«Заражённые: Академия Вэсткрофт»

Эви Рейн проснулась раньше будильника. Лёгкий свет утреннего солнца пробивался сквозь белые занавески её комнаты, и в воздухе стоял запах свежести после ночного дождя. Девушка долго не шевелилась, лежа в кровати, и смотрела на потолок. Сегодня был всего лишь очередной учебный день, но для Эви каждый день казался особенным, потому что в этой школе у неё были свои маленькие тайны, свои мечты и свои тревоги.

— Доброе утро, лентяйка, — донёсся из-за двери голос матери. — Вставай, а то опять опоздаешь.

Эви улыбнулась и поднялась. Она всегда вставала раньше положенного, но любила, когда мама напоминала о времени — в этом было что-то домашнее, уютное. Девушка подошла к зеркалу. У неё были большие карие глаза, светлая кожа и длинные каштановые волосы, которые слегка вились на концах. Она выглядела милой и доброй — именно такой её и знали в школе. Но Эви часто думала, что за её мягкостью окружающие не замечают того, какая сила на самом деле прячется внутри.

В голове сразу промелькнула мысль о нём. Давид Тейлор. Парень из параллельного класса 10-А. Баскетболист, умный, уверенный в себе, и всё же не заносчивый. Эви знала его не слишком близко, но каждый раз, когда он появлялся рядом, сердце девушки билось быстрее. И сегодня, как и всегда, она надеялась случайно встретить его в коридоре или хотя бы мельком увидеть в столовой.

Она оделась в школьную форму — белую рубашку, аккуратно заправленную в тёмно-синюю юбку, и пиджак с эмблемой академии «Вэсткрофт». Академия славилась своей строгостью и статусом: попасть сюда могли только лучшие ученики и дети богатых семей. Родители Эви не были богачами, но девочка поступила благодаря отличным оценкам и победам на олимпиадах. Это делало её особенной — и одновременно чужой среди многих.

На завтрак она съела тост и яблоко, потом схватила рюкзак и выбежала из дома. По дороге в школу Эви встретила Жанну Им, свою лучшую подругу.

Жанна была метиской — наполовину француженка, наполовину кореянка. У неё были тёмные волосы, собранные в высокий хвост, и яркая улыбка, которая могла растопить лед любого. В отличие от тихой и мягкой Эви, Жанна была энергичной, громкой, любила пошутить и всегда говорила прямо то, что думала.

— Ты выглядишь так, будто идёшь на свидание, — поддела она, заметив румянец на щеках Эви.

— Жанна, прекрати... — смутилась Эви. — Просто... я рано встала.

— Ага, конечно, — Жанна хитро прищурилась. — Всё ясно. Давид Тейлор опять во сне снился?

Эви не ответила, только ускорила шаг. Подруга засмеялась и побежала за ней.

Школа встретила их величественным фасадом из серого камня. Здание напоминало замок: высокие окна, резные двери, и над главным входом — герб академии с латинским девизом Per Scientiam et Virtutem («Через знание и доблесть»). На ступенях уже толпились ученики: кто-то смеялся, кто-то спешил внутрь, а кто-то стоял обособленно, демонстрируя свою «важность».

Именно там, на верхней ступеньке, стояла Элита Миллер — главная звезда 10-В класса. Высокая, блондинка с идеально уложенными волосами и яркой улыбкой, в руках она держала айфон, обложенный блестящим чехлом. Рядом с ней — Дарьяна Лукас и Анна Купер, её верные спутницы. Дарьяна была красивой брюнеткой с острым языком, а Анна... ну, Анна была глупенькой. Она всегда смеялась не к месту и часто путала слова, из-за чего становилась объектом насмешек даже среди подруг.

— Смотри, эти бедняжки снова идут пешком, — громко произнесла Элита, заметив Эви и Жанну. — У некоторых родителей, видимо, нет денег на нормальную машину.

Дарьяна прыснула от смеха, а Анна радостно повторила:

— Да-да, пешком! Ха-ха!

Эви почувствовала, как внутри что-то кольнуло. Она не ненавидела Элиту, скорее жалела её — ведь вся её «сила» заключалась в том, чтобы унижать других. Жанна, наоборот, сразу вспыхнула.

