока в не очень хорошем состоянии и тебе нельзя двигаться! Имей терпение, дорогой. Давай малышей, я их уложу в кроватки. Пока они спят, я тоже смогу чуть-чуть заснуть. А кровать так и быть, я пододвину поближе. Кстати, а кремом ты запасся? – пошутил Бай Ло Инь и начал готовиться к ночной смене.

Хоть Гу Хаю трудно было шевелиться и даже дышать, но он был счастлив от того, что его семья рядом, а больше ему ничего и не надо. Так наши герои заснули руку об руку, а рядом были их малыши. За дверью покой семьи охраняли вооруженные до зубов телохранители.

В последующие дни Бай Ло Инь ходил в свой офис и работал как обычно, а затем заглядывал в госпиталь на обед, чтобы покушать вместе с мужем и повидаться с малышами. Ведь они должны бывать и с отцом. А за одно Инь сменял маму, давая ей несколько минут отдыха.

Гу Вито предупредил Иня, что в эти выходные придёт Ши Джонг со своим адвокатом. Юрист хотел видеть Гу Хая, чтобы подписать документы, которые тот должен подтвердить и, если надо, дополнить. Они касались лечения Хая и трёх его охранников.

- Но он ещё не знает, что Гу Хай является кормильцем двух маленьких детей, ведь по закону он в декретном отпуске, - серьезно сказал Гу Вито, - а это означает, что он заменяет мать двум малышам, которым нет даже двух месяцев. Ущерб для Ши Джунга автоматически увеличивается двое. Вот к каким затратам привел необдуманный поступок его собственной дочери!

Гу Вито волновался, ему казалось, что дети находятся в опасности чем-нибудь заразиться, после того, как прибыли в больницу. Но ему также было понятно, но и без папочки – «мамы» им просто не выжить. Успокаивало лишь то, что Бай Ло Инь был очень строгим командиром, который тщательно следил за чистотой в палате. Он распорядился, чтобы никто, даже близкие люди не входили сюда без стерильных халатов. В обычной одежде им запрещено было заходить в палату и даже в отделение.

Когда наступили выходные, семья Бай Ло Иня находилась в госпитале уже несколько дней. С самого утра был тихий, безветренный день, и Гу Хай сегодня чувствовал себя лучше, чем вчера. Он провел конец недели в тишине и в спокойных играх с малютками, которые так привыкли сидеть на руках у папочки.

С помощью матери Инь выкупал малышей, а Гу Хай покормил их по очереди, лично присматривая за всеми процедурами. Потом они тихо заснули в объятиях папочки, который согревал их своим телом.

Ожидая появления гостей, Бай Ло Инь и отец Гу Вито тихонько сидели в другом углу палаты и просматривали все документы, которые надо будет представить с понедельника в суд.

Тихий стук в дверь застал Иня и отца врасплох – они не ожидали, что гость придет так рано, да ещё какой. Едва дверь открылась, они заметили, что это Ши Джонг собственной персоной со своим юристом. Одетые в стерильную одежду с маской, они растерянно зашли в палату, не понимая, почему Гу Хай находится в детском отделении, а не в травматологии.

Увидев, в каком состоянии находится больной, который полусидел в койке, замотанный в бинты, да ещё и двоих крошечных малышей, которые так тихо и сладко спали в его объятиях, Ши Джонг был в шоке. Он расстроился, не понимая, что все это означает.

- Простите, - довольно нагло обратился он к Гу Вито с Инем, - что за игру вы тут затеяли? Откуда здесь дети и чьи они?

Гу Вито встал ему навстречу и спокойно ответил:

- Это мои внуки, а Гу Хай - кормилец этих малышей и находится в декретном отпуске по закону, вот бумаги о рождении детей.

Ши Джонг был в шоке – он явно не ожидал такого удара, отлично понимая, что означает нанести ущерб матери с ребёнком, а тут их ещё и двое! Он мысленно уже подсчитал, сколько ему придется заплатить. Такие безумные расходы не могли ему присниться даже во сне. Нервно сглотнув, он невольно подумал о том, что если бы Гу Хая убили, то дети остались бы сиротами, и ему жизни бы не хватило, чтобы расплатиться с такими долгами.

- Простите, - тихо сказал юрист, сопровождавший Ши Джонга, - я могу увидеть свидетельство о рождении детей и документы по декретному отпуску, чтобы вписать все данные в бумаги для судебного процесса?

- Конечно, - тихо ответил Бай Ло Инь, протягивая ему необходимые документы.

После разговора юриста с Ши Джонгом, он решил, что переведет на имя малышей один из принадлежащих ему пятизвездочных отелей, который находится в Шанхае. Он объявил, что это станет компенсацией за их мучения и едва не потерянной «мамы» в лице Гу Хая.

Ши Джонг тихо подошел к детям, рассматривая их с такой нежностью, затем вздохнул и тихо сказал: «Простите, что так получилось, у вас очень красивые малыши и так похожи на тебя, командир Бай Ло Инь».

Он дотронулся до их маленьких ручек и, увидев, как дети сладко спят на груди у папочки, тяжело вздохнул, а на его глаза навернулись слёзы, показывая, как он раскаивается за поступки дочери.

Посмотрев в сторону Иня, Ши Джонг поклонился и тихо сказал: «Простите, что я не смог вырастить свою дочь правильно и сейчас вынужден расплачиваться за её ошибки. Я очень мало времени ей уделял... У нее было всё, но только не моя любовь, и не моя отцовская поддержка. Я сожалею, что доставил вам все эти проблемы... В понедельник я непременно подпишу все необходимые бумаги.

Ши Джонг вышел из палаты с полными глазам слёз. Он горько сожалел, что даже в однополой семье люди смогли создать счастье и завести детей, а его собственная дочь прожила все эти годы в напрасных метаниях.

Ши Джонг даже невольно позавидовал, увидев таких очаровательных крошечных малюток на груди у отца, которые еще так малы, что нуждаются матери и заботе, ведь они не виноваты в случившемся.

Увидев, как все домочадцы Гу Вито держатся вместе, он понял, что они очень счастливы, не смотря на то, что у них такая необычная семья. Она была особенной для них всех, ведь они знали, через что этим мужчинам пришлось пройти, чтобы добиться своего.

Ши Джонг понимал, что без близкого человека его дом будет всегда пустым и холодным. Там больше нет любви, она давно потеряна вместе с уходом из жизни его жены, так что сегодня он должен будет принимать самые трудные решения в его жизни в одиночестве.

Всю дорогу до дому Ши Джонг провел в тягостном молчании, понимая, что теряет все до последнего, и сожалеть уже поздно. То, что он собирался сделать, будет не просто, но другого выбора у него не было. Выбрав для себя одиночество, Ши Джонг решил, что откажется от своей дочери, которую не смог правильно воспитать, и в этот тяжелый для нее момент он не будет её жалеть. Все эти годы он старался делать все ради собственной дочери, но она этого никогда не замечала, и вот, пришло время ей понять, что означает - ценить семью и своё богатство.

Ши Джонг думал о том, что пришло время дать ей свободу и ничего больше, ведь столько лет он жил без радости, не видя внучат. Ши Джонг понимал, что если потеряет своё богатство, значит, внуков у него уже никогда не будет. Его решение не было справедливым.

Но в тот момент он принял его, потому что у Ши Джонга просто не было поддержки ни от кого, да и сам он не стал бы слушать ничьих советов. Для Ши Джонга на первом месте всегда стоял бизнес, а кроме этого он любил хорошо покушать и своих друзей по развлечениям, но не человеческое чувство к своей дочери. То, о чем он никогда и не думал, сегодня увидел в той палате, где царили любовь и уважение в семье, члены которой поддерживают своих детей и друг друга.

Так что самое скверное решение в жизни Ши Джонга пришлось подписать на глазах у юриста, и отказаться от собственной дочери. Подписывая бумаги, он думал о том, что все равно от неё нет никакого толка и выгоды, поэтому в этот тяжелый для всей семьи момент он повернётся спиной к родной дочке. Не станет платить за её лечение и не будет больше с ней общаться, ведь у него ничего больше не осталось, что ей отдать.

Так Ши Хуэй остается не только сиротой, но и без гроша в кармане в такой трудной для нее ситуации.

Юрист Ши Джонга, узнав о столь шокирующем решении, постарался объяснить ему, что не надо так поступить с родной дочкой, отказываясь даже платить за ее лечение. Ведь она как никогда сейчас нуждается в отце и его поддержке. Но Ши Джонг не хотел слышать ни юриста, ни даже самого себя.

Он скупо молчал, понимая, что эти малыши ранили его чувства как мужчины. Отцовское достоинство Ши Джонга было задето, ведь все эти годы были потрачены зря на его дочь, так, может, хоть эти малыши смогут оценить весь его труд.

Новая неделя для Бай Хана началась с хороших новостей - он узнал, что его выписывают из больницы. А в детском отделении все еще находился Гу Хай – он сидел в своей постели, неподвижный, как статуя. Весь закованный в щепах, он напоминал печальный монумент. Ему было уже полегче, и он готов был провести в таком состоянии хоть месяц - так ему понравилось, как ухаживает за ним любимый А-Инь. Это грело душу Гу Хая, а ещё он был доволен, что муж не ругается и дети спят на его груди почти весь день.

С помощью мамы он успевал их по очереди купать и кормить, так что Гу Хай радовался, видя мать на побегушках. Ему нравилось, что она терпеливо исполняет все его капризы и никогда не жалуется.

- Мама, - наконец сказал Гу Хай, видя, что мать устала, - вы отдохните вот здесь, на кровати моего Иня, а я пока поиграю со своими малютками, пока муж не пришел.

