Чёртов Ким Тэхён!

Канун рождества. Особняк Тэхёна ярко украшен в красно-золотые цвета, большая ель стоит по середине гостиной, вытеснив собой столик. Тэхён спрашивал у Дженни, чего же она хочет на рождество, но та молчала, не говорила. Потому что знала, что желание не исполнится всё равно. Её не отпустят. Тэхён не отпустит. Не забудет о её существовании, не сделает вид, что никогда не встречал. Поэтому и говорить смысла нет, они поругаются, возможно, мужчина снова начнёт запирать спальню, а так Дженни не хотела.

— Котёнок, рождество уже завтра. Утром под елью ты должна найти свой подарок, а как я его положу, если даже не знаю – что ты хочешь?— Тэхён ложится рядом с Дженни, обнимает её, в висок целует, снова запах тела вдыхает и умирает.

— Подарок должен Санта класть, а не ты. И Санта знает, чего я хочу.— твердо говорит она, сама к мужчине льнет, щекой о него трется, присутствием наслаждается.

— Санты не существует, а я да. И я могу исполнить любое твоё желание. Ты только скажи.— «не любое» думает Дженни, прикрывает глаза и шумно носом воздух выдыхает.

По-прежнему молчит, думает, что сказать, чтобы тот не расстраивался. В итоге говорит, что хочет маленького котёнка-сфинкса. Тэхён улыбается, целует в губы, а в Дженни будто новую жизнь вдыхают. Она сама подставляет себя под поцелуи, обнимает его, валит на себя и ближе прижимается. Тэхён мягко сминает губы, языком по ним проводит, руками под футболку забирается, каждый синяк аккуратно пальцами оглаживает. Но в какой-то момент останавливается, снова оставляет слабый поцелуй на губах и слезает с девушки, отвечая на её взгляд.

— Ты ещё слаба, нельзя.— объясняет, а сам себя казнит, потому что какого черта целоваться тогда полез? Дженни разочарованно отворачивается.

— Значит, не целуй меня. Губы тоже в ранках ещё.— спасает ситуацию Лалиса, постучавшая и следом вошедшая в спальню. Она такая домашняя, что Дженни не узнает её с первого раза.

— Извините, если отвлекаю.— проходит в глубь, взглядом комнату окидывает.— Мы с девочками сидим на сайте и выбираем наряды на завтра. Не хотела бы присоединиться?— Дженни хочет отказаться, но потом вспоминает, что там Розанна, которая ей нравится. Соглашается. Ни слово Тэхёну не говорит, обиженную строит из себя, стоящую по стойке смирно охрану просит идти за собой.— Они пойдут с нами?— Лиса скептически осматривает двоих мужчин.

— Да, это моя охрана. Так мне спокойнее.— Дженни кивает, футболку на себе поправляет.

— Но здесь тебе ничего не угрожает.

— Меня похитили из ресторана, где помимо шести охранников Тэхёна, была ещё и охрана Чимина. А я, знаешь ли, не очень хочу, чтобы меня снова жгли сигаретами и били ногами. Кашлять кровью вообще не приятно.— до комнаты, предложенной Тэхёном Чонгуку и Лалисе, девушки дошли за пять минут, не торопились, Дженни было немного больно ходить из-за ушибов.

— Да, прости. Я понимаю тебя, хотя такого со мной, слава Богу, не было. И не будет, надеюсь.— девушки заходят в спальню, где на кровати расположились Розэ и Джису. Они болтали о чём-то, между ними чувствовалось легкое напряжение, но это им не мешало.

— Садись со мной.— Розэ похлопала по кровати рядом с собой, приглашая Дженни. Та кое-как уселась, расположила ноги в позу по-турецки и положила руки на бедра.

— И так, я присмотрела для Дженни платье. Мельком увидела. Посмотри.— Лиса поворачивает ноутбук экраном к девушке и Дженни видит короткое белое платьице, воздушное с объемными рукавами.— Нравится?— она кивает, понимает, что и правда нравится.— Тогда закажем его для тебя.— но Дженни мотает головой, отказывается, руки со следами ожогов за спину прячет.— Почему?

— Потому что мои руки в ожогах и синяках.— слишком резко фырчит младшая.

— Посмотри на меня.— Розанна привлекает её внимание.— Я как открытая рана, которая пульсирует и болит.— указывает на своё тело.— Но я тоже буду с открытыми руками, а они все в шрамах. Этот,— показывает левую руку, на которой покоится новый порез.— Сделала сегодня утром. Когда Чимин в очередной раз сказал, что в Изолу я больше не вернусь. Твоё тело – непорочный храм, как и моё. И если бы я старалась спрятать все изъяны на нём, я бы из дома никогда не выходила, потому что в первую очередь болит душа. А её видно через глаза.

Дженни слушает, мысленно сочувствует девушке напротив, но никак внешне это не показывает. Розэ – боец, жалость ей ни к чему. В конечном итоге, после получасового уговаривания со стороны девушек, Дженни всё-таки сдаётся и заказывает платье, а потом ещё и туфли с украшениями. Позже и остальные наполнили корзину заказами, Розэ оплатила черное открытое платье на тонких бретельках и такого же цвета лодочки. Лалиса влюбилась в золотистого цвета платье, заказала к ним черные массивные туфли-локеры, а Джису белое, с узором какой-то богини. Девушки разговаривали, делились своей жизнью, Джи рассказывала о своём женихе, говорила, что на медовый месяц планирует полететь на Мальдивские острова и как следует отдохнуть там.

— Я никогда не была на море. И не хочу.— Дженни лежит головой на коленях Розанны и рассматривает её снизу.— Не скажу, что боюсь воды, но и подходить ближе не осмеливаюсь. Особенно, когда дна не чувствую.

— В Монте Изоле было озеро. Оно окружало весь остров и я любила ходить по берегу ранним утром, думать о своей жизни, о том, как было бы хорошо, не связав мама свою жизнь с отцом Чимина.— Розанна на мгновение прикрыла глаза, окунулась в воспоминания, видела себя, изображающую счастье.

— А я увидела море только благодаря Чонгуку.— Лалиса улыбнулась, сразу же вспоминая своего мужа.— Розанна знает, что я воровала, когда была подростком. Мне даже тюрьма грозила, а он откупил меня, ухаживать начал. На месяц наших отношений мы полетели на Карибы.

Они болтали недолго, ближе к одиннадцати ночи в комнату постучался Тэхён, который безумно соскучился.

— Я буду спать с Розэ, поэтому мы ещё немного посидим.— Дженни даже голову не подняла – любовалась красивым профилем девушки, на чьих коленях лежала.

— Котёнок, я скоро ревновать начну.— Тэхён прошел к кровати, садясь рядом с Дженни, и рукой поглаживать её колено начал.— Розанна у нас уже несколько дней и ты всё это время с ней, про меня забываешь.— нагибается и по губам её своими мажет, в краску её в гоняет перед подругами.

— Мне твой подарок доделать нужно.— шепчет, сама к губам его тянется, ладонью закрывает их от любопытного взгляда Джису.

— Не обязательно. Главный мой подарок – это ты.

— Я не собираюсь дарить себя тебе, много чести. Но и без подарка тоже не могу, свой же завтра под елью найду.— Дженни наконец-то отстраняется, голову немного вбок поворачивает.

— Прав был, чеснок становится моим любимым лакомством.— Тэхён в шею её целует, близостью кормит своего зверя.— Я оставил подарочные коробки и бумагу для оформления в спальне. Спокойной ночи, котёнок.— снова целует и уходит, чтобы себя же голодом по девочке не морить.