— Лучше пешком, чем с мозгами, которые едут задним ходом, — парировала она.

На мгновение вокруг стало тихо. Даже у Анны вытянулось лицо. Элита прищурилась и посмотрела на Жанну с холодной улыбкой:

— Осторожнее, Им. В этой школе место глупым шуткам не так уж устойчиво.

Эви потянула Жанну за руку, чтобы увести её внутрь, прежде чем начнётся очередная словесная битва.

В холле их встретил Тео — Теодорис Клайн. Высокий, светловолосый, с тёплыми серыми глазами. Его вид всегда внушал спокойствие. Тео улыбнулся, когда увидел Эви, и помахал рукой.

— Привет! — сказал он. — Я уже думал, что вы опоздали.

— Это всё твои любимые «королевы», — буркнула Жанна. — Опять пытались кого-то унизить.

Тео нахмурился, но ничего не сказал. Он знал, что спорить с Элитой и её компанией бесполезно. Раньше он сам проводил время с другими ребятами, которые были жестокими и высокомерными. Среди них — Ален Смит и Самуэль Серпьери из 12-D класса. Тогда это казалось «круто», но со временем Тео понял, что это просто глупость и жестокость. Он ушёл от них, и теперь был рядом с Эви, Жанной и другими.

— Пойдёмте, — сказал он, поправляя ремешок рюкзака. — Урок скоро начнётся.

Они направились в класс. По дороге Эви заметила Давида — он шёл со своими друзьями из 10-А. Высокий, спортивный, с лёгкой улыбкой на лице. В руках он держал баскетбольный мяч и что-то оживлённо обсуждал с Артуром Вильямом и Виктором Дрю. Когда Давид заметил Эви, он кивнул ей с вежливой улыбкой. Сердце девушки подпрыгнуло.

Жанна тут же заметила её реакцию и тихо прошептала:

— Всё, я нашла тебе мужа. Осталось только, чтобы он тоже это понял.

Эви покраснела и зашла в класс, стараясь не думать слишком много. Но внутри она знала: этот день может быть особенным. Она ещё не знала, насколько особенным он окажется.

Коридоры академии Вэсткрофт всегда пахли смесью дорогих духов, свежей полировки пола и кофе из учительской. Здесь всё сияло идеальностью, и всё же в этой стерильной красоте таилось что-то холодное — будто стены подслушивали каждый шаг.

Эви шагала по мраморному полу, держа в руках тетради. Тео шёл рядом, закинув рюкзак на одно плечо и жуя жвачку. Он казался беззаботным, но Эви знала: под этой ленивой ухмылкой скрывается много больше, чем он показывает.

— Знаешь, — пробормотал Тео, — иногда мне кажется, что все эти ребята тут — куклы. И кто-то дёргает их за нитки.

— Не начинай с философии, — улыбнулась Эви. — У тебя же контрольная по алгебре.

— Ага, и я провалю её с блеском, — с напускной гордостью произнёс он.

Жанна Им вбежала к ним, сияя так, словно её день только начинался. Её длинные волосы с французскими лёгкими волнами подпрыгивали при каждом шаге.

— Эви! Ты видела? — она почти подпрыгнула. — Давид сегодня в спортзале был... и боже, он просто...

Эви закатила глаза, стараясь скрыть смущение.

— Я не смотрела.

— Конечно, не смотрела, — протянула Жанна и хитро улыбнулась. — Но я видела, как ты замедлила шаг, когда он прошёл мимо.

Тео кашлянул.
— Ага, точно. Я думал, ты сейчас упадёшь в обморок, как в старых фильмах.

Эви толкнула его локтем, но щеки всё равно предательски покраснели.

Они свернули за угол — и словно наткнулись на другую реальность.
У окна стояла Элита Миллер со своими вечными спутницами. Она — в идеально выглаженной юбке, с телефончиком в руках, излучала холодное превосходство. Дарьяна Лукас поправляла ей волосы, словно верная фрейлина, а Анна Купер громко хохотала над какой-то тупой шуткой.