Когда мать улеглась и заснула, он начал тихонько разговаривать с детьми, целовать их без конца. Все это было для Гу Хая как сон, от которого не хочется просыпаться. Потому что весь день дети были на его глазах, а ещё в его объятиях, где они спали такие довольные в тепле папочкиного тела.

На второй неделе пребывания Гу Хая в больнице с утра пришла медсестра. У Гу Хая начался курс физиотерапии – он должен был делать упражнения и потихоньку ходить по комнате на костылях. Он был рад словам врача, который дал ему надежду, что до конца недели его выпишут домой.

Гу Хай был на седьмом небе от услышанного, ведь дома - это совсем другое дело! Кроме того, он жаждал как следует обслужить свою детку, которому так трудно пришлось в эти дни.

В обед Инь пришел в палату без настроения – он расстроился, узнав, что Ши Джонг отказался от собственной дочери в такой момент. Поэтому Инь решился поговорить с мужем и обсудить эту тему, даже если ему это не понравится - ведь только Гу Хай мог решить судьбу Ши Хуэй.

«Как знать, может именно из-за него она дошла до такого состояния» , - вздохнув, подумал Инь. Он целый день размышлял, как ему поступить, ведь Ши Хуэй и так уже была наказана, а они еще собираются окончательно загнобить ее в тюрьме. Он рассудил, что на эту девушку навалилось слишком много несчастий, да ещё вкупе с этой психологической болезнью.

Инь не мог поверить, что спустя столько лет у него опять будут проблемы с его бывшей девушкой и мужем. Он невольно вспомнил, как не спал несколько дней подряд, переживая из-за разлуки с ней, и как он познакомился потом с Гу Хаем и через что он прошел, и как из-за его ревности заплатил собственным телом.

Отказ Ши Джонга от дочери был непонятен Иню, потому что он сам стал отцом. И видел, как его малютки нуждаются в объятиях и любви папы, а сам он просто сходил с ума по своим детям. Ло Инь недоумевал, как можно отказаться от своего ребенка, даже если неправильно воспитал его и не смог наставить на правильный путь в жизни, а сейчас, когда случилась беда, повернуться спиной.

Зайдя в палату, Бай Ло Инь поздоровался с мужем и мамой Юань, а затем тихо шепнул ей:

- Мама, вы идите, отдохните. Сейчас как раз обеденный перерыв, и в лагерном доме находится и мать Чжоу - она убирает квартиру с помощью моих рядовых солдат, ведь скоро надо будет мужа забирать домой. Гу Хай побудет здесь до весны, и ты тоже с отцом, он уже всё организовал, не спросив никого.

Смеясь, Инь объяснил маме, что с Гу Вито невозможно спорить, когда дело касается внучат. Он обязательно должен сунуть свой нос в их воспитание.

Подойдя к мужу, Инь поцеловал его прямо в губы и тихо прошептал на ухо:

- Тебя выпишут в пятницу, так что радуйся. Я решил, что мы будем жить до весны тут, в моем лагерном доме. Так будет удобнее всем, ведь тебе предстоит ещё месяц побыть в щепах, а потом - физиотерапия.

Смотря прямо в глаза мужа, он снова наклонился к нему и тихонько сказал:

- И не приучай малышей к рукам! Как мы будем заниматься любовью? Ты мне нужен, хоть на порцию «десерта».

Услышав такое пикантное признание, у Гу Хая глаза заблестели от радости. Он вскинулся и с энтузиазмом зашептал в ответ:

- Ты что, прямо сейчас хочешь? Я могу обслужить тебя, дорогой! Ведь сегодня я уже делал и гимнастику и по палате начал ходить.

- Прямо сейчас я не могу, - с сожалением вздохнул Инь, - нам пора обедать и, кроме того, надо обсудить одну важную проблему, которая касается нас обоих. Дело в том, что тебе надо будет дать показания в полиции насчет случившегося с Ши Хуэй. Поэтому давай, я уложу малышей в кроватки, а мы сядем вместе покушать и заодно поговорим.

В тишине палаты, пока дети спали, Инь рядом с мужем сидел на его кровати, и они кушали обед, который мать приготовила для них обоих. Инь не знал, как начать столь деликатный разговор, но он был прямой по характеру, поэтому сразу приступил к сути дела.

- Дорогой, у меня есть одна плохая новость. Сегодня в мой офис приходил отец Гу Вито и сообщил, что Ши Джонг отказался от собственной дочери. Вчера он подписал бумаги на отказ от нее, оставив без гроша в кармане. Он не желает платить за её лечение, и вообще за все, что с ней связано.

Мне не нравится, что она осталась без ничего, а ещё впереди ей светит тюрьма, и все это уже не говоря о её больной голове. После твоих показаний все её надежды рухнут навсегда, а я не могу не думать о том, что мы сделали на ее глазах десять лет назад.

Может, мы тоже виноваты в том, что ее психика пострадала, но не хотим в этом признаваться самим себе. Лично я чувствую вину перед ней, и не могу сидеть, сложа руки и смотреть, как её жизнь рушится на глазах, - тихо сказал Инь.

- Ты о чём вообще, Инь Цзы?! – возмутился Гу Хай, - она меня чуть не убила, а ты её еще жалеешь? Или, может, ты все ещё любишь её?

- Нет, нет, не жалею я! – досадливо отмахнулся Инь, - а про любовь даже не говори, но я думаю, что мы должны покончить с этой проблемой раз и навсегда. Может, это будет нашей расплатой за тот день, когда у неё все пошло наперекосяк, ведь она была молода и не ожидала увидеть такое...

- И что ты мне сейчас предлагаешь делать, пожалеть ее? – пробормотал Гу Хай с едва сдерживаемой яростью. В его глазах была видна тревога и волнение, как бывало всякий раз, когда речь заходила о Ши Хуэй.

Он помолчал, успокаиваясь, и наконец, сказал:

- Инь Цзы, ты же прекрасно знаешь - я сделаю все, о чем ты меня попросишь. Только не говори мне, что у тебя еще остались к не чувства, не заставляй меня думать о плохом. Ты мой, только мой вместе с нашими малютками.

- Что за бред ты несешь, Гу Хай, дорогой! – рассердился Инь, - какие у меня могут быть к ней чувства? Ты что, опять «хлебаешь из бутыли с уксусом»? (ревнуешь- прим. Ред.). Ты же знаешь, что я всегда был только твоим, остынь, прошу тебя. Просто мы тоже родители, если ты это не забыл - у нас есть дочь, а ещё и сын, которые в будущем будут нуждаться в помощи отца.

Так что мы оба должны поддержать Ши Хуэй сейчас, в такой трудный момент. Ей грозит тюрьма, а может и психиатрическая больница, да ещё она осталась сиротой! Ты будешь доволен, узнав о ее несчастьях? - тихо сказал Инь, смотря в глаза мужа и прося ответа, такого, на который он надеялся.

- Вот лично я не буду рад, и в нашем доме тоже не будет счастья, если мы так поступим с ней, - тихо объяснил свою позицию Инь, чтобы муж понимал его правильно.

- Нет, я не буду счастлив ее бедам, но и не хочу больше иметь с ней никаких дел, - медленно ответил Гу Хай. Он отвернулся, глядя в сторону, прекрасно понимая, что Инь прав, и он сделает все, как хочет супруг.

- Инь, дорогой, - отмер Гу Хай, - скажи мне прямо, что ты решил? Я готов послушаться тебя, только прошу, не встречайся с ней тет-а-тет. Я не могу её выносить, мне даже имя ее произносить не хочется, не то, чтоб видеть тебя рядом с ней - это уже настоящее убийство для меня! Этого я не смогу вынести, а на все, что ты решишь, я соглашусь с тобой, - тихо и с не очень довольным видом сказал Гу Хай, продолжая жевать свой кусок риса, что застрял в его горле от такого ответа, который он был вынужден дать Иню.

- Ши Хуэй сперва нуждается в лечении, - строго продолжил Инь, - так сказали врачи, а твои показания могут отправить её в тюрьму. Так что только ты можешь решить все проблемы Ши Хуэй и её будущее.

- Заяви, что она случайно на тебя наехала, потому что от этого зависит ее дальнейшая судьба – отправят ли ее по этапу или на лечение в психиатрию. Не волнуйся, ухаживать за ней я не собираюсь, — тихо сказал Инь, - но обязательно найду способ поддержать её. Отправлю кого-то из моих подчинённых, пока ещё не выбрал кого, я хочу, чтобы кто-то навестил Ши Хуэй. Остальные проблемы мы обсудим с отцом Гу Вито, я с ним о многом поговорил сегодня.

- Я согласен с твоим решением, Инь Цзы, - опустив голову, медленно произнес Гу Хай, - только, пожалуйста, не делай мне больно из-за этой сумасшедшей, ты же знаешь, мою любовь к тебе не сравнить с ее никогда!

Инь знал, что Гу Хай поймет его превратно, но все равно согласится, только бы его Инь всегда был доволен и в хорошем настроении. Так и вышло, Гу Хай согласился на всё ради своего Инь Цзы, ведь, как ни крути, он тоже был виноват и перед «женушкой» тоже. Сколько лет его мучает совесть за тот проклятый день! Видно, пришло время расплатиться хорошим поступком перед Ши Хуэй и перед Инем, чтобы эти старые раны затянулись раз и навсегда.

Спустя несколько дней Гу Хай дал показания, которые решили судьбу Ши Хуэй, дав ей ещё один шанс на счастье в личной жизни. После этого Гу Хай объявил мужу, что сделал все, как Бай Ло Инь велел, поэтому он может быть спокоен.

А сам Инь вместе с Гу Вито решил ещё один важный вопрос - они заплатили за лечение Ши Хуэй со счета пятизвёздочного отеля, который был переписан на детей Бай Ло Иня.

