2
Семья Bianci собирались в очередной поход. С самого детства Callisto учили не только пользоваться своими возможностями, но и спасать себя в экстренных ситуациях. Padre никогда не одобрял такую инициативу, привыкший жить в богатстве и в полном удобстве, не отказывая себе ни в чем. Madre же была абсолютно противоположного мнения: она считала, что основы выживания всегда надо знать по понятным причинам. Несколько лет своей молодости она провела в нищете из-за постоянных разгулий отца. Она знала множество тонкостей выживания средь живущих бревен. Padre никогда бы не понял этого.
Сам же Callisto бесконечно разрывался между двумя мнениями, оба из которых он считал совершенно верными.
- Callisto Bianci, спешу сообщить, что Maddon Ricci и Juliet Beauregard идут в поход с нами, - поспешно сказала madre, проверяя свою сумку - Они уже ждут нас на улице.
- Тогда нам нужно скорее выдвигаться в путь, madre. Мы ведь не хотим заставлять наших друзей ждать, верно?
- Совершенно верно, figlio. Возьми себе накидку и мы пойдем.
- Слушаюсь, madre.
Долго ли, коротко ли шли они, но продолжался путь. Но сколько бы ни держался этот лесной путь, Callisto было все равно. Он не думал об усталости, он не думал о том, чтобы наслаждаться каждым листочком, как это делал Maddon.
- Зачем Вы на меня так смотрите, signor Bianci? - спросила его милая девушка, идущая рядом - Чем я привлекла Вас?
Ее карие глаза с вожделением получить ответ смотрели прямо в глаза Callisto. Черты ее лица напоминали ему о ком-то, кого он, кажется, никогда и не видел. Неведомое чудо настигло отрока: в его глазах предстала фигура чего-то божественного. Будто какой-то Ангел стоит перед ним и в негодовании бросает свой нежный взгляд на открытый, словно шкафчик, рот, в который просто не вмещаются слова, что он должен произнести.
- Excusez-moi, Madame Beauregard, je... - тихо промямлил Callisto.
- Callisto Bianci, Juliet Beauregard, хватит стоять, пора двигаться. Нам не следует оставаться на таком вязком месте... - заявил Maddon, повернувшись к друзьям.
Juliet посмотрела на Maddon'а с каким-то странным восхищением и догнала остальных. Callisto пошел за ней.
- Вот мы и прибыли на место для лагеря, пора ставить палатки, - сказала madre.
- Но, signora Bianci, здесь же огромный муравейник поблизости. Его жителям это может не понравится и они, сплотившись, сделают то, что сделает наши тела хилыми еще на месяц или больше, - возразил Maddon.
- Signor Ricci прав, Lucrecia, мы должны двигаться обратно.
- Что? Ma, signor Bianci, non l'ho detto! - удивился Maddon сказанной о его словах клеветой.
- Tace, nothi Ricci, aut mala senties, - тихо прошептал Maddon'у signor Bianci.
- Tu es Cain et scis, - со злостью прошептал Ricci в ответ.
- Госпожа Lucrecia, я предлагаю найти другое место для лагеря. Какую-нибудь светленькую полянку, где нет муравейников или чьих-то гнезд, - подала свой голос Juliet.
Lucrecia просто не могла отказать ребятам.
- Ваши взгляды меня смущают! Хорошо, мы ищем другое место, - сказала она.
- Вот, я думаю, это прекрасное место! - остановившись, начал свою речь signor Bianci - Светлая поляна без муравейников, дыр, воды и обрывов. Просто идеально! Не так ли, signor Ricci? - укоризненно спросил он.
Последние слова послужили Ricci чем-то унижающим. Ему все меньше и меньше нравилось находиться с этим человеком. Тем не менее, прозвучал громкий, четкий, тактичный ответ:
- Да, signor Bianci, Вы правы, это место больше всего подходит для лагеря. Я не нахожу никаких причин возражать. Единственное, что я попрошу у Вас - не обращайтесь ко мне столь насмешливым тоном, иначе это может не хорошо обернуться Вам в будущем. - Ricci мигом взглянул вниз и, улыбнувшись, закончил - Все же, я более влиятелен, чем может показаться.