— О, смотрите-ка, — протянула Элита, прищурив глаза. — Простая смертная идёт в наш святой храм знаний.

Анна прыснула:
— "Смертная" — это мягко сказано. С такой юбкой её можно в музей отправить.

Дарьяна закивала, будто репетировала это движение.

Эви опустила глаза и сделала вид, что не слышит. Тео же остановился и в упор посмотрел на Элиту. Его зелёные глаза на секунду сверкнули холодом.

— Миллер, — протянул он лениво. — Может, хоть раз скажешь что-то умное? Хотя... ладно, не напрягайся.

Жанна прыснула со смеху. Эви нервно дернула его за руку — она знала, что связываться с Элитой опасно. Девушка никогда не нападала прямо, но её ядовитые сплетни могли разрушить репутацию за день.

Элита изогнула бровь.
— Забавно, Клайн. Ты решил играть в рыцаря? Жаль, что у тебя нет доспехов... хотя, подожди, у тебя же даже мозгов нет.

Дарьяна и Анна снова разразились смехом.

— Пошли, — прошептала Эви, дёрнув Тео за рукав.

Он не сопротивлялся, но ещё пару секунд сверлил Элиту взглядом. Только когда они отошли подальше, он выдохнул:
— Вот ведь... змея.

— Она просто любит внимание, — сказала Жанна, закатывая глаза. — Пусть себе играет.

— Да, — тихо добавила Эви, но внутри почувствовала укол. Она знала: рано или поздно Элита снова заденет её, и в этот раз ударит сильнее.

Звонок прозвенел, и коридор наполнился голосами. Уроки начинались.

Урок математики тянулся бесконечно. За окном стеклянные панели академии сверкали на солнце, отражая облака, а внутри царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь скрипом ручек и щелчками клавиатур — некоторые писали формулы прямо в ноутбуках.

Эви пыталась сосредоточиться, но взгляд сам собой уводило в сторону. Давид сидел за два ряда от неё, сосредоточенно решая задачу. Его пальцы уверенно скользили по калькулятору, а губы беззвучно шептали числа. Казалось, он жил в другом мире — где всё чётко, логично и спокойно.

Эви опустила глаза в тетрадь, и в этот момент почувствовала лёгкий толчок карандашом в плечо. Она обернулась.
Тео. Он, как всегда, развалился на стуле, вертя ручку в пальцах. Увидев её взгляд, он изобразил на лице невинную улыбку и шепнул:

— Перестань сверлить его глазами, а то ещё заметит.

Эви фыркнула и отвернулась, но уши моментально залились красным.

— Я не смотрела, — пробормотала она.

Тео ухмыльнулся, опустив глаза в тетрадь. Но внутри него что-то кольнуло. Он всегда был рядом с Эви — слышал её смех, видел её усталость после учёбы, ловил каждую эмоцию... и каждый раз понимал, что она смотрит на кого-то другого.

Он вздохнул и заставил себя вернуться к задачам, хотя в голове была каша.

Эви рядом почувствовала, как сердце дрожит. Ей было страшно, что Тео снова окажется под их давлением. Но он только отвернулся, будто не замечая.

Жанна обняла Эви за плечи, прошептав:
— Смотри, он теперь как твой телохранитель.

Урок математики тянулся бесконечно. За окном стеклянные панели академии сверкали на солнце, отражая облака, а внутри царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь скрипом ручек и щелчками клавиатур — некоторые писали формулы прямо в ноутбуках.

Эви пыталась сосредоточиться, но взгляд сам собой уводило в сторону. Давид сидел за два ряда от неё, сосредоточенно решая задачу. Его пальцы уверенно скользили по калькулятору, а губы беззвучно шептали числа. Казалось, он жил в другом мире — где всё чётко, логично и спокойно.

Эви опустила глаза в тетрадь, и в этот момент почувствовала лёгкий толчок карандашом в плечо. Она обернулась.
Тео. Он, как всегда, развалился на стуле, вертя ручку в пальцах. Увидев её взгляд, он изобразил на лице невинную улыбку и шепнул:

— Перестань сверлить его глазами, а то ещё заметит.