Инь объяснил Гу Вито, что не хочет владеть отелем, который отдал Ши Джонг, ведь это не будет честным поступком перед его семьей и детьми. Он заявил отцу, так что будет контролировать отель только до тех пор, пока Ши Хуэй не выйдет из больницы, а потом он вернёт ей все бумаги назад, чтобы он могла на эти средства начать жизнь с чистого листа.

В том состоянии шока, в котором сейчас пребывала Ши Хуэй, никто не решился сказать ей, что собственный отец отказался от неё. Она еще не знала, что вся эта ситуация - ещё один шанс для нее, пережив весь этот кошмар, вылечиться, найти себе партнёра и жить нормальной жизнью. Бай Ло Инь надеялся: может быть, пройдя через все это, Ши Хуэй, наконец, поймет, что надо ценить близких людей и семью. И этот шанс дал ей человек, которого она считала своим врагом ещё с детства - Гу Хай, а не собственный отец.

Всю неделю в палате Гу Хая и его малюток царило веселье и запах молочного питания. Здесь же проходили семейные встречи и между супругами наладились хорошие отношения.

На время болезни мужа Бай Ло Инь взял все в свои руки, встав во главе семьи. Сумев собраться в этой кошмарной ситуации, он решил все проблемы и успевал работать в ВВС, а ещё он приготовил свой лагерный дом к выписке Гу Хая из больницы. Он пригласил врачей на дом, чтобы его А-Хай мог заниматься физиотерапией, не выходя из квартиры.

Насчет остальных «упражнений» Инь подумал, что и сам прекрасно разберется, ведь дома они, наконец, останутся наедине, а муженёк как-никак ходит в должниках перед «жёнушкой» уже целых две недели — и Ло Инь не мог упустить возможность потребовать свое.

С самого утра Бай Ло Инь получил документы на выписку Гу Хая из больницы, и для мужа это была такая радость, что словами не описать. Гу Хай был счастлив от того, что теперь его А-Инь будет каждый вечер дома и они будут все вместе, со своими малышами. Для него было большим удовольствием спать рядом с «женой» - это самое главное, а ещё «обслуживать» и любить своего Инь Цзы, что ещё важнее для Хая, несмотря на то, что он пока в щепах и на костылях.

Вся семья пришла на помощь молодым папочкам, организовав переезд в вместе с детьми. Оказавшись в теплом и чистом доме, да ещё который предназначался только для них двоих и их малышей - Гу Хаю даже на мгновение показалось, что он снова новобрачный, а ещё его порадовало, что тут появилась детская комната, которой раньше не было.

А Иню предстояло ещё много дел и важных встреч, ведь Гу Хай уже дал свои показания в полиции и многие решения по вопросу Ши Хуэй были приняты. Поэтому Бай Ло Инь занялся еще одной проблемой – решением, кто будет навещать Ши Хуэй в больнице. Поразмыслив, он пришел к выводу, что может доверить это дело только лучшему другу - Лю Чонгу. Он приказал ему проведывать больную каждые выходные в психиатрической клинике, ведь ей нужна поддержка, чтобы опять встать на ноги.

Лю Чонг знал Бай Ло Иня еще с юности, когда они оба были рядовыми солдатами. Через что они только не прошли вместе – и потели на тех трудных тренировках, на которых Гу Вито выжимал из подчиненных все соки, и тянули

лямку нелегкого солдатского быта. А ещё только Лю Чонг знал про бывшую Иня, и даже про Гу Хая, ведь он и сам когда-то попался ему под горячую руку.

Бай Ло Инь понял, что может доверять только ему, кроме того, его легче просить о подобной услуге, ведь Лю Чонг ещё холостяк, а значит, у него много свободного времени. Также Инь подумал о том, что если у него что-то получится с Ши Хуэй, то это будет хорошим вариантом развития событий. Она станет неплохой женой для него, ведь Лю Чонгу уже почти за 30 лет, а он так и не решился жениться.

Не откладывая в долгий ящик, Инь вызвал Лю Чонга в личный кабинет. После обеда в тишине офиса Иня раздался стук в дверь.

- Да, проходите, - тихо ответил Бай Ло Инь.

- Добрый вечер, командир, - вежливо поздоровался Лю Чонг, зайдя в кабинет. -Вы меня звали? Что-то срочное? Признаюсь, вы меня немного напугали.

- Нет, нет, - поспешил успокоить его Инь, жестом приглашая присесть, - ты мой друг ещё с первых лет тут, в части, поэтому говори со мной запросто, как раньше, а не по уставу.

-Хорошо, - с весёлой улыбкой ответил Чонг.

- Я позвал тебя, чтобы ты помог мне решить одну проблему, а может, это и тебе самому будет полезно, - смотря прямо на Лю Чонга, сказал Инь, сразу переходя к сути дела. - Ты помнишь мою бывшую девушку, про которую я тебе когда-то рассказывал?

- Да, помню,- тихо ответил Чонг, - кажется, её звали Ши Хуэй. Она была очень красивой, - засмущавшись, признался он.

-Вот том-то и проблема, что красивая, - вздохнул Инь, - но осталась одна, когда вернулась из Америки и сейчас ей очень плохо. Дело в том, что Ши Хуэй находится в больнице, а если говорить точнее - в психиатрическом отделении. Человеком, который наехал на моего мужа, была именно она.

Ши Хуэй так и не смирилась с тем, что я женился на Гу Хае, поэтому она слегка вышла из себя, ну а сейчас она в больнице. Врачи сказали, что в течение года она будет проходить лечение, но надо, чтобы кто-то приходил навещать её, хотя бы по выходным.

Я хотел попросить тебя помочь в этом, ведь я больше ничего не смогу сделать для неё. Ты же знаешь, я - женат, куда уж мне ходить к ней. Вот я и подумал о тебе, Лю Чонг. Ты хороший парень, к тому же пока холостяк, у тебя есть все возможности помочь девушке. Если что, я дам тебе деньги на все твои расходы, только согласись помочь мне. Видишь ли, мой муж не хочет даже слышать о ней, не то чтобы навестить её.

Ты подумай, пожалуйста, хорошо? И дай мне ответ, он очень важен и для меня и для Ши Хуэй, ведь уже на этих выходных кто-то должен пойти к ней. Врачи тебе объяснят все, и так её лечение пойдет успешнее.

Лю Чонг серьезно и внимательно посмотрел на Иня и тихо ответил:

- Командир... нет, не так - друг, я все сделаю для Вас или для тебя. Все равно я иногда думал о ней, а может, действительно, у меня с ней что-то получится. Я рад, что именно мне вы доверили такую деликатную проблему. Я обязательно буду там на выходных, спасибо тебе, Инь, и простите меня, командир Бай Ло Инь.

Широко улыбаясь, Лю Чонг встал и пожал руку Иня. Сердечно попрощавшись с ним, он вышел из кабинета, радостный, как никогда.

А в семье Бай Ло Иня все потихоньку начало налаживаться. Так ведь всегда бывает – когда делаешь что-то хорошее, оно непременно принесёт в твой дом приятные новости и благополучие.

Вскоре пришла весть, что из комы вышел охранник Гу Хая. Врачи сказали, что он идёт на поправку. А в лагерном доме и в семейной жизни снова поселились любовь и взаимопонимание. Пришла и гармония в супружеских отношениях. Гу Хай был уверен, что найдет выход из положения и придумает, как заманить Иня в свою постель. Еще он планировал сделать так, чтобы Инь приходил домой на обеды и ужины, ведь вкуснее пищи, чем у его муженька, нет нигде на свете.

Такая семейная жизнь началась в лагерном доме, и каждый день все менялось к лучшему. Хай постепенно шел на поправку – он выздоравливал даже быстрее, чем предполагали врачи, ведь дома и хорошее «обслуживание» и вкусное питание, даже сон казался слаще после хорошего секса с «жёнушкой». Для Гу Хая - это ещё одно полезное физическое упражнение в дополнение к его физиотерапии. Гу Вито в свою очередь тоже делал все для сына и любимых внучат.

Вот и сегодня к приходу Иня Хай постарался приготовить ароматную ванную, а ещё помог «женушке» высушить волосы и покормил его ужином. Они вместе, как семья сидели за столом, а рядом лежали в своих колясках пока еще крошечные дети. Они не спали в ожидании своих обычных объятий от отцов.

Сам папаша Хай тоже был весь в предвкушении, что сегодня, наконец, он будет удовлетворять свою «жёнушку» до тех пор, пока тот не запросит пощады. Он намеревался сделать для этого все, даже если понадобится применить старые секс-игрушки. Они давно хранились тут, в шкафу у Иня, надежно скрытые от чужих взглядов. И только муж знал, где пикантный тайник.

После вкусного ужина и игры с малютками, наши папы расслабились, и, оставшись наедине, заговорщически посмотрели друг на друга, после чего Инь тихо прошептал:

- Дахай, пошли спать, уже поздно, да и дети заснули, завтра утром у меня встреча с отцом Гу Вито. Предстоит решить вопрос о переводе Ши Хуэй в психиатрическую больницу, а ещё и нашими семейными делами надо заняться.

Так Инь намекал мужу о том, что пора бы и к приятным «делам» приступить, хоть и знал, что больше, чем «порцию десерта» он еще не может у него просить.

Гу Хай с хитрыми лисьими глазами, что блестели в ожидании этого момента, тихо ответил Иню:

- Инь, детка ты мне нужен сегодня, я хочу тебя трахнуть, как полагается. Я тут нашел вибраторы и хочу удовлетворить тебя, даже если придётся это делать, стоя на одной ноге. Я не могу больше так, ты столько дней терпишь, да и я тоже не могу больше сдерживаться.

