"Медиум"

Ник продолжал спать, даже когда я вернулась. Видимо, его потрясение на сегодня оказалось слишком сильным. Но он хотя бы мог спать, а вот мне с этим повезло меньше.

Ночь давно уже укрыла и замок и окрестности. Казалось, что в Хогвартсе уже спит даже самый трудолюбивый эльф. Только я продолжаю бесцельно бродить по комнате, стараясь делать это как можно тише.

Открываю шкаф. Собственно, не знаю зачем. Однако очень скоро мой взгляд выхватывает шкатулку, стоящую на самой нижней полке для обуви. Я знаю, что в ней, и от этого мое тело покрывается мурашками.

Я не брала в руки Воскрешающий камень уже давно. В последний раз это было еще до того, как я попала в больницу. До сих пор меня не тянуло к нему, так почему же тянет сейчас? Я присаживаюсь, протягивая руки к шкатулке, беру ее и выпрямляюсь.

Хочу ли я использовать его снова? Я стараюсь рассуждать беспристрастно во благо себе. Да, мне все еще хочется им воспользоваться. Но, нет. Я больше не подвергну себя такой опасности.

Покрутив шкатулку в руках еще немного, я возвращаю ее на место, так и не открыв. Пусть побудет здесь, пока я не придумаю ей укрытие получше. Время тянется долго. И я ничего не придумала лучше, чем наконец лечь в кровать, и хотя бы делать вид, что сплю.

Переодеваюсь и забираюсь под теплое одеяло. Ник лежит рядом и как всегда спит в одежде. Свет луны падает на его лицо, красивое, но слишком уж бледное. И я от нечего делать, наблюдаю за тем, как он спит. Сегодня произошло кое-что важное. Мы озвучили то, что давно чувствовали. И теперь, надеюсь, станем ближе. Может, Ник научится мне доверять. Может, однажды, я смогу спросить его о той самой статье. Потому как это не давало мне покоя, а после сегодняшнего вопросов еще больше. Я смотрю на него спящего, тихого и беззащитного, во мне просыпается множество теплых чувств – желание обнять, прижать к себе и укрыть от всех.

Это никак не вязалось с той, другой Кровавой Ариэль, которую сегодня увидели мы с Ником, а вместе с нами еще половина школы. У нее глаза горели гневом, у нее было отвращение на лице, боль и разочарование. Я присматриваюсь к Нику получше, искренне надеясь, что у меня нет причин такой ярой ненависти.

Пытаюсь заснуть. Сон по-прежнему не идет. В голове как нарочно прокручивается одна и та же картинка – призрачный Тим, Сьюзи, я... Его испуганное лицо, его дрожащие руки, его мольба, застывшая во взгляде все прекратить. Что ж, на Николаса, как и на меня, действительно свалилось очень многое.

Я стараюсь гнать мысли о том, что февраль приближается к середине, а значит, скоро будет полгода, как нет моего собственного отца. За эти полгода я ни разу не навестила его могилу. Это осознание наваливается на меня как-то внезапно, и мне становится гадко и стыдно перед ним и самим собой. В первую очередь перед ним.

Глаза уже предательски щипает, а память безжалостно показывает мне картинки того дня. И в тот момент, когда остается еще чуть-чуть до того, как сломаться, Ник вдруг бормочет сквозь сон мое имя.

- Ари...

Я поворачиваю голову, думая, что он проснулся. Но глаза парня плотно закрыты и веки дрожат. Ему снится что-то.

- Ари, я ничего.... не знал... пожалуйста..

Я приближаюсь к нему, наклоняясь поближе.

- Ник.

- Пожалуйста, поверь мне...

- Ник! – повторяю я громче и трясу его за плечо.

Медиум вздрагивает, и вот я уже смотрю в его широко распахнутые глаза.

- Ари, - он протягивает руку, и его пальцы скользят по моей щеке, видимо хочет убедиться, что на сей раз я реальна. – Прости...

- Дурной сон? – тихо спрашиваю я, отстраняясь.

- Да. Очень... Я что, тебя разбудил?

- Нет, - отвечаю я, натягивая на себя одеяло. – Все в порядке, я не спала.

- Не спала и в порядке? – удивляется Ник. Его голос все еще немного хрипловатый и сонный. – Почему?

- Не знаю, не спится.