Эви фыркнула и отвернулась, но уши моментально залились красным.

— Я не смотрела, — пробормотала она.

Тео ухмыльнулся, опустив глаза в тетрадь. Но внутри него что-то кольнуло. Он всегда был рядом с Эви — слышал её смех, видел её усталость после учёбы, ловил каждую эмоцию... и каждый раз понимал, что она смотрит на кого-то другого.

Он вздохнул и заставил себя вернуться к задачам, хотя в голове была каша.

После урока класс взорвался шумом. Все разом поднялись, кто-то переговаривался, кто-то искал телефон. Эви медленно собирала вещи, когда рядом возникла Эмили Вуд.

— Эви, привет! — её голос был искренне радостным. — Слушай, у тебя такая красивая тетрадь. Ты сама её оформила?

Эви подняла взгляд. Эмили — из «элитной» компании, всегда окружённая вниманием, но при этом... добрая. Она умела улыбаться так, что рядом становилось теплее.

— Да, — тихо ответила Эви. — Просто наклейки...

— Наклейки, говоришь? — Эмили села на край парты. — Я вот всё никак не решусь начать. У меня руки будто не для этого. Можно потом глянуть поближе?

Эви кивнула, немного удивлённая. От Эмили никогда не исходило презрения или холодного любопытства. Скорее — настоящий интерес.

— Конечно, — сказала она чуть увереннее.

В этот момент к двери подошли двое — и будто потемнело.

Ален Смит и Самуэль Серпьери. Старшеклассники из 12-D, их появление всегда вызывало напряжение. Они не были похожи на обычных «школьных буллеров». Их энергия была жёсткой, давящей. Улыбки — холодными, от которых мороз пробегал по коже.

— Ну-ну, — протянул Смит, окинув взглядом класс. — Вот оно, наше новое поколение гениев.

Самуэль ухмыльнулся.
— Ага. Смотри, какие старательные. Записывают, решают... думают, что мир им в карман упадёт.

Эви сжала пальцы. Атмосфера стала вязкой, будто воздух загустел. Даже Элита со своей компанией притихла, хотя пыталась сохранить надменность.

Смит шагнул ближе, опершись ладонью о парту Тео.
— Клайн, — протянул он. — Ты теперь с этой... серой мышью?

Тео не дрогнул. Он медленно убрал руку Смита со своей парты и холодно посмотрел ему в глаза.
— Отвали, Смит.

В классе зашептались. Никто обычно так не отвечал.

Смит прищурился, уголок его губ дёрнулся.
— Ты смелый. Или дурак.

— Может, и то, и другое, — отрезал Тео.

Напряжение разрезал голос учителя, вошедшего в класс. Смит и Самуэль нехотя отступили, бросив взгляд, полный обещания неприятностей.

Эви выдохнула только тогда, когда они ушли. Тео сидел, уткнувшись в тетрадь, делая вид, что ему всё равно. Но Эви заметила: пальцы его слегка дрожали.

На перемене к Тео сразу подошли его друзья — Рафаэль Вуд, Артур Вильям и Виктор Дрю. Это была неразлучная четвёрка: их всегда можно было заметить в коридоре, то смеющихся, то придумывающих очередной план побега с уроков. На прошлой неделе они даже пытались сбежать с «Манер и светского этикета» — того самого предмета, где учили держать осанку, говорить безупречно и есть с трёх приборов сразу. Им казалось, что это пустая трата времени. Но, увы, их застукала Эмили — сестра-двойняшка Рафаэля. Она, кипя от злости, доложила обо всём классному куратору.

Теперь ребята только шутили над этой неудачей, когда в коридоре словно потемнело.
Ален Смит и Самуэль Серпьери.

Стоило им появиться, как вокруг будто сжимался воздух. Они шли медленно, уверенно, и каждый их шаг отдавался гулом в чужих сердцах.

— Ну-ну, — протянул Смит, цепко глядя на четвёрку. — Наши маленькие бунтари. Решили снова строить из себя героев?

Самуэль ухмыльнулся, склонив голову набок.
— Глянь на них. Такие самоуверенные. Думают, что из них выйдет что-то большее, чем... пустота.