Инь не верил своим ушам, ведь уже давно у них не было нормального секса - парни просто «угощали» друг друга вкусным минетом, и не просили ничего большего, даже если нуждались в страстном сексуальном «обслуживании».

- Дахай, - с сомнением произнес Инь, - а ты сможешь? Ведь ты весь в щепах, не говоря уже о твоей ноге.

- Я смогу, Инь! – убежденно заявил Гу Хай, - детка, для тебя я все смогу сделать!

Он тихо подошел к «женушке», оставив свои костыли рядом с кроватью.

- Ты мне поможешь, а я буду твой на весь вечер, - сказал Хай, - и я хочу, чтобы сегодня ты стал моим озорником. У нас ведь есть хороший вибратор, который удовлетворит тебя, а я помогу в этом.

Инь встал, и довольный подался в объятия мужа. Поцеловав его с такой жадностью, он тихо прошептал прямо в ухо Хая:

- Я тоже хочу тебя, Дахай, но не мог этого сказать, ведь ты ещё  недостаточно поправился.

- Детка, любовь моя, разве ты меня не знаешь? Я хочу тебя каждый день, на утро – в качестве завтрака, в обед – на десерт и вечером - вместо хорошего ужина. Но я так расстроен, что в последнее время у нас это не получается. А ведь я всегда готов для тебя! Инь Цзы, дорогой, пошли в нашу спальню и я сяду на тумбочку - там мне удобнее иметь тебя, - с энтузиазмом воскликнул Гу Хай, и, обняв своего Иня, просто тихо прошептал:

- Инюшка-аа, это твой особенный вечер и я постараюсь быть хорошим мужем, как в былые времена.

Вечер выдался тихим, тёплым и страстным от наполнившей его атмосферы любви. Инь был готов на все ради своего мужа, даже поиграть со своими секс- игрушками и удовлетворить не только мужа, но и самого себя. Как любящие и женатые мужчины, они помогали друг другу, делая все возможное, чтобы в этот сказочный вечер выполнить свои супружеские обязанности как можно лучше.

Гу Хай, уставший после несколько «раундов», прилег, опираясь на подушку, чтобы посмотреть, как его «женушка» удовлетворяет себя вибратором. Глядя на то, как Инь, широко разведя ноги, неторопливо подается бедрами навстречу искусственному фаллосу, закусив губу от наслаждения, он невольно отвел взгляд.

Мысленно обозвав фаллос «адской штуковиной», он почувствовал укол ревности. Ему было не по себе до такой степени, что и сам напросился на «разок», несмотря на усталость.

- Да-аа, - тихо пробормотал Гу Хай себе под нос, медленно отходя от слишком страстного «раза», - похоже, эту «адскую штуку» мне придется уничтожить!

Все-таки она выносит мне мозг, и я потом не смогу помочь сам себе, не говоря уже о тебе, Инь Цзы.

- Прости меня, Гу Хай, - засмеялся Инь, - но ты же сам и научил меня им пользоваться, ведь это было сделано по твоему желанию. Ты что, забыл своё приобретение?

- Инь Цзы, детка! – простонал Гу Хай, уже раскаиваясь в своей неудачной идее, - прошу тебя только об одном - не променяй меня на этот вибратор, ведь я - твой Гу Хай в живом виде и самый лучший любовник в твоей постели!

Просто сегодня я нуждался в небольшой помощи, но только сегодня! Понимаешь? - тихо объясняя, Гу Хай обнял свою «женушку», и начал целовать, благодаря за этот «вкусный» вечер.

- Детка, я очень устал, - наконец сказал он, - пошли в душ, и помоги мне помыться, я сильно потел, и теперь эти щепы на мне ужасно чешутся!

После хорошего душа Гу Хай заснул усталым, но довольным. Он чувствовал себя так, будто пробежал марафон в тысячу километров. А Инь наоборот, ощутил прилив сил. Поняв, что дико проголодался, он отправился на кухню и, пока дети с мужем спали, принялся лазить по кастрюлям. Ему было необходимо наесться, ведь он сегодня был хорошей «женушкой» для любимого мужа, и не только.

Он тоже «обслужил» своего мужа разок, ведь в противном случае неизвестно, до чего могли довести Гу Хая жадность и ревность к вибраторам. Инь остался очень доволен итогами этого вечера, и, смотря на мужа, как тот сладко спит, он просто наслаждался таким милым моментом и старался не шуметь, чтобы не разбудить его, ведь Гу Хай заслужил этот отдых после стольких «трудов».

Субботнее утро застало наших папочек сладко спавшими в постели. Они были рады, что наконец, дома и только с детьми, и в этот раз Инь был тем, кто ухаживал за малышами. С помощью Гу Хая они сменили подгузники и покормили своих малюток прямо в своей постели, а потом все вместе просто бездельничали в свое удовольствие: валялись до обеда, играясь с детьми, и под одеялом папочкины крошки заснули в тепле и среди знакомых запахов, ведь Гу Хай уже прекрасно изучил своих малышей.

После того, как дети заснули, Инь взялся помочь мужу по хозяйству, и они вместе пошли на кухню позавтракать или пообедать - для них это было всё равно, ведь в холодильнике у них хранилось столько заготовок блюд для этих выходных.

Тишину и спокойствие этого дома внезапно нарушил телефонный звонок . Гу Хай взглянул на экран мобильника и недовольно нахмурился, увидев, кто его тревожит в это время дня.

- О-о, брат, привет! – фальшиво бодрым голосом сказал он, подняв трубку, - как это ты вспомнил про меня? Очень любезно с твоей стороны!

- Добрый день, Гу Хай, я не только сейчас вспомнил про тебя, просто рядом с тобой всегда есть и был твой Бай Ло Инь, - тихо ответил Гу Ян, понимая что ему стоит держаться от брата как можно дальше. Ведь иначе на такую ревность нарвешься, что света белого не взвидешь! Он знал, что за своего Иня тот готов был съесть живых людей.

- Ну, давай, говори, что тебе надо? Я еще жив, - со смехом начал дразнить брата Гу Хай.

- Я собираюсь на следующей неделе приехать в Пекин по работе, а заодно хочу зайти к вам домой на чашку кофе. Надеюсь, у тебя ещё осталась соль? — с шуткой Гу Ян объявил о своем приезде.

- Только мы сейчас живём не дома, - предупредил Гу Хай, - а в лагере у Иня, уже неделю как, и до весны будем тут. Так что давай, приезжай в воинскую часть, мы ждём тебя.

Бай Ло Инь, который слышал весь этот разговор, не поверил своим ушам: как это его любимый муж так спокойно поговорил с братом, да ещё и ждёт в гости на следующей неделе!

- Даха-ай, - восхищенно произнес Инь, когда супруг положил трубку, - да ты был супер-мужем сейчас! Впервые в жизни ты нормально поговорил со своим братом и позволил ему зайти к нам! Куда мне поплевать, чтобы не сглазить тебя, дорогой!

- Да, да, я его жду! – смеясь, подтвердил Хай, - а ещё он меня просил угостить его кофе, как в тот раз. Наверно, ему понравилось.

Он широко улыбался, обнимая сзади свою «жёнушку» с нежными приставаниями, как обычно любил делать. Инь понял, что любимый выздоравливает и снова начинает ощущать вкус к жизни. Ему было знакомо это чувство, когда встаешь с постели после долгой болезни – весь мир кажется обновленным, словно внезапно наступила весна.

Ещё одни выходные прошли для молодых пап, и ещё одна трудная неделя началась для командира Бай Ло Иня. Ведь все дела легли на его плечи, от мужа пока толку нет - он весь в щепах, да ещё и в декретном отпуске. Только поздними вечерами они могли встретиться и поужинать вместе, побыть со своими малышами до их отхода ко сну.

За прошедшие дни они привыкли, что живут теперь вместе и в расширенном составе. И сообща обсуждали все семейные дела, решали возникшие проблемы, как обычно делали раньше.

А ещё Инь планировал восстановить офисный уголок Гу Хая, чтобы муж мог работать, не выходя из дома и заниматься вопросами своего предприятия.

Гу Вито в это время уже несколько дней находился в Шанхае – Бай Ло Инь поручил ему разобраться с проблемой отеля, который получили его дети от Ши Джога, в качестве платы за покушение на убийство Гу Хая, а также в качестве компенсации за мучения маленьких детей, которые вынуждены были находиться в больнице, чтобы быть рядом с папой. А ведь дети были настолько малы, что им не было и двух месяцев и они как никогда нуждались в своем папочке.

По прибытию в Шанхай Гу Вито сразу же собрал всех работников, объявив им, что управляющим отеля временно будет он, ведь все бумаги оформлены на его внучат. Также он сообщил о том, что их настоящий босс - Ши Хуэй сейчас находится в больнице и пробудет там какое-то время, а когда она выздоровеет, то все вернется на свои места.

Вся команда работников уже была в курсе возникших проблем, и что отель перешел в другие руке тоже, но они были рады хотя бы тому, что сохранили свои рабочие места, а кто стоит «у руля», им было не столь и важно. Для них любой начальник - это просто начальник.

Гу Вито объяснил, что всем им надо хорошо трудиться, чтобы руководство могло заплатить за терапию Ши Хуэй, пока она будет на лечении.

Так что Гу Вито возвращался в Пекин с хорошими новостями, зная, что лечение этой сумасшедшей, хоть он ее терпеть не мог, будет оплачено со счета отеля, а не из его личных средств. Он был доволен тем, что не придется тратить на это свои деньги, а значит – одной проблемой меньше.

Он не смог отказать зятю в этом деле, ведь Инь всего один раз за все это время попросил у него помощи. Гу Вито и сам был заинтересован в скорейшем разрешении этой проблемы, ведь тут замешана бывшая Иня и необходимо было от неё избавиться.