Ник опускается на спину и смотрит в потолок. Какое-то время мы молчим, а потом я подбираюсь к нему поближе.

- Ты бы хотела засыпать, глядя на звезды? – тихо спрашивает он.

Я повернула голову, и мои губы касаются его подбородка. Наши объятия стали чуть ближе.

- Наверное, это очень красиво, - задумчиво отвечаю я.

Ник протягивает руку и через секунду под потолком моего полога образовалось ночное небо, а потом и звезды. Сначала они появлялись по одной, а потом превращались в десятки, сотни...И все они мерцали, напоминая мне заколдованный потолок в Большом Зале. Создавалось впечатление, будто мы лежим не в моей комнате на кровати, а где-нибудь в летней траве, под открытым небом, в теплую ночь.

Ник закончил творить волшебство, и улыбнулся.

- Так красиво, Ник!

- Согласен.

- Но знаешь, что еще прекраснее? – шепчу я, притягивая его к себе.

- Что? – спрашивает он с улыбкой.

- Засыпать, глядя на тебя.

Наши губы встретились в продолжительном поцелуе. Где-то над нами была целая долина из звезд, но подумать только, мы не замечали сейчас ни одну из них. Это был первый раз, когда Ник, забывшись, поцеловал меня в шею. Я не знала, как на это реагировать, а потому просто позволила ему это делать. Он целовал меня, а я глядела на звезды, думая о том, какое это прекрасное чувство – быть любимой кем-то, кто так же дорог тебе.

А потом звезды вдруг исчезли, и ничего не осталось, кроме теплого дыхания совсем рядом и силуэта его лица. Он смотрел на меня, будто бы хотел спросить что-то, но видимо, так и не решился. Вместо этого он снова припал ко мне, жарко поцеловав в губы.

- Ари... Знала бы ты, как я благодарен малому за то, что он сел в одно купе с тобой.

Я улыбаюсь.

- Подумать только, мы так обязаны Тиму, а ты все время его строишь.

- Должен же кто-то воспитывать парня, - шутя произносит Кэррол.

- Не боишься, что он однажды отыграется, скажем, на твоих детях?

- Если честно, Ари, никогда об этом не думал, - отвечает он.

- О детях? Или о том, что Тим будет их строить?

Молчание со стороны Ника слишком уж затянулось, а потом он, наконец, ответил:

- О своей собственной семье.

Я прижимаюсь к нему, и когда он вновь обнял меня, мне показалось, что его сердце бьется чаще положенного.

- Ну, что у меня могут быть дети и все такое... Я считал, что пока Тим не вырастет, я не имею права думать об этом.

- Тим был бы рад, если бы ты обрел счастье, – говорю я и от подобных разговоров мое сердце бьется как сумасшедшее.

- Да...

- Ему было бы за радость порезвиться с твоими детьми.

- Возможно.

Мы помолчали.

- А ты когда-нибудь думала о семье? Своей семье?

Этот вопрос вызвал у меня волну мурашек. Я долго не решаюсь ответить, хотя отозвалась быстрее, чем он:

- Я всегда хотела, чтобы у меня была дочь.

- Почему именно дочь? – с интересом спрашивает Ник.

- Не знаю. Хочется вырастить девочку и все.

- А как же мальчик?

- Мальчик уже после, - улыбаюсь я.

- А, то есть планы у тебя грандиозные. Ты явно размышляла об этом больше, чем я, - рассмеялся Ник.

- Да. Наверное, когда ты одинок, тебе всегда хочется иметь большую семью.

- Толпа детишек и какой-нибудь надоедливый домовой эльф...

Мы обернулись, и посмотрели друг на друга. Что-то наш разговор слишком далеко зашел.

- Давай загадаем, - шепчет он, прижимаясь ко мне. – Чтобы у тебя все исполнилось: и девочка и мальчик...

- И надоедливый, домовой эльф.... – добавляю я.

- Да, эльф обязательно, – произносит Ник, и мы оба смеемся.

- Я загадаю еще одно желание, - говорю я, помолчав.

- Какое?

- Чтобы ты не боялся стать счастливым, Ник.

Ник склонил голову к моей голове. Где-то над нами пролетает падающая звезда.

- Это сложно, - задумчиво произносит он.

- Знаю, - тихо отвечаю я. – Перемены всегда пугают, даже если они в лучшую строну.