Он резко ткнул пальцем в грудь Рафаэлю, тот едва удержался, чтобы не ответить.

— Скажу прямо, — холодно продолжил Смит. — Вы — ничто. Лузеры. Жалкие мальчишки, которые будут всю жизнь бегать от проблем. Максимум — спившиеся мужики на задворках.

Слова ударили сильнее любого кулака.

Тео лениво зевнул, но глаза его были холодными.
— Ага. А потом всю жизнь буду жалеть, что тратил время на идиотов вроде вас.

Виктор хмыкнул, встал ближе к Тео.
— Слышали, господа буллеры? Тут, похоже, не все готовы стелиться под вашу «власть».

Смит прищурился, в его взгляде сверкнуло что-то опасное.
— Смотри, Клайн, — его голос был ядом, — не перегори слишком рано. Мир ломает таких, как ты, быстро.

Он хлопнул Тео по плечу так, что тот чуть качнулся, и, вместе с Самуэлем, медленно ушёл по коридору.

Только когда их фигуры скрылись за поворотом, шум вернулся. Тео стоял неподвижно, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.

Эви рядом почувствовала, как сердце дрожит. Ей было страшно, что Тео снова окажется под их давлением. Но он только отвернулся, будто не замечая.

Она попыталась улыбнуться, но внутри всё спуталось. Эви не знала, что больше её тревожит: внимание Смита и Самуэля или то, как Тео смотрел на неё, когда говорил «идиотам» «нет».

Эви хотела что-то ответить, но в этот момент к ним подошла Эмили. Её лёгкий запах дорогих духов, аккуратная форма и идеально уложенные светлые волосы будто несли с собой иную атмосферу. Она не боялась ни Смита, ни Самуэля, ни даже холодного взгляда Тео.

— Эви, так мы потом посмотрим твои наклейки? — улыбнулась она, словно ничего не произошло. — Знаешь, я всё думаю: может, нам с тобой сделать общий скетчбук? Ты классно рисуешь, а я бы помогла с идеями.

Эви растерялась от такого предложения. Её голос дрогнул:
— Я... я не против.

Эмили довольно кивнула, потом перевела взгляд на Тео.
— А ты, Тео, мог бы не нарываться. Эти двое не такие простые, как кажутся.

Тео посмотрел на неё холодно.
— Спасибо за заботу, но я сам решу, на кого нарываться.

Эмили прищурилась, но лишь усмехнулась.
— Вот именно. Ты слишком часто думаешь, что решаешь сам. А иногда это не так.

С этими словами она легко развернулась и пошла к подругам из «Элиты». Эви всё ещё сидела, пытаясь переварить сказанное.

Коридор после уроков был похож на бурлящий муравейник: десятки учеников стекались из классов, смех, звон шагов, хлопанье дверей шкафчиков. Эви шагала рядом с Жанной и с одноклассницой Тарой, которые оживлённо обсуждали предстоящую контрольную. Тео шёл чуть позади — так, чтобы видеть Эви, но не слишком близко, будто пытался скрыть своё желание быть рядом.

Но долго скрывать не получилось. Когда Жанна свернула в библиотеку, а Тара — к спортзалу, Эви оказалась одна. И Тео догнал её.

— Ты сегодня слишком тихая, — сказал он, сунув руки в карманы. — Даже для тебя.

— Просто... — Эви замялась. — Когда Смит так посмотрел... мне стало не по себе.

Тео криво усмехнулся.
— Ты думаешь, я не заметил? Он будто хотел прожечь тебя взглядом.

Эви вздрогнула.
— Вот именно.

Они шли рядом по длинному коридору с высокими окнами. Лучи солнца пробивались сквозь стекло, рисуя на полу вытянутые прямоугольники света.

Тео вдруг остановился.
— Слушай, Эви, — его голос неожиданно стал серьёзным. — Если они... или какие то люди... будут приставать к тебе — скажи мне. Я разберусь.

Эви удивлённо посмотрела на него.
— Зачем?

Тео пожал плечами.
— Потому что ты не заслуживаешь этого дерьма.