Гу Вито хорошо понимал Иня не только потому, что считал его сыном, но и потому, что, как и он, был военным человеком – бывшим командиром ВВС Пекина и опытным предпринимателем. А еще он знал, что Инь был хорошим сердечным человеком, который хоть и получил сильный удар от врага, но смог простить его и протянуть руку помощи в трудную минуту.

Этим жизненным принципам научил его сам Гу Вито за те восемь лет военной службе, что Инь провел под его началом: не оставлять своего однополчанина в беде, быть верным своему долгу, в любой ситуации оставаться человеком.

Каждый день, независимо от того, какой бы сюрприз не преподнесла жизнь, Гу Вито поддерживал своих сыновей. Он был очень доволен тем, что в их семье все проблемы решаются по совету с ним, и дети всегда прислушиваются к мнению отца. Это было важно для того, чтобы продолжать их семейные бизнес, и преодолеть все эти кошмары, что пришли в их дом.

Холодным морозным днем, когда все улицы города запорошила зимняя поземка, в Пекин прибыл Гу Ян. Уже зная, где находится семья брата, он отправился прямо в часть. Гу Ян хотел поговорить со своим братом, пока дома не будет Иня, и пришел как раз ко времени кормления детей, так что его радость было не описать. Вот, наконец, ему выпала возможность увидеть малышей своими глазами. Он восхищенно смотрел, как Цзань Юань помогает Гу Хаю с купанием детей и готовит их для кормления.

Гу Хай в свою очередь любезно угостил брата кофе с кексом, а за одно они начали обсуждать его приезд в Пекин и ещё, какой ветер принёс его к ним.

- Брат, я могу подержать одного из твоих малышей? — тихо спросил Гу Ян.

- А ты знаешь, как их правильно держать?

- Нет, не знаю, ты просто покажи мне, а я постараюсь быть осторожным, они у тебя такие крошечные, - восхитился Гу Ян,- но с тех пор, когда я их видел в роддоме, они так выросли и стали большие да такие красавчики, точь-в-точь Бай Ло Инь!

- Тогда вот, на, держи мою принцессу Ай Гу, она у нас, как папа, упертая, а ещё и ненасытная, - начал объяснять Гу Хай и помог хорошо устроить малышку на руках у дяди. - Держи бутылку и покорми её.

- А где твой Ван Сяо, почему ты один приехал? – вдруг вспомнил Гу Хай.

Не смотря даже в сторону брата, Гу Ян тихо ответил, как-то боясь говорить, за что ему стало стыдно:

- Он ушел от меня, на следующий же день после вашего приезда из Таиланда вместе с детьми. Понял тогда по моему поведению, что я был влюблён в твоего Иня. А потом я ему и сам всё рассказал, чтобы потом между нами не было никакого недопонимания. Уж не знаю, что он там себе напридумывал, но он просто собрался и ушел. А я пока не хочу бегать за ним, ведь я честно сказал все как есть.

Ван Сяо должен сам решить: жить со мной или нет, но честно говоря, я очень скучаю по нему,- тихо признался Гу Ян глядя на маленькую красавицу, которая с таким удовольствием кушала своё молоко.

- Но я должен был ему все сказать, потому что не мог больше держать это в себе. Сейчас мне стало легче, и поэтому я думаю о нём больше, чем в первые дни, когда Ван Сяо ушел.

Гу Хай понимал его, но просто молчал, думая как бы устроить все так, чтобы Ван Сяо вернулся обратно к брату. Он опасался опять начать ревновать свою «жёнушку», ведь Гу Хай был так доволен отношениями брата и тем, и тот далеко от его Иня.

Разговор прервал сам Бай Ло Инь, который как раз пришел домой на обед, как уже привык за последнее время:

- О-о, привет Гу Ян! – начал он с порога, - а где Ван Сяо, ты что, один к нам в гости?

На улице было очень холодно и руки Иня замёрзли, и как только это заметил, сразу потащил его за собой.

- Детка, пошли, помоем руки горячей водой, они у тебя окоченели, как ты будешь брать малышей на руки, - начал он уговаривать своего Иня, подталкивая в сторону ванной.

- Дахай, я голодный и у меня мало времени на обед, - засопротивлялся Инь такой активной заботе на глазах у родственника, - иди лучше, накрой пока на стол, а руки я и сам помою, я же не ребенок!

- Кто сказал, что ты не мой малыш? – притворно нахмурился Гу Хай в ответ Иню. Он вел так себя специально, чтобы хоть чуть-чуть насолить брату, который возился с его дочкой и показать, что Инь принадлежит лишь ему.

- Ну, как у вас там дела идут, Гу Ян? - с веселой улыбкой начал расспрашивать его вернувшийся из ванны Инь. - Когда ты собираешься приглашать нас на свадьбу?

Гу Ян смутился – он не смог открыть рот, понимая свою вину и перед любимым и перед самим Инем.

- Ах, Бай Ло Инь, - наконец, глубоко вздохнув, медленно ответил он, - думаю, что свадьбу придется отложить на время, потому что Ван Сяо оставил меня и ушел. Я ему признался во всем, как на духу: и что был влюблён в тебя, и что ты никогда не был моим. Я не знаю, почему он так отреагировал, но вот, решил уйти и оставил меня одного.

Сегодня я пришел не только увидеть вас, но и поговорить лично с тобой Инь... Я хочу попросить тебя об одном одолжении. Помоги мне, прошу, конечно, если Гу Хай не против. Только ты сможешь поговорить с Ван Сяо и узнать, почему он оставил меня, ведь я лишь хотел объясниться с ним и быть честным.

Я очень скучаю по моему Ван Сяо, я так привык, что он рядом, но не могу его заставить вернуться, если он сам не готов к этому. Может, после разговора с тобой он сделает свой выбор и решит, как ему поступить. Но поверь, я так хочу, чтобы он вернулся к нам домой, где я его буду ждать, как всегда.

Бай Ло Инь уже несколько минут слушал Гу Яна и не верил, что Ван Сяо действительно ушел, а ещё Инь смотрел на своего А-Хая, понимая, что тот не реагирует на слова брата и не ревнует, хотя брат прямо говорит о своей любви.

- Хорошо, - просто ответил Инь, - я поговорю с ним, он всегда прислушивался к моему мнению.

То, что ты честно признался, это правильно! Свои проблемы не надо скрывать, а прошлое должно оставаться в прошлом. Но не забудь, что ты тоже должен приложить усилия, чтобы разрешить это недопонимание.

Вот, учись у Гу Хая! Даже если я был виноват в нашей ссоре, всё равно Гу Хай поднимал этот вопрос, чтобы выяснить наши отношения. Ты тоже должен завоевывать своего мужа и на время забыть о гордости, а то потеряешь то, чего ты добился до сих пор.

Я согласен с тобой Инь, сразу же после твоего разговора с Ван Сяо я найду его и извинюсь перед ним, хоть так стыдно не будет. Если ты сможешь ему всё объяснить со своей стороны, я буду очень благодарен тебе. Мы уже почти год были вместе, а как он ушел, я растерялся, не могу ни есть, ни спать в моей спальне и мне тяжело возвращаться домой, где везде его следы и аромат.

Только сейчас я смог понять Гу Хая, когда он потерял тебя на целых восемь лет. Раньше я не мог понять его чувств к тебе, Инь, а сейчас я хочу сказать вам обоим: «Простите меня, я был эгоистом по отношению к брату и слишком самоуверен по отношению к тебе, Бай Ло Инь».

Проведя импровизированный семейный совет, молодые отцы и братья вместе провели за столом весь обед. Еще раз пообещав помочь Гу Яну, Инь вернулся на работу, а мужа оставил дома, еще поболтать с братом, ведь они с давних пор не общались нормально, может, сейчас пришло время закопать топор войны.

Гу Ян, взяв малышку-племянницу на руки, впервые радовался красавице Ай, кормил её и наслаждался этой принцессой, а затем попросил брата поменяться, чтобы подержать и маленького Хуана.

- Боже, брат, - восхищенно воскликнул он, - я тоже так хочу иметь сына, но как мне вернуть Ван Сяо?

Глядя на малыша Хуана, он просто наслаждался этой маленькой копией Иня, его молочным ароматом, а ещё этими красивыми глазками, которые были так похожи на папу, что хотелось просто украсть ребенка и убежать к себе домой.

- Не переживай ты так, брат, - успокаивал его Гу Хай, - раз Бай Ло Инь обещал, он обязательно поговорит с твоим Ван Сяо и объяснит ему всё!

Гу Хай искренне сочувствовал брату, который выглядел совсем несчастным. Его горе особенно чувствовалось на фоне их семейного благополучия. Поэтому Гу Хай вновь принялся с энтузиазмом давать советы:

- Как только Инь выполнит свою миссию, тогда ты тоже сделай первый шаг и не больше не отпускай его, женись как можно быстрее! Только так ты сможешь удержать его рядом с тобой.

Поверь мне, не так-то легко иметь свою собственную «жёнушку», - сказал Гу Хай, - надо приложить много усилий, чтобы удержать его рядом с собой раз и навсегда. Я это знаю, как никто другой. Знаешь, сколько времени я потратил, чтобы добиться и сохранить любовь моего Иня? Ты в курсе, сколько трудностей нам с Инем пришлось преодолеть, прежде чем нам удалось пожениться. Так что ты цени то, что имеешь и то, что так быстро вытащил счастливый билет - разрешение от Гу Вито.

Попрощавшись с братом, Гу Ян ушел с надеждой на Иня: только бы он сумел убедить его любимого Ван Сяо вернуться домой, а уж он не упустит шанс и сделает то, что брат посоветовал ему - женится.

