🍁37 часть🍁
Хёнджин распахнул дверь ванной, предвкушая горячий душ после изматывающего рабочего дня. Но то, что предстало его взору, мгновенно вытеснило усталость, сменившись обжигающим гневом.
Феликс лежал в ванне, наполненной водой, окрашенной в зловещий алый цвет. Лезвие валялось на полу, а сам Феликс казался бездыханным.
Хёнджин, сквозь зубы выплевывая проклятия, подскочил к ванне и вытащил Феликса на руки. К счастью, тот был одет, что немного облегчало задачу. Он вынес его из дома, уложил на заднее сиденье машины и сорвался с места, направляясь в ближайшую больницу.
Припарковавшись у приемного покоя, Хёнджин выскочил из машины и, подхватив Феликса, ворвался внутрь. Феликса тут же унесли в операционную.
Хёнджин метался по больничному коридору, потеряв счет времени. Казалось, прошла целая вечность. Наконец, из операционной вышел врач. Хёнджин бросился к нему.
Х–Он жив?
Врач–Да, нам удалось стабилизировать его состояние. Вы приехали вовремя, еще немного, и мы были бы бессильны.
Х–Как он сейчас?
Врач–Он без сознания, потерял слишком много крови.
Х–Я могу его увидеть?
Врач кивнул, и Хёнджин вошел в палату.
Феликс лежал на больничной койке, его лицо искажено болью, под глазами залегли темные тени. Но Хёнджину было плевать. Он стоял и смотрел на него, в голове роились мрачные мысли. Когда Феликс очнется и он заберет его домой, то непременно накажет.
Но сначала нужно выяснить, что толкнуло его на этот шаг.
Хёнджин подошёл к кровати и грубо сжал запястье Феликса, где виднелись свежие порезы.
Х–Что это, черт возьми, такое? – прорычал он, глядя на бесчувственное лицо Феликса. – Ты хоть понимаешь, что натворил?
Он отпустил руку Феликса и отвернулся, сжимая кулаки. Ярость душила его, смешиваясь со страхом и непониманием. Он всегда считал, что контролирует ситуацию, что Феликс полностью в его власти. Но эта попытка суицида выбила почву у него из-под ног.
Внезапно Хёнджин почувствовал движение за спиной. Он резко обернулся и увидел, как Феликс открывает глаза.
Ф–Хёнджин? – прошептал Феликс слабым голосом.
Хёнджин навис над ним, его взгляд прожигал Феликса насквозь.
Х–Не смей больше так делать, понял? – процедил он сквозь зубы. – Ты принадлежишь мне, и только я решаю, что с тобой будет.
Ф–Отпусти… – Феликс попытался отвернуться, но Хёнджин грубо схватил его за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
Х–Заткнись, – прорычал Хёнджин. – Я еще не закончил.
Он наклонился ближе к Феликсу, его дыхание обжигало его щеку.
Х–Когда мы вернемся домой, ты заплатишь за это. Ты заплатишь за каждый порез, за каждую каплю крови, которую ты пролил. Ты будешь молить о пощаде, но я не пощажу тебя.
Хёнджин отпустил его подбородок и отстранился, наблюдая за тем, как страх застывает в глазах Феликса. Он знал, что его слова возымели эффект. Феликс боялся его, и это ему нравилось. Это давало ему ощущение власти, ощущение контроля.
Х–Запомни это, Феликс, – сказал Хёнджин ледяным тоном. – Ты – моя игрушка, и я буду играть с тобой, пока мне не надоест.