Она хотела ответить, но слова застряли. Его взгляд был прямым, без привычной насмешки. Настоящий. И от этого сердце Эви заколотилось ещё сильнее.

Но в этот момент их перебили.

— Эви, постой... — сказал Давид, слегка улыбаясь. — Давай станем партнёрами по математике. Я видел, как ты работаешь, и профессор явно ценит твою усердность... Кажется, ты прямо сияешь на уроке. Так что... хочешь попробовать?

Эви чуть смутилась, быстро опуская глаза. Внутри сердце стучало громче, но наружу она выдавала спокойствие.

— Я... да, — тихо ответила она, стараясь не выдать своих чувств.

— Отлично! — обрадовался Давид. — Тогда с этого момента мы команда.

Эви кивнула, ощущая, как лёгкая улыбка вырывается сама собой, но она старалась держать лицо серьёзным.

Вечером, когда занятия подошли к концу, Эви сидела в холле академии, ожидая Жанну. Вокруг шумели студенты, кто-то обсуждал домашку, кто-то смеялся, играя в карты. В воздухе пахло кофе из автомата и лёгкими духами.

К ней снова подошла Эмили.
— Ну что, Эви, я подумала... Может, в выходные встретимся? Посидим в кафе, порисуем. Что скажешь?

Эви замялась.
— Я... да, конечно.

Эмили улыбнулась.
— Отлично. Я знала, что ты согласишься. — И, наклонившись ближе, добавила: — Не слушай эту Элиту, и особенно этих идиотов из 12–D. Ты гораздо интереснее, чем они хотят тебя показать.

Эви растерялась от этих слов.
— Спасибо, — только и смогла вымолвить.

Когда Эмили ушла, к ней подошёл Тео. Он опустился рядом на диван, не глядя прямо.

— Она тебе нравится? — тихо спросил он.

Эви моргнула.
— Эмили? Ну... она добрая. И красивая.

— Угу, — протянул Тео, но в голосе его сквозила зависть.

Он замолчал, а потом резко встал.
— Ладно, мне пора. Увидимся завтра.

Эви проводила его взглядом и вдруг почувствовала, что в груди стало странно пусто.

Она не знала, что именно изменилось сегодня. Но знала: это только начало.

После последнего звонка коридоры академии Вэсткрофт начали медленно опустевать. Солнце клонится к закату, и лучи пробиваются через высокие окна, рисуя на полу длинные полосы света и тени. Эви шла медленно, обдумывая весь день. В голове крутились мысли о Тео, Давиде, Смите, Самуэле... о том, как опасно и странно жить в этой школе.

— Эви! — раздался знакомый голос. Это была Жанна, подбегая к ней с книгами в руках. — Давай скорее, мы почти опоздаем на тренировку по музыке!

Эви улыбнулась. С Жанной всегда было легко и спокойно. Она почти забыла напряжение от Смита и Самуэля, но мысли о Тео и его скрытой заботе всё ещё не отпускали.

Когда они вошли в класс для музыкальной практики, Тео уже сидел на задней парте, держа гитару в руках. Его взгляд случайно встретился с Эви, и на мгновение она ощутила, как кровь приливает к щекам. Он не сказал ни слова, но эта тишина говорила больше, чем любой разговор.

— Всем привет, — улыбнулся Рафаэль, подходя к Тео. — Что, снова будем играть дуэт?

Тео кивнул, и Эви заметила, как он слегка напрягся, когда она присела рядом. Рафаэль, Артур и Виктор тоже расселись вокруг, создавая небольшую музыкальную компанию. Эмили присоединилась с нотами в руках, слегка улыбаясь Эви.

— Эви, — тихо сказала она, — не переживай из-за Смита и Самуэля. Они думают, что могут всех напугать, но это лишь маска.

Эви кивнула, но внутри сердце всё ещё колотилось. Она слышала, как Тео тихо напевает себе под нос мелодию, и это странным образом успокаивало её.

В коридоре между кабинетами медленно двигалась Элита Миллер со своими спутницами. Они обсуждали произошедшее с Аленом Смитом и Самуэлем, перемежая каждое слово тихим смехом и язвительными комментариями:

— Видела, как Тео пытался удержать свои эмоции? — сказала Элита, поправляя волосы. — Чистое напряжение.