На эти выходные Гу Хай приготовил сюрприз для всей семьи: вместе с мамой он приготовил много вкусных блюд, а затем позвонил и отцу Бай Хану.

- Отец, доброе утро, - бодро начал Гу Хай, - как ваше здоровье и как там наш дорогой брат Мэн Тун Тьян?

- Боже, сынок, как я рад тебя слышать! – расчувствовался старик, - и вот и плач малышей тоже слышу.

- А-а! – засмеялся Гу Хай, - да это они уже ждут свой обед, но мама пока с ними занимается, вот переоденет, а потом покормим.

Папа, я вам позвонил сообщить, что послезавтра мы планируем устроить маленький праздник по-семейному - нашим малышам исполняется 2 месяца. Так что я, папа, хочу сделать для Иня сюрприз, и поэтому хочу вас пригласить к нам, я отправлю за вами машину. А ваши внучата уже выросли на месяц, а ещё сегодня я жду прихода врача.

И да, папа, не забудьте взять с собой и брата с его девушкой, — обрадовав старика, Гу Хай отключил телефон и тихо начал помогать маме с кормлением детей.

После ухода матери пришел и долгожданный врач, и вместе с Гу Хаем начал обследование малышей. Предстояло осмотреть деток с ног до головы, измерить рост, взвесить и тщательно проверить все показатели.

Врач был очень доволен, что у детей оказалось отменное здоровье, а ещё они достигли хороших показателей веса, таких, что он сам не верил своим глазам. Дети были такими послушными и смотрели на врача с улыбкой, как будто все понимали.

Они реагировали на все слова врача довольными личиками, а ещё махали своими маленькими ручками и ножками, словно катались на велосипеде.

- Поздравляю вас, уважаемый Гу Хай, - наконец, вынес вердикт доктор, - вы точно самый лучший папочка в мире и для ваших детей. Несмотря на то, что у малышей выдался трудный месяц, да ещё с вашими проблемами со здоровьем, они в прекрасном состоянии.

Вот посмотрите на малышку Ай - она достигла веса в 2700 грамм, а Хуан почти догнал сестру, он дошел до отметки в 2680 грамм. Так что наша следующая встреча с вами состоится на четвёртом месяце, тогда мы начнем кормление фруктовыми смесями, а потом, к шести месяцам, перейдем на детское питание и нормальные детские супы.

На счёт питания молоком: детям можно уже давать до 180 - 220 грамм в кормление, но, конечно, они сами знают, сколько им кушать. Когда ребенок сыт, он отказывается доедать остальное, так что на четвёртом месяце вы начнете детские и фруктовые смеси в качестве добавки, а молоко будет на завтрак обед и ужин или перед сном как основное питание.

Гу Хай был на седьмом небе от радости, услыхав приятные новости от врача. Он был счастлив так, что хотел танцевать, но пока не мог, а то обязательно станцевал бы. Гу Хай оставался закован в щепах, которые были установлены на ноге и на теле, поэтому ему пока трудно было двигаться, но ради детей он очень старался.

Попрощавшись с врачом, Гу Хай решил отпраздновать с любимой «женушкой» в этот вечер отличные новости о детях, и не только сегодня - ведь на выходные у них будут гости.

Теперь Иня каждый день после военных рабочих будней ждали теплый дом и сытые дети, а ещё - вкусный ужин. Вот и сегодня все ждали прихода Иня – отца, мужа и любимой «женушки».

Инь Цзы еще в дверях приветствовал любимый муж вместе с маленькими утятами, которые уже узнавали его, и с радостью в глазах начинали свои агу-агу, давая понять отцу, что «мы хотим к тебе на ручки».

Гу Хаю было радостно видеть обоих малышей в объятиях у своей «женушки», да таких счастливых, что ему просто хотелось съесть их всех вместе, да, жаль, нельзя. Глядя на свою семью, Гу Хай вдруг осознал, что не мог и мечтать о таком счастье, а теперь оно стало реальностью и составляет всю его жизнь.

- Детка, - позвал он Иня, - пошли ужинать, а детей положи в колясочку и поставь рядом со столом, чтобы они нас видели. Дав указания, Гу Хай отправился на кухню, а за ним отец с малютками на руках.

За столом Гу Хай, захлебываясь от радости, сообщил Иню новости от врача. Не жалея красок, он рассказывал, какие у них хорошие и здоровые дети, какой у них вес и на сколько сантиметров выросли малыши, а ещё - сколько молока им теперь надо давать в кормление.

Как семья они радовались, что их усилия по уходу за малышами дали чудесные плоды и принялись с еще большим усердием и любовью нянчить детей.

После ежевечернего ухода за малышами и их кормления, дети сладко заснули, оставив своих отцов в объятиях друг друга на «вечерний бал любви», которого Гу Хай так ждал.

- Детка моя, - с энтузиазмом стал просить Гу Хай, - будь сегодня моим принцем! Но знай, что вибраторы я выкинул, потому что так не честно! Я постараюсь сам удовлетворить тебя, даже если эти щепы останутся на мне еще хоть на целый год. Я - твой муж и пока я рядом с тобой, только я должен быть тем, кто будет обслуживать тебя как супруг, но в тот раз я просто нуждался в помощи в первый раз в жизни.

- Дахай, - засмеялся Инь, желая немного поддразнить супруга, - ну зачем ты выкинул свое «драгоценное приобретение»? Как же я теперь без него?

Но увидев, как Гу Хай изменился в лице, поспешил добавить:

- Для меня ты - самый лучший любовник, «приобретение» никакого сравнения не выдерживает.

Поцеловав мужа, Инь начал сам приставать к своему «ночному принцу». В итоге вечер выдался горячим и страстным. Помогая друг другу, они «станцевали» этот сказочный танец любви до утренней зари. Несмотря на то, в каком состоянии находится муж, Инь всегда найдёт позу, чтобы наслаждаться им.

Выходные для Бай Ло Иня стали самыми весёлыми и праздничными днями недели, потому что он провел их дома, со своей семьей. К обеду собрались обе семьи - Гу и Бай. Опять дедушки и бабушки пришли к своим родным с полными сумками подарков и вкусняшек для всех: внучат и сыновей.

Каждый раз, когда домочадцы собирались вместе, Гу Хай и Бай Ло Инь не могли поверить что они - одна семья и что эти малыши центром их вселенной, словно и не было стольких лет разлук.

Дети почти весь день не спали, они «прогуливались», переходя из рук в руки у дедушек, а ещё они словно начали всё понимать и со смехом реагировали на игру - их пушистые губки не переставая агу-агукали для всех. Радость родителей была очень велика – они были довольны, что малыши узнают свою семью по голосам, и каждый день все больше понимают происходящее.

Но успокоить детей может только папочка Гу Хай, у него - особенная связь с малышами с самого их рождения. С таким трудом все эти дни Гу Хай мучился в своих щепах, но для него малютки были важнее ребра или ноги, он всё равно будет их кормить, вовремя купать и укладывать спать - это же частичка его любимого Инюшки, которого так редко застанешь дома.

Вот и сегодня с помощью мамы Цзань Юань папочка приготовил ванну для малышей, а потом их кормили любимые бабушки, чтобы уложить пораньше спать - ведь дети устали, бодрствуя во время семейного обеда, и сразу заснули, как усталые котята.

После ухода всех гостей в доме настала тишина, и только молодые папы старались собрать последнюю посуду, ведь мамочки обычно помогают им только накрывать на стол. Пока Гу Хай на костылях мотался туда- сюда потихоньку, Инь уже закончил все хлопоты на кухне с мойкой кухонных приборов.

Вот такой утомительный, но радостный день выдался для наших молодых пап. В кругу своих родителей они решили много задач, которые предстоят им в ближайшие недели. Так что, оставшись в тишине, они решили после хорошего душа просто лечь спать пораньше - в объятиях друг друга и без забот они уснули как два младенца.

«Время бежит вперед и никого не ждет» - так поется в одной романтичной, но очень грустной песне, а иногда время просто летит, особенно, когда рабочий день забит важными бумагами и на тебе лежит ответственность за семейный бизнес.

Поэтому каждый день у Иня все больше и больше был завален работой, и только поздно вечером он приходил домой, уставший и голодный. Как всегда, старался помочь мужу с детьми, хорошо хоть за покупками можно было не ходить - здесь рядовые солдаты были каждый день на побегушках у Гу Хая.

А на этой неделе Гу Хаю предстояла еще одна радость – ему снимут щепу с ноги, и у него начинается физиотерапия. Так что Гу Хай собирался сам выходить на прогулку с детьми и был счастлив, что теперь у него появится возможность зайти в офис Иня - отнести обед и покушать как семья.

Конечно, без сопровождения охраны Гу Хай теперь не мог отойти от дома даже на десять метров – это был приказ «женушки», который не подлежал обсуждению.

С такими переменами и началась неделя, а за окном тем временем незаметно наступила зима. Закружили метели, припорошив улицы пуховым снежным покрывалом, мягко скрипевшим под ногами. Холода держали Гу Хая в тёплом доме, где он неотлучно находился вместе с детьми и своей верной помощницей в лице мамы Юань.

Здесь, в военной части, расположенной далеко от Пекина, зимние дни бывали настолько студеные, что порой невозможно было никуда выйти. Но в семье Иня никто не огорчался по этому поводу – все наслаждались тишиной и покоем.

У Гу Хая на груди все еще стояли щепы, сковывавшие движения. Но наши ребята постарались набраться терпения, чтобы дождаться того дня, когда муж избавится от последних мучений в виде этих щеп.

Бай Ло Инь сочувствовал своему мужу, понимая, как тяжело находиться в таком состоянии. Чтобы хоть немного порадовать его, Инь Цзы обещал Гу Хаю, что они вместе с детьми отправятся в их торговый центр - прогуляться и за покупками . Инь сказал, что до весны целых три месяца впереди, поэтому они сделают покупки для детей, которые быстро растут, а ещё – что позволит Гу Хаю купить все, что тот захочет.