- Особенно, если в лучшую. С нашей жизнью-то... Постоянно кажется, что в этом есть какой-то подвох.

Я соглашаюсь про себя, быть может, он прав.

- Ник, а что тебе снилось?

Он долго молчит и, наконец, отвечает:

- Ты. И ты меня ненавидела.

Я поворачиваюсь к нему, уткнувшись носом в воротник его рубашки.

- Но у меня ведь нет причин?

- Нет, - тихо шепчет он и его легкий поцелуй касается моего лба. – Конечно, нет.

Он поворачивается ко мне и прижимает к себе. В этой теплоте, сотканной из его дыхания и объятий, я, наконец, засыпаю.

***

Всю последующую неделю ученики только и говорили о случае произошедшем на уроке по Защите от темных искусств. При чем с каждым разом история обрастала все новыми и новыми выдуманными подробностями, что, в конце концов, приходилось пресекать.

Страсти, как выяснилось, не умолкали даже среди мракоборцев.

В один из дней Николаса в очередной раз сменил Шон. Теперь его странные взгляды были понятны. Он желал узнать, есть ли что-то между мной и Ником, а теперь, когда все вроде получили ответ, он спросил меня об этом напрямую.

- С чего такой интерес? – едко отвечаю я, пока мы идем вместе до Большого Зала после урока.

- Все в нашем отделе уже заметили, как он печется о тебе, - отвечает мне Шон, ехидно улыбаясь.

- Если заметили, так не спрашивайте, - бросаю я, разозлившись, и оставляю медиума в одиночестве на суд собственной совести.

Не хочу, чтобы очередной любопытный нос лез в наши отношения.

Не хочу, чтобы кто-то снова думал, будто я с Ником из-за его способностей. Не хочу, чтобы кто-то копался в нашем общем горе.

На следующее утро я нашла Ника за завтраком в Большом Зале. Стол медиумов почти пустовал, вероятно, многие отправились спать после ночной смены, а другая группа еще не успела прийти. То, что вокруг Ника не было никого, сыграло мне на руку. Ведь мне нужно очень серьезно поговорить.

- Доброе утро, - приветствую его я, располагаясь напротив.

Он поднимает на меня усталые глаза и улыбается.

- Привет.

- Как все прошло? – спрашиваю я.

- Как обычно, - отвечает он, принявшись за свой тост. – А как твой вечер?

- Нормально. 

Ник в ответ только приподнимает брови и кивает. Он выглядит слишком усталым, чтобы расспрашивать меня о подробностях.

- Ник, - я запинаюсь, и парень снова смотрит на меня. – Я хочу тебя кое о чем попросить.

Мой неуверенный тон заставляет медиума насторожиться. Он оставляет свой завтрак и смотрит на меня.

- Что случилось, Ари?

- Дело в том, что скоро будет полгода, как нет отца и ....

Я запинаюсь перед самой важной частью. Ник смотрит на меня с пониманием и терпеливо ждет.

- Я хочу посетить его могилу.

Я это сказала. Неужели.

Ник опускает глаза. Ну вот, сейчас начнет мне высказывать, как это опрометчиво и опасно.

- Ари, я понимаю твои чувства и твое желание понятно, но...

Так я и знала.

- ... учитывая положение вещей, тебе опасно выбираться за пределы замка.

- Мне опасно выбираться за пределы замка одной, - подчеркиваю я. – Другое дело, если я отправлюсь с кем-то надежным и сильным....

Ник многозначительно смотрит на меня. Ему вся эта идея не нравится.

- ... с тобой. Мы отлучимся всего на пару дней, Ник!

- Исключено. У нас график, меня никто не отпустит.

- Мы еще не разговаривали с начальством. В кой-то веки да найдут тебе замену на время.

- Ари, ты только пришла в себя после всего и хочешь рисковать снова?

- Но, Ник...

- Ты ослабла, еще неизвестно, как на тебе отразится это дорога.

- Я в порядке! – возражаю я так искренне, что чуть повышаю голос.

- Плохая идея, Ари.

Горло стискивает немая обида. Я бросаю на него укоризненный взгляд и поднимаюсь с места.

- Я думала, ты поймешь, как никто....

Аппетит напрочь пропал, и я больше не хочу здесь находиться. Покидая Большой Зал, я все еще чувствую на себе его взгляд.