— О, я бы сказала, что он больше похож на льва в клетке, — добавила Дарьяна.

Анна громко захохотала:
— И не смешно, если честно. Он такой... милый, когда злится.

Эви, проходя мимо, невольно услышала часть разговора. Она сжала руки в кулаки, но не дала им увидеть свою злость.

— Не обращай на них внимания, — прошептала Жанна, — они живут в своем пузыре.

— Ладно, — пробормотала Эви. — Просто иногда... тяжело.

Тео заметил её взгляд и слегка кивнул, словно говоря: «Я рядом».

После уроков и музыки наступила перемена. Эви шла к столовой, когда внезапно в её поле зрения попали фигуры Смита и Самуэля. Они обсуждали кого-то из младших классов, угрожающе переглядываясь. Атмосфера вокруг них была холодной, как лед.

Тео, заметив их, подскочил к ней:
— Эви, держись ближе ко мне, — сказал он тихо. — Они не такие, как обычные шутники.

Эви кивнула, слегка дрожа.
— Спасибо...

Рафаэль, Артур и Виктор подошли с другой стороны, создавая своего рода защитный круг вокруг Тео и Эви. Эмили и Эмили Вуд, сестрёнка Рафаэля, шли рядом, улыбаясь и пытаясь разрядить обстановку.

— Пойдём, — тихо сказала Эмили Вуд. — Я покажу Эви, где самые вкусные булочки.

Эви слегка улыбнулась. Её успокаивало внимание Эмили и дружеский взгляд Тео. Вдруг в столовую вошли Давид и его друзья из 10-А класса. Давид улыбнулся Эви, а Тео чуть сжал кулак, но быстро расслабился, понимая, что это просто школьная привычка — дружелюбие.

— Эви! — крикнула Жанна. — Смотри, Давид!

Эви чуть покраснела, а Тео отступил на шаг назад, не показывая внешне своей ревности. Но в глубине души он уже начал придумывать, как быть рядом и защищать её.

После ужина в холле академии, когда свет начал медленно гаснуть, Эви сидела с Жанной на мягких диванах. Вокруг уже пусто, только несколько студентов задержались, обсуждая домашние задания и планы на выходные.

— Эви, — сказала Жанна, — тебе стоит отдохнуть. Ты слишком много думаешь о всех этих... дураках и буллерах.

— Я знаю, — ответила Эви тихо. — Но... сложно не думать, когда смотришь на людей, которым доверяешь, а потом видишь, как они в опасности.

— Например? — поинтересовалась Жанна.

Эви чуть опустила взгляд, не решаясь называть имя Тео.
— Просто... хочется, чтобы рядом был кто-то, кто не боится. Кто защитит.

В этот момент Тео подошёл тихо, опустился рядом и сказал:
— Эви, я здесь. Всегда.

Эви взглянула на него и едва заметно улыбнулась. Внутри что-то теплое расплылось, а вместе с этим — странное предчувствие: что-то скоро изменится в академии, и этот день был лишь началом.

Вечер  опустилась над академией Вэсткрофт, но внутри здания ощущалась странная тяжесть. Коридоры, обычно наполненные смехом и голосами учеников, были почти пустыми. Лишь редкие шаги и закрывающиеся двери нарушали тишину. Некотврые ученики оставались в школе до 8 вечера. Из за много домашек, или же кружков . Например, Эви, Жанна и Эмили могут остаться в школе до вечера, чтобы порисовать или обсудить идеи. Давид задерживается из-за баскетбола, а Тео вместе с друзьями остаются в кабинете, чтобы доделать задания по математике или музыке.

Эви шла по коридору с Эмили и Жанной, неся с собой тетради и скетчбук. Её мысли возвращались к событиям дня: к взглядам Тео, к Давиду, к холодным улыбкам Смита и Самуэля. И в глубине души появился странный зуд тревоги, словно что-то уже готовилось прорваться в обычную жизнь академии.

— Чувствуешь это? — тихо спросила Жанна, сжимая ручку для рисования. — В коридоре как-то... пусто. Слишком тихо.