Для Гу Хая было в радость - выйти с «женушкой» и с детьми на прогулку и не так важно куда, только бы побыть вместе, как семья и просто погулять с малышами, ведь столько месяцев он сидел дома или мотался по больницам.

Поэтому, конечно, для Хая предстоящая прогулка стала огромной радостью. Он сразу начал составлять список покупок, решая, что надо будет приобрести или обменять, ведь теперь ему приходилось жить в спартанской обстановке на территории военного лагеря, чего Хай не любил.

Весь день он ходил по дому – смотрел, чего не хватает, что надо купить и что стоит добавить из обстановки, чтобы стало уютнее. И, конечно, Гу Хай решил обновить гардероб «женушке». Вкус Хая был вообще отличался от вкуса Инь Цзы, ведь он большую часть времени находился дома, с детьми, но всегда оставался самым модным мужем, который с любовью обустраивал свой дом. Иню всегда нравилось все, что делал Дахай, ведь сам он так не умел и нередко жил среди бардака.

Время пролетело незаметно и вот уже пришел тот день, когда врачи сняли щепы с тела Гу Хая. Тот был несказанно рад избавиться от таких твердых скоб, которые мучили его целых 4 недели, и был доволен, что больше ничего не болит и все зажило.

После освобождения от щеп Гу Хай стал с нетерпением ждать сегодняшнего вечера - он нуждался в страстных прикосновениях Иня к его телу. Ведь столько дней он не мог почувствовать своего «женушку» целиком, а сегодня он будет ждать объятий Иня и его поцелуев, к которым так привык. Сегодня он решил сам отдать себя в руки любимой «жёнушке», ему все равно, кто будет сверху, - главное, он должен наслаждаться в этот вечер.

Гу Хай нуждался в прикосновениях рук любимой «жёнушки», поцелуях, он хотел чувствовать и наслаждаться тем, что уже столько дней не смог сделать. И Гу Хай решил, что в этот вечер станет словно самый высококачественный мёд, что тает в руках Иня.

Последний месяц этого года уже пришел, принеся с собой холодные дни со снегом и хмурой погодой, а скоро ещё начнутся зимние праздники перед новым годом. Работы и забот в это время предостаточно – обычно все в декабре бывали загружены по полной, подводя итоги года. Все это заставляло Иня приходить домой очень поздно, а Гу Хай тоже был занят - работал в своем маленьком офисе, и с помощью секретарши подводил итоги года в своих компаниях и в семейном бизнесе, несмотря на то, что с августа месяца находился в декретном отпуске.

А дети пока что отдыхают то с бабушками, то с дедушками, и на прогулки их везёт в коляске чаще всех наш ненасытный и жадный дед Гу Вито. Тот где только можно хвалится, что у него есть двойняшки-внуки, а кто отец этих малюток – можно было даже не упоминать - командир ВВС Пекина был знаменитой личностью, которого знали все.

Дед всегда с радостью заглядывал и в офис Иня, чтобы тот мог чуть-чуть полюбоваться своими детьми, заодно Гу Вито мог обсудить с ним вопросы по разным делам, ведь Инь всегда доверял отчиму ещё с первых дней, когда появился в этом военном лагере.

Каждое утро малыши будили папу - такой привычке Гу Хай давно научил детей. Инь приходил очень поздно, когда дети уже обычно спали, так что самый лучший будильник - это когда на тебя ложится что-то тяжелое и даёт тебе маленькой ножкой в лицо, а ещё оно так вкусно пахнет, не говоря уже о том, чтобы обслюнявить не только нос, но и всё лицо Иня.

Вот и сегодня отец появился в офисе Иня уже с утра - им необходимо обсудить проблемы, связанные с лечением Ши Хуэй и решить, кто её будет навещать всё это время. А ещё предстояло обсудить, кто сможет в этом помочь, ведь Гу Вито знал друзей Иня и был убежден, что они все - его самая лучшая команда, которой можно доверять.

Гу Вито никогда бы не согласился помогать этой сумасшедшей, которая чуть не убила его сына, но Инь просил его помочь. Он знал, что Инь Цзы сочувствовал ей после отказа Ши Джонга от собственной дочери, а ещё знал, что Бай Ло Инь поступит правильно в такой ситуации. Поэтому Гу Вито был доволен и рад, что Инь обратился именно к нему.

После долгих деловых разговоров с отцом, Инь тихо обратился к Гу Вито:

- Папа, хочу сказать, что завтра у нас выходные, и я обещал Гу Хаю прогуляться вместе с детьми в нашем торговом центре, заодно он сделает и покупки. Может, и вы с моим отцом присоединитесь, а мы вас всех угостим хорошим обедом.

У меня завтра там важная встреча, и я не могу оставить Гу Хая одного, с детьми, я подойду к вам позже.

- Ой, сынок, ты прав, мы уже забыли, что такое развлечения и прогулки, столько всего пережили с Гу Хаем, что нам точно надо чуть-чуть развеяться и сходить за покупками, - с радостью согласился Гу Вито и сразу и предупредил: - Сынок, я сам позвоню Бай Хану, ты не утруждайся, лучше займись своими делами, а мы встретимся там, в торговом центре завтра.

Договорившись обо всем, они сердечно попрощались.

Инь уже знал, что завтра у него важная встреча – он должен увидеться в торговом центре с Ван Сяо. Он планировал пригласить его на чашку кофе, так как должен многое обсудить с ним, ведь Инь дал слово брату Яну, что поможет ему вернуть «жену» домой.

Мужа Инь предупредил об этой встрече заранее, зная, как сильно Гу Хай ревнует к брату, хоть последнее время старается не показывать, как ему неуютно, когда брат находится слишком близко к его Инь Цзы.

Еще один субботний день пришел в семью Иня, и они долго валялись в постели вместе с детьми – им было в радость понежиться хоть раз в неделю до девяти часов. Гу Хай уже с утра покормил своих малюток, и, как всегда, отнёс их к отцу в спальню, чтобы детки разбудили папу и он чуть-чуть поиграл с ними. От прикосновений маленьких ручек к лицу папы и от нежных звуков, когда они начали чирикать и агу-агукать, Инь проснулся как по команде «тревога». Обнаружив, что он голый и лежит в чем мать родила, Инь начал искать свой халат.

- Дахай, - стал он звать мужа, - где моё нижнее бельё или дай мне халат дорогой, мне в таком виде неудобно быть перед малышами.

- Ничего страшного, -засмеялся Гу Хай, - все равно они пока не понимают, раздет ты или одет. А мне ты и такой нравишься! Халат лежит на другом конце кровати, возьми сам, я пока приготовлю завтрак.

Вчерашний вечер для молодых пап был очень страстным, ведь Гу Хай уже избавился от щеп еще в начале недели, так что не хотел упустить такой возможности. А сегодня на завтрак ему надо готовить для двоих и порции, в два раза больше обычного. После месяца мучений, в семье Иня супружеские отношения наконец-то наладились, поэтому муженек был готов кормить, поить и любить свою «жену» до безумия.

После хорошего завтрака и кормления малышей Инь посвятил этот субботний день прогулке и шоппингу вместе со своей семьей. В сопровождении охраны чёрный BMW Иня взял курс на город, туда, где их уже давно ждут родители в торговом центре. Уже было понятно, что молодые папы сегодня останутся без малышей, ведь дедушки, как ненасытные дети ждут, чтобы поскорее поиграть с такими малютками, которые уже их узнают.

А список покупок, который составил Гу Хай он спрятал подальше от «женушки», понимая, что если тот узнает, что он собрался покупать, то точно отберёт у него кредитную карту. А ведь Гу Хай обожал тратить деньги на покупки – если дать ему волю, он скупит столько одежды, что ее хватит не только на целый год, а на два или три года вперёд. Так что он решил, что каждый из них займется своим делом в торговом центре, а деды будут гулять со своими внучатами.

- Добрый день, Ван Сяо, - завидев бывшего подчиненного, сидевшего за столиком, поприветствовал его Инь, - прости, что опоздал. Раз видеть тебя в Пекине.

Не откладывая в долгий ящик, Инь сразу перешел к сути разговора, потому что времени у него было мало.

- Ван Сяо, - отпив глоток кофе, сказал Бай Ло Инь, - я узнал плохие новости от Гу Яна. Как так случилось? Ведь ты работал со мной рядом уже давно, и как никто другой знаешь мою семью и мужа. Почему же ты сделал такие поспешные выводы после признания Гу Яна о том, что он был влюблён в меня? Ты когда-нибудь замечал меня с ним? Или подозревал, что он мог изменять тебе со мной?

- То, что я тебе сейчас скажу - правда и прошу, выслушай меня хорошенько. Не надо бежать от проблем, их надо всегда решать, чтобы идти по жизни дальше, начав все с чистого листа и с открытым сердцем. Да, Гу Ян влюбился в меня ещё с юности, когда нам было по 18 лет. Но он уже знал, что я принадлежу только Гу Хаю, и знал нрав своего брата - если он дотронется до меня, то ему точно не жить.

Гу Ян никогда не посмел бы даже взять меня за руку без моего разрешения. Все, что он мог - просто приходить повидать меня и общаться, обсуждать всякие пустяки и уйти, другого выбора у него не было. Да, он признался мне в любви очень поздно, но знал ответ - что никогда меня не получит, даже если моего Дахая не было бы, он - не мой тип.