- Не смешите меня, signor Ricci, Вы - последний и единственный в своем роде. Вы сирота, чем Вы можете быть влиятельны? - смотря в небо, с некой насмешкой проговорил Bianci.
На этом их диалог закончился. Ricci было что сказать, но он решил скрыть свои знания.
'Путешественники' разложили палатку и решили отдохнуть после долгого труда.
- Уже приближается ночь, пора ложиться спать. Для лагеря нужно назначить дежурного. Кто хочет быть добровольцем? - сказала signora Bianci, оперевшись руками на колени.
- Я могу им быть, - предложил Maddon.
- Я тоже хочу, - заявил его друг.
Callisto переполняли желание понравиться Juliet. Эта французская особа казалась юным ангелом, спустившимся с небес. Парень готов был на все, чтобы понравиться ей.
- Вуах, аж два добровольца! Figlio, обычно ты не хочешь проводить ночи в лесу.
Ещё больше удивил signor'у старший Bianci:
- Lucrecia! Полагаю, детям следует побольше отдохнуть. Они ведь могут уснуть или уйти куда-то средь ночи. Это слишком непредсказуемо, они же ещё маленькие. Я могу быть охранником лагеря, положитесь на меня.
Maddon'а и Callisto вдруг заполнила необъяснимая злость и агрессия. Да как можно говорить о детях таким тоном и говорить такое о собственном сыне!? Как он может быть таким вредным!? Как он может не доверять своему ребенку!? Как он может отобрать у него шанс понравиться девушке!? Это возмутительно!
Голову Callisto медленно начали обвивать белые змеи зависти и агрессия к собственному отцу. Он все больше и больше наполнялся каким-то странным гневом, причину которого сложно было найти. Он знал, что не сможет объяснить что-то, как-то аргументировать свое мнение, возразить отцу. Все же, кажется, что в нем осталось какое-то уважение, какое-то спокойное принятие и даже радость словам отца: "Ух, ну хоть я смогу поспать" - говорила маленькая часть Callisto, оставшаяся ребенком.
Вдруг Callisto почувствовал на себе чью-то руку. Повернувшись направо, он увидел лицо своего друга: в нем читалась печаль и сожаление.
- Callisto... Tua madre vuole che tu stia con me. Ma so che vuoi andare alla tenda di Juliet. Quindi coprimi, starò fuori tutto questo tempo. - тихо прошептал Maddon, - C'è qualcosa che è importante per me.
- Si... Certo, Maddon... - прозвучал грустный ответ чем-то опечаленного Callisto.
По наступлении ночи все, кроме signor'ов Bianci и Maddon'а Ricci, заползли в палатки.
- На самом деле, это необыкновенно странно: такие буржуазные люди балуются такими простонародным занятиями. Может, они... - странная мысль промелькнула в голове Maddon'а, но тут же врезалась в жёсткий факт, - Нет. Они просто предусмотрительные люди. Иначе было бы больше намеков.
- Ты всё-таки здесь!
Мужчина у костра вздрогнул. Повернувшись в сторону, откуда шел голос, он увидел лишь белое пятно, плывущее по траве. От него не исходило больше никаких звуков. Оно плавно скользило по зелени, чуть меняя свою форму, будто какой-то призрак, не умеющий летать.
- Кто ты?! - на минуту мужчина испугался, но тут же решил того не показывать - Или лучше сказать... Что ты?
- Какой видимый страх... Почему ты пытаешься скрыть его? Ты боишься. Бояться - это совсем не так плохо, как ты думаешь, - донёсся голос призрака - К тому же, твой страх вполне обоснован: ты не боишься темноты, в которой скрываются темнейшие создания. Но ты боишься бояться ее. И потому скрываешь это.
- Что за бред ты несёшь?
Призрак продолжал наращивать круги вокруг лагеря.
- Неужели ты не понимаешь?
- Ты так и не ответил на вопрос, - перевел тему Bianci, - Кто ты?
Призрак промолчал.