Эви кивнула, ощущая то же.
— Да... как будто все замерли. Даже охрана позже ушла на перерыв, а их всегда слышно.

Вуды слегка нахмурились.
— Мне тоже показалось странным. Сегодня несколько учеников внезапно ушли домой без объяснения причин. — сказал Рафаэль

— Ушли? — удивленно переспросила Эви. — Кто?

— Не знаю имён, — ответил Рафаэль . — Просто исчезли. Коридор был пуст, как будто их и не было.

Эви замолчала. В голове всплыли образы Алена Смита и Самуэля. Их холодные взгляды казались предвестием чего-то худшего.

— Может, это просто обычный вечер? — попыталась пошутить Жанна. — Все спешат домой.

Но шутка прозвучала пусто.

Когда девушки проходили мимо классного корпуса старшеклассников, они заметили странное движение: тени, которые казались слишком быстрыми, скользящие по стенам.

— Это кто? — прошептала Эви.

— Не знаю... — Жанна вздрогнула. — Но похоже, никто обычный.

В это время Тео, который шёл немного позади, мгновенно напрягся. Его взгляд пронёсся по коридору, фиксируя мелькающие фигуры. Сердце забилось быстрее.

— Эви, — тихо сказал он, подходя ближе, — держись рядом.

Эви кивнула. Внутри она ощущала одновременно страх и странное чувство защищённости. Тео был рядом — и это было важно.

— Кажется, — пробормотала Эмили, — что эти... фигуры странные. Не как люди. Словно... что-то не так с ними.

Эви почувствовала холодок по спине. И в этот момент на стене мелькнула тень, которая не принадлежала ни одному студенту.

— Тео, что это? — воскликнула она.

— Я не знаю, — ответил он серьёзно. — Но что-то явно не так.

Когда они вышли в главный холл академии, Эви заметила ещё один странный момент: экраны с расписанием уроков мигали непонятными цифрами, а один из них внезапно потемнел, будто кто-то отключил питание.

— Это что-то техническое? — спросила Эмили.

Тео сжал кулак.
— Не похоже. Я видел это раньше... и тогда всё закончилось плохо.

Эви удивленно посмотрела на него.
— Что ты имеешь в виду?

— Ничего, — быстро ответил Тео, — просто будь осторожна.

Эмили Вуд вздохнула и схватила Эви за руку.
— Пошли в общежитие. Там безопаснее.

В холле стояла тишина, нарушаемая лишь лёгким шумом ветра с улицы. Студенты редели, и коридоры казались длиннее, темнее. Эви ощущала странное давление в груди — как будто кто-то наблюдал за ними, хотя вокруг никого не было.

— Мне не нравится это чувство, — призналась Жанна. — Словно... всё вот-вот изменится.

— Согласна, — тихо сказала Эви. — Сегодня всё было слишком странным. Сначала Смит и Самуэль, потом исчезающие студенты... и эти тени...

Тео подошёл к ней и положил руку на плечо.
— Всё будет хорошо, Эви. Я обещаю.

Но в глубине души он понимал: обещание это странно пустое. Потому что то, что надвигалось на академию Вэсткрофт, было намного больше, чем простые школьные интриги.

Когда они добрались до лестницы, ведущей в , Тео шёл немного впереди, стараясь заметить каждое движение. Рафаэль, Артур и Виктор шли за ними, готовые прикрыть сзади.

— Как думаешь, это... вирус? — тихо спросила Эви, почти шёпотом.

Тео остановился. Его взгляд стал серьёзным, холодным.
— Может быть, — сказал он. — Я видел кое-что подобное раньше. И это не шутки.

Эви вздрогнула. Она хотела что-то сказать, но слова застряли. Внутри всё дрожало — страх, тревога и странная предчувствующая энергия.

— Мы скоро узнаем, — добавил Тео, — насколько серьёзно это.

И с этими словами они продолжили путь к общежитию. Но воздух вокруг уже был другим: будто школа сама предупреждала, что привычная жизнь закончилась, а на смену ей шёл хаос, который никто ещё не мог остановить.