Я уважаю Гу Яна, и не только потому он - брат моего Гу Хая, но и за то, что он был рядом с моим мужем после той аварии. Я ушел в армию, потому что так хотел наш отец взамен на жизнь Гу Хая, но я ему никогда не изменял все эти годы разлуки, я просто не смог бы никем заменить моего Гу Хая - никогда и ни за что!

Ван Сяо только молчал с опущенным лицом, понимая, что его ошибка уйти от Гу Яна - очень велика и как ее исправить, ему ещё предстоит подумать об этом. Находясь все эти дни так далеко от Гу Яна, он тоже очень страдал, потому что был влюблён и привык к ухаживанию любимого, а сейчас гордость Ван Сяо не давала ему решиться и первому позвонить любимому, чтобы извиниться.

Инь продолжил начатые советы и свои уроки морали, ведь он уже опытный муж – «женушка», а ещё - отец двух маленьких детей.

- Ван Сяо, если ты его любишь, то дай ему второй шанс извиниться перед тобой. Да, он признался в том, что был влюблён в меня, но между нами никогда ничего не было.

То, что он ничего не скрывает от тебя - это хорошо. Гу Ян не хотел держать от тебя в секрете то, что было в его прошлом, так пускай ваш путь начнётся с чистого листа. Вы - не дети, а уже взрослые мужчины и время вас не ждёт, и такого, как Гу Ян тебе не найти.

Он - хороший человек и пострадавший от судьбы, хоть ты не убивай его, он много лет одинок. Люби его больше, чем он любил меня. Сделай все для своего счастья и вернись туда, где тебя ждут, любят и уважают.

-  Тогда ты получишь свою награду от Гу Яна, это - свадьба. Мы с Гу Хаем тоже хотим, чтобы брат был счастлив с тобой, и создал семью ведь ему уже за 30.

- Простите, Бай Ло Инь, - вздохнув, сказал Ван Сяо, - вы правы и я раскаиваюсь за мой необдуманный поступок, но хочу вам задать один вопрос.

- Конечно, я тебя слушаю, - тихо ответил Инь.

- Как там мой Гу Ян, и как вы узнали, что я ушел из дому? Ведь уже второй месяц пошел, как меня там нет, и я сам мучаюсь, не понимая, что со мной не так.

- Брат приходил к нам в гости, узнать, как здоровье моего мужа и поиграть с детьми. Ты же знаешь, что Гу Хай не любит, когда брат приходит, бывает такое – между ними ревность, но это у них давно, я даже не думаю об этом.

Мои тебе последний совет, Ван Сяо - не думай слишком долго, чтобы не было поздно. Я сказал тебе всё, как есть, теперь – выбор за тобой. И я отвечаю за свои слова, такого я никому постороннему не скажу, но тебя уже считаю частью семьи.

Звонок телефона Иня прервал эту важную беседу.

-Да, папа, - ответил он,- что случилось?

- Инь, сынок, дети плачут, а Гу Хай с мамами все еще ходят за покупками. Что нам делать? Им надо подменять подгузники, думаю, они мокрые, да и время обедать.

- Папа, я бегу, простите, что задержался. Но Гу Хая лучше не ждите, он пока не скупит весь магазин, вы его не найдёте.

Отключив телефон, Инь быстро встал, собираясь идти, так как он переживал за детей. Извинившись, он попрощался с Ван Сяо, сказав напоследок:

- Я вас буду ждать на новый год к нам, не забудь, что ты уже давно вошел в нашу семью, не подводи меня. Знай одно, что не будешь жалеть быть рядом с Гу Яном - он станет хорошим мужем и отцом для ваших детей. Мне надо идти, мои малютки проголодались и надо заменить мужа, он, как обычно, бегает за покупками.

Сразу же после разговора с Ван Сяо Инь быстро дозвонился до Гу Яна, объяснив на ходу, что встреча состоялась, и теперь его очередь начать действовать и постараться вернуть своего Ван Сяо, пока тот ещё в раздумьях.

Для Бай Ло Иня в этот момент самым важным были его крошки малютки, а не дела брата и его любовные проблемы – он свою миссию выполнил, отблагодарив Гу Яна за то, что тот всегда был рядом и помогал в тяжелые времена.

В этот раз пришлось Иню самому сменить подгузники детям и с отцами Гу и Бай они справились прекрасно, а затем покормили малышей и убаюкали. На помощь пришли их же работники по уходу за грудничками из отдела «Детский сад» и так трое мужчин успешно разобрались с двумя маленькими разбойниками .

Каждый дедуля кормил своего принца, в Инь тихо радовался, думая, как хорошо, что они и не ругаются - кто будет держать и кого. . В конец утомившись, хлопоча вокруг детей, Инь завис в своем телефоне, рассматривая смски от мужа.

Гу Хай слал ему фотки то с красивыми синими и розовыми детскими комбинезончиками, то с лакированными ботиночками. Затем на экране появилось фото, на котором красовались какие-то пледы для спальни или для зала? Он сам порой не понимал назначение купленных супругом вещей.

Вскоре телефон снова мелодично звякнул, явив изображение парных пижам для них, не хватало фото довольного лица самого Гу Хая. Смех Иня раздался на всю кофейню, в которой он сидел. Он уже понял, что его ждёт катастрофа- сколько вещей муж накупил, можно было только гадать. Хорошо, если они поместятся в машине и не придется вызывать грузовик.

После кормления дети заснули, а Инь предложил своим отцам перекусить что-нибудь и выпить по бутылочке пива, пока придут принцессы-мамы, которые ушли с мужем и за покупками.

Наконец, после длительного ожидания, пришли их родные. А хитрый Гу Хай отнес все пакеты сразу в машину, чтобы Инь не узнал, сколько всего накупил его любимый муж.

Так что каждый из них держал в руках только мелкие покупки, а то, что мамы приобрели для малышей, свалили на Гу Хая, сказав что только следили за витринами, в которых были выставлены товары со скидочными акциями, что наступили перед новым годом.

Бай Ло Инь, с подозрением глядя на мужа, тихо спросил:

- Это что, все твои покупки?

- Нет, нет, - пряча глаза, быстро пробормотал Гу Хай, - я еще кое-что купил, дома тебе покажу, все там, у меня в багажнике. Давайте лучше покушаем!

Ловко сменив тему разговора, Гу Хай взял меню и принялся заказывать блюда на обед.

Так они вместе, как семья, сели за столик в шикарном ресторане, который уже давно забронировал любимый муж. Им нужен был плотный обед, ведь весь субботний день прошел у них в торговом центре и прогулках. Поэтому все с энтузиазмом набросились на поданные блюда, обсуждая с родителями разные темы.

После полутора часов дороги, наконец, открылись ворота военной части, чтобы впустить автомобиль, в котором был командир Бай Ло Инь со своим мужем и детьми. Гу Хай попросил Иня взять на руки сына, пока тот спит, сказав, что сам разберётся с остальным, и, взяв в объятия любимую дочь, проследовал за Инем в дом. А потом Гу Хай тихонько принёс и все покупки, сложив их подальше, чтобы Инь не упал в обморок, увидев всё это.

Но не успел он как следует припрятать пакеты, как за его спиной оказался Бай Ло Инь.

- Боже, Дахай! – потрясенно произнес он, с ужасом взирая на огромную кучу пакетов, коробок и разнокалиберных свертков, занявших весь угол комнаты, - ты что, весь торговый центр скупил? Или хоть что-то оставил, ведь нам понадобится ещё купить подарки для нового года.

Гу Хай, честными-пречестными глазами глядя на Иня, принялся нервно облизываться, не зная, как оправдаться перед «женушкой» за свое расточительство. По его глазам было видно, что он готов на всё, лишь бы Инь сменил гнев на милость.

- Детка, - с нервным смешком пробормотал он, - понимаешь, я купил только то, что нужно для наших малышей, для нас и нашего дома, так что ты меня не очень ругай. А то я сегодня буду плохим мужем в постели до самого утра, ведь завтра ты будешь дома.

- Это твоя плата за мое отношение? - тихо ответил Инь, - разве я хоть что-то плохое тебе сказал? Смотри у меня, Дахай, я ведь тоже могу быть плохим мужем и не дать тебе ничего сегодня, как тебе это?

Гу Хай чуть не уронил свою челюсть вместе со слюнями от услышанного. Для него это было совершенно невозможным делом - лечь рядом с «женушкой» и не получить свой вкусный вечерний «десерт», или страстного и ненасытного куска любви в своей постели.

Окончательно сникнув от такой печальной перспективы, Гу Хай решил сменить тему разговора и решить кое-какой вопрос:

- Инь, я кое-что хотел у тебя просить. Я хочу на новый год, нет, еще в сочельник побыть у нас дома и отпраздновать там все праздники наступающего года, ведь мы уже не одни. Я прошу тебя - отвези меня домой, а то я сам соберусь и уеду.

Скоро будет сочельник, а 26 число у нас - праздничный день. Инь, прошу, не отказывай мне, ведь этот год будет первым, когда мы будем праздновать вместе с детьми.

- Хорошо, я подумаю над этим вопросом и отвечу тебе на следующей неделе, только не дави на меня, и знай, что дома ты останешься с детьми один. У меня в эти дни много работы и времени приехать домой не будет. Это так, чтоб ты знал.

- Может, нам сходить в душ? - начал подлизываться Гу Хай, обняв Иня со спины. - Пока дети спят, у нас есть время для себя.

Взглянув на мужа, Инь вздохнул и тихо прошептал:

- Налей нам по бокалу чёрного вина и иди, наполняй ванную, я пока переоденусь.

Гу Хай на радостях забыл и об усталости, от которой валился с ног, бегая весь день за покупками. Он выбрал самое вкусное и любимое  вино «женушки» и отправился в душ, готовить любовную пенку для «десерта».

                                                     * * * * * 

Спасибо редактору:  Radisha. ФШ : Dol'kA.